Дарт Ворн: Тёмная сторона силы (джен)

На корабле Джедаев где-то в космосе, в медотсеке, Корин лежал на койке, его грудь вздымалась от боли. Ребра сломаны, левая рука забинтована до плеча, но хуже всего было то, что Сила в нем пульсировала неровно, как будто разорванная изнутри. Оби-Ван сидел рядом, его пальцы медленно водили над ранами, заставляя Силу течь тонкими струйками, заживляя то, что не могли вылечить дроиды.

— Мечи, — прошептал Корин, его голос дрожал не от боли, а от ярости. — Они украли мечи. Десять. Синие и зеленые. Как будто... как будто он собирал их как трофеи.

Оби-Ван не ответил. Его взгляд скользил по голограмме отчета, где аномальные энергетические следы пересекали разрушенный ангар. Он видел то, что не видел Корин: искажение восприятия, ритуал с мечами, холодную точность убийств.

— Это не просто нападение, — сказал старик тихо. — Это сообщение.

Корин сжал кулак, и бинты на руке потемнели от пота.

— Он не собирался их убивать. Он брал их жизни, как берут меч. Как будто они... не имели значения.

Оби-Ван провел пальцем по голограмме, и изображение замерцало.

— Он стал сильнее. Намного сильнее. И это... опасно.

— Он мой брат, — Корин попытался сесть, но боль пригвоздила его к койке. — Я чувствую его. Но он... он больше не тот, кем был.

Старик опустил голову.

— Ты прав. Он погряз в темной стороне сильнее, чем кто-либо из тех, кого я знал. Даже Вейдер... он сражался с гневом. Каэл сражается с холодом.

Корин закрыл глаза. Перед ним — Каэл в шлеме, его желтые глаза сквозь прорезь, рука, замахивающаяся снизу, меч, вонзающийся в грудь.

— Я чувствовал его, — прошептал он. — В тот момент, когда он замахнулся... он не хотел меня убить. Но он не остановился.

— Потому что он не видит тебя как брата, — Оби-Ван положил руку на его плечо. — Он видит тебя как слабость. А слабость... уничтожается.

Корин резко отвернулся.

— Тогда почему он не убил меня?

— Потому что он остановился, — Оби-Ван посмотрел на него. — На мгновение. И этого мгновения хватило, чтобы я вмешался.

Корин не ответил. Его пальцы сжали простыню, и Сила в комнате дрогнула, как будто пытаясь ответить на его боль.

— Я не чувствую его больше, — прошептал он. — Раньше я всегда знал, где он. Но теперь... в нем нет ничего доброго. Только холод.

Оби-Ван вздохнул.

— Темная сторона не оставляет следов доброты. Она поглощает их.

— Тогда почему он собрал мечи? — Корин обернулся. — Зачем ему это?

— Не знаю, — старик провел пальцем по металлическому полу, где оставались следы энергетических выбросов. — Но это не просто трофеи. Это сообщение. Для кого-то.

Корин закрыл глаза. Перед ним — Каэл, стоящий над пирамидкой мечей, его пальцы касающиеся рукоятей, его глаза, горящие желтым.

— Он не вернется, — прошептал он. — Даже если мы найдем его.

Оби-Ван не стал спорить. Его взгляд скользнул к окну, где звезды мерцали, как угли в пепле.

— Нет, — сказал он тихо. — Он не вернется. Но он придет.

Корин почувствовал это — едва уловимый импульс Силы, как будто Каэл обернулся в космосе, его желтые глаза смотрели сквозь миллионы километров пустоты.

— Что мы будем делать? — спросил он.

— Ждать, — Оби-Ван встал. — И надеяться, что он остановится раньше, чем станет слишком поздно.

Но в его голосе не было надежды. Только усталость.

Где-то далеко, на Дантаре, Каэл сидел в кабине шаттла, его пальцы чертили узоры на металлическом полу. Шлем лежал рядом, плащ был сожжен по краям, но не горел. Новая рука пылала болью, но он не чувствовал слабости. Только тихий, нарастающий гул — как будто Сила, наконец, услышала его.

На этот раз он не остановился.