Просто Гарри? (гет)

Утро в Хогвартсе встретило Гарри запахом свежеиспечённых булочек и яичницы. Он спустился в гостиную Когтеврана, где его уже ждала Гермиона, как всегда, с книгой в руках.

— Доброе утро! — бодро сказала она. — Я тут посмотрела расписание. У нас сегодня два урока: Травология с Гриффиндором и История магии, судя по всему, с Пуффендуем.

— Значит, с Роном и Драко увидимся на травологии, — кивнул Гарри. — Пошли завтракать, а то опоздаем.

Они вышли из портрета, ответив на новую загадку, и направились в Большой зал. Лестницы, как обычно, пытались сбить их с пути, но Гермиона уверенно вела Гарри, сверяясь с картой, которую она предусмотрительно зарисовала.

После завтрака старосты проводили первокурсников к теплицам. Теплицы стояли позади замка, залитые солнечным светом. Внутри было тепло и влажно, пахло землёй и зеленью.

Профессор Спраут, низенькая кругленькая ведьма с растрёпанными волосами, встретила их у входа в теплицу номер один.

— Добро пожаловать, первокурсники! — прогудела она. — Сегодня у нас сдвоенный урок — целых три часа. Но не пугайтесь, мы будем работать с мандрагорой, а время пролетит незаметно. Если, конечно, никто не уснёт. В моей теплице спать не советую — растения обидятся.

Гриффиндорцы и когтевранцы переглянулись. Гермиона уже вытащила пергамент и перо, готовая записывать каждое слово.

— Проходите, проходите, не толпитесь! — Спраут распахнула дверь, и внутрь хлынул поток ароматного пара. — Сейчас разберём наушники. Мандрагора, знаете ли, кричит, когда её вытаскивают из горшка. Крик младенца, только в десять раз громче. Для взрослых это просто неприятно, а для вас, малышня, может быть опасно — оглушит на несколько часов. Так что слушаем меня внимательно!

Внутри теплицы было ещё теплее и влажнее, чем снаружи. Длинные ряды деревянных столов ломились от горшков самых разных размеров. Вдоль стен вились ползучие растения, а в углу стояло нечто, похожее на огромный кактус, который время от времени подозрительно подёргивался.

— Не обращайте на него внимания, — махнула рукой Спраут, заметив испуганные взгляды. — Это трясун-колючник, он безобидный, если не дразнить. А теперь — наушники!

Она указала на большой ящик, доверху заполненный меховыми наушниками, похожими на те, что носят в маггловском мире на стрельбищах, только с какими-то бронзовыми застёжками и слабо мерцающими рунами на ободке.

— Надеваем все! — скомандовала Спраут. — Даже я надену, хотя мне крик мандрагоры как слону дробина. Но правила есть правила.

Гарри взял наушники, они оказались на удивление лёгкими и мягкими внутри. Как только он надел их, мир вокруг притих — все звуки стали приглушёнными, словно ватными. Он видел, как шевелятся губы Гермионы, но слышал лишь слабый отголосок.

— Проверьте, все ли слышат меня? — донёсся до них голос профессора Спраут, усиленный, кажется, какими-то чарами. — Если слышите плохо, подвигайте застёжки. Теперь подходите к столу, встаньте парами.

Гарри встал рядом с Гермионой, а Рон и Драко оказались прямо за ними. Невилл, раскрасневшийся и взволнованный, пристроился с краю, держась поближе к профессору.

Спраут взяла один из горшков и поставила его на видное место. В горшке торчали несколько корявых листиков, похожих на репейник, только фиолетовых.

— Итак, смотрите внимательно. Сейчас я покажу вам, как правильно вынимать мандрагору из горшка. Запомните: движение должно быть плавным, уверенным, без рывков. Если дёрнуть резко — она закричит раньше времени, и тогда мало не покажется. Если не дёргать вообще — она не вылезет. Беритесь за листья вот так, у самого основания...

Она ловко ухватила листья и, чуть покачивая, начала вытягивать растение. Из земли показался маленький сморщенный корешок, похожий на уродливого младенца. Он был грязно-зелёного цвета, с тонкими ручками и ножками, которые тут же начали сучить в воздухе. Ротик на личике раскрылся, и, несмотря на наушники, все почувствовали неприятную вибрацию, пробежавшую по телу.

— Видите? — прокричала Спраут, придерживая извивающуюся мандрагору. — Это детёныш, ему всего несколько месяцев. Взрослые экземпляры, когда кричат, могут убить человека. Поэтому с ними работают только старшекурсники в специальных теплицах.

Она ловко опустила мандрагору в другой горшок, доверху заполненный свежей землёй, и присыпала корни.

— Всё, малыш, на новом месте тебе будет лучше. Теперь ваша очередь. Каждая пара получает по три горшка с мандрагорами. Ваша задача — пересадить их аккуратно, не повредив корни и не спровоцировав преждевременный крик. Я буду ходить и смотреть. Начали!

Гарри и Гермиона уставились на свой первый горшок. Листья торчали безжизненно, даже не шевелились.

— Я буду держать, а ты вытаскивай? — предложил Гарри.

— Нет, надо вдвоём, — решила Гермиона. — Один держит горшок, другой вынимает. Потом меняемся. Давай я выну, у меня руки меньше.

Она уверенно ухватилась за листья и потянула. Мандрагора не поддавалась.

— Сильнее! — подсказал Гарри.

Гермиона дёрнула, и из земли вылетел корявый корешок, который тут же принялся отчаянно молотить ножками по воздуху. Гермиона взвизгнула, но горшок не выпустила.

— Давай во второй! Быстро! — закричал Гарри, подставляя соседний горшок.

Они вместе опустили мандрагору в свежую землю и засыпали. Растение недовольно зашевелилось, но успокоилось.

— Уф! — выдохнула Гермиона. — Это тяжелее, чем я думала.

— Пять баллов Когтеврану! — раздался голос Спраут у них за спиной. — Отличная работа, первые ласточки. Продолжайте в том же духе.

Рядом с ними Рон и Драко спорили, кто будет держать.

— Ты, главное, не урони, — шипел Драко. — Если эта штука закричит, я тебе этого не прощу.

— Сам не урони! — огрызнулся Рон, но, когда Драко вытянул мандрагору, Рон так испугался её отчаянных движений, что чуть не выронил горшок. Мандрагора пискнула — писк пробился даже сквозь наушники.

— Уизли! — рявкнула Спраут, подлетая к ним. — Я же сказала: без резких движений! Пять баллов с Гриффиндора. Ещё одна такая выходка — и будете пересаживать кактусы голыми руками.

Рон виновато нахохлился, а Драко закатил глаза.

— Вечно ты, Уизли, — пробормотал он, но помог Рону засыпать корни.

Особенно интересно было наблюдать за Невиллом. Он, несмотря на свою обычную робость, обращался с мандрагорами с какой-то удивительной нежностью. Растения словно чувствовали это и вели себя спокойно. Профессор Спраут дважды похвалила его, и Невилл даже покраснел от удовольствия.

К концу трёхчасового урока все изрядно устали, но гордость от выполненной работы переполняла первокурсников. Спраут, видя их состояние, отпустила на десять минут раньше.

— Молодцы, — сказала она. — Для первого раза очень даже неплохо. Невилл, останься на минуту, я хочу тебе кое-что показать.

Невилл, сияя, подошёл к профессору, а остальные повалили из теплицы, снимая наушники и наслаждаясь свежим воздухом.

— Ну и работёнка, — простонал Рон, потирая руки. — У меня все пальцы в земле.

— Зато полезно, — заметил Драко, отряхивая мантию с таким видом, будто это он всё сделал лучше всех. — Мандрагора — основа многих целебных зелий. Мой отец говорит, что без неё не обойтись.

— Твой отец много чего говорит, — проворчал Рон, но без злобы.

«Интересный урок, — прокомментировал Борос. — Растения, которые кричат... напоминает мне мою тётушку, когда я в детстве стащил её любимую книгу. Тоже кричала, только без корней».

Гарри усмехнулся и пошёл обедать.

Второй урок — История магии — начинался после обеда и длился полтора часа. Кабинет находился на втором этаже, в классе было сумрачно, пахло пылью и старыми пергаментами. За кафедрой витал полупрозрачный профессор Биннс, который, казалось, не замечал учеников.

— Садитесь, — монотонно произнёс он, даже не повернувшись. — Тема сегодняшнего урока — Международный статут о секретности 1692 года.

Гарри и Гермиона сели вместе. Рядом оказались несколько пуффендуйцев, среди которых Гарри узнал Ханну Аббот и Сьюзен Боунс. Когтевранцев и пуффендуйцев набралось человек двадцать.

Вскоре класс погрузился в сонное оцепенение. Голос Биннса был подобен жужжанию шмеля в банке. Гермиона, как ни старалась, начала клевать носом. Ханна Аббот рядом уже откровенно спала, положив голову на руки. Сьюзен Боунс боролась со сном, но глаза её слипались.

Гарри тоже чувствовал, как веки тяжелеют, но вдруг заметил странное: Биннс, рассказывая о гоблинских восстаниях, перемещался вдоль доски, но всегда держался в противоположном конце класса от того места, где сидел Гарри. Когда Гарри случайно кашлянул, Биннс вздрогнул и перелетел ещё дальше, почти вжавшись в стену.

«Опять, — тихо сказал Борос. — Он тебя боится. Точно так же, как и другие призраки. Почему?»

Гарри не знал ответа, но спросить не решался.

Через полтора часа, когда прозвенел звонок, Биннс исчез, даже не попрощавшись. Класс проснулся и потянулся к выходу.

— Ну и скукотища, — зевнула Ханна Аббот, протирая глаза. — Я, кажется, видела сон про говорящие котлы.

— Ты храпела, — заявила Сьюзен Боунс, усмехаясь.

— Не храпела!

Гермиона, тоже протирая глаза, сказала Гарри:

— Надо будет прочитать эту главу в библиотеке, а то я ничего не запомнила. Биннс даже не ответил на мой вопрос про гоблинов.

— Главное, что Снейп не спрашивает, — усмехнулся Гарри.

Они направились в Большой зал на ужин. По пути Гарри заметил, как из-за угла выглянул чей-то призрак — кажется, Почти Безголовый Ник — и мгновенно исчез, едва встретившись с ним взглядом.

«Не говори никому, — посоветовал Борос. — Просто наблюдай. Возможно, потом узнаем причину».

Гарри кивнул сам себе и догнал Гермиону.