КИНН ОФ (джен)

Часы на стене кабинета тикали слишком громко, и в какой-то момент Кристофер Робин понял, что перечитывает одну и ту же строчку отчёта уже в пятый раз. Тиканье часов не давало сосредоточиться, хотя обычно он совершенно не обращал внимания на прыгающую стрелку.

Тик… Тик… Тик…

Назойливый звук пульсировал в висках, и Кристофер поморщился. Нет, так дело не пойдёт. Он решительно поднялся, сложил бумаги в портфель, выглянул в коридор и крикнул секретарше, что ему нужно срочно в министерство. По правде сказать, он немного побаивался этой женщины: казалось, она видит насквозь все его мысли. Поэтому он только обрадовался, что она стояла к нему спиной: искала в шкафу с бумагами ручную крысу Лариску, любимицу всего отдела.

В лифте он сделал серьёзное лицо, точно такое же, как у всех спускавшихся на первый этаж сотрудников компании. Вечно занятых, вечно спешащих, вечно составляющих списки и бегущих по делам, не имеющим никакого значения. В зеркале отражался усталый мужчина с синяками под глазами, вцепившийся в портфель так, словно в нём лежало сокровенное сокровище. На какую-то невероятную секундочку Кристоферу показалось, что в зеркале отразился мальчишка в шортах, держащий за лапу старого медвежонка со свалявшейся шерстью.

Кристофер моргнул.

Тропинка в Стоакровый лес заросла колючками его взрослости, он давно уже не маленький глупенький мальчик! Это всё та встреча в торговом центре виновата. Случайно подслушанное бормотание: «Уродливый манекен, батут, горка, касса…» всколыхнули в нём давние воспоминания, и он будто бы наскочил на стену. Или, вернее будет сказать, проскочил через стену, барьер, надёжно ограждающий его от фантазий ребёнка.

Во взрослом мире всё было по-другому. Этот мир строился на взаимовыгодном бартере. Начальник ценил его за усидчивость и способность работать в выходные, коллеги за безотказность, когда их приходилось подменять на совещаниях, подчинённые — за мягкость и уступчивость, жена Эвелин — за стабильную зарплату и надёжность. Только семилетняя Мадлен ещё не научилась играть во взрослый бартер. И если честно, он ей завидовал. Потому что она ценила его просто за то, что он есть. Так же, как сто лет назад ценили его смешной медвежонок и его друзья.

Та встреча со Сванте Свантесоном разбередила в нём давние воспоминания. Кристофер не думал, что в глубине души в нём столько лет хранилось затаённое желание быть самим собой. Не таким умным, как Сова, или таким деловитым, как Кролик. Когда можно было просто сидеть на бревне, болтать ногами и смотреть на мир с Капитанского мостика.

Как бы ему хотелось, чтобы кто-нибудь спросил его с сокрушительной простотой:«Кристофер Робин, куда мы идём?»

Он вышел из офиса, но направился не к автомобильной стоянке, а в сторону центрального парка, до которого отсюда было рукой подать. Туда, где деревья были хоть немного похожи на Стоакровый лес. Поговаривали, что это место называли в народе «Зачарованное место», потому что никто точно не знал, сколько же здесь растёт деревьев.

Кристофер прошёл по шуршащим тропинкам мимо выключенного фонтана с позеленевшей золотой рыбкой и сел на скамью возле небольшой будки с потускневшими печатными буквами на фасаде. Он облокотился на спинку, положил на колени портфель и прикрыл глаза. Слышно было, как играет ветер и шумят листья. Где-то вдалеке просигналил автомобиль, но в этой части парка звуки глушились густыми кронами дубов, росшими сразу за будкой. Он почти успокоился, по крайней мере ему удалось выровнять дыхание и сосредоточиться на цифрах в расчётах, которыми он занимался до того, как позорно сбежал из кабинета.

Однако его внимание снова отвлёк сторонний шум. На этот раз это было не тиканье часов, а странный скребущийся звук. И разносился он… из его собственного портфеля.

Кристофер открыл глаза и уставился на портфель. Звук повторился, и на этот раз он явно увидел, как стенка портфеля колыхнулась. Осторожно он приоткрыл портфель, готовый бросить его в любую секунду на землю. Между отделениями показался нос Лариски, с любопытством принюхивающейся к прелой листве.

— Ах, что тебя, — ругнулся Кристофер, когда Лариска вышмыгнула из своего укрытия и метнулась за будку в сторону дубов.

Разумеется, Кристофер бросился за ней. Да, он побаивался Римму Борисовну, но точно не хотел бы стать виновником её расстройства — она души не чаяла в Лариске. А вдруг в парке водятся коты? Или совы?

Ларискин хвост мелькнул возле огромного дуба, который отличался от других. Его ствол, необъятный и бугристый, казался древним стражем, поселившемся здесь задолго до того, как люди проложили в парке асфальтовые тропинки. У самого основания, между двух гигантских отростков, чернел глубокий рваный разлом, из которого тянуло сыростью, грибами и чем-то неуловимо знакомым из самого детства. Дуб словно дышал, дремал в октябрьской мороси.

Кристофер не смог побороть искушения, протянул руку и коснулся шершавой коры. Она была тёплой и успокаивающей.

Однако как-то следовало выманить теперь Лариску из-под корней. В разлом мог протиснуться ребёнок лет семи, но никак не взрослый мужчина. Кристофер посмотрел по сторонам, опустился на колени и заглянул в темноту. Внутри дуб оказался полым, и сквозь трещины наверху пробивались блёклые лучи, подсвечивая кружащиеся пылинки.

На мгновение ему показалось, что если он заглянет чуть поглубже, то увидит домик с табличкой «М. Сандерс».⁽¹⁾ Кристофер чуть продвинулся вперёд, и ему показалось, что стало светлее. Он как раз раздумывал, стоило ли ему продвинуться ещё немного и не станет ли этот поступок слишком опрометчивым — плечи его уже протискивались с большим трудом, как вдруг в кармане раздался телефонный звонок.

Кристофер Робин от неожиданности дёрнулся и стукнулся головой о свод пещеры под дубом. Он охнул, сдал немного назад, нащупал в пиджаке телефон и включил громкую связь, потому что поднести к уху в таком положении не мог.

— Да?

— Кристофер? Кристофер Робин, это ты? — раздался взволнованный голос.

Сначала он его не узнал, а потом понял, что это его новый знакомый Сванте Свантесон — они же обменялись телефонами после той спонтанной встречи в кафе торгового центра.

— Да, Сванте, слушаю…

— Тебе удобно говорить?

— Не совсем… Что случилось?

— Ты не поверишь!.. Ты должен увидеть это сам! Впрочем, ты можешь прийти в парк, твой офис вроде не очень далеко? Там есть такая небольшая будка, возле фонтана.

— Ты тоже не поверишь, Сванте, но я как раз возле этой будки. Можно сказать, буквально за её задней частью.

— Замечательно! Только никуда не уходи! Мы скоро будем!

— Мы?

Но Сванте уже отключился.

Кристоферу в данный момент были интересны две вещи: что такого случилось у Сванте — уж больно взволнованный был у него голос — и куда запропастилась Лариска. Но всё это отходило на второй план, потому что Кристофер Робин внезапно осознал, что он не может двинуться ни взад, ни вперёд.

— Всё ясно, я застрял, — сказал он и… засмеялся.

1) Именно такая табличка висела на домике Винни-Пуха.

Вернуться к тексту