Чужая кровь (джен)

Под прикрытием Чарли и Вэгги, которые сдерживали штурмовиков, Энджел Даст неумолимо надвигался на Валентино. Оверлорд индустрии греха, прижимая к себе пробитую копьем руку, испуганно отползал назад по разбитому кафелю. В его очках-сердечках больше не было превосходства — только животный страх.

— Нет... Энджел, детка, постой! — прохрипел Валентино, пытаясь выпустить облако розового гипнотического дыма. — Мы же можем договориться! Твой контракт...

— Засунь свой контракт себе в глотку, Вал! — оборвал его Энджел.

Паук отбросил пустые автоматы в стороны. Ему больше не нужно было оружие. Все четыре руки Энджела Даста судорожно сжались, и он с глухим рыком рванулся вперед. Он мертвой хваткой вцепился в роскошный воротник шубы Валентино и с колоссальной силой поднял его над полом. Одним мощным движением Энджел швырнул Оверлорда спиной прямо на оголенные высоковольтные провода разрушенного сервера Вокса. Лабораторию озарила ослепительная вспышка электрического разряда, Валентино истошно закричал, и его огромные розовые очки со щелчком лопнули, разлетаясь на мелкие осколки. Он рухнул на пол без сознания, полностью поверженный и лишенный своей власти. Энджел тяжело дышал, его грудь вздымалась, но на лице впервые за долгие годы появилась горькая, но свободная улыбка.

В этот же миг в самом центре зала Аластор и Корделия приготовились поставить жирную точку в этой войне.

Вокс на своем пульте безумно искрил, его лицо-экран шло багровыми полосами системного сбоя. Он понимал, что аналоговая ярость подошла к нему вплотную.

— Вы не победите! Я — будущее этого города! Я — VoxTek! — в панике визжал плоскоэкранный Оверлорд, выкручивая последние аварийные тумблеры.

— Будущее, мой плоскоголовый приятель, только что отменили из-за низких рейтингов, — леденящим тоном произнес Аластор.

Радио-демон и Корделия синхронно ударили руками по воздуху. Их общая магия соединилась в единый, сокрушительный поток. Из-под пола с оглушительным грохотом вырвались колоссальные черные вуду-щупальца, обвитые ярко-зелеными сияющими рунами. Помехи радиовещания достигли такой частоты, что центральный процессор башни Вокса начал взрываться изнутри. Искаженное эхо джаза и первородная теневая магия отца и дочери с размаху обрушились прямо на Вокса.

КРАШ-Ш-Ш!

Гигантское лицо-экран Вокса с оглушительным звоном разлетелось на миллионы мелких осколков. Из его разбитой рамки фонтаном посыпались синие электрические искры, и повалил густой черный дым. В ту же секунду все уличные мониторы и неоновые вывески Пентаграмм-Сити за окнами башни мгновенно погасли, погружая город в непривычную, глубокую темноту. Вокс замертво рухнул на дымящийся пульт. Их неоновой империи пришел официальный и безоговорочный конец.

Грохот битвы стих. В разрушенной лаборатории воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим, победным шипением виниловых помех из микрофона Аластора.

Чарли и Вэгги мгновенно опустили оружие. Чарли подбежала к Хаску, её руки загорелись мягким золотистым светом исцеления, успокаивая раненое крыло кота. Энджел Даст молча подошел к ним и сел рядом на корточки, аккуратно приобнимая Хаска за плечи. Бакстер с гордым видом упаковал свою аналоговую отвертку в карман халата, довольно ворча себе под нос.

Аластор медленно повернулся к Корделии. Он аккуратно достал из кармана серебряный кулон, который Бакстер успел починить, и бережно застегнул его на шее девочки. Кристалл Первого Вещания внутри него снова мирно и надежно запульсировал бордовым теплом.

— Ты справилась блестяще, дитя мое, — искренне, без радиопомех сказал Радио-демон, ласково погладив её по каштановым волосам. — Истинная принцесса эфира.

Корделия крепко обняла его за шею, утыкаясь носом в его алый воротник.

— Я знала, что ты придешь.

Отель «Хазбин» в полном составе медленно покидал разрушенную башню VoxTek, выходя на темные улицы Пентаграмм-Сити. Троица «Ви» была полностью сокрушена, но самое главное — маленькая Корделия обрела настоящую, любящую и готовую порвать за неё весь Ад семью. Их аналоговое сердце продолжало биться, и никакие цифровые штормы больше не могли его остановить.