Свой выбор - 3 (джен)

— Ты только представь! Представь, это же будет шаг вперед! — услышал Северус воодушевленный голос Помфри еще до того, как медиведьма появилась в поле зрения.

— Да, это определенно многое изменит, — согласилась Ирма Пинс.

Обе женщины с улыбками покивали зельевару, входя в гостиную.

— Я обязательно отмечу этот день в календаре, — весело сообщила Поппи.

— Чем этот день отличается от остальных? — вздернул бровь профессор, глядя на волшебниц.

— Мы так редко у тебя собираемся, что я всякий раз тут как впервые, — пояснила колдомедик. — Новый диван?

— Нет, — фыркнул Снейп. — Стоит тут уже десять лет.

— Вот видишь! — сама себе покивала волшебница и обратилась к Пинс, которую все еще держала под руку. — Негодный мальчишка только по гостям шастает, а к себе не зовет!

Ирма хохотнула и согласно покивала.

— Тоже плохо помню твою гостиную, Северус. Кого еще ждем?

Женщины опустились на упомянутый диван и без смущения огляделись, выискивая хоть какие-то изменения в обстановке. Зельевар и сам окинул взором комнату, но ничего не обнаружил. Разве что стопка журналов этим вечером лежала не на столике, а на каминной полке.

— Филиус будет, — принялась перечислять Помфри. — И Помона скоро придет. Роланда уехала домой, как ты знаешь.

Будто услышав, что о них вспомнили, в комнату ворвалась разрумянившаяся и жизнерадостно улыбающаяся Спраут.

— Где вы там? — оглянулась она к двери.

Через миг на пороге показались те, кого собравшиеся не ожидали увидеть — Аврора Синистра под локоток втащила в комнату Минерву МакГонаналл.

— Минни? — недоуменно произнесла Поппи, но тут же быстро избавилась от удивления и весело воскликнула:

— Северус! Тебе нужен еще один диван. Мы тут все не поместимся!

Снейп легко удержал лицо на появлении декана Гриффиндора, но опешил, услышав заявление колдомедика, и оглядел центр своей гостиной, где друг напротив друга стояли два больших дивана, а между ними, заключая столик в центре в капкан, примостились широкие удобные кресла.

— Это как-то неудобно, — пробормотала Минерва, глянув на Помону, но та величественно отмахнулась и сама, обойдя коллегу, подтолкнула ту вперед, не давая шанса сбежать.

— Удобно… неудобно… — себе под нос фыркнула герболог. — Тоже мне! Придумала! Садитесь, девочки. Зачем стоять? Кого еще ждем?

— Флитвика, — ответил Северус, пройдя к высокому буфету темного дерева и открывая дверцу, за которой пряталась посуда.

— О, я его видела, — покивала Спраут. — Скоро будет. Что пьем? Что едим? — Она громко захохотала. — Честно говоря, я только полчаса как из-за стола.

— О? Где была, если не секрет? — спросила Поппи.

— Навещала семейство, — с улыбкой ответила Помона и довольно покивала, когда магией невидимых эльфов на столике появилось блюдо с крохотными пирожками, бисквитным печеньем, кофе и чай. — У племянника буквально вчера родилась дочь. Да и остальных стоило повидать.

— О, поздравляю! — явно услышав последние слова волшебницы, пропищал Филиус Флитвик, входя в гостиную. — Спраутов стало на одного больше. Клан растет.

— Да какой клан? — отмахнулась герболог. — Просто большая семья. Ничего особенного. Нас просто много. А за последние годы и вовсе детей не было. Лаура выпустилась когда? Три года назад? Мэтью — восемь. Самые наши младшенькие были.

— Так это дочь Мэтью? — предположила Ирма.

— Нет, этот мой племянник пока занят чем угодно, а не поисками избранницы и продолжением рода, — усмехнулась Спраут. — Дочь родилась у Зака.

— Закари? — переспросил Филиус. — Шутишь! Неужели?

— Вы о чем? — нахмурилась Поппи. — Чего я не знаю?

— Зак женился лет уж как двадцать назад, — пояснил профессор чар, с которым Помона делилась перипетиями своей семьи во время приемов пищи в Большом зале. — На Мелоди Эшвуд, верно?

Спраут кивнула.

— Из тех самых Эшвудов? — проявил осведомленность Северус. — Розарии Эшвудов.

— Да-да, — с улыбкой согласилась герболог. — Девочка нигде не училась. Говорили, там магии на донышке. Практически сквиб. Но много ли нужно в таком деле, как выращивание роз? Эшвудские розы уж сколько лет украшают сады даже ее величества!

— Да, она, вроде, как раз очень любит розы, — припомнил Филиус.

— Верно-верно, — подтвердила Помона. — Эшвуды садоводы и живут по большей части на маггловский мир. Как раз отец Мелоди вывел один из сортов, который очень нравится королеве, его даже назвали в ее честь. Кажется только… пришлось для магглов придумать легенду о месте появления данного сорта. Но не важно! В общем, Зак и Мелоди давно поженились, но дочь у них родилась только теперь.

— Не так уж и поздно, — успокоил Филиус.

— Никто и не говорит, что поздно, — немного растеряв задор, вздохнула Спраут. — Мы же маги. Живем подольше магглов. Пятьдесят — не возраст совсем. Но они так хотели ребенка! Переживали, конечно.

— И кто в итоге родился? — спросила Поппи. — При слабой магически матери.

— Пока неизвестно, — отмахнулась Помона. — Да и не важно.

— О! Ты читала последний выпуск «Магического вестника»? — совершенно по-девчоночьи подпрыгнув на диване, спросила Помфри. — Там же такое!..

Аврора и Минерва, усаженные деятельной деканом Хаффлпаффа на диван, ошеломленно посматривали на коллег и даже к чашкам с чаем не спешили прикоснуться. А колдомедик, тем временем, извлекла из кармана своего передника сложенный пополам журнал, нашла заложенную кусочком бинта страницу и протянула Спраут.

— Взгляни!

Герболог со скепсисом прочла название, о чем-то задумалась, а потом сказала:

— Кажется, я слышала о чем-то таком от кого-то… Да, точно. От Франклина!

— Как он, кстати? — спросил Филиус и, заметив вопросительный взгляд Ирмы, пояснил:

— Наш бывший ученик. Очень был талантливый мальчик. Чары! Ему превосходно давались чары. Нашел себя в реставрации.

— У него свое дело в Австрии, — добавила Спраут. — Занимается восстановлением магических построек. Я Альбусу еще три года назад предлагала услуги Франклина для нашего замка. Уж ему бы удалось избавить нас всех от сквозняков! Наш бывший студент обещал сделать очень хорошую скидку.

— Правда? — спросила МакГонагалл и хмуро добавила: — Я прошу директора об этом каждый год. А он всякий раз находит причину отказать.

— Ой, Минни, что и когда Альбус нам разрешал? — фыркнула Помона, потянулась, прихватила пирожок и откусила сразу половину.

— У него зимой снега не выпросишь, — тихо проворчала Ирма и из-под ресниц глянула на декана Гриффиндора, ожидая реакции, но та не кинулась защищать начальника, лишь вздохнула и хрипло уточнила:

— А есть только кофе? Ничего…

— Да, точно! — прожевав, воскликнула Спраут. — Северус, где наше успокоительное?

— От чего же вы нервничаете? — ехидно уточнил зельевар. — Каникулы же.

— От жизни, — философски произнесла Помона и откусила еще кусок пирожка.

Снейп усмехнулся и движением фокусника извлек из-за кресла, в котором сидел, бутыль необычной формы — сосуд был перекручен, будто горная сосна, над которой долгие годы трудились все стихии разом — в которой плескалась темная, почти черная жидкость.

— О! Это у нас что? — заинтригованно спросил Филиус, протягивая руки.

Северус поднялся и передал бутылку маленькому профессору, который с восторгом осмотрел ее со всех сторон, а после вчитался в потемневшую от времени и частично залитую воском этикетку.

— Какая прелесть! — в свою очередь сказала Помона, когда сосуд перекочевал к ней. — Настойка? Как раз к кофе. Это подарок, Северус?

— Да, верно, — криво улыбнулся зельевар.

Он был покоен⁽¹⁾ и расслаблен, получал удовольствие от беседы коллег и смаковал неплохо сваренный кофе. А еще предвкушал завтрашний день, когда он сможет опробовать еще один подарок — его личный набор мешалок, лопаток и черпаков.

«Самый полный и подходящий для любой работы», — мысленно произнес он, чувствуя почти физическое наслаждение от осознания этого.

— А знаете… — кашлянув, начала Синистра, передав бутылку Минерве. — Хагрид кое-что прислал мне.

Из внутреннего кармана волшебница извлекла небольшую холщевую сумочку, а из нее кое-как вытащила внушительных размеров керамический сосуд, с наклеенным на него ромбом красной рисовой бумаги.

— Нет-нет! — весело замахала руками Помона. — Мы ж так сопьемся!

— Ну… по меркам Рубеуса… это просто небольшая бутылочка! — хихикнула Поппи. — Это что вообще такое? Что там написано?

— Байцзю, подозреваю, — прищурившись, предположил Филиус.

— Это еще что за зверь такой? — насторожилась Поппи.

— Это что-то вроде водки, — проявила осведомленность библиотекарь. — Но… может быть гораздо крепче!

— Да! — подтвердил Флитвик, деловито потирая руки. — Но так-то не узнаешь заранее. Будем пробовать!

Все захохотали энтузиазму полугоблина. Даже Минерва.

— Очень… очень обнадеживающие вести, — глотнув настойки, сообщила Спраут и перевернула страницу журнала. — Франклин мне лишь кое-что рассказал. А тут, оказывается, целое исследование. И что? Имя создателя никто не знает?

— Лишь никому не знакомое клеймо, — повздыхала Помфри. — Но это и не важно.

— Но никто пока не понял, как это было сделано?

— Зато работает!

— Это да, — согласилась герболог. — Прорыв. Это определенно прорыв. Если продажа через наших гоблинов, то и сделано где-то у нас. Не в США. Говорят, у них там разработали свою систему замеров. Пока наши могут лишь обнаружить сам факт применения магии выше первого уровня, там отслеживается куда больше показателей. И с родителями маленьких магглорожденных начинают сотрудничать раньше. Глядишь, и у нас как-то болото зашевелится, с таким-то родником! Сначала система более раннего определения статуса ребенка, после более точные магоуловители…

Снейп хмыкнул, слыша рассуждения коллеги. Она и не знала, как была близка к правде.

— А это не может быть делом рук Поттера? — спросила Минерва, которой передали журнал со статьей о популярных нынче лампах из грозового стекла.

— О, Минни, ты настолько уверена в таланте мистера Поттера? — хихикнул декан Рейвенкло. — Гарри, конечно, очень талантливый мальчик, но тут…

Пока никто не видел, Филиус хитро подмигнул Снейпу.

— Не удивлюсь, если это так, — с долей скепсиса, но вполне благожелательно сказала МакГонагалл. — Он весьма одарен. Его отец даже к концу школы не проявлял такого уровня таланта и знаний.

— Мне считать это похвалой? — удивился Флитвик. — Минерва, ты ли это?

— Признаю, я была настроена весьма скептически, — поморщившись, сказала заместитель директора. — Я…

— Была предвзята? — предположила Помфри. — Недовольна тем, что сын твоих студентов поступил не на твой факультет?

— Альбус задурил мне голову, — выпалила волшебница и хмуро опрокинула в себя содержимое рюмки, а потом, выпучив глаза, уставилась перед собой, боясь пошевелиться.

— Я уже разлила подарок Хагрида, — выпалила Аврора, глядя на МакГонагалл.

— Я поняла, — задушено вымолвила профессор и задышала ртом.

— Закуси, закуси скорее, — подсунула коллеге под нос блюдо с пирожками и велела Ирма. — Я уже нюхнула, теперь пить боюсь. Это будет покрепче того самогона, что Хагрид лично готовил.

— На первых уроках мне все казалось, что он не слушает, — сказала Минерва, ни на кого не глядя. — Просто игнорирует меня. Еще и эссе писал такие… будто плевать хотел на все рекомендованные книги. Будто ему не интересен мой предмет! Но и «Тролль» не влепишь, пусть и с какой-то вывернутой логикой, но писал он все верно!

Филиус горделиво выпятил грудь и хлопнул себя по коленке.

— А он просто понимает трансфигурацию так, как будто это не какой-то отдельный предмет, урок, где нужно лишь следовать правилам, — произнесла Ирма Пинс, вот уже полтора года наблюдавшая за Гарри Поттером. — Он живет в мире магии, он дышит магией, понимает магию.

— Лили… — прошептала Минерва, а потом нервно глянула на Северуса, но тот оставался спокоен, даже рука с кофейной чашкой не дрогнула при звучании этого имени. — У нее было это. Не сразу. Лишь где-то с четвертого курса. Но она поняла… В моменты, когда Поттер тренируется на моих уроках, у него по-настоящему ее взгляд. Даже с этими его новыми очками!

Разрумянившиеся после байцзю, маги переключились на обсуждение полученных подарков. Лишь Снейп помалкивал, наблюдая за ними и по маленькому глотку цедя кофе.

1) устаревшее

Вернуться к тексту