Основной инстинкт III (гет)

Она ощутила щелчок переключателя. Дерек стоял перед ней. Он был разбит — глубже, чем когда-либо прежде за время, что она его знала. Агата протянула руку к его лицу, касаясь щеки. Заставила альфу поднять взгляд на себя. И тут же увидела все его глазами. Между лопатками засквозило острой болью, но она не отвела руку.

«Они убили Бойда. Дерек ушел, мы не знаем, куда»

Таким было последнее сообщение от Скотта, доставленное на ее телефон. Дерек был здесь, на ее пороге — и это останется между ними. Даже если он угодит в сводки без вести пропавших.

Агата ничего не спрашивала. Только шагнула вперед, обвивая руками его шею. Запястья засаднили от порезов, оставленных дараком. Она сильнее натянула рукава кофты на свои ладони за его спиной, пряча свежие зашитые шрамы. Дерек склонился, опуская голову на ее плечо, упираясь в него виском с силой, точно пытаясь заглушить свербевшую в них боль. Что-то хрустело и ломалось в ее скелете. Внутри прорастали новые кости. Зря они полезли к нему.

Когда она ослабила объятие, Дерек неуверенно спросил:

— Я могу войти?

Несколько прядей его темных волос прилипли ко лбу и оставили за собой влажные отпечатки на ее кофте.

Агата отступила к стене, пропуская его внутрь. Улица уже погрузилась в вечернюю синеву, пока не нарушенную светом фонарей. Убедившись, что никто не следовал за ним, Агата плотно захлопнула дверь. Звук поворота ключа в замке показался ей пронзительным.

Дерек опустился на диван в гостиной, тут же согнувшись и низко опустив голову. Его крупные руки свисали, упертые локтями в колени. Агата принесла махровое полотенце, которым промокнула его волосы, и оставила на его плечах поверх сырой майки. Дерек не сопротивлялся. Сам стянул кофту, скидывая ее на пол рядом с собой.

— Я принесу тебе что-нибудь, во что переодеться, — проговорила девушка, выходя из комнаты и притормаживая уже в дверях, чтобы оглянуться на него. Дерек кивнул.

Когда она вернулась с футболкой Адама, он принял ее из рук девушки. Смял в пальцах и некоторое время так держал, нахмурившись. Он все еще питал ненависть к Адаму. Мышцы на его предплечьях напряглись. Но потом, проглотив свое недовольство, он все же натянул футболку на себя. Швы плотно натянулись на его плечах.

Агата заметила, как он держал ладони — на расстоянии от себя, вытянув вперед, и старался не смотреть на них, все время огибая взглядом. Иногда кончики его пальцев начинали мелко подрагивать, и тогда он сжимал их в кулаки, но быстро распрямлял вновь.

Девушка приблизилась, чтобы забрать у него полотенце, и Дерек произнес:

— Прости.

Агата видела, как тяжело ему давалось говорить.

— Я не знал, куда еще могу пойти.

— Здесь тебя не потревожат, — отозвалась девушка и вновь вышла из гостиной.

Вернувшись, Агата принесла таз с теплой водой и еще одно полотенце. За все время с ее ухода Дерек не сдвинулся. Опустившись на корточки, она взяла его руку и принялась омывать теплой водой. Разводы крови, впитавшиеся в рисунок на его ладонях и пальцах, сходили неохотно. Не сразу, но она заметила, что Дерек на нее смотрит.

Затем он вновь опустил голову, когда почувствовал такую же оглушающую неловкость.

— Бойд умер, — фраза вышла обрывочной. Точно он хотел сказать больше, но слова застряли поперек горла. Капли воды упали с его пальцев в таз, заставляя поверхность пойти кругами.

Агата молча продолжила. Промокнула полотенцем костяшки его руки.

— Я не должен был позволять ему и Айзеку оставаться, чтобы защищать меня.

Он тяжело набрал воздух в легкие.

— Кали и Эйдан его убили, а не ты, — резко сказала Агата, вскидывая на него взгляд.

Она знала: тело Бойда нанизали на когти Дерека. Девкалион хотел, чтобы Хейл ощутил, какого это — убить своего. Это должно было пробудить в Дереке жажду крови, пристрастить его к новой полученной им силе, вытянутой из собственного беты.

Агата поднялась, задевая тазик. Вода опасно покачнулась, едва не выплескиваясь. Девушка отошла к стене, сверля ее взглядом. С такого близкого расстояния стали видны отметины от кнопок из-за закрепленных здесь ранее материалов дела. В памяти всплыли фотографии разрушений, оставленных на местах пожаров.

— Почему они никогда не слушают?

Дерек поднял на нее взгляд, смущенный переменой, произошедшей в ее голосе.

— Почему не верят и испытывают меня?

Воздух вокруг девушки задрожал, как в зной на пустынной дороге над раскаленным асфальтом. Ее телефон, оставленный на низком столике, завибрировал от звонка. Скотт. Но девушка не обратила на это и толики внимания.

Она резко развернулась. Ее взгляд пронзил Дерека:

— Я пыталась поступать, как считала правильным, никому не причиняя вреда. И тогда что, они решили, что могут нападать на меня и тех, кто мне дорог?

Она вновь пересекла комнату. Уперла колено в диван рядом с ногой Дерека, а руку опустила на спинку, так, что всем телом нависла над альфой. Пряди ее волос выпали из-за уха, стекая вниз завесой.

— Я больше не знаю, что правильно. Теперь я сделаю так, как ты мне скажешь, — произнесла девушка.

Дерек не мог отвести взгляд от ее лица. Ее глаза были темными. От тела отдавало жаром.

— Я могу найти и убить их всех еще до рассвета. Могу заставить страдать. Могу помочь тебе убраться отсюда, туда, где никто и никогда тебя не тронет.

Хейл накрыл ее руку своей ладонью, все еще влажной. Взгляд Агаты неподвижно застыл на его лице. Ему было не по себе от ее тона. Оборотень не сомневался, что она приведет его просьбу в исполнение, и это тревожило его больше всего. Сверхъестественная часть в нем чувствовала ее силу — ни от кого больше он не ощущал подобного. Он знал в эту секунду, что Агата может все.

— Позволь мне остаться здесь. На один день.

Лицо девушки стало озадаченным. Ответ не сочетался с той сильной ненавистью, что пробудилась в ней. Но Дерек не искал отмщения и не хотел расправы. Он не желал больше никаких смертей. Они смотрели прямо в глаза друг друга, дольше, чем было бы естественно. Будто схлестнулись волны теплого и холодного морей. Дерек ощутил, как ее напряженная рука вдруг ослабла. Затем Агата оттолкнулась ей от спинки и отступила от него. Ее агрессия никуда не делась. Но только, следуя его просьбе, она выпустила ее через силу:

— Здесь никто тебя не побеспокоит. Оставайся, сколько пожелаешь.

Произнеся это, Агата отвернула голову вбок, примеряясь, что стоит сделать. Слегка отвела ладони и напрягла их. Дереку показалось, что окружающие звуки, доносившиеся с улицы, приглушились. Сначала он перестал слышать лай собаки через два дома, а затем исчез и звук только начавшегося дождя. Мир отступил от дома. Дерек не знал, как это и что она совершает. Но ощутил спокойствие, которое уже не верил, что сможет найти этой ночью.

Он не мог после случившегося вернуться к стае. Не мог ночевать в своем лофте. Он везде был загнан в угол и не знал, как дотянет до рассвета. Агата же восстанавливала его мир без видимого труда, когда он сам не находил никакой надежды.

Обогнув диван, Агата медленно подошла к окну, исследуя взглядом улицу. Она будто искала, что может нарушить данное ей обещание, чтобы тут же это предотвратить. Так продлилось некоторое время. Затем, должно быть убедившись, что все в порядке, она вновь намеревалась выйти из комнаты.

— Что на этот раз? — остановил ее Дерек.

Агата бросила на него вопросительный взгляд через плечо:

— Поставлю запекаться пиццу, чтобы ты перекусил.

— Не надо, я все равно не смогу ничего съесть.

Он сцепил руки. Знал, что, возможно, прозвучал грубо. Но он не хотел, чтобы Агата вновь сбегала от его компании при первой же возможности. Девушка медленно вернулась и опустилась на кресло, подтягивая к себе ноги. Тогда Дерек решился и заговорил:

— В тот день, когда я получил ранение в схватке с альфами, я отправился к школе, чтобы найти тебя. Я случайно натолкнулся на Дженнифер.

Лицо Агаты едва уловимо дрогнуло. Ей было непривычно от кого-то слышать, как ее учительницу называют по имени. Дерек сам не знал, какой смысл был в том, что он говорил. Это ничего не меняло. Но с того самого неловкого расставания с Агатой у двери его лофта он хотел это сказать, чтобы дать ей понять, как все было. Ничего из этого не должно было произойти. Он ни с кем не хотел сближаться. Он искал ее.

— Не надо, — резко отвергла его попытку объясниться Агата, словно только пресекая все на корню, она могла сохранить спокойствие. — Она нравится тебе.

— Нравится, — признал Дерек, поднимая на нее взгляд, будто ждал, когда она прочтет в его глазах. Это «нравится» все еще было очень далеко от того, что было между ними. — Поэтому альфы и поймали и притащили ее в мой лофт сегодня. Она все видела.

— Значит, она знает, что ты невиновен.

Дерек был о произошедшем другого мнения. Он знал, что увиденное может оттолкнуть любого. Но теперь даже не это было главным.

— Я давно должен был сделать ясным. Ты мой эмиссар, — произнес он слова, которые много раз говорил, как мантру. — Это важнее, чем мои личные отношения, потому что касается всей стаи. Я расстанусь с ней, если это позволит тебе остаться.

Слова прозвучали болезненно серьезно. Но так было правильным. Он должен был убедиться, что Агата будет на его стороне. Прежде, чем девушка ответила, была короткая пауза. Дерек ощутил, что на это короткое мгновение она хотела сказать другое, но остановила себя:

— Я отвечу то же, что и в самом начале: я в состоянии контролировать свои эмоции. Я не позволю им влиять на мои решения, — это был установленный ей самой для себя закон. — До тех же пор, пока ты не выйдешь за дверь моего дома, мы притворимся, что между нами нет сложностей и недопониманий.

Дерек наклонил голову вниз в подобии кивка. Он не знал, что сможет улыбнуться в этот вечер или даже через неделю или месяц, но губы дернулись сами собой. Потому что он подумал, что будь все так просто, он никогда бы не вышел отсюда.

Только вскинув взгляд на нее вновь, он понял, что до сих пор упускал из виду важные детали. Тогда он встал с дивана, приблизился к ней и подал ей руку, вынуждая подняться себе навстречу. И без спроса ослабил висевший у Агаты на шее платок, открывший взгляду порез. Дерек остановил подушечку большого пальца у конца царапины. Ему потребовалась секунда, чтобы заставить себя сдержаться.

— Я просил тебя не лезть к дараку одной, — голос его стал глубже.

Агата окончательно стянула платок с шеи и бросила на пол. Ей нечего было сказать. Он заметил, как она устала.

Дерек подступил еще ближе. Крепко обнял ее за плечи. Его рука опустилась на ее волосы, лицо Агаты коснулось его груди. Он давно не позволял себе обнять ее хотя бы как друг. Дерек опустил подбородок на ее макушку и прикрыл глаза. Им обоим было это нужно.

— Он мог убить тебя, — добавил Дерек шепотом.

Ему не давала покоя мысль, что до нее никто не выжил. Дарак не пытался ее похитить. Царапина на шее Агаты отчетливо говорила, что ее хотели убить на месте. Потому что… она подошла слишком близко? Или потому, что могла помешать?

— Бойд перед смертью задал мне вопрос, на который я не успел ответить, — Дерек крепче сжал ее плечи на секунду, чтобы найти в себе силы говорить дальше. — Он спросил, что происходит с оборотнями в лунное затмение.

— И какой ответ? — Агата оторвала щеку от его груди, чтобы посмотреть на него.

— Оборотни теряют всю свою силу, — проговорил Дерек, голос завибрировал в его груди. — И это произойдет во время следующего полнолуния.