Щит, пламя и роботы (джен)

В гостиной Гриффиндора было шумно, несмотря на поздний час. Камин пылал, отбрасывая тёплые блики на дубовые столы и низкий потолок. Обычно в такое время здесь оставались только самые стойкие — те, кто доделывал домашнее задание или просто не хотел уходить, но сегодня гостиная была полна.

Студенты сбились в группы, перешёптывались, спорили, жестикулировали. В воздухе висело возбуждение — новость о горном тролле в Хогсмиде разнеслась по замку быстрее, чем сова с «Ежедневным Пророком». Каждый считал своим долгом пересказать увиденное, добавить детали, приукрасить.

— Он был ростом с хижину! — крикнул кто-то из угла.

— А дубина — как бревно!

— Я видел, как профессор Вейн запустил в него бочкой!

— Это Рэйвенскрофт запустил, — возразил другой.

— Нет, Вейн!

В центре толпы, стиснутый со всех сторон, сидел Кай. Он уже в десятый раз пересказывал, как они с Дорианом помогали профессорам связывать тролля. Его голос звучал ровно, без особого энтузиазма, но студенты слушали с открытыми ртами.

— …и тогда Вейн крикнул Incarcerous, и мы вчетвером — он, Рэйвенскрофт, я и Дориан — опутали тролля верёвками. С четырёх сторон. Только тогда он и рухнул.

— А что потом? — выдохнул какой-то первокурсник.

— Потом он приказал нам убираться в замок, — Кай пожал плечами. — Мы ушли.

— И ты не видел, как его добивали?

— Не видел. И не жалею.

Кай поёжился. Ему явно уже надоело быть центром внимания. Он покосился на дверь в спальни, но уйти было невозможно — толпа не выпускала.

Лео сидел в кресле у окна, подальше от шума. Он не участвовал в обсуждении, просто смотрел на брата и слушал. В его глазах не было зависти — только усталость и какая-то глубокая задумчивость.

— А ну! — вдруг раздался громкий голос, перекрывающий гул.

К дверям подошёл староста Гриффиндора. Высокий, с рыжеватыми волосами и усталым лицом, он смотрел на студентов с плохо скрываемым раздражением.

— Уже почти полночь, — сказал он. — Все по спальням. Немедленно.

— Эдгар, да мы только… — начал кто-то.

— Я сказал — по спальням! — голос старосты не терпел возражений.

Студенты нехотя начали расходиться, перешёптываясь на ходу. Кто-то бросил прощальный взгляд на Кая, кто-то задержался у камина, но под суровым взглядом Эдгара Стоуна все потянулись к лестницам.

Через несколько минут в гостиной остались только несколько старшекурсников в дальнем углу — они техонько играли в карты и не обращали внимания на происходящее — и братья у окна.

Кай наконец выбрался из кресла и подошёл к Лео.

— Слушай, — сказал он, садясь рядом. — Чего ты такой грустный? Весь вечер молчишь.

— Не грустный, — Лео дёрнул плечом. — Задумчивый.

— О чём?

Лео помолчал, потом заговорил, не глядя на брата:

— Я стараюсь, Кай. Я хожу к Вейну, я занимаюсь, я в дуэльном клубе бьюсь, как могу. А всё равно… — он запнулся. — Всё равно я слабак. Элли меня сделала, ты вон тролля связывал, а я стоял в стороне и только смотрел. Завтра снова к Вейну идти, вместо выходного. И что толку?

— Ты не слабак, — тихо сказал Кай.

— А кто? — Лео повернулся к нему. — Ты посмотри на себя. В библиотеке ночей не сидишь, на тренировках не убиваешься, но ты крутой. В лесу один против двух троллей дрался, пока мы втроём одного еле одолели. А сегодня — плечом к плечу с профессорами. А я… — он сжал кулаки. — Я не могу так.

Кай слушал, не перебивая. Когда Лео замолчал, он положил руку ему на плечо.

— Я горжусь тобой, Лео. Слышишь? Ты стараешься. Ты ходишь к Вейну, хотя это трудно. Ты не бросаешь, даже когда проигрываешь. Это… это взрослые поступки. Ты взрослеешь.

Лео поднял глаза.

— А знаешь, что помогло мне в своё время? — Кай перешёл на шёпот. — Один… ключ. Ключ к тому, чтобы перестать быть «вечно вторым» и начать расти по-настоящему.

— Какой ключ? — Лео подался вперёд.

— Завтра вечером, — Кай оглянулся на картёжников в углу, потом снова посмотрел на брата. — Я возьму тебя с собой. Ты всё увидишь сам. Но никому ни слова. Даже Элли. Пока что.

Лео сглотнул.

— Обещаю.

В этот момент к ним подошёл староста. Эдгар Стоун стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на них с плохо скрываемым раздражением.

— Вы двое, — сказал он. — Я уже почти всех разогнал, а вы всё сидите. Спать. Живо.

— Ладно тебе, Эдгар, не ругайся. Мы уже идём, — Кай поднялся, потянул Лео за собой.

И они скрылись в темноте коридора, оставив гостиную почти пустой. Картёжники в углу даже не подняли голов. Только камин тихо потрескивал, догорая.