




| Название: | Sacred Fire |
| Автор: | Chris Pierson |
| Ссылка: | https://dragonlance.fandom.com/wiki/Sacred_Fire |
| Язык: | Английский |
| Наличие разрешения: | Разрешение получено |
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Одиннадцатый месяц, 962 год от Основания Истара
Как ни странно, после исчезновения Дважды Рождённого Бельдинасу стало заметно лучше. Не сразу, но день за днём он освобождался от безумия, охватившего его во время изучения Перипас. Впервые за несколько месяцев Король-Жрец вышел из дворца. Теперь он часто гулял по садам, погружённый в мысли. Вернулся в базилику, чтобы вести молитвы и давать короткие аудиенции. Вскоре снова начал появляться на ступенях Храма перед почитателями. Люди встречали его ликующими криками, а он благословлял их и всех, кто следовал за его светом.
Через три недели после первого появления перед народом Бельдинас пригласил двор на большой пир. Отсутствовал лишь лорд Титиан, покинувший город. На следующий день должна была начаться месячная подготовка к Йолю. Подавали жареную гусиную печень, зелёную рыбу в соляной корочке и сладости из мёда редких рубиново-красных пчёл, которых разводили при Храме. Пили кларет и бренди морагнак. Бритоголовый мальчик из Западного Дравинара пел, перебирая струны цимбелло.
Однако высшие жрецы пришли не ради еды, вина и музыки, хотя и наслаждались ими. Они ждали ответов. Многие хотели знать, почему месяц назад городские ворота закрыли на целый день и отчего на улицах стало больше Скатасов и рыцарей. Взгляды с немым вопросом то и дело обращались к сияющей фигуре во главе стола.
Кварат тоже наблюдал за Королём-Жрецом, гадая, что тот задумал. На вопросы придётся отвечать, но правду раскрывать нельзя. Дело было тонким, и эльф предпочёл бы заняться им сам. Теперь такой возможности не осталось. Он потягивал вино и следил за гостями, пока тихий скрип отодвигаемого стула не оборвал разговоры, трапезу и музыку.
Светоносец поднялся.
Три долгие минуты он стоял молча. Тишина в пиршественном зале казалась почти оглушительной. Придворные замерли, боясь издать хоть звук. Кварат с восхищением наблюдал, как высшие жрецы терпеливо и почтительно ждут. Одного присутствия этого человека хватало, чтобы внушать благоговение. Он смотрел вдоль стола, излучая доброту, и в каждом движении чувствовалась власть. Даже эльф ощущал её. Перед ними стоял избранник богов. Кто мог в этом усомниться?
— Время, — произнёс Король-Жрец, — пришло.
Слова повисли в воздухе. Словно по невидимому знаку жрецы подались вперёд, вслушиваясь. Бельдинас продолжил:
— В этом году силы тьмы нанесли мне удар. Они явились не под покровом ненависти и страха, а в куда более страшном обличье. Под видом друзей империи. Зло проникло в сердца тех, кого мы когда-то любили. Я говорю о Первом Сыне Ревандо, семье МарСевринов и многих других, которые плели заговор, чтобы отнять у меня Корону и уничтожить всё доброе, что совершили наша церковь и наша держава.
По столу прокатился возмущённый ропот. О том, что едва не случилось у Форино, теперь знали все. В винных лавках и на рынках люди плевались, стоило кому-нибудь упомянуть имя Ревандо. Но сам Бельдинас впервые говорил о заговоре открыто, а не только с ближайшими советниками.
— Вот какое обличье принимает зло, — продолжил Король-Жрец. — Когда тени редеют, оно ищет новое убежище. Даже среди света. Мы можем бороться тысячу лет, пока на Кринне не останется ни единого гоблина или мага, но зло всё равно найдёт, где спрятаться и снова набраться сил. Оно хитро и коварно.
— Я не позволю этому продолжаться. Приближается Йоль. Несмотря ни на что, он будет радостным. Но пусть все знают: это последний Йоль, который мы встретим, пока в Истаре ещё живёт зло. В последний день года я уйду в уединение, чтобы собраться с силами. Три дня буду очищать дух. А затем, в третий день нового года, когда солнце поднимется в зенит, призову самих богов — и навсегда изгоню тьму из мира!
В зале стало тихо, как в гробнице. По лицам жрецов текли слёзы, губы приоткрылись в безмолвном восторге. Лишь Кварат слегка улыбнулся.
Вскоре пир закончился. Придворные не просто не задали своих многочисленных вопросов — они о них забыли. Гости уходили потрясённые, почти не разговаривая. Кварат вглядывался в каждого, ища признаки сомнения или страха.
И не находил.
* * *
Лишь когда они остались вдвоём на балконе гостиной Короля-Жреца, глядя на город в вечерних сумерках, Кварат решился спросить:
— Вы нашли ответ?
Бельдинас молчал. Вокруг его сияния порхали мотыльки.
— Ваше Святейшество? — повторил эльф. — Тайна… она была в Перипас?
— Перипас не имеют значения, — ровно ответил Бельдинас. — Никогда не имели. Теперь я понимаю. Меня привели к ним не ради тайн богов. Нет. Они нужны были, чтобы разоблачить предателей. Выманить их из укрытия. Диски были лишь средством. Не целью.
Кварат удивлённо моргнул.
— Тогда?..
— Здесь, — сказал Король-Жрец, положив ладонь на сердце. — Ответ здесь. Всегда был здесь. Я был слишком слеп, чтобы увидеть. Но теперь понял. Я назову имя бога, и он ответит. Я прикажу, и он подчинится. Сила здесь.
Он снова ударил себя в грудь. Сияние вспыхнуло так ярко, что Кварат заморгал и отвернулся от боли в глазах. На миг Король-Жрец засиял, словно звезда.
И эльф задумался.
Долгое время оба молчали.
* * *
Кварат покинул дворец почти в полночь, и Бельдинас удалился в спальню. Фистандантилус произнёс одно слово, сбрасывая скрывавшие его чары.
— Я уже гадал, когда ты покажешься, Тёмный, — сказал Король-Жрец без малейшего удивления.
Фистандантилус позволил себе короткую улыбку. Обычно такое появление лишало людей спокойствия. Бельдинас наверняка боялся его — как не бояться, зная, какие силы маг может призвать одним движением пальца? — но ничем себя не выдал. Напротив, выпрямился и гордо поднял голову. Фистандантилус оценил это. Хотя восхищаться жрецами света ему доводилось редко.
— Ну? — спросил Король-Жрец. — Пришёл влить мне в уши яд и назвать его мёдом? Как ты собираешься совратить меня, маг Чёрных Одежд?
Архимаг пожал плечами.
— Сколько лет я при твоём дворе, Светоносец? Почти двадцать, если не ошибаюсь. И разве за всё это время я хоть раз пытался тебя развратить?
Даже Бельдинас вынужден был признать правоту этих слов. Те редкие советы, которые давал Фистандантилус Тёмный, шли Истару на пользу. Обычно же он просто сидел и наблюдал за государственными делами. Это не мешало злым языкам. Впрочем, Фистандантилус давно усвоил: против слишком болтливого языка лучше всего помогает хороший острый нож.
— Ты не злоупотреблял своим положением, — сказал Король-Жрец. — Но теперь всё иначе. Ты знаешь, что я намерен сделать в новом году?
— Знаю.
— И не боишься гнева богов?
Не больше твоего, — подумал маг.
— Это касается только меня и богов.
— Тогда чего ты хочешь?
Фистандантилус прожил столетия, питаясь жизненными силами магов слабее себя. В его юности Истар был лишь горсткой враждующих городов-государств. Теперь, глядя на Бельдинаса, он ощутил укол нетерпения. После стольких лет… После всего, что сделал, чтобы привести этого человека в Истар, посадить на престол и удержать на нём. Он сверг могущественных правителей, устраивал войны, губил тысячи людей — лишь бы в нужный час Светоносец оказался в его распоряжении.
Замысел Бельдинаса повелевать богами его не тревожил. До этого не дойдёт. Король-Жрец был силён, но Фистандантилус — сильнее. Магией он подчинит его себе. Вместе они произнесут слова, которые древние волшебники записали, уверенные, что никто никогда их не произнесёт. Портал откроется, и они войдут в Бездну.
А Тёмный займёт место среди богов мрака.
— Я хочу, чтобы ты подошёл, — сказал Фистандантилус.
Голос звучал совершенно обычно. Ни эха, ни грома, ни особой глубины. Но скрытая в нём сила метнулась через комнату невидимым хлыстом и опутала Короля-Жреца. Сияние Мицерам едва заметно дрогнуло. Фистандантилус улыбнулся. Корона Власти была могучей реликвией, но в его собраниях хранились десятки не менее могущественных. Бельдинас заморгал, словно внезапно устал, подался вперёд и пошёл через комнату.
— Хорошо, — сказал маг.
Он подождал, пока они окажутся почти лицом к лицу.
— Теперь остановись и сними Корону, Ваше Святейшество.
Как ни старался Фистандантилус, последнее обращение прозвучало издевательски.
Король-Жрец, словно во сне, поднял руки и снял Мицерам. Священный свет померк, оставив лишь серебристое мерцание вокруг усталого, испуганного лица. Бельдинас положил Корону на ближайший стол.
— Этого достаточно? — спросил он. — Ты будешь доволен?
Фистандантилус наслаждался мгновением, позволяя магии чёрной луны вливаться в себя. Она пела в крови, пьяня не хуже сладкого вина или масла кровоцвета. Он поднял руки со скрюченными, покрытыми старческими пятнами пальцами, на миг замер, затем положил ладони на виски лысеющего Короля-Жреца. Закрыл глаза и мягко проник в его разум.
Они стояли на вершине горы. Со всех сторон по скалам карабкались чудовища, колдуны и демоны. Среди нападавших были и люди: лорды Ревандо и Катан, Вента Плачущая с сыновьями и многие другие. Фистандантилус спокойно парил в воздухе, а Бельдинас едва сдерживал панику, цепляясь за каменный выступ, как потерпевший кораблекрушение моряк за обломок судна. Маг взглянул на него, увидел неприкрытый ужас и сразу понял: что-то не так. Перед ним был уже не тот спокойный, уверенный в себе человек, который много лет назад занял престол. В нём что-то сломалось. Там, где прежде звучала чистая, прекрасная музыка, теперь слышалась режущая слух фальшь.
Пока враги Бельдинаса подступали со всех сторон, Фистандантилус понял. Таким Король-Жрец видел мир: опасность повсюду, выхода нет. Он держался лишь для того, чтобы накопить больше силы. Потом выпустит её на волю и обрушит гору.
Враги погибнут.
Но вместе с ними погибнет и он сам. Только Бельдинас этого не понимал.
Видение исчезло. Фистандантилус отпустил Короля-Жреца и потрясённо отступил. Бельдинас был уже не тем чистым сосудом, который ему требовался. Слишком долго владел слишком большой силой. В его душе поселились гнев и зависть. А хуже всего — гордыня. То самое чувство, которым маг воспользовался, чтобы приблизиться к нему, и погубило Светоносца. Для обряда он больше не годился. Портал никогда ему не откроется.
Тёмный тихо рассмеялся. Смех был странным, полным насмешки над самим собой. Каким же глупцом он был! Дёргал за ниточки, заставляя кукол плясать, и не замечал, как его собственные нити сплетаются с нитями Короля-Жреца. Столько лет потрачено на ложную надежду…
Фистандантилус всё смеялся и смеялся.
— Очень хорошо, — сказал он, подняв взгляд к небесам. — О, как хитро!
Бельдинас лишь смотрел на него, всё ещё подчинённый чарам.
— Что ж, пусть будет так, — пробормотал Фистандантилус. — Пусть он сокрушит империю. Это уже неважно.
Он провёл рукой перед лицом Бельдинаса. С пальцев сорвалась волна магии, а губы произнесли тонкие, цепкие слова.
— Ты уснёшь, — сказал он с горечью. — И, проснувшись, ничего не вспомнишь.
Король-Жрец кивнул. Подчиняясь приказу, забрался в постель и положил голову на подушку. Не прошло и минуты, как раздался храп.
Тёмный немного постоял над ним, затем кивнул самому себе и вновь укрылся чарами.
У него ещё оставались дела.





| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |