Мальчик-Которому-Нужно-Сбежать (гет)

Иногда лучший способ избежать расставленных сетей — это притвориться, что ты в них попал.

(Дмитрий Нагиев)

* * *

«Тик-так... Тик-так...» — монотонно отсчитывали секунды массивные напольные часы с кукушкой в директорском кабинете.

Авель устало помассировал виски. Голова просто раскалывалась от этого бесконечного тиканья, жужжания, дребезжания, звона, треска и стука. Кабинет директора был настоящим адом для такого любителя тишины, каким был Авель.

Когда мальчик только-только очнулся здесь в полном одиночестве, Хант был в ярости. На протяжении пятнадцати минут Авель крушил, ломал и уничтожал всë то, до чего мог и не мог дотянуться. Но немного оспокоившись и выведя свой гнев на невинных драгоценных и не очень артефактах трижды проклятого и не к месту упомянутого Дамблдора, Хант с изумлением обнаружил, что ничего так и не повредил. Все сломанные мальчиком «игрушки» вернулись в свою исходную форму к вящему разочарованию первокурсника, который хотел пусть и так мелочно, но отомстить ненавистному старику.

Авель тяжело вздохнул и в очередной раз посмотрел на часы. Сейчас, когда злость немного отступила, ему было очень больно и грустно. Он понятия не имел, что произошло с его товарищами. Где сейчас находится Гермиона? Что стало с еë родителями, которых неудачливые спасатели не успели предупредить о сокрушительному провале экспедиции? А с Алексом? Оборотень очень долгое время сражался против директора и сумел изрядно вывести из себя последнего. Что сделал с ним Дамблдор? Может, стоило сдаться раньше и обойтись малой кровью? Тогда Алекс был бы в безопасности... Эх...

Когда стрелка часов доползла до двенадцати часов дня, дверь кабинета отворилась. Авель резко вскочил со стула, на котором до этого сидел, и только чудом успел поймать его до того, как он упал. В дверях стоял чëртов Дамблдор, успевший за ночь восстановить свою маску «а-ля добрый дедушка», добродушно улыбнулся насупившемуся первокурснику:

— Здравствуй, мой мальчик! — бодро поздоровался директор. Не дождавшись ответа от Авеля, которого уже всерьëз начали бесить эти расшаркивания Дамблдора и его «мальчики» вкупе с «девочками», старик продолжил: — Чудесный день, не находишь?

— Где Гермиона и Алекс? — потребовал ответа на один из самых волнующих его вопросов Хант, затаив дыхание в ожидании.

— Значит, Алекс... — пробормотал Дамблдор себе под нос, после чего в полный голос ответил: — Твоя подруга в безопасности, не беспокойся! — Авель продолжал буравить старика выжидающии взглядом прищурены в немом подозрении глаз, намекая на незаконченность ответа, и директор нехотя добавил: — А Алекс... Твой друг сумел бежать.

Авель почувствовал небывалое облегчение, услышав эти слова. Ну, хотя бы за оборотня теперь не нужно волноваться...

— Но мы здесь не за этим, — заявил Дамблдор, усаживаясь в своё массивное кресло, возвышающееся над одиноким стулом Авеля на приличную высоту, и вновь приковывая к себе внимание своего единственного слушателя. — Ты ничего не хочешь рассказать мне, мой мальчик?

Авель хмыкнул и скептически изогнулся бровь на манер Снейпа, всем своим видом демонстрируя, что человек перед ним — последний, кому он доверит какую-либо стоящую информацию, не говоря уже о секретах Ханта.

— Что же... — после продолжительной паузы вновь подал голос Дамблдор. — Тогда начну я. Что это было вчера?

— Что именно? — решил прикинуться дурачком Авель, чувствуя как по спине стекает неприятный холодный пот. Если директор заметил проявление способностей мальчика, то он мог заинтересоваться ими, и тогда... тогда Ханту вовек не выпутаться из сетей этого хитрого паука.

— Ты знаешь что! — не поддержал игру Дамблдор. — Я никак не могу припомнить, чтобы в школьной программе первого курса учили невербальной магии. Не напомнишь старику?

Тут Хант и осознал, что проявление его способностей, а именно призыв ветра, приняли за невербальную магию и чуть не рассмеялся от облегчения, но вовремя успел прикусить губу, внешне оставаясь предельно серьëзным. Дамблдор же совсем не разделял оптимистичного настроя мальчика, буравя того пристальным взглядом сквозь свои знаменитые очки-половинки.

— Я не понимаю о чём вы говорите, — дерзко произнёс Авель, вскинув голову вверх.

— Ты уверен, мой мальчик? — настойчиво продолжил гнуть свою линию директор, сверкая глазами. — Я последний раз прошу рассказать мне по-хорошему. Где ты научился невербальной магии?

Авель промолчал, сохраняя нейтральное выражение лица. Когда молчание затянулось, Дамблдор громко вздохнул и внезапно выхватил свою волшебную палочку. Это было настолько неожиданно, что Хант свалился со стула. Но, придя в себя, мальчик поспешил вскочить на ноги и броситься в сторону двери. Та, к сожалению, ожидаемо оказалась заперта. В бессилии стукнув по ней кулаком, Хант развернулся лицом к директору, который уже направил на Авеля свою волшебную палочку.

— Прости, мой мальчик, но это необходимо для всеобщего блага, — просто сказал Дамблдор, перехватив взгляд злого, как тысяча чертей, первокурсника. — Леггилеменс!

Авель показалось, будто тысячи раскалённых игл впились в его мозг, стремясь пронзить его насквозь. Во рту резко пересохло, а голова закружилась, непрозрачно намекая на высокую возможность потери сознания. Перед глазами закружились сотни беспорядочных картинок, и только тут Хант осознал, что происходит. Это была ментальная атака, как тогда, в кабинете Квирелла. Но если с профессором ЗОТИ мальчик худо-бедно справился, то теперь... Как защитить свой разум от сильнейшего волшебника?

Времени на раскачку не было. Выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, Авель сосредоточился на этой боли, пытаясь её оттолкнуть, представить её как нечто материальное, что можно сломать. С большим трудом, но у мальчика получилось осуществить свою задумку. Дамблдор выскользнул из разума юного мага, но явно скорее от неожиданности сопротивления, чем от реального мастерства Ханта. Второй раз что-то подобное не прокатит. Нужно было что-то помощнее. Куда мощнее.

Авель окинул Дамблдора оценивающим взглядом. На раздумья у мальчика было всего несколько секунд, поэтому ему стоило поскорее придумать действенный метод защиты. Как назло, в голову не приходило ничего путного! Хотя... Нет, это звучит бредово! Если бы все маги могли делать что-то подобное, то с ментальными атаками любой волшебник справлялся бы на раз-два. И в этом случае волшебники не рисковали бы вот так просто лезть в чью-то голову. Впрочем, разве у Ханта есть ещё какие-то, более приемлемые варианты? Вот именно, что нет. Придётся рискнуть.

Мальчик крепко зажмурился и начал придумывать. Благо, с богатой фантазией у Ханта никогда не было проблем...

* * *

Альбус Дамблдор удивлённо приподнял бровь, когда его выкинуло из разума Авеля. Кажется, Хант-младший был по-настоящему талантлив, раз уж ему без всяких тренировок даётся окклюменция. Но, конечно, до уровня директора ему было далеко... Да и, к тому же, даже если мальчик сможет отклонить атаки старика раз или два, то потом он устанет, и Альбус всё равно сможет достать нужные воспоминания из его буйной головы. Поэтому Дамблдор, не колеблясь, вскинул палочку и вновь углубился в пучины разума юного гриффиндорца, на этот раз не встретив ни малейшего сопротивления. Видимо, старик несколько переоценил способности Авеля. Бесспорно, тот был куда более подкован в окклюменции чем добрая половина жителей Магической Британии, но до уровня Мастера ему ещё о-очень далеко...

Но какого же было удивление великого чародея, когда он оказался совсем не там, где ожидал! Абсолютно не там, где ожидал!

* * *

Тринадцать часов и тридцать одну минуту назад:

Александр Зверев глухо зарычал, когда где-то рядом с ним раздался громкий гул, мешающий ему спать. Мужчина, не желая открывать глаза, хотел было достать подушку из-под головы и закрыть ею ухо, чтобы немного защититься от раздражающего шума, но, когда рука нащупала пустоту, внезапно вспомнил то, что предшествовало его незапланированному сну, и резко сел, распахнув слипшиеся после недолгого сна веки.

Он лежал на полу давно заброшенной квартиры-студии. Здесь было очень пыльно и грязно, большинство мебели было сломано или же просто отсутствовало. Откинув в сторону какую-то тряпку, которая до этого служила Алексу в качестве своеобразного покрывала, мужчина медленно поднялся на ноги, оглядывая весь масштаб разрушений.

Окно было разбито вдребезги и через образовавшийся проëм в помещение залетал холодный, неприятный ветер. Единственная лампочка, когда-то освещавшая квартирку, давно перегорела и теперь была абсолютно бесполезна. На потолке белела то и дело осыпающаяся штукатурка, на каким-то чудом уцелевшей на стене картине, изображавшей кораблекрушение, была кем-то нарисована забавная рожица. Деревянный стол был перевëрнут, у стула отсутствовала одна ножка, а обломки шкафа валялись по всей площади помещения. Со стороны казалось, что небольшая односпальная кровать была более-менее в порядке, но это было отнюдь не так. Стоило подойти поближе и чуть приподнять край пододеяльниа, как стали заметны копошившиеся там неизвестные жучки — Алекс не знал их названия, ведь он никогда не увлекался биологией и особого желания менять это у оборотня не было.

Зверев обвëл помещение полным подозрения взглядом. Как он здесь оказался? Последним, что помнил мужчина, было воспоминание о том, как в него ударило какое-то особенно неприятное заклинание одного старого пи... педагога. А после этого он потерял сознание. Но успели ли спастись Хант и Грейнджер? Этого Зверев не знал.

Вздохнув, Алекс потëр виски и вновь окинул квартирку пристальным взглядом. Если честно, иногда Звереву казалось, что всë то, что произошло с ним за последние несколько дней, — лишь глюки, придуманные его больной фантазией, настолько всë вот это казалось нереальным. Этот парень, Авель Хант, был настоящим магнитом, притягивающим к себе неприятности. Зачем Алекс вообще помогал ему? Оборотень не знал. Может, потому что он напоминал ему старых друзей, которых потерял много лет назад, а может просто потому, что в Лихом в кои-то веки проснулась совесть и таким странным образом он захотел искупить свои грехи... А их у Зверева было целое море и ещë одна небольшая лужица.

Алекс никогда не утверждал, что он — законопослушный гражданин. Это было совсем, совсем не так! За свою жизнь мужчина успел побывать в самых разных передрягах. Когда он был ещë совсем юнцом и ему едва стукнуло двадцать, то он вместе со своим лучшим другом детства по молодости и дурости отправился искать приключения на свою пятую точку, наплевав на запреты родителей. И первым делом Алекс и Тони отправились в Магический Альбион, где когда-то давным-давно жил величайший в своей роде волшебник Мерлин.

Британия несколько разочаровала амбициозных магов. Эта страна была оплотом всяких сплетен и предубеждений, здесь запрету подвергали даже самые безобидные ритуалы и артефакты, которые требовали использования крови. Этого Александр и Антон не могли понять. Если в случае с какими-то человеческими жертвоприношениями невинных младенцев и девственниц, да и вообще людей в целом всë было понятно, то зачем нужно было запрещать раздел магии, где используется СВОЯ кровь? Причëм именно так активировались многие ментальные и защитные артефакты! Решительно непонятно.

Но и неоспоримые плюсы в поездке были. Именно в Британии Тони и Алекс познакомились с чудесной девушкой по имени Иветта, в которую практически с первого взгляда влюбился лучший друг Зверева. Неудивительно, что чуть меньше чем через полгода они сыграли свадьбу. А через месяц стало известно, что Иветта ждëт двойню. Крëстной матерью должна была стать Ванессет Кэрролл, а крëстным отцом торжественно назначили Алекса. Всë было просто замечательно. До тех пор пока не случилось страшное. Антоха примкнул к действующей в Британии террористической группировке и едва-едва не убедил Зверева сделать то же самое, но вмешался случай. Это был самый обычный день. Алекс шëл в дом своего друга, который жил вместе со своей женой, которая за всë прошедшее время стала сентиментальному Звереву ближе, чем родная сестра, чтобы дать наконец своей согласие на знакомство с неким лордом Волан-де-Мортом, но остановился в нескольких метрах от входной двери, около открытого из-за жаркой погоды окна. Внезапно мужчина увидел на кухне странную сцену: Иветта и Антоха, брюзжа слюной во все стороны, орали друг на друга как ненормальные и в их взглядах читалась такая ненависть... Это была далеко не обычная семейная ссора, а нечто большее, куда большее. Алекс стоял на месте как заворожëнный и молча наблюдал за развивающимся действом. Но когда Тони, тот Тони, с которым Зверев в детстве доставал котят из реки и мутузил юных садистов, а после залечивал синяки и ссадины, поднял руку на свою жену... Вот тогда Алекс не стрепел. Он ринулся в дом и впервые на своей памяти серьёзно поссорился со своим другом. Находившаяся тогда на большом сроке Иветта под шумок собрала свои вещи и тихо и незаметно ушла. Больше еë никто и никогда не видел.

С Антоном Алекс так и не помирился. Бывший друг слишком сильно изменился в худшую сторону, став чужим, незнакомым и жестоким, и обнажил ранее скрытые садистские наклонности. Оказалось, что Долохов — такой была фамилия Антона — давно обещал своему «хозяину» привести в его ряды Зверева. И Волан-де-Морт не простил Александру отказа. Тëмный лорд натравил на Зверева своего раба, оборотня Сивого. Алекс только чудом умудрился выжить в жестокой схватке. Но даже при этом последствия были необратимы. Алекс стал оборотнем, что принесло немало проблем. Таких, как он никто не хотел брать на работу. Звереву пришлось искать работу в маггловском мире, но и там с этим были большие проблемы. Не показывать же раюотадателю диплом об окончании Дурстранга, который был известной школой магии? Да Алекса просто на смех поднимут и выгонят взашей! Обычно Зверев выкручивался с помощью чар Конфундуса, но и их хватало ненадолго. Так или иначе маглы замечали несостыковки и увольняли несчастного оборотня. Тогда перед общественностью и предстал Лихой.

Так уж вышло, что от рождения Алекс был сильнее и ловчее своих сверстников, а проклятая ликантропия только усилила эти его качества. Зверев стал известен в Лютном переулке как неуловимый вор, способный проникнуть куда угодно и, что главное, вернуться оттуда целым, невредимым и с товаром на руках. Какое-то время Алекс, а точнее меняющий обличия Лихой, действительно промышлял подобный, но собрав необходимую для выживания сумму, прекратил заниматься этим отвратительным и недостойным занятием. Новые «друзья» оборотня не простили ему подобного. Они собирались шантажом и угрозами заставить Зверева продолжить заниматься воровством, но, к счастью для Алекса, они не знали как же на самом деле выглядит Лихой. Мужчина в детстве обожал «Волшебника Изумрудного города», а своим кумиром избрал Гудвина. Оборотень восхищался тем, как долго тому удавалось обводить всех вокруг пальца. Никто не знал, как собственно Гудвин выглядел, заочно считая его великим магом и опасаясь каким-либо образом разгневать его.

Заклинания всегда хорошо давались Алексу, поэтому замаскировать свою внешность не составило никакого труда. Лишь относительно недавно он свалился в Лютном, когда владелец «Виверены» узнал в Звереве Лихого. Алекс так и не смог узнать, как это ему удалось. Возможно, его выдал голос или манера поведения, а может что-то ещë... В любом случае, владелец растрепал всем вокруг о прибытии Лихого и, разумеется, враги не заставили себя ждать. К счастью, они приняли внешность Алекса за очередную его маску, что не могло не радовать.

Оборотень встряхнул головой, избавляясь от нахлынувших воспоминаний и возвращаясь в бренную реальность. Только тут Зверев и заметил сидящего на невесть откуда взявшейся целом (!!!) стуле мужчину высокого роста и крепкого телосложения. Казалось бы, в нём не было ничего особенно сверхъестественного, если бы не одно ма-а-аленькое «но». Незнакомец был от макушки головы и до кончиков пят серебряного цвета и казался таким же нематериальным, как какое-то приведение. Что за фигня?!

Неизвестный заметил повышенное внимание к своей персоне со стороны Алекса и посмотрел в ответ. Его глаза казались бездонными и в них то и дело проносились тëмно-серые вихри. Против воли Зверева из его рта невольно вылетел вопрос:

— Кто ты?

— Это имеет значение? — поднял левую бровь незнакомец, который, казалось, только сейчас и заметил Алекса.

— Конечно, имеет! — несколько раздражëнно отозвался оборотень. — Где мы находимся?

— Можешь называть меня Зефир. В Лондоне, — лаконично отозвался призрачный мужчина после длительной паузы.

Алекс с трудом подавил желание закатить глаза. В Лондоне... Очень конкретное местоположение! Но сейчас было важнее другое.

— Где Авель и Грейнджеры? — продолжил свой допрос Зверев.

— Не знаю. Для этого ты мне и нужен.

— Что? — не понял Алекс.

Зефир посмотрел на оборотня, словно на клинического идиота, и, помолчав, нехотя пояснил:

— Мне нужно найти юного Ханта. Ты же поможешь мне с этим.

— Чëрта с два! — возмутился вспыльчивый оборотень. — Зачем тебе нужен Авель? Отвечай!

Зефир промолчал, продолжая смотреть куда-то сквозь Зверева. Тот же такого наплевательского отношения к себе не стерпел. Не дождавшись никакого ответа, Алекс громко хмыкнул и направился в сторону держащей на одном только добром слове двери.

— Стой! — приказал всë такой же равнодушный внешне Зефир. Мужчина его не послушал. Но стоило только оборотню коснуться двери, как какая-то незримая сила отбросила его далеко назад.

Алекс нахмурился, потирая ушибленный в процессе падения левый бок, и посмотрел на Зефира. Тот расслабленно сидел на стуле с закрытыми глазами. Тихо выругавшись себе под нос, Зверев с трудом поднялся на ноги и повторил попытку побега. Но и на этот раз мужчину ждал не менее фееричный опыт толчка назад и последующего удара о пол. Несмотря на это, Алекс упрямо продолжал пытаться покинуть помещение, пока его не остановил полный чистого, ничем не прикрытого удивления голос:

— Зачем ты впустую тратишь свои силы? Ты мазохист?

— Выпусти меня отсюда! — потребовал Алекс.

— Нет, — меланхолично произнёс Зефир. — Нельзя.

— Но почему?! — взревел Зверев.

— Сейчас ночь. И куда ты собрался идти?

Алекс перевëл взгляд в сторону проёма в стене. И действительно, за отсутствующим окном уже было темно. Но всë же оборотень упрямо продолжил гнуть свою линию:

— Тебя это точно не касается. Не маленький, разберусь.

— Как знаешь, — пожал плечами Зефир и отвернулся. Алекс не верил своим ушам!

— То есть... То есть я могу уйти?.. — робко поинтересовался Зверев.

— Нет, — донеслось в ответ.

Алекс тяжело вздохнул. Кажется, это будет очень долгая и тяжёлая ночка...

От Беты:

Проверено! Новенькая информация, интересно. А этого Тоню прибить хочется... Эм, кхе-кхе, короче, как вам глава? •w•