КИНН ОФ (джен)

Комнату освещал мягкий свет ночника. Кристофер сел на край кровати Мадлен и поправил одеяло.

События сегодняшнего дня казались ему волшебным сном. А может, сном была как раз скучная реальность?

— Папа, расскажи про экспедицию, — попросила вдруг Мадлен совершенно не сонным голосом.

Обычные девочки просили рассказать им сказку про дракона и принцессу, но Мадлен верила в детские познавательные журналы. Так, по крайней мере, казалось Кристоферу Робину.

— Читала с мамой энциклопедию? — устало поинтересовался он.

— Я сама умею читать! — с обидой в голосе парировала Мадлен, но сердиться не входило в её планы — она хотела послушать историю.

— Ну… — начал Кристофер. — На следующей неделе я по делам компании собираюсь в экспедицию в Суссекс.

— Нет, — выпалила Мадлен. — Я хочу про настоящую экспедицию! Про Северный полюс.

Кристофер моментально вспомнил искпедицию, организованную к Северному полюсу. Но теперь воспоминания не доставляли ему боли, потому что он знал, что можно легко стать соавтором своей собственной вселенной, стоит лишь связать взрослую жизнь с вечным полднем детства.

Пол Уравлёв помог им со Сванте это понять.

— Хочешь, я расскажу тебе про экспедицию к Слонотопу?

— Они существуют?

— Конечно! Иногда их ещё называют Слонопотамы. И некоторые их боятся. Но совершенно зря!

— Они добрые? — спросила Мадлен и села повыше в подушках.

— Скажем так… Они не несут зла. Представь, что весь наш огромный мир держался бы на одной гигантской черепахе.

— Тогда бы мы с неё соскользнули!

— А на черепахах стояли четыре… нет, пять Слонотопов!

Мадлен сосредоточенно нахмурилась, пытаясь представить себе такую картину.

— Каждый Слонотоп смотрел в одну сторону света и отвечал за что-то одно.

— Но сторон света четыре! — перебила Кристофера его слишком умная дочь, подаваясь вперёд. — Север, юг, запад и восток!

— Верно, — усмехнулся Кристофер, а потом понизил голос до заговорщицкого шёпота: — Пятый Слонотоп стоял в середине.

Мадлен откинулась обратно на подушки.

— Ну вот, — тоном рассказчика сказок продолжил Кристофер Робин. — Первый Слонотоп следил за властью и отвечал за силу воинов, а ещё он повелевал грозой, молнией и дождями.⁽¹⁾ Второй ведал неумолимым законом времени и справедливостью. Третий управлял всеми морями и океанами и следил за исполнением клятв и обещаний.

— Ты обещал сходить со мной в парк, — перебила его Мадлен.

Кристофер моргнул.

— Хорошо. Сходим.

— Правда? — Мадлен так удивилась, что даже откинула одеяло.

Кристофер был вечно занят. Он думал, что Эвелин и Мадлен нужны надёжность и отложенные средства на «чёрный день». Кажется, в погоне за взрослыми обязательствами в его днях совершенно потерялись цветные. Остались только серые.

— А другие Слонотопы? — выдернула его Мадлен из раздумий.

— Другие? А, да… Четвёртый охранял скрытые в земле сокровища. А пятый…

— Что пятый?

— Пятый не держал на своей спине сушу или океаны. Он хранил веру людей в чудо и волшебство. Без него мир, скованный строгими законами времени и пространства, был бы слишком правильным и нерадостным.

— Как у взрослых?

— Как у тех, кто не умеет мечтать.

— И ты ходил в экспедицию к этому Слонотопу?

Смышлёную Мадлен не так-то легко было запутать. Она же помнила, с чего начал свой рассказ Кристофер. А вот он почти забыл. Кажется, они говорили что-то про экспедицию.

— Спокойной ночи, солнышко, — уклонился от ответа Кристофер и неприкрыто зевнул.

Он поцеловал Мадлен и уже повернулся к двери, когда услышал досаду в её голосе:

— Слонотопов не бывает. Что я, маленькая, что ли? Я знаю, что Земля — круглая.

Кристофер прикрыл створку и отправился в спальню. Эвелин как раз ушла в ванную, и он лёг на свою половину кровати, не включая торшера.

Он лежал и представлял большую-большую черепаху, на которой монументально стояли четыре огромных Слонотопа. Земля кренилась то в одну сторону, то в другую, потому что человечество устраивало войны, осушало моря, вырубало леса, и ей каждый раз всё труднее было выровняться и найти устойчивое положение. И тогда пятый Слонотоп, которого и видно-то не было за спинами собратьев, поднял голову и пронзил бивнем Землю, создал ось опоры и удержал её от падения в бездну. Веру в чудо нельзя было пощупать или осязать, но когда человек искренне верил в сказки, мир вокруг него обретал невероятную устойчивость и новые краски.

Колесо опять крутило ход времени, Спица направляла потоки фантазий, а Нить впитывала в себя истории и делала их живыми.

Смартфон в кармане Гены завибрировал в последний раз, когда они прошли под дубом, и засветился надписью «Сказка-GO. 29 октября. Пройдено». А потом в руке Гены оказался сморщенный огрызок яблока синеватого оттенка.

Когда они оказались у Перекрёстка сказок, Кристофер сначала принял указатель за изъеденный жуками столб. И лишь потом, когда они немного пришли в себя, Иа-Иа, проработавший в музее Истории достаточно времени, сказал, что это — не дерево.

— Самый крупный из известных бивней африканского слона достигал в длину чуть больше четырёх метров, — сказал он, осматривая рисунок. — Перед нами не целый бивень, а лишь малая часть, осколок. Боюсь даже представить, каких размеров был его носитель.

Кажется, вернувшись из мира КИНН ОФ, Иа и остальные прихватили с собой человеческие знания и привычки.

— Значит, Древо сказок и Веретено были сделаны из слоновьей кости? — спросил Гена.

— Из бивня Слонотопа! — ответил Кристофер и засмеялся, заметив, как затряслись сразу ушки Пятачка.

Тот боязливо подошёл к указателю. От Пятачка требовалось большое мужество, чтобы не дать дёру, и всё же он осторожно дотронулся до гладкой поверхности в трещинках. Бровки его удивлённо взметнулись вверх.

— Он тёплый! Оказывается, Слонотопов можно не бояться? А куда подевались буквы на табличке?

Никто теперь не мог дать ответа на этот вопрос, потому что Веретено Сказок стало вновь невидимым, как и положено настоящему волшебству. И исчез их друг-путеводитель — Пол Уравлёв, хотя — кто знает — возможно, он мог снова появиться в самом неожиданном месте, чтобы напомнить, что важные вещи — это не документы и отчёты в чемодане, а что-то совсем другое: горстка жёлудей, горшочек мёда или… рогатка.

А дело было так.

— Смотри, Кристофер Робин, у Слонотопа твой важный портфель, — сказал Винни-Пух, когда подошёл к Пятачку, чтобы тоже потрогать бивень.

Наверное, Кристофер сам поставил портфель к указателю, когда читал слова на табличке. Он улыбнулся и поднял портфель и тут же охнул, потому что тот оказался гораздо тяжелее, чем помнилось Кристоферу. У него там лежали срочный отчёт и заметки, не более.

Он открыл портфель и с удивлением достал оттуда горшочек с мёдом. Тут же табличка призывно засветилась крупными печатными буквами.

— Это тебе, Винни, — сказал Кристофер.

— Без-до-о-н… — по слогам принялся читать Пух. — Кристофер Робин, ты не мог бы прочитать, что тут написано? Такие длинные слова всё ещё убегают от меня.

— Тут написано «Бездонный горшочек мёда для Винни-Пуха», — опередил Кристофера Гена. — Кто-то сделал тебе подарок.

— У меня день рождения? — удивился Винни-Пух.

— Просто ты вернулся домой, — сказал Кристофер, заглядывая в портфель. — О! Кажется, тут есть что-то ещё!

Пятачок получил новый фонарик «Жёлудь смелости».

— Теперь мне точно не будет страшно выходить из дома вечером! — обрадовался Пятачок.

Сова обзавелась «Очками истины», в которых могла читать абсолютно все надписи, Кролик — «Рулеткой роста» для измерения подросшей моркови.

Все получили из чемодана подарки, а когда Кристофер заглянул внутрь, чтобы убедиться, что там остался только отчёт, обнаружил там самую настоящую рогатку с резиночкой.

— А это кому? — с удивлением он смотрел на всех по очереди, но никто не спешил признаваться в том, что любит на досуге пострелять из рогатки.

И тут Пятачок заверещал и через секунду уже оказался на руках Сванте, стоявшего ближе всех к нему.

— Крыса! — завопил Пятачок. — Она пришла за моим жёлудем!

В траве и правда мелькнул серый хвост, а потом Кристофер почувствовал, как по его штанине кто-то взбирается.

— Ах ты разбойница, — ласково сказал Кристофер. — Где же ты пряталась? Совсем забыл про тебя.

Лариска же деловито обнюхала его карман и юркнула в портфель.

— Гена, тебе не кажется, что эта крыса какая-то знакомая? — спросил Чебурашка, ставя на землю большую авоську с апельсинами — подарок бивня.

— Кажется, — кивнул Гена. — В смысле, не кажется. То есть, кажется, не кажется!

Лариска высунула нос из портфеля и посмотрела на Гену с Чебурашкой. Кристофер готов был поклясться, что она смеётся.

— Ну и хорошо, — обрадовался Чебурашка. — Без старухи Шапокляк было бы как-то скучно.

— Тем более, — добавил Гена, — что она в последнее время потихоньку перевоспитывается.

— Это вы про Римму Борисовну? — уточнил Кристофер. — Ну и дела!

Они ещё немного постояли у указателя и разошлись в разные стороны, обязательно пообещав встретиться.

Шрек, Осёл, Фиона и малыши в ту сторону, куда указывала табличка «Болото», Винни-Пух и все-все-все в направлении Стоакрового леса — туда тоже вёл указатель. Гена и Чебурашка по своей тропинке, а Сванте, Аврора, Хильда Бок и Юрий вернулись обратно к проходу из-под корней дуба.

Кристоферу ещё предстояло вернуться на работу, чтобы передать Лариску Римме Борисовне, а заодно вручить ей рогатку — верное средство для возвращения её сказочной памяти. А там уж она сама смогла бы решить, где её место.

Это был очень насыщенный день. Кристофер уже засыпал, когда вспомнил про подарок, оставленный в портфеле.

Он включил свет, достал толстый блокнот в мягком переплёте с нарисованным указателем с Перекрёстком сказок из бивня Слонотопа с надписью «Книга Пыхтелок и Дружбы». Страницы в нём были чистыми, но Кристофер знал, что в них спрятаны истории о его друзьях. Он взял карандаш и написал «Винни-Пух». На листе тут же начали проявляться линии, сначала едва заметные, потом обретающие насыщенность и фактурность. Вот под подписью появилась картинка: деревянная кровать с лоскутным одеялом, тумбочка рядом, а на ней горшочек с мёдом, который как раз долизывал Винни-Пух, сидящий в смешном колпаке и длинной ночной рубашке.

Кристофер улыбнулся.

— Не спишь? — Он и не заметил, как подошла Эвелин.

Та обняла его за шею.

Кристофер отодвинул альбом и посадил её на колени.

— Пойдём завтра все вместе в парк? — спросил он. — У тебя же завтра выходной?

Эвелин работала на швейной фабрике два через два.

— Так у тебя-то нет! Завтра же пятница! — удивилась Эвелин.

— До пятницы я совершенно свободен! — таинственно ответил Кристофер Робин, скорчил забавную рожицу и повалил Эвелин на кровать.

1) Кристофер Робин в вольной интерпретации пересказывает древнеиндийскую мифологию, в которой космических слонов называют диггаджами.

Вернуться к тексту