




| Название: | Sacred Fire |
| Автор: | Chris Pierson |
| Ссылка: | https://dragonlance.fandom.com/wiki/Sacred_Fire |
| Язык: | Английский |
| Наличие разрешения: | Разрешение получено |
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Буря обрушилась на Таол с такой яростью, что по всей провинции падали деревья, а реки выходили из берегов. Дождь хлестал Титиана по лицу, но он не опускал забрало. Пусть хлещет. Пусть смывает слёзы.
Катан убрал Диски и наклонился за Губителем Тьмы.
— Поединок?
— Именно, — ответил Титиан. — На кону твоя свобода и Перипас.
— И моя жизнь. Я не сдамся.
Титиан кивнул. Другого он и не ждал, хотя прежний наставник выглядел сломленным, изголодавшимся и измученным. Даже Губитель Тьмы не мог гарантировать ему победу.
— А если выиграю я? — спросил Катан. — Ты действительно прекратишь погоню?
Вместо ответа Титиан поднял меч Брона и прижал рукоять к губам, не отводя взгляда. Катан чуть поник, словно уже проиграл.
— Хорошо, — вздохнул он. — Но драться здесь нельзя. Не хочу осквернять могилу Таварре нашей кровью. Пойдём туда, где нас никто не увидит. Только ты и я. Пусть свидетелями будут боги.
Рыцари зашевелились. Брон открыл рот, собираясь возразить, но Титиан поднял руку. Сверкнула молния, а через секунду оглушительно ударил гром. Великий маршал поморщился, потом улыбнулся.
— Хорошо. Верю, что ты не станешь хитрить, Катан. Веди.
Брон проводил их до ворот разрушенного замка и остановился лишь под строгим взглядом Титиана. Молодой рыцарь сердито покраснел, но подчинился. Великий маршал был прав: у Божественного Молота были свои законы. Право на Понфобо Ифас — суд поединком — оставалось одним из них. Много лет прошло с тех пор, как двое рыцарей в последний раз сражались насмерть, но обычай сохранился.
От дождя тропа стала скользкой. Катан, выросший в этих местах, ступал уверенно и время от времени останавливался, чтобы Титиан мог его догнать. Они миновали Люсиэль и углубились в глушь. То продирались сквозь кустарник, то прорубали дорогу мечами. Буря крепла. Небо почернело, словно уголь, и каждые несколько секунд вспыхивало новой молнией, бившей между тучами или прямо в землю.
— На вершины лучше не подниматься, — сказал Титиан. — Молния убьёт нас обоих.
Катан рассмеялся и пошёл дальше. Казалось, они прошли уже несколько миль, и Титиан начал сомневаться, что найдёт дорогу обратно. К собственному удивлению, он понял, что ему всё равно. Он снова остался наедине с наставником. В последний раз. И почему-то от этого было хорошо.
Наконец они добрались до оврага с крутыми склонами. Вход скрывали ели и боярышник. У ручья, уже раздувшегося от ливня, Катан снял сумку и тяжёлую мокрую рясу. На нём остались лишь сандалии и набедренная повязка. Пока он разминался, делая пробные взмахи Губителем Тьмы, Титиан видел, как под кожей проступают рёбра.
— А если ты просто отпустишь меня? — спросил Катан. — Скажешь, что я заманил тебя в ловушку и сбежал. Твои люди поверят.
— Ты знаешь, что я не могу, — ответил Титиан, покачав головой. — Это бесчестно.
Катан глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
— Да. Честь… — тихо произнёс он. — Хорошо. Если паду, похорони меня здесь. Когда-то это место было моим домом.
Титиан огляделся и наконец узнал овраг. Катан часто рассказывал о нём, когда они были рыцарем и оруженосцем. Здесь прятались разбойники Таварре. На этой самой земле Бельдинас впервые совершил чудо исцеления.
Они подняли мечи, приветствуя друг друга.
— Аподам мубат пукдум, — произнёс Титиан.
Да победит праведный.
Катан кивнул.
— Сифат.
Да будет так.
Они встали друг напротив друга, готовясь к бою. Небо вспыхнуло, гром прокатился от одного края оврага к другому.
Сначала они лишь проверяли друг друга. Четыре удара: сверху, снизу, снизу, сверху. Быстрые, но лёгкие, без намерения ранить. Оба отражали их без труда, полагаясь на многолетнюю привычку. Титиана охватил азарт. Это будет настоящий бой, а не упражнение во дворе Твердыни Молота. Пусть Катан уже не тот воин, которого он знал, опыт никуда не делся. Они разошлись и начали двигаться по кругу. Под ногами Титиана скользили хвоя и обломки сланца.
Катан атаковал первым — с такой внезапной яростью, что сердце великого маршала сжалось от страха. Титиан отступал, отражая удар за ударом. Отвёл клинок, едва не споткнулся о кривой корень, пошатнулся, удержался и снова отбил удар. Затем Катан отскочил так же быстро, как бросился вперёд. Правая рука Титиана горела от напряжения. Он смотрел на наставника с недоверием. Откуда у него столько силы?
— Ты сильнее и быстрее, чем я ожидал, — признался он.
Катан пожал плечами.
— Я научил тебя всему, что знаешь ты. Но не всему, что знаю сам.
Титиан широко улыбнулся. Да, бой будет хорошим. Молния ударила в далёкую вершину с оглушительным треском. Теперь вперёд пошёл он, закружив меч в связке движений, которой наставник его не учил. Это был новый приём заладской школы, незнакомый Катану. Тот отбивался неловко. Титиан теснил его к ручью.
Наконец клинок прорвался сквозь защиту. Катан опоздал с движением и сумел лишь отвести удар от горла в левое плечо. Рана была далеко не смертельной, но первая кровь пролилась. От следующего, куда более опасного удара Катан спасся прыжком назад, в ледяную воду. Он стоял в ручье, и по руке стекала кровь.
— Неплохо, — признал он, осмотрев рану.
— Пока тебя не было, я тоже кое-чему научился.
Катан приподнял брови и осторожно выбрался на берег. Следующая атака застала Титиана врасплох: наставник безупречно повторил приём, которым он только что похвастался! Теперь отступать пришлось великому маршалу. Он яростно отбивался. Но заладскую школу знал достаточно хорошо, чтобы предугадать каждый выпад, и, когда они снова разошлись, на нём не было ни царапины.
Титиан слегка опустил меч, отдавая должное мастерству противника. Руки болели, но он знал, что выносливее Катана. Нужно измотать наставника, а потом воспользоваться преимуществом. Может быть, удастся оглушить и взять живым. Он шагнул вправо, пригнулся под низкой веткой, не сводя глаз с Губителя Тьмы.
— Титиан, — сказал Катан. — Я должен сказать тебе кое-что важное.
Великий маршал на миг замешкался, затем покачал головой.
— Неплохая попытка, старик. Но уловка известная. Разговорами меня не отвлечёшь.
— Я не пытаюсь отвлечь. Послушай меня, мальчик. Неужели не выслушаешь?
Титиан снова атаковал. Удар, ответ. Удар, ответ. Затем отступил. Они опять начали кружить, не теряя из виду ручей.
— Ну? — спросил он.
— Обещай мне одно. Когда покончишь со мной, покинь империю. Возьми Диски и иди на запад. Не возвращайся в Стольный город!
Титиан нахмурился.
— Что за нелепость? Зачем?
— Потому что скоро Стольного города не будет.
Удар, ответ. Удар, ответ. Разошлись.
— О чём ты, во имя Бездны? — спросил Титиан, дыша всё тяжелее.
— О Бельдине, — ответил Катан, тоже задыхаясь и смещаясь влево. — Всё, что я говорил в замке, — правда. Он погубит Истар. Не только город. Всю империю. Я видел, что должно случиться.
Удар, ответ. Удар, ответ. Ещё раз. Разошлись.
Над ними сверкнула молния.
Титиан моргнул и нахмурился. В пустых глазах Катана было что-то, что заставляло поверить: это не очередная хитрость.
— Я… я тебе не верю.
— Нет. Часть тебя верит, — сказал Катан. — Ты просто не хочешь признать. Король-Жрец зашёл слишком далеко. Огненный молот станет ему карой.
Удар, ответ. Разошлись. На бедре Катана появился новый порез. Отступая, он охнул от боли.
Титиан смотрел на него. Хуже всего было то, что Катан мог говорить правду. Вид у него был именно такой… Да и замысел Бельдинаса приказывать Паладайну вызывал у великого маршала сомнения. Во многом это казалось святотатством. Но разве он не Светоносец? Разве не боги его избрали? Одна половина души хотела поверить Катану. Другая — довериться Королю-Жрецу.
Молния ударила в дерево неподалёку, превратив его в пылающий факел. Гром оглушил Титиана, словно два гигантских кулака ударили по ушам. Катан тоже поморщился, колени у него подогнулись. Вот он, шанс. Один удар, который выведет противника из боя, — и всё закончится. Титиан рванулся вперёд, выкрикнув имя Джолита.
Удар, ответ. Удар, ответ. Удар, ответ…
И ещё один.
Простейшая смена ритма. Но Титиан не успел её предугадать, и сталь вошла в тело. Оба отшатнулись, выпустив мечи. Кровь брызнула на каменистую землю. Катан упал на колени, закрыл глаза и застонал так, словно этот стон вырвался из самой глубины души.
Титиан застыл, слишком потрясённый, чтобы пошевелиться.
— Паладо Калиб, — выдохнул он. — Катан…
Рот наполнился кровью, и великий маршал рухнул на бок.
Катан смотрел в ужасе. Он тянул время и вовсе не стремился победить. Почти дюжину раз мог закончить бой, но не воспользовался ни одной возможностью: всё надеялся убедить Титиана остановиться. Последняя атака оказалась слишком стремительной, слишком яростной. На несколько мгновений его охватила паника. Теперь Титиан лежал возле ручья, и Губитель Тьмы торчал у него из живота, войдя до середины клинка. Кровь была повсюду. Дождь смывал её в ручей, окрашивая воду в жуткий розовый цвет.
Великий маршал ещё жил. Пальцы слабо цеплялись за рукоять. Побелевшие от потрясения губы беззвучно шевелились.
У Катана не нашлось сил встать. Он подполз, приподнял голову бывшего оруженосца и осторожно уложил себе на колени.
— Мальчик мой… — заплакал он, снимая шлем.
Пригладил длинные русые волосы, убирая их с бледного лица.
— Мальчик мой…
— Ты тоже… научился… — начал Титиан и оборвал фразу, зашипев от боли. — Кое-чему… новому…
— Надо было меня послушать, — сказал Катан, захлёбываясь слезами. — Я говорил правду. Надо было послушать. Я не хотел…
Титиан кивнул.
— Ты прав, Катан. Надо… было. Теперь… вижу. Вижу правду.
— Прости меня.
— Теперь… вытащи.
Не сразу Катан понял, о чём он. Потом посмотрел на Губителя Тьмы.
— Ты умрёшь, — тихо сказал он.
— А если… оставишь? До скольких… лет… доживу? — спросил Титиан с кривой усмешкой.
Зубы стали ярко-красными.
Он был прав. Титиан мог прожить ещё несколько часов, может быть, даже дней, но боль была бы невыносимой. Спасти его всё равно не удастся. Катан сжал руку старого друга.
— Сначала ответь мне на один вопрос.
— Если… смогу.
— Моя сестра… Что стало с Вентой?
Усмешка Титиана смягчилась.
— Картэй. Хорошая семья… она у них в рабстве. Я сам… проводил её… на корабль.
Катана охватила надежда. В пределах империи трудно было найти место дальше от Стольного города. Он низко склонился над Титианом и поцеловал его в лоб.
— Спасибо, друг мой.
— А теперь… закончи.
Катан молча поднялся. Начертил над Титианом треугольник, затем рога Джолита и слёзы Мишакаль. Упёрся ногой в плечо бывшего оруженосца и сжал рукоять Губителя Тьмы.
— Прощай, друг мой.
Он выдернул клинок.
Титиан выдохнул с тихим бульканьем.
Катан ещё долго стоял рядом неподвижно, пока дождь смывал кровь.
* * *
Буря утихла лишь перед рассветом. Рыцари к тому времени выбились из сил, а каждого уже сжимала тревога: Титиан давно должен был вернуться. Поэтому, едва над холмами забрезжил свет, Брон отправил людей на поиски командира.
Они потратили почти весь день, прежде чем наткнулись на овраг. Услышав далёкие сигнальные рога, Брон побежал на звук. Сэр Гиральд и ещё двое рыцарей ждали выше по склону, над разлившимся ручьём. Они стояли возле могилы, сложенной из камней. В изголовье был воткнут меч Брона.
Ярость не оставила места слезам.
— Найдите след Дважды Рождённого, — сказал он. — Он за это заплатит.
Гиральд посмотрел на него, широко раскрыв глаза.
— Но, сэр… Он победил в поединке…
— В Бездну поединок! — взревел Брон, шагнув к молодому рыцарю. — Теперь я ваш командир. И я говорю: Катан МарСеврин — не настоящий рыцарь. Он убил вашего великого маршала. Найдите его!
— Д-да, сэр, — пробормотал Гиральд и поспешил прочь. Остальные последовали за ним.
Брон проводил их взглядом, затем выдернул меч из могилы лорда Титиана. Дважды Рождённый их обманул. У него сутки форы. Может, больше. Но у рыцарей есть лошади. Их много, а он один. Рано или поздно Брон его настигнет.
И Катан заплатит.





| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |