И все заверте... (джен)

Глава 29

В Хогвартс вернулись через три дня. Снейп принес для Гарри и Гермионы порт-ключ до платформы 9 и 3/4 и лично проводил их на Хогвартс-экспресс. Эмэ вручила ребятам корзинку с жареной курицей, пирожками, пирожными и большим термосом с кофе, так что путешествие обещало быть очень приятным.

В поезде студенты постоянно переходили из одного вагона в другой, обмениваясь новостями и слухами. Информация про странный кристалл в Тайной Комнате распространилась довольно быстро. «Ежедневный пророк» писал о неких артефактах Основателей. Про Тома мало кто знал, а осведомленные не болтали.

К Гарри и Гермионе подсел Невилл, потом в купе ввалился Рон Уизли.

— Гарри, — начал он прямо с порога, — а чего ты меня с собой не взял? Мы же друзья!

— Но, Рон, ведь Гермиона девочка. И ее родители — обычные люди, у нее просто не было порт-ключа. Я думал, что твои родители вам всем такой сделали, они же волшебники.

Рон задумался.

— Ну ладно, — наконец неуверенно проговорил он, — наверное, так и есть. Но у нас порт-ключей нет, папа такое не делает, а стоит дорого.

Невилл покачал головой.

— Бабушка говорит, что это безответственность, — сказал он, — она меня похвалила, что я Дина Томаса с собой захватил, он же тоже магглорожденный.

— Да ладно, — махнул рукой Рон, пожирая глазами источающую аппетитные ароматы корзину, — лучше рассказывайте, где были. А то я в Мунго провалялся все это время.

— Как там твоя сестра? — спросил Невилл.

— Хреново, — ответил Рон, — нас к ней и не пускали толком. Мама все время плачет. Но колдомедики говорят, что Джинни поправится. Правда, долго лечиться надо.

— Главное, что поправится, — сказал Гарри, — давай, садись, тут на всех хватит.

Хватило действительно на всех. И было очень вкусно. Гермиона показывала колдографии и хвасталась подарками. Синьора Руджиери подарила ей книгу по лекарственным зельям, Бернардетта — несколько пакетиков с душистыми травами, которые росли только в окрестностях Триоры, Джанни — забавного плюшевого котенка, а Франческа — настоящую чимаруту.

— А профессор Снейп сказал, что разрешит мне сварит зелье, которое помогает учить иностранные языки, — важно заявила Гермиона, — и даже поможет, если что. Вот! А это очень важно. Мы с Гарри обязательно выучим латынь, но я бы хотела еще древне-греческий, арамейский и халдейский. Для начала. Ведь есть еще коптский, шумерский... Конечно, неплохо знать и современные языки, но самые потрясающие книги написаны на этих мертвых языках. А при переводе часто многое теряется.

— Ага, — согласился Гарри, — у синьоры Руджиери есть копии работ Гиппократа и Галена. И свитки Локусты.

— А это еще кто? — подозрительно спросил Рон, который от неожиданности даже жевать перестал.

— Рон! Как ты можешь быть таким необразованным?! Гиппократ и Гален — знаменитые врачи. Один жил в Древней Греции, а второй — в Древнем Риме. А Локуста — знаменитая древнеримская отравительница. У нее сами императоры яды покупали. Это, конечно, не хорошо, но чтобы приготовить противоядие, нужно досконально изучить яд.

— И чего это вы все с отравителями водитесь? — подозрительно спросил Рон, внимательно разглядывая начинку надкушенного пирожка.

— «Все — яд, все — лекарство; то и другое определяет доза», как говорил великий Парацельс, — важно проговорил Невилл.

— Ну вас! — буркнул Рон. — Так и заучиться недолго. Я вот точно зубрить не буду, мне и без ядов всяких весело.

— Как пожелаешь, — ответил Гарри, — но я хочу стать целителем, а для этого нужно много учиться. Это намного круче, чем играть в квиддич. Вдруг... вдруг, я придумаю лекарство от рака? Или еще от чего?

Гермиона кивала. Невилл попросил у нее посмотреть пакетики с травами.

— А можно будет написать этой даме и попросить у нее семена? — спросил он. — Это, конечно, эндемики, им будет неуютно в наших широтах, но вдруг у меня получится вырастить в теплице?

Рон поперхнулся, изумленно уставился на Невилла и повертел пальцем у виска.

— Эндемиками называют растения или животных, которые водятся только в одном месте и больше нигде, — пояснил ему Гарри. — Написать, конечно, можно, но вдруг они их скрывают, чтобы больше зарабатывать на продаже? Все-таки это — бизнес. Дядя Вернон всегда говорит, что не все секреты стоит открывать.

— А еще это может быть опасно, — сказала Гермиона, — я, правда, про растения мало знаю, но вдруг у тебя чего из теплицы выберется? А с животными много всяких неприятностей было. Даже у нас в Англии.

И остаток пути студенты слушали жутковатые истории про кроликов, коз и крыс — "пожирателей экосистем". Особенно всех впечатлили пчелы-убийцы.

— А знаете, — задумчиво проговорил Гарри, — это тоже хорошая профессия. Ну, я имею в виду: спасать редкие виды и исправлять все эти ляпы. Ведь с магией у нас больше возможностей.

— Ой, я бы с удовольствием спасала белочек, — сказала Лаванда, которая незаметно просочилась в купе во время рассказа и даже ухватила себе пирожное. — Они такие милые!

— А говорят, у нас Хагрид любит всякую мерзость в Запретный лес тащить, — послышалось от дверей, где уже, оказывается, довольно давно скопилась целая команда слушателей, — и каких-то чудовищных пауков развел.

Рон поежился.

— Да ты что!

— Точно говорю! Они даже на кентавров нападают.

— Вот из-за таких безответственных личностей, как Хагрид и наступают экологические катастрофы, — нахмурилась Гермиона. — С этим надо что-то делать! Нам сказали, что в Хогвартсе будут работать сотрудники Отдела Тайн, надо будет у них спросить. Это же важно!

С ней все согласились. Было решено отправить к невыразимцам делегацию и составить список вопросов. Драко Малфой тут же заявил, что его отец может помочь, как член Попечительского Совета. Рон тут же высказался про всех Малфоев оптом и в розницу, но его быстро заткнули, так как все прониклись судьбой магических и обычных животных. Наконец Хогвартс-экспресс прибыл в Хогсмит, что положило конец всем дискуссиям.

В самом замке было много изменений. Из Большого Зала исчез трон Дамблдора. Теперь часть помоста, на котором раньше находились стол и кресла преподавателей, обзавелась небольшим возвышением, где теперь располагались места деканов. В школе было множество авроров и невыразимцев. Часть коридоров была перекрыта. Шапочки из фольги были официально объявлены частью школьной формы.

— Вот бы взглянуть хоть одним глазком на то, что там нашли! — мечтательно проговорил Рон.

— Это может быть опасно, — сказала Гермиона.

— Говорят, Дамблдора арестовали, — сказал Шеймус, — вот это да! Хотя он всегда был странным. Может, он какие эксперименты над нами ставил? Я про такие вещи читал.

— Какие еще эксперименты? — удивилась Лаванда.

— Ну, там — излучение какое. Или препараты в еду. Чтобы посмотреть на реакцию. Даже оружие такое есть. Это, как его... психо... психичес...

— Психотропное, — сказала Гермиона.

— Точно.

— А это какое... такое? — заинтересовались другие.

Гермиона принялась рассказывать. К столу Гриффиндора сперва подтянулись студенты, а потом и авроры с невыразимцами.

— Есть звуки, которых человеческое ухо просто не слышит, — рассказывала Гермиона, — но все равно фиксирует. Там все дело в частоте колебания звуковых волн. Одни успокаивают, а другие наоборот — вызывают панику.

— Что такое колебания волн?

— Это маггловская физика, — Гермиона даже кулачки стиснула, — я могу у родителей попросить, чтобы учебники прислали. И еще научно-популярные книги есть.

— Мисс, — обратился к ней сотрудник Отдела Тайн, — я бы тоже хотел взглянуть на эти книги. Если вашим родителям придется потратиться, то мы возместим. Будьте так любезны написать письмо, а я берусь доставить его со всей возможной скоростью.

— Конечно, — тут же согласилась девочка, — я прямо сейчас и напишу. У нас дома есть такие книги, а папа с мамой, если что, и новые купят.

— Большое вам спасибо.

— Наверное, и скопировать будет можно? — спросили другие ребята.

— Можно, — кивнул невыразимец.

Гермионе тут же выдали пергамент, перо и чернильницу. Книги прибыли уже на другой день.