Последний полёт над пропастью (джен)

Он остановился у стойки регистрации волшебных палочек, ожидая, пока на него обратят внимание.

— Прошу прощения, — произнёс он, сам толком не зная, за что извиняется. — Где я могу найти мистера Фаджа?

Мужчина за столом поднял голову от каких-то документов и оценивающе оглядел Гарольда.

— Имя?

Тот в замешательстве нахмурился.

— Мне нужен мистер Фадж, — повторил он.

— А мне нужно регистрировать всех посетителей, — резковато отозвался рабочий.

— Я пришёл сюда за своим сыном и не должен проходить ваш допрос, — упрямо отчеканил Форест, скрестив руки на груди и холодно взирая на собеседника. — У вас нет на это прав.

— Вы в этом уверены? — неприятно ухмыльнулся проверяющий, постукивая ногой по лакированному паркету.

— Всё в порядке, Серджис. Он со мной, — произнёс кто-то, и на плечо Гарольда опустилась чья-то рука. Тот обернулся и увидел худого мужчину с рыжей шевелюрой.

Мужчина по имени Серджис закатил глаза, но возражать не стал, вновь уткнувшись в свои бумаги.

— Кто вы? — спросил Форест, заходя вслед за незнакомцем в кабину лифта.

— Я Артур Уизли, а ваш чудесный сын гостит у нас дома, — приветливо отозвался Артур, нажимая третью кнопку.

— Увы, теперь он гостит в вашем министерстве, — покачал головой Гарольд, без намёка на улыбку. Уизли усмехнулся, но промолчал.

Решётки с лязгом разъехались в стороны, и они вышли в тускло освещённый коридор.

— Вам в ту сторону, — Артур махнул рукой и скрылся за углом. Форест проследовал в указанном направлении и толкнул массивную чёрную дверь.

Он оказался в просторном помещении, отдалённо напоминающем древний зал суда.

Гарольд окинул взглядом тумбы на возвышениях и с улыбкой вспомнил трибуны на квиддичном стадионе.

Внезапно прямо из стены напротив вышел невысокий волшебник в слегка помятом салатовом котелке и в неприятной для глаз ярко-бордовой мантии.

Форест приблизился к нему. Тот с некоторым замешательством воззрился на новоприбывшего, раскрыл рот, собираясь что-то спросить, но Гарольд его опередил.

— Мне сказали, что здесь я могу найти мистера Фаджа.

Мужчина замер, но через мгновение его лицо просияло.

— Вы обратились по адресу. Я и есть Корнелиус Освальд Фадж, — он протянул ему пухлую ладонь. Гарольд секунду колебался, но всё же пожал её.

— Я Гарольд Форест. Мне сообщили, что обследование моего сына будет длиться две недели. Я пришёл забрать его.

Фадж растерянно заморгал и огляделся по комнате, словно ища пути к отступлению. Наконец, совладав с собой, он произнёс натянуто-ласково:

— Мне очень жаль, но осмотр дал неутешительный результат, и ему придётся остаться здесь, чтобы пройти… курс лечения.

— Что вы сказали? — озадаченно нахмурился Гарольд, и в его голосе прозвучал сильный акцент. — Остер болен?

— Не совсем так, — заместитель министра переминался с ноги на ногу, избегая твёрдого взгляда собеседника. — Его магия вышла из-под контроля и может вырваться в любой момент. Ваш сын опасен как для себя, так и для других. — Фадж перевёл дух и всё же решился закончить: — Эту его магию отнесли к разделу тёмной… тёмной магии.

Воцарилась абсолютная, безмолвная, мёртвая тишина.

— Где он? — тихо спросил Гарольд. — Где мой сын?

— Он? Нет-нет, к нему нельзя, это опасно… — забормотал Корнелиус и съёжился под суровым взглядом Фореста.

— Я увижу Остера, и мне никто не помешает. Даже министр магии Британии, — с угрозой проговорил он, вынимая из кармана палочку.

— Конечно-конечно! — испуганно пискнул Фадж. — Если вы настаиваете…

— Вам придётся убедиться в этом, — сурово откликнулся Гарольд.

Заместитель министра поспешно отступил и, шепнув что-то на латыни, открыл потайную дверь.

Они оказались в ослепительно белом помещении без окон и люстр, настолько ярком, что не нуждалось в дополнительных источниках света. Это был длинный коридор, напоминающий приёмную в психиатрической больнице.

Посетители завернули за угол и остановились напротив гладкой стены.

Фадж постучал по ней палочкой, и перед ними образовался прямоугольный проход. Он вошёл первым и махнул Гарольду, чтобы тот следовал за ним.

Они оказались в ещё одной белоснежной комнате, напоминающей спальню, но без окон. На кровати лежал юноша, остекленевшим взглядом уставившись в потолок.

— Остер! — воскликнул Гарольд и подлетел к сыну. Тот не шевельнулся.

— Что вы с ним сделали? — тихо спросил Гарольд, повернув голову к заместителю министра.

— С ним всё в порядке. Просто вы пришли в момент, когда выброс магии превышает максимальный уровень. Поэтому приходится увеличивать дозу препаратов, сдерживающих его, — терпеливо пояснил Фадж, оставаясь в дверях.

— Наркотик? — хмуро уточнил Форест. — Что вы ему вводите?

—Нет, это специальное устройство, — он указал на металлический обруч, стискивающий голову мальчика. — Оно создаёт внутренние барьеры, не дающие магии вырваться. Наша новейшая разработка. — Фадж самодовольно усмехнулся.

Гарольд озадаченно почесал макушку, вглядываясь в расслабленное лицо Остера.

— Если он не будет колдовать, то… — начал было он, но Фадж перебил:

— Он использует магию. Вы пришли в неудачную фазу, когда любое волшебство может обернуться катастрофой.

Форест сел на край кровати, пытаясь переварить услышанное.

— И как долго будет длиться лечение?

— Сложно сказать, — замялся Фадж. — Через неделю будет видно. Но вы можете свободно навещать его.

— Я и без этого смогу его навещать, — отрезал Гарольд и поднялся.

— Вас проводить? — оживился Корнелиус.

— Я запомнил, где выход из этого… места, — отрезал Форест и скрылся за углом.

* * *

Дверь открылась, и трое друзей замерли на пороге, не решаясь войти.

Перси испуганно дёрнулся, и чернильница, упав на пол, разлетелась вдребезги, забрызгав его пижамные штаны.

— Что ещё? — раздражённо спросил он, заклинанием очищая одежду и убирая осколки.

— Мы хотели кое-что попросить, — уклончиво протянул Рон, покосившись сначала на Альберта, потом на Септимуса.

— Опять кого-то дома заперли? — уже не так напористо уточнил Перси, растерянно проверяя свои записи.

Поттер негромко хмыкнул, а Септимус пробормотал что-то вроде:

— Как-то так.

— Понимаешь, Остера забрали на осмотр в Министерство на две недели, а прошло уже три…

— Не думаю, что у вас есть причина волноваться, раз он в Министерстве, — твёрдо оборвал его брат, всем корпусом разворачиваясь к ним.

— Всё равно, мы хотели бы навестить его, — упрямо повторил Рон. — Ты же проводишь нас? Мама не отпустит, если ты не пойдёшь...

— Да вас не пропустят дальше дверей, — покачал головой Перси. — Или подождите… Сегодня же день открытых дверей. Вы могли бы сделать вид, что вас интересует карьера... скажем, маркоборца. Я всё равно собирался в Лондон, могу сходить с вами...

Альберт довольно хлопнул в ладоши, Септимус улыбнулся.

Внезапно зеркало на противоположной стене завибрировало. Все испуганно покосились на него.

Комната вдруг начала заполняться густым молочно-белым туманом.

— Эванеско! — вскрикнул Перси, бешено взмахнув палочкой, но ничего не произошло.

— Я ничего не вижу! — беспомощно воскликнул Рон, шаря руками в воздухе.

— Сохраняйте спокойствие... — послышался тихий голос, и туман, словно по щелчку пальцев, рассеялся.

Мальчики застыли, увидев источник голоса. Перед ними стоял высокий мужчина с пепельно-серыми волосами, забранными в неопрятный пучок на затылке, и мягкими светло-карими глазами. За его кофту цеплялся...

Септимус ахнул, Альберт заморгал, а Рон тихо присвистнул.

— Ваш друг в беде, — без всяких предисловий произнёс Дугал. — Нам нужно вам кое-что рассказать.

— Лероп, — только и смог выдавить Рон.

Тот отошёл от отца и молча обнял друзей по очереди. Поттера он не отпускал особенно долго, прошептав ему на ухо:

— Прости. В тот раз я погорячился... не думал, что всё зайдёт так далеко...

Альберт вышел из оцепенения и неловко похлопал друга по спине.

— Да ладно, — с сарказмом бросил он, когда Лероп отстранился. — Убили — забыли.

— Что с Остером? — наконец вспомнил Септимус и посмотрел на Дугала. — Вы сказали, что с ним что-то произошло...

— Стойте! — возмущённо воскликнул Рон. — Мы что, так всё и оставим? У меня вообще-то есть пара-тройка вопросов! Мне одному интересно, что за чёрт тут творится?

— Мне очень жаль, но дело не терпит отлагательств, — покачал головой Макгрегор, опираясь руками на стол.

— Нам нужно срочно поговорить с Остером. Где он? — взволнованно спросил Лероп, обшаривая глазами комнату, словно надеясь, что тот вдруг выпрыгнет из-под кровати с криком: «Сюрприз!»

— Его забрали в Министерство, — откликнулся Альберт, беззаботно засовывая руки в карманы.

— Уже? — обречённо вздохнул Дугал, делая вид, что не замечает недоумённых лиц собеседников.

— Да, три недели назад, — серьёзно сказал Септимус, чувствуя, как всё внутри холодеет от многозначных взглядов, которыми обменялись отец с сыном.

— У нас осталось совсем немного времени, — быстро проговорил Дугал, пересёк комнату и остановился у зеркала.

— Вы вообще не собираетесь разговаривать с нами, да? — обиженно уточнил Рон.

— Да поймите же, — слегка раздражённо нахмурился Макгрегор. — От наших с вами действий в этот конкретный момент зависит действительно очень многое. А поболтать мы успеем и после. — И не добавив ни слова, снял зеркало с гвоздя, закрыл глаза и, пройдя сквозь него, исчез в глубине.

— Оно его съело! — завопил Альберт и стал судорожно ощупывать гладкую поверхность стекла.

— Не переживай, сейчас ты присоединишься к нему, — подмигнул Лероп. Схватив Альберта за руку, он исчез вслед за отцом.

В комнате воцарилась гнетущая, звенящая тишина.

— Чёрт, а мы ведь никаких показаний дать не сможем, — ругнулся Перси и обернулся к брату. — Ты чего?

Тот стоял у стола, старательно выводя что-то на обрывке пергамента.

— Пишу прощальное письмо, — драматично возвестил Рон и отбросил перо в сторону.

Из зеркала высунулась чья-то рука.

— Жутковато... — пробормотал Септимус, хватаясь за неё и исчезая где-то в недрах зеркала.

— Ты следующий, — старший пихнул в бок младшего. Однако на этот раз Лероп схватил сразу двоих, и друзья все вместе оказались по ту сторону дождя, оставив на столе коротенькую записку:

Мы ушли в Министерство на день открытых дверей. Вернёмся нескоро. Рон.

-

— Я умер? — прошептал Рон, вертя головой и разглядывая зеркала, отдалённо напоминающие надгробные памятники.

— Это мир зеркал, — тут же откликнулся Дугал, подталкивая их вперёд. — Я долго изучал это место. Если идти всё время прямо, ты увидишь, что за этими окнами начинаются другие реальности. Они выглядят как своеобразные пузыри. Дорога, по которой мы с вами сейчас идём, — это наша вселенная, она главная. А в пузырях находятся другие миры — то, что было бы, если бы мы сделали иной выбор. — Он перевёл дух и вгляделся в заполненное зеркалами туманное пространство.

— Мы с папой были в других реальностях, очень похожих на нашу. Там Остера заперли в Министерстве и сдерживали его магию, что сделало его обскуром. Этих вселенных больше не существует. Он их уничтожил.

Септимус в ужасе распахнул глаза, Альберт разинул рот, а Рон непроизвольно вцепился в руку Перси.

— У нас осталось несколько часов, — серьёзно сообщил мужчина, остановившись перед одним из зеркал.

— А что будет, если мы не успеем? — Поттер дёрнул за рукав Дугла, чтобы тот обратил внимание.

— Наша вселенная исчезнет, — прямо сказал тот и погрузил руку в вязкую внутренность стекла. — А так как она главная, исчезнут и другие.

— Тогда давайте быстрее! — вскрикнул Рон и протиснулся мимо друзей.

— Пожалуйста, — улыбнулся Макгрегор и толкнул его в зеркало. На мгновение Уизли исчез. Перси взволнованно приблизился к окну, однако мальчик тут же появился по ту сторону.

Ребята проделали то же самое, оказавшись в просторной ванной комнате с белым интерьером.

Септимус выбирался последним, но случайно угодил ногой в раковину, и та оглушительно раскололась пополам. Альберт в страхе зажал уши руками. Дугал тихо выругался.

— Будем надеяться, что нас никто не услышал, — пожал плечами Лероп и толкнул дверь.

В спальне стоял Остер, активно жестикулируя и разговаривая с кем-то невидимым.

— Рон, это твоя метла, — произнёс он и, подняв что-то невесомое с пола, протянул его воздуху.

Друзья молча переглянулись.

— Что это с ним?

— А он и раньше себя так вёл? — уточнил мужчина, подходя ближе.

— Нет, — растерянно покачал головой Септимус, воззрившись на Фореста, который теперь пылко дискутировал с постелью.

— Может, всё дело в этом обруче? — предложил Лероп и указал на металлический жгут, стягивающий лоб юноши.

— Ну… давайте снимем его, — пожал плечами Рон, словно говорит что-то очевидное.

Дугал схватился за обод и потянул вверх. Остер вдруг дико закричал и упал на пол, а Макгрегор от неожиданности отпрыгнул в сторону.

— И что теперь? — полюбопытствовал Альберт, наблюдая, как Форест недовольно ворча поднимается на ноги.

Никто не успел ответить — в стене внезапно образовался проход, и в комнату вошли.

— Альберт? — растерянно спросил он, переводя взгляд с одного на другого.

— Питер! — обрадовался тот. — Ты обязан помочь нам!

— Вам сюда нельзя! — зашипел кузен. — Внизу слышали шум. Вам повезло, что проверять отправили меня, а не кого-то ещё. Уходите, пока сюда не пришли другие!

— У нас мало времени, — заметил Дугал.

— Питер, ты знаешь, как снять с него эту штуку?! — чуть не плача, взмолился Альберт, подталкивая брата к Остеру.

— Разумеется, но…

— Сними её, пожалуйста, мы всё объясним потом, — попросил Лероп.

Питер достал палочку и коснулся красной точки на обруче сзади. Тот с лязгом упал на пол, и Остер обессилено рухнул на кровать.

Септимус схватил друга за руку и потащил к зеркалу в ванной.

— Давай, иди! — поторопил он и толкнул его к стеклу.

Невидимый барьер отбросил Фореста назад, он ударился о стену и осел на пол, не двигаясь.

Мальчик подлетел к другу и пощупал его шею.

— Он потерял сознание, — упавшим голосом сказал Септимус, развернувшись к остальным.

Питер приложил палец к губам.

— Кто-то идёт! — прошептал он. — В ванную все, живее!

Ребята последовали его указаниям и прикрыли дверь.

Питер преградил путь новому гостю, который вскоре преобразился в Кингсли Бруствера.

— Всё в порядке, сэр, — сказал он, не давая тому заглянуть в комнату.

— Уверен? — прищурился мракоборец.

— Абсолютно, — улыбнулся Питер, оставляя за собой гладкую белую стену.

-

— Что мы будем делать, если Остер не может войти в зеркало? — с тревогой спросил Альберт.

— Это усложняет ситуацию, — задумчиво пробормотал Дугал.

— Может, попробуем выйти, как это сделал Питер? — предложил Септимус.

— Нас тут же увидят, — возразил Лероп. — Лучше взорвём пол и сбежим.

Дугал улыбнулся.

— У этой идеи есть нюанс. — В этот момент дверь открылась, и Питер прошептал:

— Всё чисто. Я принёс мантии-невидимки.

— Тут две. — Он передал одну Дуглу. — Вы левитируете его.

Питер достал вторую мантию:

— Сами спрячьтесь под неё.

— Не поместимся, — возразил Альберт.

— Тогда часть останется снаружи, — хмыкнул Питер. — Давайте быстрее!

Он оценивающе окинул из взглядом.

— Выглядит просто чудесно! — одобрил он наконец, и пропустил их вперёд.

* * *

— Сотрудникам отдела «Необычайные магические происшествия», просьба пройти в зал суда шестьдесят три!

Это сообщение прозвучало из громкоговорителей ещё три раза, после чего некоторые рабочие заспешили к лифтам.

— Им бы поторопиться, — с тревогой заметил Питер, проталкиваясь к выходу. — Отсутствие вашего друга уже заметили. Хорошо, что я не из этого отдела. — Он толкнул дверь и вышел на шумную и душную улицу Лондона.

— И где они? — скрывая волнение за раздражением, спросил Перси.

— Эй, мы тут! — сбоку от лестницы за углом высунулось лицо Рона, и брат с облегчением поспешил к нему.

— А ты разве не пойдёшь с нами? — с надеждой полюбопытствовал Альберт.

— Ой, вы такие авантюристы, я лучше поработаю, — тоном кокетливой дамы откликнулся кузен и скрылся в здании Министерства магии Великобритании.

— Куда двинем? — задумчиво протянул Уизли, шагая сбоку от друзей.

— Можно было бы к нам, — донеслось из-под мантии невидимки, так как Дугал по-прежнему левитировал Остера.

— Мы же будем скрываться, — безапелляционно уточнил Альберт. — Давайте к Сириусу?

Септимус радостно улыбнулся, однако все остальные растерянно нахмурились. — Он мой крёстный, — коротко объяснил он. — И ужасно любит всякие скандалы, уверен, он приедет в восторг, если мы все внезапно заявимся к нему.

Все помолчали мгновение, обдумывая сказанное, после чего Лероп озвучил общее мнение.

— Мне по душе это предложение.

— Что, опять к тебе домой? — обернулся Септимус к Поттеру.

— Через камин, да?

— Есть такая штука, называется парная трансгрессия, — с иронией произнёс Перси и повернулся к пустому пространству, в котором, по его представлению, должен был находиться Дугал с Остером.

— Всё верно, — кивнул тот, скидывая плащ и заворачивая в узкий проулок.

— Давай тогда на Пикадилли, — обратился к нему Альберт.

— Только не забудь про нас, — напутствовал Лероп отца.

— Надо привести в чувства Остера, а то как он трансгрессирует?

— Септимус склонился над ним с некоторым чувством вины за то, что толкнул его к зеркалу, и прошептал:

— Оживи.

Форест судорожно вздрогнул и медленно открыл глаза, щурясь от яркого дневного света.

— Что? Чёрт, где я? — хрипло спросил он, неловко поднимаясь с земли и едва снова не падая.

— Мы тебе всё потом расскажем, хорошо? — ласково сказал Дугал, и, взяв мальчика за руку, с громким треском исчез. Их завертело, и они оказались напротив красивой ухоженной лужайки, после которой возвышался большой трёхэтажный коттедж. Форест пошатнулся, и его вырвало.

— Неприятное дело, эта аппарация, — отметил мужчина и, с новым щелчком, исчез. Наконец все были в сборе и стояли в лёгкой дезориентации, пытаясь привыкнуть к стремительно изменившейся местности.

— Ого, да вы перенесли нас как раз к дому Сириуса! — обрадовался Альберт и, не думая, толкнул низенькую калитку. Друзья несмело последовали за ним, с интересом оглядывая сад, и только Остер смотрел себе под ноги, мечтая о том, чтобы лечь где-нибудь и заснуть.