Последний Тан (джен)

— Звучит как цельный камень, — сказал Тарн, отступая от стены с рукоятью меча, которая всё ещё гудела у него в руке. — Нет никакого гула.

— Возьми молот, — без колебаний сказал его отец. — Здесь берут начало воды светлого сада. Я знаю это достаточно хорошо!

— Что это значит? — спросил сын, всё ещё не понимая намерений Бейкера Белого Гранита.

— Слова на свитке велели мне искать Грот, там где зародились воды света! Это фонтан в моём собственном саду! Разве ты не видишь?

Тарн уловил связь, хотя и задавался вопросом, как они смогут пробить такую толстую каменную стену. Тем не менее полукровка спустился в подвальный коридор и зашёл в маленькую кузницу своего отца — стандартное помещение в большинстве гномьих домов. Через несколько секунд он вернулся с большим молотом.

Молот с силой врезался в каменную стену, и Тарн, который был готов к отдаче, чуть не упал вперёд, когда молот пробил стену насквозь. Отведя молот назад, он ударил ещё несколько раз, быстро проделав дыру, в которую могла бы пролезть голова гнома.

— Продолжай, — тихо подбадривал его Бейкер. — Сделай её достаточно большой, чтобы мы могли попасть внутрь.

Ещё через минуту Тарн уже взмок от пота, а дыра, ведущая в темноту, была примерно метр в диаметре. Из отверстия потянуло затхлым воздухом, и он предположил, что это помещение не открывали уже много тысяч лет.

Бейкер поспешил вперёд, пригибаясь и протискиваясь в отверстие, и с пыхтением приземлился на пол. Через несколько мгновений Тарн, Белиция и Регал последовали за ними. Они оказались на вершине груды камней у основания стены в удивительно большом помещении. Они спустились и присоединились к тану на полу. Тарн поднял голову и увидел потолок, усеянный зазубренными сталактитами, который высился высоко над их головами.

— Именно здесь всё началось тысячи и тысячи лет назад. — Бейкер говорил тихо, его глаза блестели от волнения. Тан Хиларов медленно и благоговейно огляделся, обходя круглую пещеру. Тарн смутно различал мягкий свет и понял, что сияние исходит от вершины холма в центре зала.

— Добрые драконы жили здесь в Век Мечтаний. Здесь они вылуплялись, росли и учились у мастера-ремесленника Чизеля.

— Погоди, — перебил Тарн. — Ты же говорил, что Чизель был гномом. А в Век Мечтаний гномов не было, верно?

Но отец его не слушал. Вместо этого он суетился, восклицал и присвистывал от изумления, осматривая комнату.

Для Тарна, если не считать мягкого освещения, пещера выглядела ничем не примечательной — обычная пещера в известняковой породе, которая, вероятно, образовалась под воздействием воды. Когда-то она была скользкой от влаги. Возможно, этот пыльный камень когда-то был кристаллическим и блестящим, но теперь он старый и сухой — мёртвый.

— Странно думать, что пещера всё это время была под твоим домом, — заметила Белиция.

— Не совсем, — ответил Бейкер. — На самом деле я давно понял, что она где-то здесь. Это одна из причин, по которой я решил жить в этом квартале Двадцать восьмого уровня. И все же мы никогда бы не догадались, где именно, я думаю, что именно поэтому Реоркс рассказал мне об этом сейчас.

— Почему стена казалась глухой? — Тарн задумался.

— Я предполагаю, что это часть древней защиты этого места: магические чары. Когда-то здесь было логово удивительных драконов, вы знаете, — великих зверей, обладающих могущественной магией, и даже их потомков. Оно было запечатано, чтобы его не нашли до нужного момента — до сегодняшнего дня.

Тарн выглядел скептически настроенным. Он всё ещё не понимал, какую пользу можно извлечь из этого места сейчас, но отец был слишком взволнован, чтобы его перебивать. Для Бейкера Белого Гранита это было кульминацией поисков всей его жизни.

Вместо него заговорил Регал.

— Что там насчёт ремесленника?

Бейкер улыбнулся.

— Он был мудр, этот летописец наших гномьих преданий. В летописях его называют Хранителем Знаний. Он написал величайшие истории нашего народа. Но у меня есть теория: я не думаю, что он был гномом. Нет. Я считаю, что он был одним из нестареющих мудрецов, которые всегда скрывались на задворках истории Кринна.

— Угу. Без сомнения, — скромно ответил Регал. — Хотя я предпочитаю называть его Вечно Мудрым.

— Подожди. Регал? — спросил Тарн, насторожившись из-за внезапной перемены в поведении овражного гнома. Внезапно агар перестал выглядеть таким грязным, таким пухлым и таким невоспитанным. Внезапно он стал серьёзным и, возможно, даже мудрым. — Эй, что происходит?

— А? — спросил Регал, ковыряя в носу. — Со мной?

— Это же ты! Летописец гномов! — ахнул Бейкер. — Ты Чизель Хранитель Знаний!

— И снова ты прав, — ответил миниатюрный Регал, который внезапно преобразился, на нем была одежда которая была если и не прекрасной, то, по крайней мере, хорошо скроенной, красиво украшенной и ухоженной.

— Это честь для меня.… Я не могу объяснить. Тан попытался заговорить, но Регал сделал предостерегающий жест рукой. Тарн смотрел на него, разинув рот.

— Однако нам предстоит работа, если вы готовы, — сказал отпрыск овражных гномов.

— Да, конечно. Яйцо. А теперь давайте посмотрим. Это было гнездо — должно быть, так и было, — сказал Бейкер, внезапно оживившись, и направился к большому холму в центре просторной пещеры. Белый свет исходил из невидимого источника на вершине этого куполообразного сооружения. Тарн и Белиция, слегка ошеломлённые, последовали за ним.

— Там родились первые драконы? — спросил Тарн, у которого всё ещё кружилась голова. Драконы были легендарными существами. На самом деле большинство жителей Кринна никогда не слышали об этой древней расе.

— Да. Дарлантан, Аурикан — и все их сородичи, — объяснил Регал или Чизель. — И я случайно узнал, что они оставили после себя один важный артефакт.

Тарн, Бейкер и Белиция вскарабкались по склону гнезда. Тарн увидел, что, несмотря на слой пыли и грязи, гнездо на самом деле было сплетено из металлической проволоки. Он порезался об острый камень, торчавший из металлической поверхности, и с удивлением увидел грани огромного рубина. Всё гнездо было усыпано этими прекрасными драгоценными камнями. Но он не стал останавливаться, чтобы рассмотреть их, а вместо этого забрался повыше, чтобы вместе с остальными заглянуть в чашеобразное гнездо сверху.

Внутри находился сферический предмет, размером больше драконьего яйца. Оно светилось и было покрыто бледным серебристо-платиновым налётом.

— Платиновое яйцо, — торжественно произнёс Регал. — Или Сфера Серебряного Дракона. Как бы то ни было. Очень мощное. Очень опасное.

— Отец, что нам теперь делать? — нервно спросил Тарн.

Бейкер повернулся к сыну, и в глазах старшего гнома стояли слёзы, а на лице читалась странная смесь восторга и печали.

— Теперь, когда мы нашли Грот и Платиновое Яйцо? И теперь, когда ты тоже его увидел? Сын мой, вам с Белицией пора идти. Я останусь здесь, потому что мне осталось сделать только одно.

— Мы все должны идти! — настаивал Тарн.

— Нет. Боюсь, у нас нет времени на объяснения. А теперь вы с Белицией должны найти путь к своду над двадцать восьмым уровнем и пройти одним из туннелей, которыми пользовались клары, когда напали на нас здесь.

— Да, но ты…

— Нет! — строго сказал тан. — Хоть раз в жизни ты должен мне подчиниться!

Тарн беспомощно посмотрел на Регала.

— Твой отец прав, — заявил его низкорослый спутник. — Написано: сила Грота пробудится, когда истинный правитель гномов возьмёт в руки Платиновое Яйцо. И Бейкер понимает — он показал себя прекрасным лидером и воином, но он ещё и великий учёный. В этом яйце сила Серого Камня, сила, породившая Хаос.

— Истинный правитель гномов — это я! — заявил Даркенд Ревущий Дым, выходя из дыры в стене. За ним по пятам следовали несколько дергаров. Тан был облачён в чёрные доспехи с торчащими из лицевой пластины клыками и держал в руках булаву с острыми шипами. Свирепый и воинственный, он обвёл взглядом священный зал. — Ты наделал много шума своим стуком, — усмехнулся он. — Разве ты не знаешь, что поблизости враги?

В грот вошло еще больше дергаров, и теперь они стояли в ряд вдоль дальней стены. У некоторых были арбалеты, и все они были нацелены на четырех гномов в центре пещеры.

— Цельтесь, — сказал Даркенд Ревущий Дым. Тан дергаров спокойно обратился к своим жертвам. — Итак, вы хотите умереть быстро или предпочитаете корчиться от невыносимой боли?

Он направился к гнезду.

— Платиновое яйцо великой силы для истинного правителя гномов? — Даркенд едва не расхохотался. — Как раз вовремя! Я заберу яйцо, и мой триумф будет окончательным!