Римус Люпин. Право на надежду (джен)

Изо дня в день Барти Крауч-младший, в ожидании отца развлекавшийся чтением прессы, с удивлением наблюдал, как «Ежедневный пророк» победно атакует Министерство магии Великобритании.

Газета била по читателям. По нервам. По живому.

«Украденное детство: как жертв Фенрира Сивого бросили на растерзание бюрократии».

Опомнились, да? Спустя десятилетия? Очень интересно. Темный Лорд в свое время спокойно использовал тупость властей, привлекая к себе не только Сивого, но и тех самых жертв. Которым больше не к кому было идти… И только проклятый Орден Феникса еще как-то трепыхался, Дамблдор пытался переманивать оборотней. Использовал, кажется, того самого полукровку. Уж не они ли стоят за нынешней потехой? Этот Люпин вообще слишком много о себе возомнил. Животные должны знать свое место. Когда-нибудь… да… он свое получит.

«Чудовище на свободе, жертвы — в оковах. Почему Долорес Амбридж боится правды?»

А вот это уже прямой вызов и личное оскорбление. Интересно, эта Амбридж достаточно кусачая, чтобы достойно на него ответить?

«Крики в полнолуние: исповедь тех, кого Министерство предпочло забыть».

Барти даже перечитал статью. Сильно получилось.

«Кровавый след бездействия. Пока Сивый пирует, Амбридж строчит законы. Кто ответит за шрамы наших детей?»

Какого Мерлина у них там творится? Очевидно, что у «Пророка» сменился хозяин. Как вообще Министерство упустило газету из рук? Впрочем, нынешний министр, похоже, настолько бесхребетен, что это и неудивительно. Бестолочи. Тем лучше. Таким правительством Темному Лорду будет легче управлять. И с «Пророком» Волдеморт разберется.

Ладно, неважно. Пока — неважно. Главное — продолжать держать отца под аккуратным Империусом. Не пережать, но и не выпустить. Кое-что папочка уже нашел. Кажется, в секретных отчетах упоминалась Албания…

* * *

Для Долорес Амбридж новое утро в Министерстве началось со странной тишины. Она шествовала по атриуму, чеканя шаг короткими ножками, но никто не спешил впечатляться. С ней даже не здоровались! Амбридж огляделась. Успела уловить во взглядах неприязнь, брезгливое любопытство… кто-то молодых клерков даже нервно хихикнул.

— Долорес, вы уже видели? — темнокожий аврор Кингсли Бруствер с непроницаемым лицом протянул ей газету. — Мастерская работа фотографа.

Амбридж бросила настороженный взгляд на первую полосу. Перед глазами полыхнул заголовок «Кто из них истинное чудовище?». А под ним — два колдофото.

Первое. Черно-белое, зернистое — маленький мальчик из Мунго. Он сидит на больничной койке, почти не шевелясь. Плечо и щека изуродованы рваными шрамами, которые никогда не исцелит магия. В глазах — застывший ужас трагического полнолуния.

Второе. Ее собственное лицо. Розовый цветочек в волосах показался нелепым даже ей самой. Рот полуоткрыт, глаза выпучены, кожа лоснится…

Долорес издала странный звук, похожий на хрип, сминая газету в ком. И помчалась к лифтам, сметая всех на своем пути.

Она и так собиралась сегодня к Фаджу. Подготовила безупречную, как ей казалось, аргументацию. Министр обязан снова приструнить «Ежедневный пророк»! Поспешить с принятием закона... Но сейчас стало не до дипломатии. Амбридж ворвалась в кабинет без стука, открыла рот, чтобы обрушить поток возмущения на Корнелиуса Фаджа… и застыла уродливой статуей.

В глубоком кожаном кресле, закинув ногу на ногу, сидел Сириус Блэк. На его красивых губах играла улыбка человека, только что положившего в карман весь мир.

Фадж, вместо того чтобы метать молнии, сиял начищенным галеоном.

— О, вы очень вовремя, Долорес! Мы тут с мистером Блэком как раз беседуем на тему дня. Такое досадное недоразумение вышло с этим… Фенриром.

— Недоразумение? — выдохнула Амбридж и облокотилась о стену, чувствуя, как пол уходит из-под ног.

— Именно! — подхватил Фадж. — Вы же видите, как общественность взбудоражена этой историей. Но люди не знают, что мы уже прилагаем все усилия, чтобы мерзавец Сивый наконец встретился с дементором. Аврорат задействован полностью, Бруствер руководит операцией. Мы просто обязаны сделать все ради безопасности наших граждан! И, конечно же, мы окажем всяческую посильную помощь жертвам этой кровавой шайки. Вы понимаете?

— Не просто помощь, Корнелиус, — небрежно бросил Сириус. — Англия ждет от вас решительных мер.

— Да-да, разумеется! — засуетился Фадж. — Думаю, нам нужен новый закон об оборотнях, Долорес. Немедленно.

Амбридж прилагала усилия, чтобы не сползти по стене. Она прекрасно понимала, какой именно это будет закон. Вместо резерваций и запретов — бесплатное лечение, помощь с трудоустройством, денежная компенсация...

— Подготовите черновик к вечеру? — мягко поинтересовался министр. — Я обещал редакции «Пророка» на завтра материал, который полностью успокоит общественность.

Долорес даже не кивнула. Из ее рта вырвалось яростное шипение. Выползая из кабинета, она еще успела услышать, как за спиной Фадж поинтересовался у Сириуса:

— Вы, конечно, с размахом отпразднуете приобретение главной газеты страны?

— Не думаю… скорее, скромный вечер для друзей… Вы же придете, министр?

— Без сомнения. С удовольствием!

Долорес Амбридж, впиваясь короткими пальцами в сумочку, добрела до лифтов. Он подошел сзади — невольно заставляя обернуться. Высокий, элегантный… Ее затрясло от ненависти. Сириус не вошел за ней в лифт и не увидел злых слез, стекающих по пухлым щекам.

В атриуме Блэка перехватил Кингсли Бруствер.

— Все идет по плану?

Сириус тепло улыбнулся.

— Да. Спасибо, Кингсли. Без вашей поддержки ничего бы не получилось.

Аврор дружески похлопал его по плечу.

— Ну-ну. Все здесь будут только рады, если вы выдавите эту жабу из Министерства. Надо ловить момент, пока Фадж смотрит в рот Дамблдору.

Сириус взволнованно вздохнул.

— Кингсли… найдите эту тварь. Я про Сивого. Обещайте, что не успокоитесь, пока сами не увидите как дементор… высосет из него жалкие остатки души!

Бруствер коротко кивнул.

— Обещаю.