Братья по магии. Точка отсчета (джен)

Не все было плохо. Алекс, сам того не замечая, пользовался всем магическим наравне с Гарри, хотя братская связь отсутствовала. Его везли лестницы, эльфы стирали его вещи и кормили в столовой и ничем не обделяли, как самого обычного ученика-волшебника. Гарри был рядом, и они оба были здоровы, что не могло не радовать. Но плохого тоже хватало.

Учеба больше не давалась легко, ведь у Алекса и Гарри теперь не получались даже давно усвоенные заклинания. Казалось бы, хуже некуда, но дно еще не было пробито. Мальчики поняли это, когда сообразили, что не могут использовать заранее подготовленный теоретический материал — виртуальные файлы тоже были недоступны.

— Пришла беда — отворяй ворота, — тихонько бормотал Алекс по-русски.

Алекс и Гарри не могли использовать не только свои файлы с текстом учебников по дополнительным материалам (без них как раз можно было обойтись), они даже не могли запустить свои перья, которые писали знакомым учителям почерком: аккуратным у Гарри, каллиграфическим у Алекса. Мальчики старались писать как раньше, но все равно разницу было видно невооруженным глазом. Макгонагалл, едва получив их первые после блокировки магии эссе, проигнорировала содержание и обрушилась на почерк. По ее словам, это небрежное каракули говорили о том, что оба мальчика демонстрируют лень и несобранность, а также неуважение — ведь такие работы труднее проверять. В этот раз Алекс удерживал Гарри, чтобы тот не нагрубил.

Учителя были недовольны и требовали наверстать все в кратчайшие сроки. На начало недели недовольство было слабым, а к концу достигло пика. Братьям приходилось сидеть в библиотеке, в которую они в последнее время заглядывали нечасто, и царапать обычными перьями корявым почерком ненавистные эссе, чтобы не разозлить преподавателей окончательно.

В один из дней они увидели Хагрида, неуклюже пробирающегося между книжными полками. Полувеликан в отчаянии водил глазами по книжным корешкам, время от времени брал в руки какой-нибудь томик, листал и разочарованно ставил обратно. Наконец Хагрид определился с выбором.

— Это то, о чем я думаю? — тихо спросил сам себя Алекс. Он даже привстал, чтобы лучше видеть обложку книги, почти полностью скрытую в массивной пятерне полувеликана. Хотя видно было мало, Алекс все же смог разглядеть нарисованные фрагменты драконьего хвоста, и часть названия «Разведение драконов». «Привет, канон», — подумал он.

В другое время ситуация была бы даже забавной, но сейчас для них с Гарри настали трудные времена. Пусть шестидесятилетний полувеликан как-нибудь справляется сам. К тому же, у него есть Рон и Гермиона, которые помогут дотащить дракончика до места встречи с Чарли.

Алекс задумался, не надо ли предупредить Малфоя. Почему-то (почему, он сам не знал) он уже в который раз озаботился безопасностью слизеринского принца. Однако потом Алекс сообразил, что Драко постоянно лез именно к Поттеру, а если Гарри не станет спасать дракона, то и Малфой не будет следить за Хагридом через окошко. Значит, нужно поговорить с Гарри и убедить его не вмешиваться. Тогда гамлетовский вопрос — Предупреждать или не предупреждать? — отпадет сам собой.

Алекс кратко разъяснил брату ситуацию с драконьим яйцом. Поттер, как обычно, не стал расспрашивать о подробностях, только поинтересовался, не влезал ли он в видениях Алекса в эту историю. Узнав, что он и его так сказать друзья не только покрывали Хагрида, но и взяли на себя труд избавиться от дракона, он хлопнул себя по лбу и простонал:

— О нет… Да ни за что на свете!

— Согласен на сто процентов, — поддержал Алекс. Чем больше отклонений от канона по части неприятностей, тем лучше. Проблем и так хватает.

* * *

Преподаватели были недовольны по-разному.

Макгонагалл поджимала губы, изображая полное разочарование абсолютно во всем: начиная с провального преобразования очередного предмета, кончая почти загубленными надеждами на квиддичное чемпионство.

Флитвик лишь однажды, в самом начале, задержал братьев после уроков и пожурил за несделанное письменное задание. Разбирая неудачи в практике, он посоветовал лучше стараться, чтобы взмахи палочкой получались точнее, но сказал, что понимает, в какой сложной ситуации оказался Алекс.

По словам полугоблина, недавно профессор Макгонагалл в учительской пожаловалась на невезение, которое в последнее время свалилось, да нет, обрушилось на сборную ее факультета. Коллеги уже были в курсе этой драматической ситуации, когда один из Уизли не смог играть из-за поломки метлы, а теперь с изумлением узнали, что новый игрок, первокурсник Грей, не оправдал ее доверия. Он упал на тренировке и категорически отказался садиться на метлу, из-за чего Минерве пришлось исключить его из команды. Флитвик неодобрительно добавил, что коллега напрасно поспешила с выводами. Лично он уверен, что у Алекса все еще нормализуется. Профессор Чар понимал, что Алексу нужны время и возможность прийти в себя. Флитвик высказал мнение, что в таких делах нельзя спешить и быть столь категоричным, при этом он явно намекал на Минерву.

Еще профессор Чар разрешил не приходить пока что на репетиции хора. Когда нет вдохновения, нет смысла пытаться петь. У Алекса, по словам Флитвика, был потухший взгляд, опытный педагог без труда это заметил. Конечно, хору нужен солист, но у певцов еще есть материал, который можно отрабатывать без Алекса.

Был еще один преподаватель, который заметил катастрофическое ухудшение работы Поттера и Грея. Этим преподавателем был Снейп. Конечно же, он и отреагировал по-снейповски.

* * *

Северус бросил раздраженный взгляд на Поттера и Грея. Мало того, что они не сварили нормально зелье, которое класс изучал сегодня, так ему пришлось применить Эванэско, чтобы уничтожить взрывоопасную бурду в их котле.

Будь это какие-нибудь другие ученики, Снейп, может быть, еще задался бы вопросом, что с ними происходит. Но в этом случае он прекрасно знал, почему у Грея трясутся руки, а Поттер рассеян и никак не может сосредоточиться. Северус своими глазами видел падение новичка гриффиндорской команды, больше того, он был тем, кто спас мальчишку. Разумеется, сделал он это не только из-за человеколюбия, но это не означало, что он не желал Алексу добра. И если он сможет помочь, облегчить пережитый ужас, почему бы и нет. Снейп знал, что у двух друзей, слишком близко к сердцу принимавших беды друг друга, начались проблемы не только на его уроке.

Заглянув в глаза Грею, только для того, чтобы знать, как глубоко нырять в сознание мальчишки в поисках места, где укоренился страх, зельевар увидел совсем не падение с высоты, как он ожидал.

Гриффиндорец уже показывал картины, лежащие на поверхности разума, причем Снейп был уверен. что Грей делает это осознанно. Сначала были Хогвартс-экспресс и развеселые близнецы Уизли, которые налетели на вокзале и сбили Алекса тележкой. Зимой, сразу после каникул, Грей и Поттер явно нуждались в помощи, чтобы избежать очередного идиотского наказания Минервы, которая сразу невзлюбила Грея. Северус вмешался бы только ради того, чтобы подергать кошку за усы, однако, заглянув мальчику в глаза, обнаружил нечто, что заставило его похолодеть. Алекс Грей показал, как Дамблдор несет куда-то бессознательного Гарри Поттера, и именно с этим и была связана просьба о помощи, ведь Минерва собиралась отправить мальчиков на наказание именно к директору.

Снейп не знал, для чего все это было нужно Альбусу, и не узнал впоследствии, что было неудивительно, учитывая, сколько у Дамблдора хранилось тайн, но он мог помочь именно в тот момент и, судя по реакции мальчишек, помог.

И вот теперь Грей показывает еще одну картину. Горы, люди с оружием, магическим и неволшебным… И посреди всего этого два до смерти напуганных ребенка. Теперь Северус примерно представлял, что именно происходило во время похищения, деталями которого так скупо делился Дамблдор.

И от этого волосы вставали дыбом.

Снейп был одним из тех немногих волшебников, кому не скормили сказочку о том, как Поттера с другом похитили какие-то мутные личности, вероятно, пожиратели или им сочувствующие, среди которых оказался непонятным образом бывший студент Хогвартса Реджинальд Дженкинс. Неизвестна цель похищения (месть, вероятно), непонятно, где сейчас затаились эти ненормальные личности, решившиеся на подобное. Представление об этом событии в магическом обществе еще не сформировалось, вот потом, когда ученики разъедутся по домам и расскажут, что знают… Но Альбус уже постарался сделать так, чтобы пересуды быстро утихли.

Северус, в отличие от подавляющего большинства, знал больше, но не все. И что-то ему подсказывало, что всего не знал даже сам Альбус, хотя тот всегда стремился к полноте информации лично для себя, утаивая ее от других «во благо». Теперь Снейп боялся, что знает слишком много, и это многое доверил ему Алекс Грей. И неизвестно, на пользу ли это знание самому Северусу.

* * *

Снейп не стал задерживать их с Гарри после уроков, чтобы отчитать за проваленную работу. Вместо этого он просто перегородил им выход, когда последние ученики высыпали из класса. Его черный силуэт заполнил дверной проем, и в воздухе повисло тяжелое, ледяное молчание.

— Вы можете лучше, — прошипел Снейп, и его голос, низкий и опасный, заставил Алекса внутренне сжаться.

Они действительно не справились. Привыкнув полагаться на «Ежедневник Зельевара», без него они умудрились испортить даже элементарное зелье. И то, что Снейп ограничился всего одной фразой, было почти милостью.

Гарри стиснул зубы, а Алекс опустил взгляд, чувствуя, как горят его щеки. Что тут скажешь? «Постараемся в следующий раз»? Это сработало бы с любым другим преподавателем, но только не со Снейпом.

Зельевар, однако, не стал разражаться саркастической тирадой. Вместо этого он пристально уставился Алексу в глаза — будто сверлил его насквозь.

И тут Алекс понял: это случилось снова.

Алекс думал все это время о том, что его мучило, и сейчас с ужасом и одновременно с облегчением «увидел», что показывает Снейпу очередное «кино». Его мысли, его страхи, его кошмары — все это выплескивалось наружу, прямо в сознание Снейпа. Он не хотел этого, но не мог остановиться.

Снейп не моргнув выдержал его взгляд. В классе повисла гнетущая тишина, наэлектризованная чем-то невысказанным.

— Сэр… — голос Алекса дрогнул, но он заставил себя продолжить. — Что делать, если… нечаянно убил?

Снейп медленно приподнял бровь, разрывая зрительный контакт.

— Кого это? — язвительно спросил он, но в его глазах мелькнуло что-то острое — понимание? Подозрение?

— Я про Гарри. Он же убил Того-Кого-Нельзя-Называть… — торопливо выдавил Алекс, стараясь не дрогнуть под этим пронизывающим взглядом. Упоминание этого общеизвестного факта должно было помочь скрыть личную заинтересованность в ответе.

Снейп фыркнул, и его губы искривились в холодной усмешке.

— Детское убийство оставляет шрамы на душе. Осознанное убийство. Мистер Поттер вряд ли что-то осознавал в том возрасте. — Его тон капал ядом, но в последних словах звучало что-то еще… Сомнение? Насмешка?

Алекс сглотнул.

— Так что делать? — тихо спросил он, отводя взгляд.

Он знал, что Снейп уловил суть. Объяснять подробности не было нужды.

Мальчик надеялся, что Снейп в очередной раз поможет, как уже помогал им с Гарри в самых сложных, даже безнадежных случаях, если не делом, так хоть советом. Алекс не боялся, что выдал лишнее. Он уже «показывал» Снейпу, как директор уносил куда-то Гарри. Зельевар не стал бы тогда помогать, если бы боялся и не хотел портить отношения с Дамблдором.

Снейп не подвел.

— Закрыть сознание, — резко бросил он. — Вы же знаете, что такое окклюменция?

— Слышал.

— Ну так действуйте!

— Но я не умею…

Снейп уже не слушал. Он резко развернулся, взмахнул рукой — и фиалы на столе сами собой выстроились в безупречный ряд. Гарри дернул Алекса за рукав, и они поспешно выскользнули из класса, пока профессор не передумал и по-настоящему не припомнил им испорченное зелье.