Братья по магии. Точка отсчета (джен)

* * *

Алекс стоял в кабинете Макгонагалл, заложив руки за спину и перекатываясь с пятки на носок. На его лице было самое отстраненное выражение, которое он только смог изобразить, взгляд направлен на круглую брошку, которую профессор закалывала на горле. Он молчал, всем своим видом показывая, что он на самом деле думает о словах, которыми крыла его Минерва. Впрочем, его мнение заместительнице директора было не очень интересно. Главное — то, что она сама хотела высказать, причем одну и ту же мысль по нескольку раз, пусть и другими словами.

— Итак, вы полагаете, что то, что вы устроили, сойдет вам с рук? Направить палочку на мистера Блэкхэма и поднять его Вингардиум Левиосой! Я поговорю с профессором Флитвиком, он просто обязан снизить вашу оценку, ведь любой знает, что этим заклинанием вы поднимаете не человека, а его одежду. Воротник мантии мог задушить этого юношу, это вы понимаете?

Алекс молчал, стараясь сдержать усмешку. Не объяснять же Кошке, что он поднял парня заклинанием Полета, а раз так, этому идиоту ничего не угрожало. Но Минерве надоело играть в одни ворота, и она потребовала:

— Объясните же, что на вас нашло!

Алекс помолчал, стремясь не закатывать глаза. Он, конечно, ответит, только Кошка совершенно точно не станет слушать.

Как только Алекс преодолел противоречие, которое его мучило, ему сразу стало легче. Оно заключалось в том, что он прекрасно знал, что Макгонагалл равнодушна, если не сказать черства, но ему очень хотелось, чтобы это было не так. Опыт его старшей версии подсказывал, что перемен ждать не стоит. Младшая версия долго не верила, но и Алекс Грей наконец прочувствовал это знание до конца.

Был еще один положительный, пусть и побочный, момент в том, что Саша оттянул на себя негатив, не дававший покоя Алексу: он забрал назад ставшее его второй натурой безоговорочное уважение к учителям. Алексу Грею уже не покажется кощунством добавить капельку неповиновения и щепотку дерзости.

— Хорошо, профессор, — скучающе начал Алекс. — Вообще-то, в моих действиях не было агрессии. Я защищал Гарри, иначе этот Морлей его бы не оставил. В тот момент, когда я применил заклинание, о котором вы упомянули, он схватил Гарри за шиворот. Как раз Морлей едва не задушил его воротом мантии. Гарри точно был в опасности, причем в двойной. Согласитесь, у него был небогатый выбор — или быть задушенным, или выйти из себя и поступить опрометчиво. Профессор, вы же представляете силы Гарри Поттера? Если бы он на самом деле рассердился… думаю, тогда бы Морлей действительно пострадал.

— Не говорите глупости, мистер Грей! — возмутилась Минерва. — Я видела с трибуны, что произошло. Мистер Блэкхэм просто был раздосадован проигрышем. Мистер Поттер мог обеспечить выигрыш, но, видимо, ваш пример подействовал на него… расслабляюще. А я ведь сразу поняла, что вы в команде не найдете общий язык с товарищами! Вы сами отдаляетесь от коллектива и мешаете Гарри в него влиться.

— Хотите сказать, что Гарри струсил? — хмыкнул Алекс.

Кошка словно не замечала его иронии, а может, действительно не замечала. Наверняка она думала, что для мальчишек в этом возрасте нет большего оскорбления — быть обвиненным в трусости и в непопулярности, на Гриффиндоре точно. Она метнула в Алекса свой фирменный взгляд из-под недовольно поднятых бровей. При этом ее подбородок взлетал чуть ли не до потолка.

— Именно так, мистер Грей. Я не хотела использовать именно это слово, но да — мистер Поттер струсил. И именно вы в этом виноваты.

— Тем, что упал с метлы? — Алекс уже не скрывал сарказма. Снейп бы им гордился.

— Упасть может любой. Вы смалодушничали и позволили своему страху взять над вами верх. Гриффиндорцы так не поступают. Они преодолевают страхи и служат примером своим товарищам, а вы тоже послужили примером для своего друга, только дурным.

— Угу, — сказал Алекс. Хотелось закатить глаза, но этого не стоило делать, если он хотел побыстрее закончить с этим бессмысленным разговором.

Кошка все же заметила его настрой и разозлилась.

— Я вижу, вы не только не раскаиваетесь, да еще и упорствуете, кроме того, дерзите. На вас это не похоже, поэтому, я думаю, мой долг помочь вам прийти в себя. Во время наказания вы сможете подумать над своим поведением.

Когда через минуту Алекс вышел, Гарри, ожидавший его в коридоре, увидел его сияющую физиономию.

— Отработки у Снейпа! — радостно сообщил Алекс.

— Хоть что-то приятное, — расплылся в улыбке Гарри и оглянулся, не слышит ли кто, потом спохватился: Карта прекрасно работала и показывала, что в коридоре они одни, а подключившийся Барьер надежно отсекал их разговор. За время без Системы они уже отвыкли от многих ее преимуществ.

На факультете их встретили неприязненно. Алекс, не дожидаясь реакции Гарри, огрызался и шипел на самых наглых из болельщиков. Те вздумали предъявить Поттеру за поражение.

— Сами летайте, если хотите победу, — отрезал Грей. И добавил: — Это игра, вообще-то, случается и проиграть, а на Гриффиндоре никак не научатся делать это цивилизованно.

Половина присутствующих зависла, пытаясь понять и переварить сказанное. Грей, разговаривающий в духе Снейпа, был в новинку и обескураживал.

— Поттер плохо старался! — влез кто-то.

— Тот-Кого-Нельзя-Называть с этим бы не согласился, — пренебрежительно фыркнул Алекс.

После этого недовольные окончательно заткнулись, но злословить за спиной не прекратили.

Как обычно, об этом братьям вечером рассказал Энди. Знатоков игры среди его приятелей не было, ему и его окружению было достаточно того, что они знали Гарри и этого хватало, чтобы не верить всякой ерунде.

Кроме Поттера и его провала, на факультете болтали, что мадам Хуч подсуживала воронам по приказу администрации, чтобы наказать Уизли за многочисленные косяки, что Флитвик заколдовывает на выигрыш метлы своим воронятам, а старшаки воронов (один староста Макалистер чего стоит!) просчитывают игру в каких-то невероятно сложных магических конструктах, и у их команды все получается. Неудивительно, что опытные игроки львиной команды проявили себя так бледно.

Такое объяснение вообще ни в какие ворота не лезло, но разве гриффиндорцев хоть что-нибудь могло остановить в их стремлении найти заговор?

Кто-то заговорил было, что игра пошла наперекосяк из-за нарушений, на которые подбивал команду Олли, но, ясен пень, эта точка зрения не нашла в народе популярности. Но, поскольку так считали те, кто заправлял тотализатором, грифам пришлось умыться. Говорят, денег они просадили немеряно — потому и были чертовски злы на Поттера, ведь отменить результаты игры и вернуть деньги не было никакой возможности.

Вуду и остальным особо не предъявляли, но их популярность упала, до следующей игры точно. Члены команды проявили благоразумие и временно предпочли не отсвечивать.

* * *

В понедельник Трансфигурация прошла триумфально. Мальчики знали ответ на любой вопрос — у них снова все работало, все ранее скачанное сохранилось и в любой момент было доступно. Домашняя работа, написанная особыми перьями, была не только правильной, но и аккуратно оформленной. Те приемы, которые братья применяли, чтобы имитировать трансфигурацию, прекрасно работали. Макгонагалл сегодня, едва увидела их поднятые руки, спрашивала их практически весь урок в ущерб остальным ученикам. Кроме них она вызвала только симпатичную блондинку из Слизерина, Дафну Гринграсс, которая не часто, но все же время от времени проявляла инициативу и отвечала на уроке. Было забавно наблюдать, как она волнуется и бледнеет, когда рассказывает заученный материал, но все равно раз за разом стремится получить оценку своих знаний.

Кошку интересовало все, поэтому она устроила братьям проверку и теории, и практики, словно пыталась подловить их на каком-нибудь недочете, но мальчики не оплошали. Постная физиономия Макгонагалл с поджатыми губами и несколько «Превосходно» были их наградой.

* * *

После триумфального выступления на Трансфигурации Алекс и Гарри были в приподнятом настроении. Они шли рядом по лестнице, невольно замедляя шаг, чтобы продлить момент торжества — моральной победы над Кошкой.

Стоявший у подножия лестницы Джастин Финч-Флетчли, увидев их, замер.

— Подождите! — велел он друзьям. Те сначала не поняли причину задержки, но, сообразив, сбились с шага и тоже остановились, задрав головы вверх.

Белая мраморная лестница, отполированная до зеркального блеска, широкими ступенями спускалась вниз, словно предназначенная для королевских процессий. Лучи света, проникавшие сквозь высокие арочные окна, играли на гладкой поверхности, заставляя её сиять, будто усыпанной алмазной пылью. Каждый шаг Александра Грея и Гарри Поттера отдавался мягким, но весомым эхом, будто сам Хогвартс признавала их триумф.

Они шли неспешно, плечом к плечу — не как ученики после удачного ответа на уроке, а как два властителя, сошедшие со страниц древней легенды. Алекс, высокий и статный, держался с невозмутимым достоинством, его светлые волосы искрились золотом на фоне благородного мрамора. Гарри, обычно скромный, сейчас казался озарённым добытой в детстве славой, его поза выражала непривычную, но естественную гордость. Их мантии, развевающиеся в такт шагам, сливались в едином движении, словно знамёна победителей.

Было просто невозможно отвести взгляд от этих двух фигур, спускавшихся с невозмутимым величием.

На губах Джастина непроизвольно появилась улыбка. Он, довольный увиденным зрелищем, прошептал, не в силах сдерживаться:

— Воцарился!

* * *

Драко не мог понять, злится он или завидует. Он недобро прищурился, глядя на уходящих гриффиндорцев. Грей и Поттер держались от своих обособленно, похоже, Поттеру не простили проигрыш. Поделом! Но этой парочке было все равно: они довольно поглядывали друг на друга и по сторонам.

Чтобы переключиться, по дороге в общежитие Драко в свойственной ему высокомерной манере завел разговор с Панси и Тео о том, что Дафна все пытается использовать то, чего у нее нет: мозги. Его не смущало, что девочка шла поблизости и могла услышать такое нелицеприятное мнение. Он частенько говорил подобное, не только о посторонних, но и о своем ближнем круге, будучи в твердой уверенности, что ему это позволительно.

Обычно Панси эту тему поддерживала. Ей было выгодно, что Гринграсс считают хорошенькой дурочкой, тогда она, не очень симпатичная, выигрывала, потому что была намного умнее, это признавали все. Но сегодня, шагая вместе с Малфоем и Ноттом по коридору, она молчала. Вдруг на полпути она, схватив Теодора за рукав, резко свернула в другую сторону.

— Дракуся, ты пока иди, нам с Тео нужно ненадолго отлучиться.

— Дела, — извиняющимся тоном прибавил Нотт.

Драко собирался пойти вместе с ними, но те по какой-то странной причине этого не захотели, придумав невнятное объяснение в духе: «Да это ерунда, тебе будет неинтересно». И, пользуясь тем, что урок был последним и можно было заниматься своими делами, отправились в другую часть подземелий, а не в общежитие Слизерина.

Обескураженный Драко замер — остаться в одиночестве (Крэб и Гойл не в счет) оказалось очень неприятно. Секунду он колебался, не побежать ли следом, но потом решил, что это — умаление достоинства.

— Я еще разберусь, куда вы ходите и что у вас там за дела! — прокричал покинутый лидер, хотя друзья уже не могли его услышать.