Повелитель Стихий (гет)

Лишь тот достоин жизни и свободы,

Кто каждый день за них идет на бой!

(Иоганн Вольфганг фон Гёте)

* * *

Авель резко сел на кровати, стараясь дышать как можно ровнее. Кажется, ему приснился кошмар. Не удивительно после таких-то событий. Взгляд мальчика упал на знакомую чёрную ткань на столе. Или... Или это был не кошмар?..

Хант поднялся с кровати и приблизился к столу. Взяв в руки мягкую шёлковую ткань, Авель поддался интуиции и приблизил повязку к глазам. Неожиданно та вырвалась из рук мальчика и плотко прилегла к верхней части лица Ханта, отчего тот чуть не вскрикнул, но успел удержаться, когда неожиданно осознал, что прекрасно всё видит через необычную вещь. Неужели это замена очкам, чтобы он не впадал в ярость, встретившись взглядом с незнакомцем. Но кто её ему отдал?

Осторожно ощупав повязку, Авель пришёл к выводу, что она плотно прилегает к коже, практически становясь её частью. И зрение! Оно было не просто нормальным, а каким-то… усиленным. Цвета казались ярче, детали чётче. Он мог видеть пылинки, пляшущие в лучах восходящего солнца, проникающих в комнату. Невероятно. Это явно не простая ткань, а некий магический артефакт. Кто-то явно позаботился о том, чтобы он не остался в беспомощном состоянии. Но кто? Кто решил помочь Авелю? Дамблдор? Навряд ли. Директору наоборот выгодно, чтобы Хант оставался полностью под его контролем. Флитвик? Смешно. Профессор заклинаний был крайне увлечён своим предметом, и ему не было дело до каких-либо проблем окружающих. Или было, но он просто их не замечал. Стебель же была слишком легкомысленной и доверчивой, чтобы заподозрить, что Ханта держат в неволе и ему требуется помощь.

Вздохнув, Авель посмотрел в зеркало и криво усмехнулся. Из-за повязки не было видно фиолетовых глаз, которые одновременно так восхищали, удивляли и ужасали окружающих. Вместо этого чёрная ткань подчёркивала аристократическую бледность, прямой изгиб подбородка и непокорные чёрные кудри. Сколько бы Авель ни пытался усмирить их — всё тщетно. Лак, расчёски, выпрямители — всё бессильно. Кудри возвращались к своей буйной, вьющейся природе, словно насмехаясь над его попытками.

Открыв дверцу шкафа, Авель достал очередную чёрную мантию и поморщился. Если честно, ему совершенно не был понятен выбор одежды волшебников — кому может нравится этот балахон? К счастью, магам хотя бы позволялось носить что-то под мантиями, и потому Хант со спокойной душой надел белую футболку и джинсы, в которых он и попал в Хогвартс.

На столе мальчика уже поджидал завтрак — яичница, тосты с клубничным джемом и чай (тыквенный сок, который, как оказалось, был традиционном напитком школы, Авель терпеть не мог). Теперь Хант знал, что еду ему приносят домовые эльфы, если, конечно, он самостоятельно не являлся на кухню. Позавтракав, Авель уже хотел выйти из комнаты, как понял то, что дверь впервые за все дни оказалась заперта. Но почему именно сейчас?

Хант, зарычав от бессилия, прислонился к стене и сполз на пол. Оставалось ждать Дамблдора, ведь другого выбора у него не было. Окно находится слишком высоко, да и мешалась железная решётка, а никаких отпирающих заклинаний он не знал — в его арсенале были только чары копирования, которые выходили со скрипом, да Люмос вместе с Вингардиум Левиоса, которым мальчика научил Флитвик.

Время тянулось мучительно медленно. Каждый звук, будь то шелест листьев за окном или доносившиеся из-за оглушающей тишины редкие и немногословные разговоры портретов в коридоре, заставлял Авеля вздрагивать. Он не понимал, чего ждать. Зачем его заперли? Что задумал Дамблдор? Варианты роились в голове, один страшнее другого. Он пытался сосредоточиться на чём-то, чтобы отвлечься, но безуспешно. Не помогала даже книга по Зельям, которую ему принёс Дамблдор, и которую Авель счёл совершенно бесполезной для себя.

Наконец дверь со скрипом отворилась, и Хант тут же поднялся на ноги.

— Доброе утро, мой мальчик! Как ты себя чувствуешь? — доброжелательно поинтересовался Дамблдор, как всегда лучезарно улыбаясь. Сегодня директор изменил своему обычному выбору вырвиглазных мантий и напялил на себя бледно-голубую мантию. — Подожди... Что с тобой? Где те очки, которые я давал тебе?

— Разбились, — коротко ответил Авель.

— Ты же... Ты же не делал этого? — улыбка на лице Дамблдора угасла, сменившись озабоченностью и... страхом?

— Не делал чего? — не понял Авель.

— Прости, мой мальчик, — покачал головой Дамблдор и неожиданно резко взмахнул своей волшебной палочкой, и из неё вырвались верёвки. Чёрт... Какая же магическая сила должна быть у директора, если ему не требуются слова, чтобы колдовать...

Верёвки моментально обвили Авеля, плотно прижав руки к телу. Мальчик попытался вырваться, но магия Дамблдора была слишком сильна. Он лишь злобно зарычал, глядя на директора, которые наблюдал за Хантом с неприкрытой грустью.

— Что вы делаете? Отпустите меня! — закричал Авель, заваливаясь на бок.

— Я всего лишь кое-что проверю, мой мальчик, — попытался успокоить Авеля Дамблдор, опускаясь на колени и прикасаясь одной рукой к повязке на глазах мальчика. Миг — и ткань больше не прикрывает глаза Ханта. Директор неожиданно выдохнул и снова вернул на лицо привычную улыбку. — Как хорошо, что мои подозрения оказались беспочвенны. Ты, к счастью, не нанёс никакого вреда своим глазам.

— С чего вы взяли, что я бы сделал это? — хмуро поинтересовался Авель. — И верните мне, пожалуйста, повязку.

Дамблдор поднялся на ноги, не обращая внимания на просьбу Авеля. Вместо этого он окинул мальчика оценивающим взглядом и произнёс:

— Дело в том, мой дорогой Авель, что сила, заключенная в твоих глазах, невероятно опасна. Без должного контроля она способна причинить огромный вред. Я переживал, что ты, в порыве отчаяния или гнева, мог попытаться лишить себя этой силы, повредив глаза. Но я рад, что ошибся.

Директор взмахнул палочкой, и верёвки, сковывавшие Авеля, исчезли. Повязка, словно по волшебству, оказалась в руках Дамблдора. Он протянул её мальчику.

— Вот, возьми. Она тебе пригодится. Я не знаю, кто тебе её дал, но это весьма полезный артефакт. Он не только скрывает твою особенность, но и, как ты заметил, улучшает зрение. Просто помни, Авель, что не стоит доверять всем подряд. В этом мире есть люди, которые могут преследовать свои цели, используя тебя.

Авель взял повязку и снова прижал её к лицу. Комната тут же наполнилась яркими красками. Теперь взгляд зацеплял мельчайшие детали и несостыковки.

— Вы меня, конечно, извините, но больше всего я не доверяю именно вам, Дамблдор. Кстати, зачем вы заперли меня в комнате?

— Просто мера предосторожности, мой мальчик. Ирма говорила мне, что ты интересуешься книгами, не подходящими для твоего возраста.

— Это всего лишь справочник по рунам! — взорвался Авель. Он больше не мог терпеть претензии Дамблдора, который вообще-то держит его в плену, не отпуская мальчика в нормальный мир, к отцу. — Что мне ещё читать? Книги по розыгрышам, зельям, травам, истории или какому-то описанию уборочного инструмента по типу мётел меня не интересуют!

Чего-чего, а уж того, что в ответ на его претензии Дамблдор просто рассмеялся, Авель точно не ожидал.

— Ой, не могу... Уборочного инструмента! Давно я так не смеялся, мой мальчик, — отсмеявшись, произнёс директор.

Авель скрестил руки на груди, прожигая Дамблдора взглядом. Этот старик точно издевается.

— Что ж, раз вам так весело, могу я узнать, когда меня отпустят? — процедил Авель сквозь зубы. — Я хочу вернуться к отцу.

Дамблдор перестал смеяться и взглянул на Авеля с едва заметной грустью.

— Боюсь, это невозможно, мой мальчик. Сейчас для тебя самое безопасное место — здесь, в Хогвартсе. Твой отец… он не сможет защитить тебя от тех, кто захочет использовать твою силу в своих целях.

Авель усмехнулся.

— И вы, конечно же, единственный, кто может меня защитить? Спасибо, но я лучше сам разберусь. С такими «помощниками» и врагов не надо!

— Авель, давай позже вернёмся к этому разговору позже, ладно? — предложил Дамблдор, устало прикрывая глаза.

— Ладно, — неохотно отозвался Авель, прекрасно понимая, что этот разговор директор никогда не пожелает продолжить, — Надеюсь, теперь мне можно выйти отсюда?

— Да, но ради твоей же безопасности я попрошу сопровождать тебя Хагрида, мой мальчик. Думаю, он будет только рад. Всё равно в последнее время у нашего лесника совсем нет работы.

Авель нахмурился, но кивнул. Хагрид не был ему противен и, к тому же, он был очень доверчив — в случае чего его запросто можно было обмануть. Конечно, пока этот чёртов браслет, отслеживающий его местоположение и блокирующий телепортацию, на нём, Хант всё равно не мог сбежать, но вдруг?..

— А если тебе вдруг понадобится какая-то книга, мой мальчик, ты всегда можешь обратиться ко мне. Я буду только рад дать её тебе, если она безопасна.

— Да-да, конечно, — хмыкнул Авель, направляясь к выходу. — До свидания, надеюсь, не скорого.

— До свидания, мой мальчик! — донеслось в ответ.

Завернув за угол, Хант увидел огромную фигуру Хагрида, который тут же расплылся в улыбке, обнажив ряд крепких, но далеко не белоснежных зубов.

— Авель, рад тебя видеть! Чегой-то ты в последнее время совсем ко мне не захаживаешь.

— Да вот, был немного занят, — уклончиво ответил Авель. Хотя лесник и нравился ему, Ханту не хотелось проводить много времени с человеком Дамблдора. — Куда идём?

— Как куда? Гулять! Дамблдор сказал, что тебе полезно будет развеяться. Сам знаешь, воздух, природа… Вон озеро какое красивое у нас есть! — Хагрид махнул рукой в сторону распахнутого окна, из которого виднелась полоска тёмной воды, окружённая зелёной травой. — Мы его Чёрным прозвали. Каждый год будущие первокурсники переправляются по нему в лодках, вот что. А ещё в озере водится гигантский кальмар, и даже есть поселение русалок! Но купаться в нём я тебе не советую — так же там живут гриндилоу, противные твари. Ты их на ЗОТИ проходить будешь.

— А чем вообще ученики Хогвартса занимаются в свободное время? — полюбопытствовал Авель. — Как я заметил, никакой электроники у вас нет.

— Эле... Что? — опешил Хагрид. Авель закатил глаза и махнул рукой, мол, забудь. — Не знаю, что такое элеотонирка, но у всех разные увлечения. Кто-то любит поиграть в квиддич, летая на метле, кто-то ищет секретные ходы и пытается пробраться в Запретный лес, кто-то сидит в библиотеке, кто-то ходит на школьные кружки, кто-то проводит время с друзьями, а кто-то разыгрывает других... Скучно у нас никому не бывает! Кстати... Где твои очки? Почему на тебе повязка?

— Очки разбились, а это специальная ткань, через которую всё видно, — объяснил Авель. Хагрид недоумённо вскинул свои гигантские брови:

— Раз ты всё видишь, то зачем тебе она?

— Спроси у Дамблдора, если интересно, — буркнул Авель.

Хагрид пожал плечами, решив не лезть не в своё дело. Они неспешно двинулись по коридорам Хогвартса, и лесник с энтузиазмом рассказывал о школе, её истории, учениках и преподавателях. Авель слушал вполуха, высматривая потенциальные пути для побега и запоминая расположение комнат и переходов. Он понимал, что с Хагридом уйти незамеченным будет сложно, но нужно было использовать любую возможность.

Прогулка привела их к Чёрному озеру, которое и вправду выглядело завораживающе. Хагрид уселся на большой камень и предложил Авелю сделать то же самое.

— Вот, гляди, — лесник указал на едва заметные волны на поверхности воды. — Это, наверное, гигантский кальмар балуется. Добрейшее существо, никогда никого не трогал.

Авель безучастно кивнул, разглядывая чащу леса, начинавшуюся прямо у берега. Всего несколько дней назад Хагрид остановил его от проникновения туда. Интересно, а почему он Запретный? Этот вопрос Хант и задал своему провожатому.

— Да водится там всякая разная живность, которую многие бояться, — охотно ответил Хагрид. — Честно, я не совсем понимаю других магов. По-моему, зверушки, который там живут, довольно милые.

— А кто там живёт?

— Ну... Акромантулы, это такие большие пауки с ядом, кентавры, но это не звери, а магические существа, единороги, которые не подпускают к себе никого, за исключением девственниц, лукатросы... Всех и не перечислишь!

— Ладно, проехали. Расскажи лучше про квиддич. Ты говорил, это игра на метлах?

Хагрид тут же оживился, позабыв про опасных обитателей Запретного леса. Он принялся взахлёб рассказывать о квиддиче, о правилах, командах, и о том, как сам раньше мечтал играть. Авель слушал, кивая и задавая уточняющие вопросы. Ему было интересно, как люди могли так увлекаться чем-то настолько странным. Летать на метле, гоняться за мячами… Впрочем, какая разница? Главное — вытянуть из Хагрида побольше информации о школе и её окрестностях.

— О, профессор Макгонагалл! Добрый день! — поздоровался Хагрид с кем-то, находящимся позади Авеля. Хант медленно развернулся и уставился прямо в глаза женщины, которую ненавидел всей душой и всем сердцем, ведь именно она вырубила его и похитила из дома.

— Добрый день, Хагрид, Авель, — с ноткой грусти в голосе отозвалась Макгонагалл, смотря на мальчика, которого ей пришлось забрать из дома из-за странного дара. К сожалению, глядя на него, она не чувствовала ничего, кроме его презрения и ненависти к ней. А ведь Макгонагалл просто делала свою работу...

Авель не ответил на приветствие, продолжая прожигать женщину ненавидящим взглядом. Тишина затянулась, повиснув в воздухе напряжением. Хагрид, почувствовав неладное, неловко переступил с ноги на ногу.

— Как поживаете, профессор? — попытался разрядить обстановку Хагрид.

— Благодарю, Хагрид, всё хорошо. Просто хотела убедиться, что у Авеля всё в порядке. Директор просил присмотреть за ним, — ответила Макгонагалл, не отрывая от Авеля. — Надеюсь, тебе здесь нравится, Авель?

— Просто замечательно, — саркастично ответил Авель. — Я же так хотел попасть в эту школу! Даже домой совсем-совсем не хочу возвращаться.

Макгонагалл вздохнула. Она понимала, что Авель зол и обижен, но не могла позволить ему покинуть Хогвартс. Слишком велик был риск.

— Что ж, надеюсь, со временем ты изменишь свое мнение, — произнесла Макгонагалл с напускным оптимизмом. — В любом случае, если тебе что-то понадобится, ты всегда можешь обратиться ко мне или любому другому преподавателю. Мы все здесь, чтобы помочь тебе.

Авель лишь скривился в ответ. Ему не нужна была их помощь. Ему нужно было только одно — свобода. Он вновь повернулся к озеру, делая вид, что не замечает присутствия Макгонагалл. Хагрид продолжал неловко переминаться с ноги на ногу, чувствуя себя лишним в этом напряжённом молчании.

Наконец, Макгонагалл, вздохнув, произнесла: — Ладно, я пойду. Рада была вас видеть. — Она бросила ещё один печальный взгляд на Авеля и быстро зашагала прочь.

После её ухода напряжение немного спало. Хагрид, облегченно вздохнув, вновь принялся рассказывать про какой-то случай из своей жизни, но Авель уже его не слушал. В его голове зрел план. Он должен выяснить, как снять этот браслет, блокирующий его силы, и сбежать отсюда. И он это сделает, чего бы ему это ни стоило.

* * *

Последние дни лета пролетели почти незаметно. Авель тайком читал скопированный в библиотеке учебник по рунам, старательно перерисовывая некоторые из схем и выполняя задания. Конечно, Хант понимал, что вряд ли ему сразу же удастся разрушить чары браслета, особенно при том условии, что учебник был за третий курс, а, как говорил Хагрид, в Хогвартсе их было семь, но он надеялся на то, что когда в школе появятся ученики, отыскать требуемые учебники будет куда проще.

Днём Авеля обязательно кто-то забирал по поручению Дамблдора, не желавшего надолго оставлять своего пленника одного. Обычно это был Хагрид, который поил Ханта чаем, рассказывал интересные истории и показывал магических зверей, которые довольно дружелюбно отнеслись к юному волшебнику, Флитвик, который сумел научить его заклинанию левитации и демонстрировал чары, или Стебль, которая отводила его в свои теплицы, где переставала обращать на него хоть какое-либо внимание (к счастью, странные растительные монстры просто почему-то не трогали Авеля или трогали, но не пытались убить его), но пару раз директор поставил следить за Хантом мадам Помфри (школьного врача), Бинса, который полностью игнорировал мальчика и мадам Синистру, учителя Астрономии.

Наконец, наступило первое сентября. С самого раннего утра в комнату к Авелю заявился Дамблдор. Директор вообще навещал своего пленника чуть ли не каждый день, что довольно напрягало Ханта. Дамблдор мог прийти в любой момент, поэтому чтение учебника по рунам стало небезопасным, и мальчику пришлось отложить копию до лучших времён. Когда начнётся учёба у директору будет не до него, не так ли?

— Доброе утро, мой мальчик! Собирайся, тебе пора на поезд.

— Вы меня отпускаете? — не веря своим ушам, спросил Авель с затаённой надеждой в голосе.

— Что ты, мой мальчик! Нет, конечно. Просто в Хогвартсе есть особая традиция — все ученики должны добираться до школы на поезде.

— Но я ведь уже здесь, — заметил Авель, скептически изогнув бровь.

— Да, но это не отменяет традиции, — улыбнулся Дамблдор. — К тому же, это отличная возможность познакомиться с другими учениками.

Авель нахмурился. Знакомство с другими учениками было последним, чего он хотел. Но спорить с Дамблдором не было настроения, тем более трижды проклятый старик всё равно настоит на своём. Молча подойдя к шкафу и открыв его, Хант накинула себя первую попавшуюся мантию и повернулся к директору:

— Я готов, Дамблдор.

— В школе тебе стоит называть меня профессором, мой мальчик, — заметил директор, но Авель лишь хмуро на него посмотрел, всем своим видом демонстрируя, что не собирается слушаться Дамблдора. Тому ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и, жестом приказав мальчику следовать за ним, покинуть комнату.

Вопреки любым предположениям Авеля, Дамблдор не пошёл в сторону улицы, а направился, судя по всему, к своему кабинету, где Хант уже неоднократно бывал. Мальчику он не нравился. От всех этих странных предметов, издававших разнообразные звуки болела голова, а единственной «достопримечательностью» кабинета была какая-то огненная птица, похожая на Жар-птицу из сказок нормальных людей.

— Мы воспользуемся каминной сетью, — произнёс Дамблдор, беря с полки баночку с каким-то изумрудным порошком. — Для того, чтобы использовать Летучий порох нужно лишь громко и чётко назвать конечную локацию и бросить в подключённый камин щепотку этого замечательного порошка.

Подхватив не особо сопротивляющегося Авеля под локоть, директор сделал шаг в камин и, бросив щепотку пороха, громко сказал:

— Платформа 9 и 3/4!

Авеля обдало снопом изумрудных искр, которые совсем не жгли кожу, а просто ощущались чем-то тёплым, и в ту же секунду мир завертелся: Хант видел, как мимо него пролетали чьи-то каминные решётки и сумасшедшую скорость, с которой они, вместе с вцепившимся в него Дамблдором, куда-то летели, но не испытывал никакого дискомфорта, только острое ощущение потери. Каминная сеть слишком напоминала его дар телепортации, заблокированный директором.

— Вот мы и на месте! — объявил Дамблдор, лёгким движением палочки счищая со своей мантии, которая в честь праздника была бордовой, сажу и копоть.

Авель огляделся. Они стояли у камина, расположенного в небольшом помещении, заполненном густым паром. Вокруг слышались обрывки разговоров, смех, крики, кваканье, мяуканье, лай, писк, уханье и прочие звуки. Выйдя из комнаты, они оказались в огромном зале, полном людей. Повсюду сновали взволнованные родители, обнимающие своих детей, и ученики, оживлённо обсуждающие прошедшее лето. Красочное столпотворение сильно контрастировало с серыми стенами вокзала.

— Кажется, они запаздывают... — озабоченно пробормотал Дамблдор, не отпуская руку Авеля. Из-за этого мальчик не мог сделать ни шага в сторону. Спустя пару минут полного молчания и бездействия, директор радостно воскликнул и, улыбаясь, сказал. — О, кажется, вот и они!

Дамблдор потянул Авеля в сторону многочисленной шумной рыжей семьи. Хант молча последовал за ним. Он всё ещё не отошёл после путешествия по Каминной сети, которое принесло ему жгучее ощущение утраты и потери. Сил сопротивляться и вообще что-либо делать не осталось. Может, на это и был расчёт директора?

— Доброго утра! — провозгласил Дамблдор, подходя к семейству. — Разрешите представить вам Авеля. Авель, это миссис Молли Уизли, мистер Артур Уизли, а также их дети: Перси, Фред, Джордж, Рональд и Джиневра. Также есть Билл и Чарли, но они уже давно выпустились из школы и работают за границей.

Уизли, как по команде, повернулись к ним. Миссис Уизли окинула Авеля быстрым оценивающим взглядом, после чего расплылась в тёплой улыбке. Артур Уизли пожал руку Авелю, приветливо кивая. Перси лишь надменно кивнул в знак приветствия, а близнецы Фред и Джордж обменялись хитрыми взглядами, оглядывая нового знакомого с любопытством, Рональд буркнул что-то невнятное, а Джиневра улыбнулась Ханту, дружелюбно подмигнув.

— Большое спасибо, Молли, что согласилась присмотреть за Авелем, — поблагодарил Дамблдор.

Молли Уизли всплеснула руками:

— Что вы, профессор, это для нас большая честь! Не волнуйтесь, Авель, мы позаботимся о тебе. Рон, познакомься, это Авель — он будет учиться с тобой на одном курсе!

Рон, которого заставили оторваться от поедания шоколадной лягушки, скривился, но промолчал. Авель лишь кивнул в ответ, всем видом демонстрируя, что не заинтересован в общении. Почувствовав неловкость, Дамблдор поспешил удалиться, напоследок похлопав Авеля по плечу.

Оставшись наедине с семейством Уизли, Авель почувствовал себя ещё более неловко. Он не понимал, зачем Дамблдор устроил ему эту встречу, и чувствовал себя марионеткой в чужой игре. Молли Уизли, казалось, искренне пыталась его разговорить, задавая вопросы о его увлечениях и о том, как он провел лето, но отвечал односложно, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Рон, тем временем, продолжал уплетать шоколадных лягушек, поглядывая на Авеля с плохо скрываемым любопытством. Близнецы Фред и Джордж не упускали возможности подколоть брата, комментируя каждое его движение и бросая ехидные взгляды в сторону Ханта.

Вскоре объявили посадку на поезд, и Уизли, собрав свои вещи, двинулись к платформам. Авель, чувствуя себя незваным гостем, последовал за ними. На платформе царил хаос: ученики спешили занять места в вагонах, родители давали наставления своим чадам, а со всех сторон неслись крики и смех. Молли Уизли, убедившись, что все её дети в порядке, обняла Авеля на прощание и пожелала ему удачи.

Авель, не дожидаясь, пока его проводят в вагон, скользнул внутрь и занял первое попавшееся свободное купе. Ему хотелось побыть одному, обдумать произошедшее и попытаться понять, что ждёт его впереди. Поезд тронулся, и за окном замелькали поля и леса. Авель откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза и попытался представить себе, как он сбегает из Хогвартса и возвращается домой. Получалось плохо, но всё же.

Размышления Авеля прервал звонкий голос:

— Здесь не занято?

От автора:

Всем привет! Я была бы очень рада обратной связи. Даже если вам кажется, что ваш комментарий — полный бред или вам нечего написать, то не стесняйтесь и пишите. Я рада даже одной строчке)

К слову сказать, у нас появился трейлер по этому фанфику. А посмотреть его можно в нашем тгк:

https://t.me/PiXiE_studio_ff

Подписывайтесь, мы обещаем вам спойлеры, красивые картинки, мемы (множество мемов), видео по нашим фанфикам и многое-многое другое! Обещаем, что у нас всё бесплатно и без регистрации!

От Беты:

Проверено! У меня наконец-то появилось желание проверять главы в час ночи, ну что же, бывает. Всех люблю)