Строптивая рабыня (джен)

Какое-то время Драко казалось, что шорох ему почудился и был не более чем игрой воображения. Но вот этот звук снова повторился, заставив его задрожать от испуга и озираться, трясясь, как осина на сильном ветру. Ни живой ни мёртвый от охватившего всё его существо ужаса, Малфой попытался выкрикнуть подкреплённый угрозой и заклинанием приказ показаться ему на глаза, но смог выдавить из себя лишь слабый писк без слов.

Шорох повторился. И в нём слизеринцу почудился чей-то весёлый и одновременно холодный и ужасный смех.

На минуту установилась тишина, разорванная затем непонятным хлопком. А потом в темноте невдалеке от себя Драко услышал шаг. Затем ещё один. И ещё один.

Он попытался атаковать, но луч заклятия ушёл в пустоту.

Снова шаг, ещё один, и ещё, и ещё... Наследник особняка мимолётно задумывается, не бежит ли он от страха и не его ли ноги источник этих звуков, как вдруг в голове становится необычайно светло и легко, а повернувшись к кровати, он увидел голую привязанную Грейнджер.

* * *

Услышав наверху шум, мистер и миссис Малфой поспешили к лестнице и стали свидетелями необычной сцены: Драко, открыв спиной дверь своей комнаты, отлетел к подножью лестницы. Поспешившие на помощь, родители услышали голос его игрушки:

— Я же тебе сказала, хорёчье отродье, что ты к моему сидалищу не притронешься!

— Поганая грязнокровка! — простонал слизеринец. — Совсем потеряла страх. Ну погоди, отдам тебя папе на забаву, посмотрим, как ты запоёшь!

Нарцисса, позабыв о сыне, подняла полный непонимания взгляд на Люциуса и через минуту ударила его по щеке.

— Ах ты, сволочь! — закричала она. — Так вот ты для чего эту девушку сюда притащил! Не для мести, как меня убеждал! На молоденьких просто тебя потянуло!

— Цисси, успокойся...

Это было всё, что успел сказать Малфой. Призванная женой с кухни скворода опустилась на его темя.

С глухим стоном бывший пожиратель упал на пол. Белые волосы рассыпались по ковру. Нарцисса, увидев это, растеряла всю свою злобу на супруга, подхватила его и с помощью домовиков и Гермионы перетащила в гостиную, где принялась исцелять.

А Драко, всеми забытый, остался лежать и рыдать от боли и унижения на лестнице.

* * *

— Идиот! Кретин! Ошибка природы! — Люциус не стесняясь бил своего сына тростью, пока Нарцисса поила Грейнджер лекарством. — Знаешь, каких трудов стоило провернуть её закабаление?

Происходило это после того, как разозлённый за какую-то мелкую провинность Драко ударил девушку в спину заклятием, а после принялся избивать. Сначала ни Люциус, ни Нарцисса на это внимания не обращали, в конце концов, она рабыня и игрушка их единственного чада. Но так было ровно до того момента, как Поттер перестала отбиваться, а после затихла, почти не двигаясь. С трудом оттащив наследника от неё, Малфои-старшие принялись оказывать ей помощь.

— Ты чего, папа? Да она же просто рабыня!

— Ты точно наш сын? У меня уже давно возникает стойкое подозрение твоего происхождения из иного рода. Мы с мамой, в отличие от тебя , знаем, что Поттер убьёт нас, если с ней что-то произойдёт!

— Я её насилую каждую ночь и до сих пор жив!

Люциус и Нарцисса, услышав подобное, покачали головой. Они знали о том, что, спасаясь от домагательств, девушка накладывает на их сына конфундус и подсовывает вместо себя тыкву с проделанными в ней отверстиями, которые Драко с упоением наполняет своим семенем. Говорить они об этом, однако, не стали, как и о замечаемом по ночам силуэте... У них были все основания полагать, что Гарри Поттер свою супругу не забыл и регулярно её навещает, невзирая ни на стены, ни на чары, ни на её статус имущества. А вот как на это отреагирует Драко, было не ясно. Но оба понимали, что с него станется вытворить нечто такое, после чего Малфои в один миг станут персонажами легенд, и ни богатство и связи, ни чистая кровь или коллекция запрещённых артефактов, частично восстановленная, их не спасут.

Тихий, тяжёлый стон стал для обоих взрослых волшебников музыкой, и они поспешили к девушке, чтобы отпоить её водой и надолго запереть Драко в комнате под надёжной охраной.