Начать сначала (гет)

Они не думали, что архив окажется таким — не просто хранилищем, а целым подземным городом из стеллажей, где каждый шаг отдавался эхом, а воздух был густым от пыли. Джордж и Грейс сидели за небольшим столом в одном из немногих освещённых закутков и работали — каждый был погружён в свою кипу документов, и между ними лежала та самая папка — как линия, разделяющая их границы.

Они работали уже четыре дня, перебирая огромное количество дел, документов и записей. Стол был завален пергаментами, в воздухе висело напряжение, но результата не было — и даже неутомимая Грейс, кажется, начала терять надежду.

К концу четвёртого дня у Джорджа ломило спину от неудобного стула, а в глазах двоились строчки от усталости. Он приходил в архив после обеда — первую половину дня он проводил в магазине, честно разделив с Роном время их работы. Он торопился в архив так, как будто от пребывания там зависела его жизнь, и засиживался допоздна, до тех пор, пока сотрудники архива не отправляли его домой — ему очень хотелось найти хоть что-то, что приведёт их к разгадке.

Грейс тоже работала с полным погружением: она выписывала названия артефактов на отдельный лист, перепроверяла их, вычёркивала лишние; её почерк был быстрым и четким. Иногда она на секунду замирала, щурилась, вспоминая что-то из своей практики, и делала пометки на полях.

Джордж украдкой посмотрел на неё: прямая, как всегда, спина, сжатые губы, тонкая морщинка на переносице — и всё та же привычка машинально поправлять выбившиеся из пучка локоны, так знакомая Джорджу.

Он вообще очень многое вспоминал о ней в последние дни, вытаскивая из памяти всё то, что так тщательно там прятал.

---

Декабрь 1995 года. Выручай-комната, Хогвартс

Гарри привёл Грейс на занятие ОД неожиданно: просто появился с ней в дверях, и в комнате повисло недоумённое молчание. Слизеринка. В «Отряде Дамблдора». Похоже, они все влипли.

— Привет, народ, — буднично поздоровался Гарри, оглядываясь и поднимая руку. — Это Грейс, и она теперь с нами.

Спорить с Гарри никто не стал — ходили слухи, что у Грейс тоже был конфликт с Амбридж, но никто не знал подробностей, а сама она делиться ими не хотела. Но настороженность осталась: Грейс чаще других приходилось на тренировках отбиваться от нескольких заклятий сразу — и она быстро научилась плести хитрые, сложные щиты, закрывающие её, как броня. Ей недоставало скорости — но она старалась компенсировать её точностью и упорством. Обычно она стояла чуть в стороне от всех, с прямой спиной и застывшим лицом, и никто не решался к ней подойти. А он смотрел и думал: что она прячет за этой бронёй?

Однажды они работали в тройке — она и близнецы — и Грейс неожиданно прикрыла Джорджа щитом, когда он замешкался с защитой. «Смотри в оба, Уизли», — сказала она тогда таким тоном, что Джорджу захотелось огрызнуться, но он сдержался — просто кивнул и отвернулся, а потом долго возвращался к этому моменту в своей памяти, пытаясь понять, что же его так зацепило...

---

Он моргнул, возвращаясь в реальность, и увидел, что Грейс смотрит на него с лёгким недоумением.

— Отчёт о поставках на склад «Мелрой» за 2004 год, — сухо произнесла она, протягивая ему пергамент.

— Спасибо, — пробормотал Джордж, забирая его. Его пальцы снова едва не коснулись её, и он уловил её запах — по-прежнему свежий и... Волнующий. Это наблюдение было таким личным, таким несвоевременным, что он почувствовал себя виноватым, и, чтобы отвлечься, углубился в накладные. Цифры, названия, печати — привычный ему мир, и здесь, среди сухих фактов, он начал понемногу приходить в себя. Это была его стихия: логистика, каналы, поставки. Он сверял партии, мысленно прокладывая маршруты, отмечал их на карте и погрузился в этот процесс так, что потерял счёт времени.

...И вдруг тишину нарушил звук, от которого они оба вздрогнули. С дальнего конца зала упала книга, и молодая сотрудница архива, неловко дёрнувшись, бросилась её поднимать. Грейс и Джордж встретились взглядом — впервые за сегодня — и в глазах каждого мелькнуло одно и то же понимание: «Ты тоже на нервах».

И именно в этот момент, словно сама магия архива решила вмешаться, Джордж, опустив взгляд на бумаги, увидел её.

Нестыковку.

— Подожди, — его голос прозвучал громче, чем он планировал, нарушив тишину. — У меня тут таможенная декларация за февраль 2004 года. Дай мне накладную к ней из твоей стопки... Ту, что от компании Теренса Смита.

Грейс, не спрашивая, молча нашла и передала документ.

Джордж положил два пергамента рядом. Его палец побежал по строчкам.

— Смотри. Здесь, — он ткнул в графу «Груз» в таможенной декларации, — заявлено «деревянная тара, 20 ящиков, вес — 100 фунтов».

— И? — Грейс наклонилась ближе, чтобы рассмотреть. Снова повеяло запахом её духов, и Джордж буквально заставил себя сосредоточиться.

— А здесь, — он перевёл палец на накладную этой же поставки, — «канцелярские товары (перья, чернила, пергамент), 20 ящиков, вес — 80 фунтов».

Она молчала секунду, переводя взгляд с одного документа на другой. А потом он увидел это — едва уловимую искру в её глазах.

— Разница в 20 фунтов, — тихо сказала Грейс. — Это не просто погрешность. И «деревянная тара» не превращается сама по себе в «канцелярские товары».

— Если это обшивка ящиков, она даёт разницу в весе, но не в описании и не такую большую, — подхватил Джордж, и голос его теперь звучал увереннее, живее. Он ловил нить, и это было лучшее ощущение за последние пять лет. — Значит, где-то должна быть настоящая накладная. Или... — он перевернул накладную и посмотрел на оборот. Ничего. Тогда он поднёс её ближе к лампе.

— Дай сюда, — Грейс почти выхватила пергамент. Она достала из складок мантии палочку и осторожно провела ей по пергаменту, шепча почти неслышное заклинание...

И тут сквозь основной текст на пергаменте стали проступать пометки, будто бы подсвеченные голубым светом: цифра «80» превратилась в «100», «канцелярские товары» вновь стали «деревянной тарой», да и печати, стоящие на пергаменте, были другими.

— Информация в таможенной декларации и в накладной должна соответствовать друг другу, — сказал Джордж, закусывая губу, — полагаю, что подмена произошла или на складе прибытия, или на складе самой компании.

— А как вообще приходят такие поставки? — поинтересовалась Грейс, глядя на него расширившимися глазами. Джордж почесал подбородок, откинулся на спинку стула и начал объяснять:

— Есть несколько официальных складов для зарубежных поставок, которые контролируются министерством, точнее, Отделами Международного магического сотрудничества и Магического транспорта совместно. И ещё есть частные склады, у которых есть министерская лицензия на приём таких грузов, но их буквально два на всю Магическую Британию. Товар прибывает партиями с помощью межконтинентальных порталов, принимается сотрудниками склада и после проверки отправляется в компанию, которая совершила заказ. Чаще всего везут редкое сырьё, которого нет в Британии или которое дешевле, чем у нас, даже с учётом перемещения порталом. В общем, надо копать историю со складом. Или проверять компанию Смита.

— Нам нужно узнать, что именно они заказывали, — Грейс потянулась к кипе документов с запросами на перевозку грузов и начала быстро их перебирать. — Ни за что не поверю, что такая крупная компания, как его, не обнаружила недовес в 20 фунтов... Вот, нашла! — Она с победным видом вытянула один из пергаментов и положила его на стол.

— Магическая канцелярия, — начал зачитывать Джордж. — 20 ящиков, назначение... Описание... Вот! Вес одного ящика — 4 фунта. 20 ящиков — это как раз 80 фунтов. Получается, что со стороны Смита всё верно. Но, наверное, аврорам всё равно стоит его допросить...

Проверка остальных накладных Смита ничего не дала — другие поставки, по крайнем мере, за последний год, соответствовали декларациям. Зато удалось найти ещё несколько поставок от других компаний с магическим образом исправленными накладными, и стало ясно, что все пути ведут к складу «Грейхаунд».

* * *

— Итак, что у нас есть, — спустя час сказал Джордж, запуская руку в волосы и взлохмачивая их, — несколько поставок для разных компаний прибывали на склад «Грейхаунд» с одним весом, а уходили по компаниям — с другим.

— Значит, вместе с грузом прибывал дополнительный груз — возможно, контрабанда, и кто-то из тех, кто работает на складе, каким-то образом её передавал дальше. И, вероятно, так контрабандисты перевозили не только артефакты, но и что-то ещё, — добавила Грейс.

— Наверняка, — поддержал её Джордж. — А ещё я проверил: все эти грузы на «Грейхаунде» принимал один и тот же человек — Себастиан Вейл. Я знаком с ним немного: он раньше держал лавку в «Лютном», говорят, нелегально пускал через неё многие товары, но после войны обанкротился и сменил уже несколько мест — и вот в последние годы работает на складе. Но я почти уверен, что с криминалом он не завязал...

И тут Грейс сделала то, чего не делала все эти дни — она подняла на него глаза и улыбнулась. Не сдержанной, профессиональной улыбкой, которой улыбалась на совещаниях, — а настоящей, той самой, от которой у него когда-то перехватывало дыхание.

— Неплохо, Уизли, — сказала она, и в этих словах не было ни капли яда или насмешки. Была констатация факта — они наконец-то нашли то, что искали.

На секунду все проблемы Джорджа — боль, прошлое, Анджелина — как будто испарились, и остались только стол, папка и она — его прежняя Грейс, умная, увлечённая, улыбающаяся. Живая.

— Спасибо, — хрипло ответил Джордж, и его собственная улыбка оказалась на удивление естественной.

Откуда-то сверху раздался шум, Грейс дёрнулась и отвернулась. Её улыбка погасла, как будто её и не было — но момент уже случился: они нашли эту зацепку вместе, и это была их общая победа.

Оставалось только действовать.