Не все герои носят щиты... (джен)

Солнце немилосердно пекло, и Кейт почувствовала как по спине стекает капля пота, щекоча поясницу и впитываясь в суконный поддоспешник. Рука потянулась и, уже по привычке, потерла бок в том месте, где когти демона вспороли кожу.

— Все еще натирает? — тут же послышался сбоку вопрос Кассандры.

— Нет-нет, — улыбнулась Кейт, и Кассандра скептически прищурила глаза. — Нет, правда, сейчас всё просто замечательно. Сидит как вторая кожа, — поспешила ее уверить Кейт.

Кассандра еще мгновение вглядывалась в нее, словно сканируя своими темными глазами на предмет травм или неудобств, а потом кивнула.

После того злополучного боя, после которого она провалялась почти неделю в лазарете, где Адан вливал в нее исцеляющие зелья, Кассандра потащила ее в кузню, чтобы для нее изготовили хороший доспех, который должен был стать ее надежной защитой.

Но уже в день примерки она почувствовала дискомфорт. Доспех натирал в самых неожиданных местах, сковывал движения. Однако, когда кузнец, гордый своей работой, спросил, все ли в порядке, она только кивнула и пробормотала, что все отлично. Ей не хотелось разочаровывать мастера, умалять его старания и портить ему настроение.

В день же, когда они выдвинулись во Внутренние земли, она ощутила всю ошибочность своего решения. Легкие, но плотные сочленения пластин кололи бок, беспокоя свежие шрамы. Поддоспешник натирал в области левой подмышки и с каждым пройденным километром ее лицо кривилось все больше, а рука то и дело поправляла доспех.

Кассандра, с ее проницательностью, быстро заметила что-то неладное.

— Вестница, — позвала Кассандра, замедляя шаг и дожидаясь, пока та поравняется с ней. — Все в порядке? Ты постоянно трогаешь бок.

Кейт попыталась выдавить из себя непринужденную улыбку, но получилось натянуто.

— Просто… немного жарко, — пробормотала она, отводя взгляд.

Кассандра остановилась совсем, скрестив руки на груди. Солнце, стоявшее в зените, безжалостно освещало ее твердое, волевое лицо.

— Жарко всем, — спокойно заметила она. — Но только ты дергаешься, как блоха на сковородке. В чем дело?

Кейт вздохнула, понимая, что от Кассандры ничего не утаишь.

— Ну, — призналась она, опуская плечи. — Доспех немного… натирает.

— Немного? — Кассандра вскинула бровь. — Ты трогаешь бок каждые пять минут. Покажи.

Кейт замялась, не желая снимать доспех посреди дороги.

— Может, потом? — предложила она. — Когда остановимся на привал.

— Нет, сейчас, — твердо отрезала Кассандра. — Чем раньше разберемся, тем лучше. Еще не хватало, чтобы у тебя началось воспаление.

Солас и Варрик, шедшие чуть впереди, тоже остановились и повернули головы, заметив остановку.

— Искательница, в чем дело? — крикнул Варрик, прикрывая глаза от палящего солнца.

Кассандра повернула голову в их сторону.

— Нужен привал.

— Уже? — удивленно произнес Варрик. — Птенчик устала?

— Не в этом дело, — произнесла Кассандра, поджав губы. Она огляделась по сторонам, выбирая подходящее место. Неподалеку виднелась небольшая рощица, и Кассандра махнула рукой в ее сторону. — Идем туда.

Варрик с Соласом лишь пожали плечами и направились следом.

Кейт чувствовала себя ужасно виноватой, пока Кассандра размашистым шагом шла в сторону рощи, а она то и дело, поправляя доспех семенила за ней. Наконец, найдя тенистое место под раскидистым деревом, Кассандра жестом приказала Кейт остановиться.

— Снимай, — сказала она, но увидя как Кейт замялась, поглядывая на Варрика и Соласа вздохнула. — Не могли бы вы пока обойти периметр. — Обратилась она к ним.

— Конечно, Искательница, — ухмыльнулся Варрик, — не обижай нашу Вестница, пока нас не будет.

Кассандра лишь неодобрительно фыркнула.

Варрик с Соласом скрылись, и Кейт неуклюже расстегнув ремни и застежки, покрасневшая и смущенная, наконец осталась в одной рубашке, демонстрируя покраснения и потертости на боку, подмышке и плече. Кассандра внимательно осмотрела поврежденные участки кожи, хмурясь все сильнее.

— Это совсем не «немного», — проговорила она, коснувшись пальцами покрасневшей кожи на боку. Кейт вздрогнула от прикосновения. — Почему ты сразу не сказала?

— Я… не хотела расстраивать кузнеца, — пробормотала Кейт, опустив голову. — Он так старался…

Кассандра поджала губы.

— Значит плохо старался. Плохо сидящий доспех в бою не поможет, а лишь будет мешать. А если ты хотела его порадовать, то надо было наоборот сразу указать на недочеты.

Она достала из своей сумки небольшой флакон с целебной мазью и протянула Кейт.

— Нанеси это на потертости, — сказала она. — Должно помочь облегчить боль и предотвратить воспаление.

Кейт взяла флакон и послушно начала смазывать пораженные участки кожи. Кассандра наблюдала за ней, задумчиво нахмурившись.

— Нужно что-то делать с доспехом, — сказала она наконец. — В таком виде ты не сможешь продолжать путь.

— Может, просто подложить что-нибудь мягкое? — предложила Кейт.

Кассандра покачала головой. Она осмотрела застежки доспеха, пытаясь понять, что именно причиняет дискомфорт.

— Похоже, проблема в сочленениях, — пробормотала она. — Они слишком жесткие и плохо подогнаны. Нужно их немного ослабить. — И, вытащив из сумки небольшой набор инструментов, приступила к работе.

Ее движения были точными и уверенными, и Кейт невольно залюбовалась. Она не могла не вспомнить, как долгими вечерами Марджери вот так же для нее подшивала платья, подгоняя по фигуре. На глаза навернулись слезы.

Кассандра подняла взгляд

— Настолько больно? — удивилась она.

— Ой, нет-нет, — Кейт сразу же утерла глаза рукавом. — Просто… спасибо.

Она замолчала, и Кассандра еще мгновение вглядывалась в нее, ожидая продолжения, но Кейт лишь покачала головой, и Кассандра вернулась к прерванному занятию.

Кейт улыбнулась Кассандре прогоняя недавнее воспоминание.

— Если верить донесениям дозорных Лилианы, он должен быть где-то здесь, — сказала Кассандра, указывая рукой на домишки, примостившиеся по краю озера.

Судя по общему виду когда-то это была весьма хорошенькая деревенька, несмотря на покосившиеся крыши и весьма ветхий вид некоторых домов. Местами со стен еще не стерлась яркая краска, крыши украшали наличники, а на скрипучих петлях висели резные ставни. Кейт невольно представила как в этих домиках жили люди, как по утрам мужья уходили ловить рыбу и работать в поле, матери во дворе ухаживали за скотиной, а дети гурьбой носились по улице.

Тем горше было смотреть на запустение, оставшееся после прошедших боев. К горлу подступил ком. Кейт невольно поежилась. Несмотря на палящее солнце, от деревни веяло холодом запустения. Тишина стояла такая, что звенело в ушах, только скрип ржавых флюгеров на крышах да плеск воды о берег нарушали это мертвое безмолвие. Ветра не было, но ставни на окнах хлопали, словно от прикосновения невидимых рук, добавляя жути и без того гнетущей картине.

— Здесь долго никто не живет, — тихо проговорила Кассандра, оглядываясь по сторонам. Ее голос звучал приглушенно, словно боясь нарушить царящую тишину. — Похоже, люди ушли отсюда давно.

— Может, бежали от войны? — предположила Кейт, вглядываясь в темные пустоты окон.

— Возможно, — Кассандра нахмурилась. — Но здесь нет следов спешки, скорее … усталости. Будто люди просто махнули рукой и ушли, не надеясь на лучшее.

Солас, до сих пор молчавший, остановился и прислушался, закрыв глаза.

— Я чувствую здесь … отголоски боли, — тихо произнес он, не открывая глаз. — Здесь было много страданий. Не только война … что-то еще.

Варрик, шедший все время молча и как-то по особому серьезный, хмыкнул.

— Отличное местечко для встречи, — пробормотал он. — Самое то для того, чтобы поднять настроение. Не удивлюсь, если встретим тут не только Стража, но и пару призраков в придачу.

Кассандра неодобрительно на него взглянула, но промолчала. Она повернулась к Кейт.

— Лилиана указывала на дом на краю деревни, — сказала она, указывая на самый большой, но тоже ветхий дом у озера. — Идем туда. Будь осторожна. В таких местах редко бывает совсем пусто.

Кейт кивнула, ощущая необъяснимое беспокойство. В пустых домах деревни чувствовалось какое-то незримое присутствие, словно тени прошлого все еще бродили по этим улицам. Она крепче сжала посох в руках и последовала за Кассандрой вглубь деревни.

Дорога вела к озеру, и чем ближе они подходили к указанному дому, тем сильнее становилось чувство тревоги. Дом стоял на отшибе, словно отгородившись от остальной деревни, и выглядел еще более заброшенным и мрачным. Ставни на окнах были плотно закрыты, дверь казалась наглухо заколоченной. Вокруг дома царил хаос — поваленные заборы, разбросанные обломки мебели, ржавые сельскохозяйственные орудия — все говорило о том, что здесь давно не ступала нога человека.

Кассандра остановилась перед домом, оглядываясь.

— Здесь, — тихо произнесла она, доставая из сумки небольшой фонарь. — Варрик, Солас, осмотрите окрестности. Вестница, держись рядом.

Варрик и Солас разделились и исчезли за углами домов, а Кассандра толкнула скрипучую калитку и направилась к дому. Кейт последовала за ней, чувствуя, как сердце бьется все быстрее.

Кассандра осторожно постучала в дверь, но в ответ была лишь тишина. Она постучала еще раз, и снова — ничего.

— Здесь кто-нибудь есть? — громко крикнула она, прислушиваясь. — Инквизиция пришла с миром!

В ответ была лишь тишина, нарушаемая только скрипом ветхих ставен и плеском волн озера. Кассандра нахмурилась и попробовала толкнуть дверь. К удивлению Кейт, дверь поддалась и с тяжелым скрипом отворилась, открывая темный провал внутри дома.

Кейт затаила дыхание, всматриваясь в полумрак. Из глубины дома, из самого темного угла, словно вырастая из теней, медленно выступила фигура человека. Высокий, худощавый, он казался еще выше в сумраке дома. На нем была простая темная одежда, покрытая пылью и пятнами, словно он давно жил в этом заброшенном месте. Но больше всего в глаза бросалась его борода. Густая, неухоженная, темная с проседью, она полностью скрывала нижнюю часть его лица, делая его похожим на отшельника из старинных легенд.

В руках он держал посох. Не простой деревянный посох пастуха, а искусно вырезанный, темный посох мага, украшенный резьбой и тускло поблескивающими камнями. Посох был направлен вперед, словно оружие, и человек держал его крепко, наизготовку, готовый к защите или нападению.

Лицо его было скрыто тенью, но Кейт увидела его глаза. В полумраке дома они казались неестественно яркими, пронзительными, словно горящие изнутри синим огнем. В этих глазах читалась усталость, подозрительность и … что-то еще. Что-то неуловимое, магическое, что заставило сердце Кейт забиться быстрее. Ей показалось, что от этого человека исходит какое-то незримое сияние, словно вокруг него клубится магия Тени.

И в этот момент Кейт вдруг почувствовала слабое, но настойчивое покалывание в левой руке. Метка запульсировала, словно отвечая на незримое присутствие магии, исходящей от этого загадочного человека с посохом. Ей показалось, что она где-то уже видела эти глаза, полные боли и решимости, этот пронзительный взгляд, проникающий прямо в душу. Но где? И когда?

— Инквизиция? — спросил голос с подозрительностью и недоверием.

Кейт вздрогнула. Этот голос … она его уже слышала. Давно, в другой жизни, когда еще жива была Марджери, когда чума настигла их деревню … Сердце ее заколотилось с невероятной силой. Воспоминание, зыбкое и неуловимое, словно туман, начало обретать форму, становясь все отчетливее и яснее.

Она шагнула вперед, мимо Кассандры, почти не осознавая своего движения. В груди нарастало необъяснимое волнение, смесь надежды и страха. Она вглядывалась в темную фигуру, пытаясь разглядеть в полумраке черты лица, скрытые бородой и тенью.

— Целитель? — тихо спросила Кейт, голос ее дрогнул от волнения. Слова сорвались с губ почти бессознательно, движимые каким-то внутренним порывом, необъяснимой уверенностью.

В ответ воцарилось молчание. Человек в тени замер, словно пораженный ее словами. Посох в его руках дрогнул, но он все еще держал его наготове, не спуская глаз с Кейт.

Кассандра настороженно положила руку на рукоять меча, готовая к любой неожиданности. Варрик и Солас, вернувшиеся на звук голосов, замерли в дверях, наблюдая за сценой с напряженным интересом.

И вдруг, снова раздался голос из тени, теперь уже не подозрительный и усталый, а … удивленный и почти нежный.

— Котенок? — произнес маг, и в этом слове прозвучало недоумение, сомнение, и … какое-то неожиданное тепло.

В этот момент воспоминание окончательно вернулось к Кейт, словно яркая вспышка света рассеяла туман забвения. Она узнала этот голос, эту интонацию, это неожиданное прозвище, которым целитель иногда ласково называл ее, когда она помогала ему в лазарете. Она вспомнила его добрые, усталые глаза, его мягкую улыбку, его спокойствие и уверенность, которые вселяли надежду в самые темные дни эпидемии.

Слезы внезапно хлынули из ее глаз потоком, переполняя сердце неожиданным и бурным потоком эмоций. Радость от узнавания, облегчение от того, что целитель жив и здоров, благодарность за его помощь в прошлом, и … необъяснимая нежность и привязанность, возникшие из воспоминаний детства.

Не сдержавшись, Кейт бросилась вперед, забыв о Кассандре, об опасности, обо всем на свете. Она подбежала к целителю и заплакала у него на груди, обхватив его руками и прижавшись крепко-крепко, словно боясь, что он снова исчезнет, как тогда, два года назад. Слезы ручьями текли по ее щекам, смачивая пыльную одежду целителя, но она не замечала ничего вокруг, кроме тепла его тела и знакомого голоса, снова называющего ее тем давним, забытым прозвищем:

— Котенок…

_______________________________________________

Примечания:

Я вовсе не собиралась, но еще в третьей главе он неожиданно вылез и не захотел уходить обратно, поэтому вас не должно удивлять, что вместо Блэкволла появился Андерс 🙂