Духи на дорогах (джен)

Выздоровление моё прошло стремительно и успешно, как и всё, за что я берусь, — будь то написание бестселлера, победа над вампиром Мортимером или обольщение рыжеволосой спасительницы. Уже на третье утро я, облачённый в свежевыстиранную сиреневую мантию (Хлоя, благослови её сердце, знает толк в пятновыводящих чарах), стоял у порога её квартиры и репетировал прощальную речь.

— Дорогая Хлоя, эти дни были незабываемы, но долг зовёт, Париж рыдает без меня, а монстры, полагаю, уже начали наглеть в моё отсутствие...

— Вот такой я хочу свадебный торт! — пропела Хлоя, впархивая в гостиную с очередным каталогом.

Я осёкся. На журнальном столике громоздились: три папки с образцами приглашений, букет засушенных австралийских огнецветов (кандидат в украшения стола номер четыре), два манускрипта по свадебным мантиям и потрёпанный свиток под заголовком «Список гостей: версия семь, финальная?».

— Ты только взгляни! — она сунула мне под нос картинку с многоярусным тортом, увенчанным сахарными фигурками. Присмотревшись, я узнал в сахарном женихе самого себя. Сахарный я героически заносил ногу над сахарным вампиром для последнего удара...

— Это... невероятно детализированно, — выдавил я.

— Я знала, что тебе понравится! Церковь я присмотрела в Сиднее — там чудесный органист и скамьи обиты бархатом цвета твоих глаз. Мама уже шьёт фату, папа организует портал для твоих родственников из Англии, а кузен Дерек согласился быть твоим шафером, если ты не против...

Я слушал этот фонтан энтузиазма и чувствовал, как моя спина покрывается холодной испариной. Хлоя была великолепна. Хлоя была преданна. Хлоя планировала превратить меня в женатого мужчину к ближайшей субботе, и суббота эта наступала катастрофически скоро.

Положение требовало немедленного вмешательства. Я — не просто какой-то там волшебник. Я — мировое достояние, живое воплощение надежды для всех колдуний мира. Разве можно прятать такое лицо в одной-единственной супружеской спальне? Это было бы преступлением против магической общественности!

— Хлоя, любовь моя, — я взял её за руки и придал голосу ту особую бархатную глубину, от которой поклонницы падают в обморок даже на четвёртом ряду, — я должен признаться. Я прибыл в Австралию не случайно.

Она замерла с каталогом обручальных колец в руке.

— Не случайно?

— Именно! — я драматически развернулся, взмахнув мантией, и ткнул пальцем в висевшую на стене карту Австралии. Мой палец приземлился в совершенно произвольную точку где-то между пустыней и... ничем. — Я здесь по делу. Секретному. Борьба со злом!

Хлоя прищурилась, подошла к карте и изучила место, в которое я ткнул. Будучи работником австралийского Министерства магии, она знала здешние угрозы как свои пять пальцев.

— Вагга-Вагга? — её брови поползли вверх. — Ты прибыл в Австралию... в сумку кенгуру... чтобы сразиться со знаменитым оборотнем из Вагга-Вагга?

В комнате повисла тишина. Я понятия не имел, что такое Вагга-Вагга, где оно находится и в чем конкретно известен его оборотень. Но отступать было поздно.

— Да! — я выпятил грудь. — С тем самым! Чудовище терроризирует регион, и только я, Златопуст Локонс, героический победитель вампира Мортимера, способен остановить его раз и на-все-гда!

Её лицо перекосило сложной эмоцией — смесь профессионального скепсиса, фанатского обожания и глубокой личной обиды.

— Но... но как же наша свадьба? Церковь? Торт? Сахарный ты?

Я приподнял её подбородок и посмотрел прямо в глаза тем самым взглядом, от которого у половины женского населения Европы подкашиваются колени.

— Хлоя. Я — человек слова. Я благороден, как единорог, и обязателен, как гоблинский контракт. Я даю тебе торжественное обещание: я обязательно на тебе женюсь. Клянусь своей безупречной репутацией и всеми пятью премиями «Самая обаятельная улыбка».

Она выдохнула с облегчением.

— Правда?

— Правда! — провозгласил я. — Но я женюсь на тебе не сейчас... а когда моя миссия на этой планете будет завершена. Когда я искореню всё зло в мире, когда последний вампир падёт, последний оборотень запросит пощады, а люди перестанут нуждаться в моей защите. В тот самый день я постучусь в твою дверь, и мы сыграем свадьбу, о которой сложат баллады!

Хлоя застыла. В её глазах происходила напряжённая математическая работа. Она явно пыталась сопоставить количество зла в мире с продолжительностью жизни среднестатистической волшебницы. Пальцы едва заметно зашевелились — она беззвучно подсчитывала что-то.

— Я... я хотя бы доживу? — прошептала она.

Вместо ответа я стремительно чмокнул её в рыжую макушку, ухватил палочку и крутанулся на пятках.

— Прощай, моя австралийская роза! Жди меня! Непременно жди! Борьба со злом не терпит промедлений!

Хлопок аппарации заглушил её запоздалый возглас. Вихрь магии сжал меня со всех сторон, и квартира Хлои исчезла...