Рыцари Стивенссона (джен)

Сэмюэль Эрроу.

Неизвестно где.

Когда в академии флота кадета Сэмюэля Эрроу сбил флаер, кадет Эрроу только отряхнул с плеча стеклянное крошево и отправился в хозчасть за новой формой.

Когда в боях с пиратами на краю Эфира его корабль терпел бедствие, лейтенант Эрроу вытаскивал из огня застрявших матросов, и три недели в госпитале не поколебали его уверенности в себе.

И когда Скруп перерезал его страховочный трос, первый помощник Эрроу был удивлен только тому, как грамотно подлец выбрал время. Пока Эрроу падал, он успел взвесить своё положение и осознать неотвратимость собственной гибели.

А сейчас Эрроу падал навстречу смерти — у него не было в этом никаких сомнений. Умирающая звезда станет его могилой, а черная дыра — эпичным надгробием. Пожалуй, об этом даже сложили бы песнь, будь на корабле ещё один крагорец, чтобы выступить свидетелем события.

Эрроу не кричал — не было смысла. В грохоте плазменных потоков его никто не услышит. Никто не бросит ему спасательный круг. Никто даже не увидит мистера Эрроу, невзирая на яркий мундир.

Эрроу почти смирился. Почти. Потому что когда он — внезапно — не умер, то испытал невероятное облегчение.

Очередная волна лучистой энергии распадающейся звезды ударила мистера Эрроу, казалось, во все места сразу в тот самый момент, когда он коснулся спиной горизонта событий новорожденной черной дыры. Эрроу рефлекторно выдохнул и попытался сгруппироваться. И уже в следующий момент времени обнаружил себя летящим в черной бездне космического вакуума. Крагорцы боялись космоса за пределами Эфира куда меньше, чем остальные расы. Кислород для дыхания был приятным бонусом, но не был необходимостью. Гораздо важнее было не свариться или не замерзнуть. Сэмюэль скосил подернутый инеем глаз на часы. У него примерно пятнадцать минут.

Стараясь лишний раз не двигаться, Сэм осмотрелся. Невесомость дезориентировала, но опытный космоплаватель быстро нашел подходящий ориентир. "Внизу" виднелся объект, больше всего похожий на застрявшее в камне зубило.

Прошло не более трех минут, как со стороны странного объекта приблизилась пара других, не менее странных объектов. "Роботы!" — понял Сэм. — "Но какие же они огромные!" Один из роботов остался поодаль, направив в сторону Сэма предмет, явно являющийся пушкой впечатляющей длины. Второй осторожно приблизился, не перекрывая первому сектор обстрела. "Грамотные!" — с уважением подумал Сэм. Он подождал, пока второй робот окажется поближе, а затем осторожно выпрямился и поднял руки "вверх". Его жест заметили. Робот приблизился. На его груди открылся люк, и оттуда выглянул какой-то гуманоид в скафандре. "Не робот! Боевая машина!"

Пилот бросил Сэму трос. Сэм его поймал и позволил втянуть себя в кабину. Зашипел воздух. Сэм с удовольствием вздохнул. Пилот показал ему поручни, за которые, судя по всему, Сэм должен был держаться, пока они летят. Сэм не спорил.

Перегрузка, с которой боевая машина рванула с места, внушила Сэму уважение перед технологией. Объект, похожий на зубило, оказался кораблем. Сперва Сэм решил, что это станция вроде космопорта Монтрессора, но пилот заводил свою машину на посадку по широкой дуге, и Сэм увидел огромные двигатели. Не станция. Но почему нет парусов? Где атмосфера? Почему корпус изъеден попаданиями метеоров? Вопросов стало ещё больше, когда он спустился по трапу на палубу ангара. Все, кого он видел вокруг, были людьми. Чистокровными человеками! Даже на кораблях императорского флота терранской империи не бывает таких однородных экипажей. Терране решили взять пример с арктуриан? Терране разрабатывают новое оружие для действий вне Эфира? Ну и, естественно, все конкретные вопросы в его голове постепенно вытеснялись двумя, самыми главными — как он сюда попал и что здесь, ради Святой Горы, происходит?!