Цель: выжить. Способ: соблазнить дракона??? (гет)

Когда слёзы закончились, Рада решительно встала.

Первым делом она подошла к сундуку с деньгами. Золотые монеты с профилем сурового мужчины в короне, серебро с изображением дракона, какие-то камни… Все это было реально, осязаемо и безнадежно чуждо. Эти богатства не могли купить ей билет домой.

Рада захлопнула сундук. Её внимание привлёк герб на крышке. Схематично, небрежными линиями на гербе был изображен взлетающий серебристый дракон.

Рада провела по крыльям дракона пальцами. Он как будто ожил под прикосновением, серебро чешуи потекло, крылья дрогнули, а увенчанная рогами голова боднула воздух. Отдёрнув пальцы, она хмыкнула. Дракон был на прежнем месте.

— Мне уже чудится всякое… — прошептала она, теряя интерес к сокровищам.

Окно всё еще было распахнуто, принося поток свежего воздуха. Рада подошла и примерилась. Вылезти у неё бы получилось, с трудом, но получилось бы. Спуститься вниз…

Рада высунулась наружу. Камни стены прилегали друг к другу неплотно, щели были достаточными для того, чтобы зацепиться. Второй этаж, слезть будет сложновато, но ничего непреодолимого.

Она принялась исследовать комнаты.

Книжные шкафы были полны фолиантов в потрепанных кожаных переплетах. Она взяла первый попавшийся. Язык был странным, но… уловимо знакомым. Отдельные слова проступали в сознании, будто всплывая из глубин памяти: «Луна», «благословение», «ночь», «очищение». Но целые предложения превращались в загадочную абракадабру.

Следующая книга оказалась сборником молитв и канонов, и там она понимала уже больше. Словно какой-то фильтр в ее мозгу постепенно настраивался, пропуская знакомые слова.

Наступил вечер. Солнце за окном погасло, сменившись темно-лиловыми сумерками. В покои вошла Эльба со свечой в руке.

— Госпожа, я вас на ночь приготовлю, — уныло сказала она.

Рада поднялась с подоконника и отложила книгу. Она подозревала, что слуги не должны так общаться, но что она могла сказать?

Именно тогда это случилось. Рада шагнула вперёд и замерла. Ее рука… просвечивала. Сквозь кожу и кости было видно резную поверхность стола. С криком ужаса она отпрянула к стене, к единственному в комнате зажженному факелу.

— Госпожа? Что случилось? — испуганно спросила Элба.

— Ничего! — выдохнула Рада, с силой сжимая непослушные, почти невесомые пальцы. — Выйди. Я справлюсь сама.

— Я могу…

— Пойди прочь, Эльба.

Эльба положила куль с одеждой на кресло.

— Я вас мыться тогда утром отведу, — буркнула она и, неуклюже поклонившись, вышла.

Как только служанка исчезла за дверью, Рада сползла по стене на пол, забившись в угол. Она смотрела на свои прозрачные в свете луны руки и тихо плакала от страха и бессилия. Может, все это кошмар? Или она в коме после удара по голове? Завтра она проснется в своей постели, пойдёт на работу, и все это покажется смешным сном.

* * *

Но утро принесло лишь жестокое подтверждение реальности. Солнечный свет сделал ее прозрачность незаметной, но все же ощутимой — будто она была соткана из самого тонкого утреннего воздуха. Рада как могла оценила себя в зеркале на туалетном столике.

Кожа не просвечивала. Лишь чуть золотилась на солнце, как будто на неё нанесли шиммер.

Рада распустила волосы и расчесала их фарфоровым гребнем. Она перекинула волосы на плечо и рассмотрела кончики.

— Мне как раз нужно было к парикмахеру, — сказала она и шмыгнула носом. Три глубоких вдоха позволили ей взять эмоции под контроль как раз к тому моменту, как Эльба открыла дверь.

Рада вздохнула уже от злости — эта девица не постучала.

Купальни храма Луны были скрыты в самой старой, подземной части здания. Воздух здесь был влажным, густым и пряным от запаха целебных трав и ладана. В массивных бронзовых чашах на высоких подставках пылал неестественно высокий открытый огонь. Отблески играли на струях воды, льющихся из пастей каменных драконов в бассейн.

Тишину нарушал лишь тихий шепот воды и потрескивание необычного пламени в чашах. Это место дышало древностью, магией и покоем, словно сама богиня купалась в этих водах при свете пойманных звезд.

В центре зала находился огромный бассейн, вода в нем была не прозрачной, а молочно-белой, словно жидкий лунный свет, и от нее исходил легкий, обволакивающий пар. По поверхности воды плавали лепестки ночных цветов — жасмина и лунной лилии, источающие тонкий, усыпляющий аромат.

В боковых альковах располагались маленькие бассейны, несколько скамеек и ширм.

— Почему мы здесь одни?

— Обычно вечером сюда всех ходят, — ответила Эльба.

— Чем тут мыться? В каком э-э-э водоёме?

— Да вот, — кивнула на ширму Эльба. — Я попросила банщицу всё подготовить.

— Это только женская купальня?

Эльба закивала.

— Тут не бывает мужчин.

Рада утянула её за ширму. Эльба показала ей брусок чего-то мыльного для волос, натерла какую-то странную штуку на терке — для того, чтобы мыть тело, показала «мочало». Рада скептически смотрела на все эти чудеса.

— Потом можно в лунный источник нырнуть, — сказала Эльба неуверенно, видя её скепсис. — Он это… красоты добавит. Ну и целебный еще.

Рада со вздохом потёрла лоб.

Лунный источник действительно помог. Рада провела рукой по волосам, которые, несмотря на варварскую сушку полотенцем были блестящими и гладкими.

Эльба помогла ей надеть простое, длинное платье-рубаху из мягкого отбеленного льна. Оно плотно облегало шею и запястья, а его подол почти касался пола.

— Это платье символизирует чистоту и смирение, — сказала Эльба.

Рада взглянула на неё в упор, а потом спрятала взгляд за ресницами. Слишком умная формулировка.

Поверх Эльба умело пристроила нарамник— что-то типа длинного жилета из темно-серой, почти черной плотной ткани. По краю шла вышивка из цветов, остророгих лун и облаков.

Всё это подвязывал пояс-кушак из серебристой гобеленовой ткани.

Выглядел образ красиво, но как-то незакончено.

Когда они вернулись обратно в комнаты, Рада нашла на столе чашку с горячей кашей, кусок серого ноздреватого хлеба и кувшин воды.

Рада прикрыла на секунду глаза. Мало того, что здесь совершенно не считались с приватностью, так еще и… сомнительная еда.

Эльба помялась у двери, и, не дождавшись, чтобы Рада отдала ей свой завтрак, сказала:

— Вам там книжки положили на стол. Их надо почитать.

Рада равнодушно кивнула.

— Ну я к обеду приду, — буркнула Эльба. И ушла.

* * *

Ближе к обеду за ней пришли. Верховный жрец, которого, как она узнала, звали отец Ориан, принял ее в беседке в саду, где уже был накрыт скромный стол.

— Что из прочитанного оказалось вам понятным, дитя? — спросил он, его внимательный взгляд казался всевидящим.

Рада честно рассказала о странном эффекте «узнавания» лишь части текста. Отец Ориан кивнул, как будто так и должно быть.

— Благословение Луны постепенно откроет вам ее знания. Наберитесь терпения. А теперь слушайте.

И он начал свою лекцию.

— В начале времен была лишь Мать-Изначальная. Прародительница всего.

Ветер принёс цветы, сорвавшиеся с цветущих деревьев. Лепесток, кружась, опустился в чашку с чаем.

— От нее родились двое близнецов: Солнечный Бог — даритель жизни и ясного света, и Лунная Богиня — владычица тайн, интуиции и преображения.

Отец Ориан взял с края стола книгу и раскрыл перед Радой. Она оказалась полна ярких, красивых картинок.

Мать-Изначальная была изображена, как высокая тонкая женщина с мудрыми глазами. Одета она была в черное звездное покрывало. Лунная Богиня отдалённо смахивала сама на себя, а Солнечный Бог оказался львинногривым мужчиной-викингом.

— Но пустота была неуютна для них. И тогда Мать-Изначальная призвала своих младших детей — Драконов. — Отец Ориан помолчал, задумчиво разглядывая сад. Потом покивал. — Существа изначальной магии. Именно они помогли близнецам выковать этот мир: землю, моря и небеса.

— И потому Драконы стали первыми правителями и стражами Киэнгыра[П1] . Они основали наше государство и по сей день правят им по праву силы и рождения.

Драконы в книге были похожи на того, который изображался на гербе сундучка с сокровищами. Те же резкие, даже грубые, хищные линии. Те же крылья, рога и чешуя.

Рада повела плечами, вспоминая: тьма вокруг, чешуя, крылья и лязг зубов.

— Ваш супруг, Рейнар фон Нордсторм-Альтерис — один из последних драконов. Брат нынешнего короля. Его род, Нордсторм, издревле находится под покровительством самой Луны.

Рада незаметно закатила глаза: «Бла-бла-бла, сильные, чистокровные, аж драконы, ага».

* * *

В последующие дни ее жизнь были полны уроков. К Раде приставили трех учителей.

Мать Илдира, жрица с лицом, как будто высеченным из гранита, учила ее церковному этикету, молитвам, писаниям и священным воздействиям.

Молодой человек, сэр Лоррэйн, присланный Вейнаром, преподавал изысканный дворцовый этикет, танцы и искусство светской беседы. Он был вежлив до тошноты, и Рада чувствовала, что он докладывает о каждом ее чихе.

Секретарь Ориана, худой и пугливый отец Кирк, зачитывал ей лекции по истории, географии и политике Киэнгира.

На одном из занятий Рада осторожно спросила мать Илдиру:

— А по каким признакам… понимают, что человек — истинная жрица? Как проявляется священное воздействие?

— Любая посвященная, — отстранённо ответила мать Илдира, — а вы посвящены самим фактом явления богини, может совершать малые чудеса: благословлять воду, чувствовать ложь, призывать утешение в сердца страждущих. Но есть и те, кого богиня избирает особо. Святые. Их сила безмерна, они могут исцелять смертельные раны и низводить сам свет луны на землю.

Рада пыталась. Вечерами, оставшись одна, она пыталась благословить воду в кубке. После десятой попытки вода едва заметно заблестела в лунном свете. Этого было достаточно, чтобы учителя кивали с одобрением, но слишком мало, чтобы назвать это чудом.

Никто, абсолютно никто не упоминал о полупрозрачности. Рада крепко держалась за свою теорию: это знак того, что она не принадлежит этому миру. Знак того, что она все еще может исчезнуть, пропасть здесь, чтобы очнуться в своём мире.

Это была ее тайная надежда, её маяк.

На седьмой день, после изматывающей лекции о геральдике знатных домов, мать Илдира вошла в класс с тем же каменным выражением лица.

— Сегодня нам не удастся побеседовать с вами, жрица. Встречу с вами запрашивает Его Императорское Высочество эрцгерцог Альтерис. Он ждет в саду, в беседке.

Сердце Рады заколотилось. Страх, любопытство и отвратительные предчувствия переполнили её сердце.

Она позволила Эльбе поправить себе косу и по новой закрепить пояс на нарамнике и, глубоко вздохнув, пошла на встречу.

[П1]Название королевства