Маг. Сдвиг (гет)

Мага разбудил телефонный звонок. Спросонья он не сразу вспомнил, кто такая «Даша» у него в контактах, но потом врубился. Он взял трубку.

— Да, — хрипло ответил он.

— Привет, Володя, — раздался бодрый голос Даши.

— Привет.

— Ты уже готов к тренировке?

Маг замер, пытаясь сообразить, в каком он мире.

— Стоп, какая тренировка?

Даша рассмеялась в трубку:

— А ты как думал, быть как профи и не работать как профи? Тут надо каждый день пахать, мы и так много пропустили. А ещё нам надо поддерживать нашу легенду.

Чтобы в Лозанне поверили в «добросовестность» их дуэта, они должны были выглядеть как настоящая пара, а не как случайный юридический казус.

Маг быстро взглянул на часы. Оказалось, он проспал девять часов — впервые за долгое время.

— Ладно, — выдохнул он. — Дай мне полчаса.

* * *

Маг и Даша пришли на тренировочную площадку, где они готовились перед выступлением на Олимпиаде.

Даша, глядя на лёд, тихо произнесла:

— Такое ощущение, что вечность прошла после нашей последней тренировки.

— Да, есть такое, — ответил Володя.

— Скажи, как это у тебя получается? — спросила Даша, уже глядя на Мага.

— Что именно?

— Ну, всё это. Так выруливать в таких ситуациях.

Володя пожал плечами:

— Сам не знаю, такая специфическая у меня «вдача».

Даша, улыбнувшись, спросила:

— Ты сказал «удача» или «дача»?

— Ни первое, ни второе. Прочитаешь потом в Википедии значение.

— Не будь букой. Кстати, это впервые, когда у тебя проскочило украинское слово, а мову я понимаю.

Володя посмотрел на неё со скепсисом:

— Ага.

— Можешь сказать мне предложение на мове, и я переведу.

— Ладно, сама напросилась, — Владимир задумчиво почесал подбородок. — Что бы тебе такое придумать?

— Что-то красивое.

— Красивое, значит? Ну тогда слушай: «Яка вродлива дівчина в цій сукні, вона справді неділя».

Даша задумалась, попросила несколько раз повторить. Маг уже начал улыбаться, глядя на потуги девушки, но тут она выдала:

— «Как красивая девушка в своей одежде, так пройдет неделя».

— Даже неплохо, я думал, будет намного хуже, — слегка удивился Володя.

— А как настоящий перевод звучит?

— Сейчас я конец продумаю, как правильнее сформулировать, а то там есть сложность. — Немного подумав, он выдал: — Правильно звучит так: «Какая красивая девушка в этом платье, она действительно воскресенье».

— Да, есть разница, но всё равно первую часть я плюс-минус перевела. Где моя награда? — Даша протянула руку.

— Позже тебе леденец куплю.

* * *

Тренировка завершилась. Маг с Дашей подъехали к бортику.

— Даша, а на сколько вылетел Антон? — спросил Володя.

Даша вздохнула, глядя куда-то мимо него:

— Точных сроков я тебе не назову, но врачи говорят — минимум на полгода.

— А ты как думаешь?

— Я думаю, что это затянется до года.

— Да, жаль.

Володя уже развернулся к калитке, когда Даша его окликнула:

— Слушай, Володь, а ты не хочешь пройти мой идея-тест?

Маг обернулся:

— Идея-тест? Это что ещё такое?

— Я придумала одну методику для проверки своих будущих партнёров. Чтобы оценить, может ли он выдать эмоцию. Технику я и так увижу, а вот с этим компонентом не всё так просто.

— А зачем мне проходить тест? — Маг посмотрел на неё с подозрением.

Даша на мгновение прикусила губу, глядя на свои коньки. В её позе читалось напускное безразличие, но в голосе проскользнула та самая нотка вызова, которая бьёт прямо в мужское эго. Она посмотрела на него из-под ресниц, словно сомневаясь, стоит ли он вообще ещё её усилий.

— Ну-у... — протянула она, — Антон этот тест прошёл. Но если это для тебя слишком сложно...

Мага это зацепило, желваки на лице заходили из стороны в сторону.

— Ладно. Сколько это займёт времени и в чём суть?

Даша мгновенно оживилась:

— Смотри, ты должен словить эмоцию песни и выразить её в парном танце. Это займёт не больше десяти минут.

— Непростая задачка, — Маг потёр лоб. — А что за песня?

— А в том весь смысл: ты не будешь знать, пока она не прозвучит на льду.

* * *

Первые синтезаторные аккорды «In the Air Tonight» поплыли над пустым катком, отражаясь от трибун гулким эхом. Маг не стал ждать и первым пошёл на сближение: уверенно забрал Дашу в хват и увлёк за собой. Движения были плавными, но Владимир вёл жёстко, ни на секунду не разрывая зрительного контакта и буквально гипнотизируя её взглядом.

По мере того как песня набирала силу, Маг начал нарушать границы. Его ладони ложились чуть ниже, касания становились откровеннее, чем требовалось. Он то резко, почти грубо отстранял Дашу от себя, заставляя коньки свистеть по льду, то в следующий же миг рывком притягивал назад, заставляя её врезаться в его грудь. Напряжение росло с каждым тактом. В какой-то момент, когда Даша в очередной раз оказалась слишком близко, в голове у Владимира обожгла мысль: «Это уже чистая эротика». Но взгляда он не отвёл.

И тут грохнули барабаны.

Ритм стал бешеным, и они в него вписались. Маг прижал её к себе — максимально плотно, в упор, без зазоров. Музыка вышла на пик и теперь держала это агрессивное напряжение до самого конца. На этой сумасшедшей скорости они летели по кругу, буквально втираясь друг в друга на виражах, на грани фола и потери равновесия. Маг полностью контролировал их движение, чувствуя, как Даша отвечает такой же чистой экспрессией.

Только под самый финал, когда песня начала сходить на нет, Владимир одним резким движением отпустил её. Они по инерции разъехались на несколько метров в разные стороны. Даша резко развернулась, подняв коньками веер ледяной крошки.

Они замерли. В наступившей тишине катка было слышно только их тяжёлое, рваное дыхание. Несколько метров льда разделяли их, но они продолжали смотреть друг на друга. В глазах Даши и в грязно-зелёных глазах Владимира горел один и тот же, абсолютно голодный блеск.

Их напряжение прервали аплодисменты.

Маг бросил взгляд в сторону борта — там стояли Светлана Сергеевна и Татьяна Алексеевна. Покачав головой, Владимир покатил к тренерам. Даша последовала за ним. Владимир чувствовал её пристальный взгляд даже тогда, когда сам уже смотрел вперёд.

Когда они подкатили к бортику, Иванова с усмешкой выдала:

— А ты, Владимир, горячая штучка. Мне аж закурить захотелось.

Ермолаева прыснула со смеху, а Володю мгновенно обдало жаром — уши покраснели.

— Но вы, брат Владимир, должны будете вести себя на публике более сдержанно, — продолжила Иванова, скрестив руки на груди. — А то начнут называть не монахом, а Казановой.

— Я понял вас, Светлана Сергеевна.

— Теперь к делу, — Иванова посерьёзнела. — Я скоро возвращаюсь в Россию, переговорю в федерации с нужными людьми. А вы готовьтесь лететь в Амстердам.

Маг перевёл взгляд на второго тренера. Ермолаева кивнула:

— Нужно отчитаться перед федерацией Голландии, тут как раз пара дней осталась до церемонии закрытия.

— Хорошо. Значит, летим в Амстердам, а Украина подождёт.

— Думаю, там и вопросы финансирования можно будет утрясти, — добавила Татьяна Алексеевна.

Тренеры ушли. Володя и Даша устроились на лавочке у борта и молча расшнуровывали коньки, стараясь даже случайно не касаться друг друга.

— Даша, опасно использовать такие песни, — нарушил тишину Маг. — Я в своих идеях подобных мелодий всегда избегал.

Он пристально посмотрел на неё.

— Это был чисто профессиональный интерес, — Даша слегка покраснела, усердно дёргая шнурок. — Проверка, сможешь ли ты вообще пройти тест.

— И как, прошёл? — спросил он, продолжая её внимательно рассматривать.

— В общем, да, — она на секунду замялась, не поднимая глаз. — Ты раскрылся... с совершенно другого ракурса.

— А Антон под эту же песню тест сдавал?

— Нет, под другую, — Даша наконец подняла глаза на Мага, но почти сразу снова отвела взгляд.

Когда они переобулись и поднялись со скамьи, она уже вернула себе привычный бодрый тон:

— Ну что ж, жду тебя через два часа в спортзале.

— Ещё тренировка? — Володя устало вздохнул.

— А ты думал, жизнь профи — сахар? Привыкай!

Она круто развернулась и пошла к выходу из раздевалки. Маг посмотрел ей вслед и тихо, с глубоким обречением прошептал себе под нос:

— Антон, выздоравливай скорее…

* * *

Даша шла по коридору, ведущему прочь от катка. Её шаги по резиновому покрытию — глухие, тяжёлые — казались слишком громкими. Она почти бежала, надеясь, что расстояние поможет стряхнуть с себя бешеное напряжение, оставшееся после финала песни.

«Идиотка, — пульсировало в голове в такт недавним барабанам. — Какая же ты идиотка».

Она распекала себя за каждую секунду этого «теста». Зачем была эта песня? Зачем этот риск? Даша хотела проверить его на эмоции, а в итоге сама едва не захлебнулась тем, что он выдал в ответ. Она ведь видела, как он сначала пытался закрыться, но потом...

Владимир не просто прошёл тест. Он перехватил инициативу, жёстко подчинив её себе.

Даша вспомнила слова Ивановой про «закурить захотелось». Лицо до сих пор горело, и это был уже не румянец после тренировки.

«Антон этот тест прошёл», — вспомнила она свою же фразу у бортика.

Какая ложь.

С Антоном всё было предсказуемо, технично и безопасно. С ним она всегда была ведущей. А с Магом в какой-то момент контроль просто испарился.

Тот «грязно-зелёный» взгляд в финале не имел никакого отношения к спорту. Это был вызов, на который у неё не нашлось ответа.

Она дошла до своей двери, рывком приложила ключ-карту и зашла в номер. Соседки не было.

В тишине комнаты её собственное дыхание казалось слишком рваным. Даша подошла к зеркалу и наткнулась на собственное отражение — испуганное и странно живое.

«Через два часа в зале, — прошептала она, прижимая холодные ладони к горящим щекам. — Как мне смотреть ему в глаза через два часа?»

Даша постояла так минуту, всматриваясь в своё отражение, а затем решительно опустила руки. Сделала глубокий, ровный вдох, силой загоняя панику поглубже. Пальцы всё ещё немного подрагивали, но взгляд уже становился прежним — собранным, жёстким, по-тренерски холодным.

Она справится.

Чего бы ей это ни стоило.

* * *

Вечером Мага вызвали в медблок. В кабинете было душно от работающих компьютеров. Представитель антидопинговой службы (WADA), не отрываясь от монитора, пододвинул ему бланки.

— С этой минуты вы включены в Регистрируемый пул тестирования. Ваша обязанность — предоставлять данные о своём местонахождении двадцать четыре на семь через систему ADAMS. Каждый день вы должны указывать часовое окно для возможного тестирования. Если в это время вас не окажется по указанному адресу — это пропущенный тест. Три таких нарушения за двенадцать месяцев — и против вас возбуждается дело о нарушении антидопинговых правил.

Маг слушал с ледяным спокойствием. Его не пугал тотальный надзор, волновал только риск подставить Дашу и Антона, если система где-то сбойнет.

— Вопрос по регламенту, — ровно произнёс он. — Если в моё окно я застряну в лифте или случится форс-мажор, например прихватит желудок? Как технически фиксируется уважительная причина?

Инспектор наконец поднял глаза от экрана.

— В приложении есть раздел для экстренных изменений, вы можете скорректировать данные за пять минут до начала окна. Но если тест уже сорван, любые оправдания придётся подтверждать документально.

Маг едва заметно кивнул. Поводок был коротким.

* * *

Палата Антона Карачева в олимпийском госпитале Ниццы была наполнена стерильным светом и монотонным гулом телевизора. Антон безучастно смотрел спортивные новости.

— Как дела, Антон? — голос раздался так неожиданно и близко, что Карачев дёрнулся всем телом и едва не свалился с постели.

Он резко повернул голову. Владимир стоял всего в нескольких метрах.

— Маг, твою мать! — выдохнул Антон, прижимая здоровую руку к груди. — Ты хочешь, чтобы у меня инфаркт случился?!

— Извини, я не хотел, — Маг даже не шелохнулся.

— Зачем пришёл? — Антон начал приходить в себя, пытаясь поудобнее устроиться на подушках.

— Да тут проходил мимо и решил проведать.

Антон буркнул, кивнув на свою неподвижную руку:

— Как видишь, новая не отросла.

— А трёхруких спортсменов допускают к соревнованиям или тоже в Лозанну тянут? — в голосе Владимира промелькнула едва заметная сухая ирония.

Карачев на мгновение замер, а затем даже слегка улыбнулся:

— Садись уже.

Маг сел на стул.

— Помню, у меня коллега на первой работе ключицу сломал по глупости.

— Это как? — Антон заинтересованно приподнял бровь, отвлекаясь от экрана.

— Он переходил железнодорожные пути, держа руки в карманах. Зацепился ногой, упал и, поскольку руки были заняты, не успел выставить их перед собой. Ударился ключицей о рельс. Кость срасталась около полугода, а потом он ещё долго восстанавливал подвижность.

— Ну, у меня похожая по срокам ситуация, — Антон помрачнел, глядя на свой ортез. Затем, немного помолчав, добавил: — Знаешь, я думал, нас в этом экспресс-суде размотают на раз-два, а мы ещё держимся.

— К сожалению, это только начало.

Антон что-то взвесил, глядя на человека, который за считанные часы заменил его на олимпийском льду.

— Не подумай, что я неблагодарный засранец, но от всей твоей помощи я чувствую себя...

— ...лишним, — закончил за него Владимир, считав эмоцию партнёра с пугающей точностью.

Антон удивлённо посмотрел на него. В глазах фигуриста отразилась полная растерянность:

— Откуда ты?..

— Я бы тоже себя так чувствовал на твоём месте, — Маг смотрел на Антона прямо, без тени превосходства.

Карачев тяжело выдохнул, и напряжение в его плечах немного спало.

— Спасибо, что дал выговориться.

— Пожалуйста. Скажи, Антон, а вы с Дашей пара? Как парень и девушка?

На лице Антона проступило лёгкое смущение. Он невольно отвёл взгляд.

— А почему ты спрашиваешь?

— А вдруг мне попадётся ещё один настырный журналист, — Маг пожал плечами. — Ты сам видел, о чём меня спрашивают.

— Нет, мы не пара, — буркнул Антон.

— А в плане интимной близости?

Карачев мгновенно покраснел:

— А это ещё зачем тебе знать?! — но, вспомнив бесцеремонные вопросы прессы, он добавил, не глядя на собеседника: — Было несколько раз. Только не вздумай болтать просто так!

Маг поднял ладони, демонстрируя открытость:

— Хорошо. Только в крайнем случае.

— Всё? — Антон выжидающе посмотрел на него.

— Не совсем. Слушай, я постоянно натыкаюсь на коробки, полные презервативов, особенно в медблоке. Ты не знаешь, что это за гумпомощь?

Антон невольно улыбнулся нелепости вопроса в устах серьёзного Мага:

— Это организаторы раздают спортсменам.

— Типа: спите друг с другом, но безопасно?

— Типа того.

— А зачем так много?

— Ну, кто-то использует по назначению, а кто-то берёт как сувениры. На прошлой летней Олимпиаде установили рекорд — раздали сто тысяч.

— Охренеть, — Владимир покачал головой. — Надо и себе парочку сувенирчиков взять.

— Бери, не стесняйся, — хмыкнул Антон.

Маг встал и направился к выходу. Антон окликнул его уже на пороге:

— Владимир, а какие у тебя планы на сегодня?

Маг на мгновение задержался в дверях.

— Думаю зайти к Даше, а потом спать. Ну, ладно, бывай.

Он исчез в коридоре так же внезапно, как и появился.

Антон посидел минуту в тишине. В голове медленно, но неотвратимо сложились детали: презервативы из медблока, «сувенирчики» и визит Мага к Даше в такой поздний час.

— Вот же сука! — прорычал Карачев, глядя в пустоту дверного проёма.

* * *

В холле женского блока олимпийского комплекса было оживлённо. На широком диване устроились три французские спортсменки, увлечённо глядя в экран планшета. На видео мужчина в чёрном технично уклонялся от попыток девушки дотронуться до него под музыку из «Матрицы».

— Бодренький старичок, — хихикнула Николь, поправляя выбившуюся светлую прядь. — А когда это было снято?

Жаклин, не отрываясь от экрана, сверилась с описанием ролика:

— Четыре года назад, в двадцать шестом. Значит, тогда ему было всего тридцать пять. Ещё почти молодой.

— Мне кажется, он даже очень неплохо сохранился, — Амели прищурилась, рассматривая, как на видео Маг закладывает невероятную дугу, почти касаясь льда рукой. — Если он смог показать такое выступление сейчас, на Играх, в свои тридцать девять... это просто невероятно.

Николь со смехом толкнула подругу в плечо:

— Так ты теперь любишь «монахов» постарше?

Амели хитро улыбнулась, не сводя глаз с экрана:

— Монах не монах, а он всё равно мужчина. А любой мужчина может хотеть ласки.

Жаклин и Николь вместе протяжно выдохнули: «О-о-ой!» — и все три разразились звонким смехом, привлекая внимание проходящих мимо атлетов.

Спортсменки снова уткнулись в видео. Внезапно Жаклин отвлеклась — её взгляд замер на фигуре, появившейся в конце длинного коридора.

— Девочки, смотрите, кто идёт, — прошептала она.

Смех мгновенно стих. Все трое повернули головы к фигуристу. Владимир приближался к холлу, на ходу сверяясь с номерами на дверях.

— Он ищет чью-то комнату, — тихо заметила Николь.

Амели обвела подруг победным взглядом и поправила воротник своей олимпийки. На её губах заиграла улыбка.

— Может, мою? — бросила она. — Пойду спрошу.

Когда Маг поравнялся с холлом, она решительно встала и направилась на перехват, включив свою самую грациозную походку. Девушки за её спиной синхронно прыснули, зажимая рты ладонями и предвкушая реакцию «Монаха» на внезапное французское гостеприимство.

* * *

Маг шёл по коридору, высматривая номер 121Б, который ему назвали на ресепшене. Мимо мелькали двери: 118Б, 119Б, 120Б...

— Bonjour, monsieur Volodymyr! — раздался женский голос с мягким французским ударением на последний слог. А следом по-английски: — Вам помочь?

Маг остановился и обернулся. Перед ним стояла незнакомая стройная девушка, приветливо улыбаясь.

— Спасибо, мадемуазель, но я уже нашёл нужную комнату, — ответил он также по-английски.

— Как жаль. Но если вам всё же понадобится помощь — обращайтесь. Моя комната 116Б, а меня зовут Амели, — она игриво подмигнула.

Маг, совершенно не привыкший к подобным намёкам, почувствовал себя неловко.

— Как приятно видеть добрых людей, которые готовы подставить грудь... Ой, извините, я хотел сказать — плечо ближнему.

Улыбка Амели стала ещё шире.

— À bientôt, monsieur Mag!

Она развернулась и неспешно пошла к диванчику, где её ждали подруги. Маг проводил её взглядом и подумал: «Это уже третья. Опасное место — женская общага. Надо отсюда поскорее сматываться».

Он подошёл к двери 121Б и постучал.

* * *

Даша открыла дверь. На пороге стоял Володя.

— Привет. Мы можем переговорить?

Даша немного удивилась, но кивнула:

— Ладно, заходи.

Володя прошёл в номер, но тут же заметил, что они не одни. Соседка сидела на своей кровати с книгой. Даша закрыла дверь и прошла вглубь комнаты. На ходу она указала на девушку:

— Знакомься, это Норали, она тоже из сборной Нидерландов.

Маг слегка кивнул голландке:

— Mevrouw.

— Goedenavond, meneer, — отозвалась та с мягким акцентом.

— Ты садись, Володя. О чём ты хотел поговорить? — спросила Даша.

Он не сдвинулся с места.

— Я бы хотел поговорить с тобой без свидетелей. Можно попросить соседку выйти?

Даша подумала: «Может, что-то по делу хочет сказать и боится утечки?»

Норали тем временем старательно делала вид, что увлечена чтением, но время от времени бросала любопытные взгляды на Мага.

— Ладно, — Даша обратилась к соседке по-английски: — Норали, ты не могла бы оставить нас ненадолго? Нам нужно кое-что обсудить.

Норали ещё раз перевела взгляд с одного на другого и улыбнулась:

— Окей.

— Спасибо, — добавила Даша.

Маг немного расслабился и решил сесть на стул. Но в тот момент, когда он опускался на сиденье, из кармана его куртки выскользнули и упали на пол два презерватива — в красной и синей обёртках.

Три пары глаз уставились на яркие квадратики. Даша мгновенно потеряла дар речи. Норали слегка покраснела и, давясь смехом, стремительно выскочила за дверь.

Маг, торопливо подбирая их с пола, досадливо пробурчал:

— Дурацкие карманы. Кто вообще так шьёт? Сделали карманы неправильной формы, вот всё и выпадает. Неудобно немного получилось...

У Даши в голове с бешеной скоростью пронеслось: «Он что... приставать ко мне собрался?!»

Щёки вспыхнули.

— А ты зачем вообще презервативы взял?!

Маг с досадой вздохнул:

— Да Антон посоветовал. Говорит: бери, пригодятся как сувениры.

Даша немного успокоилась, хотя сердце всё ещё колотилось где-то в горле.

— Меньше слушай его дурацкие советы. Так о чём ты хотел поговорить?

Тут Маг замялся и уставился в пол.

— Понимаешь, Даша... тут такое деликатное дело. Мне даже стыдно признаться.

Мысли Даши снова понеслись галопом: «Точно будет приставать! А что я ему отвечу? Как отказать, чтобы не испортить всё перед судом?!»

Тем временем Маг продолжал:

— Я не рассчитывал, что всё так затянется, и истратил все свои деньги на костюмы и взнос в федерацию. А дальше наверняка будут ещё расходы... даже элементарно на еду. Если бы была возможность взять какую-то работу, я бы не просил.

Даша смотрела, как он нервно мнёт свои пальцы, и ей стало невыносимо стыдно за собственные мысли.

— Не переживай, Володя. Я тебе помогу.

Маг поднял на неё серьёзный взгляд:

— Только, Даша, записывай абсолютно все расходы. Я всё верну.

— Да что ты такое говоришь! Я всё возьму на себя, а позже разберёмся.

Взгляд Мага стал твёрже:

— Даша, пойми меня правильно. Я не хочу быть «золотыми штанами».

— Ты уже и такие термины знаешь? — опешила Даша. — Ну ладно. Смотри: ты сейчас не можешь официально заработать, но при этом делаешь работу, защищая меня и Антона?

— Отчасти так.

— Считай это платой за твою работу.

— Ладно... но это пока, — неохотно уступил он.

— Ну вот и отлично, — улыбнулась Даша.

Маг снова замялся.

У Даши в голове снова замкнуло: «Неужели я всё-таки ошиблась?!»

— Что ещё? — осторожно спросила она.

— Ты не могла бы проводить меня к выходу из вашего блока? — смущённо попросил Маг. — А то у вас тут... слишком много девушек.