Выбор (джен)

— Странно, — сказала МакГонагалл. — Я не могу разжечь камин.

Она немного раздражённо взмахнула палочкой и вновь произнесла:

— Инсендио!

Маленький, едва заметный язычок пламени вспыхнул на аккуратно сложенных в камине дровах и тут же погас.

— Действительно, странно, — согласился Снейп.

— И так не вовремя! Сегодня как-то разом похолодало, — вздохнула Минерва, с сомнением переводя взгляд с камина на стоявшую на столе чашку с чаем.

Взгляд Снейпа метнулся к окну. На маленьких ромбовидных кусочках стекла, вставленных в свинцовый переплёт, едва заметными серебристыми звёздочками проступил иней.

«Заморозки в конце апреля? — удивился он. — Слишком странно даже для Шотландии».

Он прикрыл глаза и попытался прислушаться к собственным ощущениям.

Холод. Леденящий, пытающийся забраться под кожу, пробирающий до самых костей. Он словно просачивался откуда-то снизу, из самой глубины, всё набирая и набирая силу, и Снейп невольно почувствовал, как его собственное нарисованное тело начинает покрываться мурашками. Дремавшие на стенах портреты директоров проснулись и, перебивая друг друга, разом заговорили, пытаясь понять, что происходит.

Не говоря ни слова, Снейп рванулся со своего портрета вниз. Проскочил по коридору, ведущему от кабинета директора к лестнице, и, прыгая из портрета в портрет, спустился этажом ниже. На следующем пролёте он увидел бегущего навстречу Лонгботтома. Запыхавшийся, растерянный, с зажатой в кулаке палочкой, он явно спешил к кабинету директора.

— В Большом зале пошёл снег, — крикнул он, увидев Снейпа. — Стены в холле от пола до потолка покрылись инеем, а лестницы на нижних этажах замерзают прямо на глазах.

— Надо вернуться, — велел Снейп. — Там дети, и им вы нужнее.

Невилл послушно повернул назад, но не успели они спуститься даже на пару пролётов, как им навстречу, подобно неумолимо надвигающейся лавине, выполз лёд. Точно хищная ненасытная тварь, лёд продвигался вверх по лестнице, пожирая всё на своём пути. Стёкла сковывали морозные узоры, перила и ступени покрывались ледяной коркой, рыцарские доспехи со звоном превращались в куски льда. Длинные иссиня-белые щупальца с треском взобрались по каменной кладке и с жадным чавкающим звуком проглотили висевший на стене портрет. А затем ещё один и ещё. Изображённые на них волшебники замерзали в неестественных позах, и Снейп успел разглядеть застывший на их лицах ужас, прежде чем щупальца дотянулись и до него.

— Простите, профессор, — воскликнул Невилл, решительно срывая портрет Снейпа со стены.

От разом накатившего на них холода у Снейпа потемнело в глазах. Лицо Невилла сделалось белым, губы посинели.

— Вы там целы? — послышался снизу встревоженный голос.

Снейп не мог разглядеть стоявшего внизу Флитвика, но без труда узнал его голос.

— Целы, — перегнувшись через замёрзшие перила, ответил Невилл.

— Спускайтесь, — велел Флитвик, — только не переломайте ноги.

Снизу послышались испуганные голоса, где-то в отдалении хлопнула дверь, а затем зазвучал неуверенный детский смех.

— Осторожно, — крикнул Флитвик, обращаясь к студентам. — Пожалуйста, немедленно вернитесь в классы, это небезопасно.

Лонгботтом торопливо наколдовал себе ледянку и, поудобнее перехватив портрет Снейпа, спустился на ней сразу на три пролёта вниз.

— Думаете, началось? — встревоженно спросил маленький волшебник, помогая Невиллу подняться.

— Думаю, таких совпадений не бывает! — ответил Северус.

— Двери замка намертво вмёрзли в косяк, так что застряли мы надолго, — Флитвик расстроенно вздохнул. — Что будем делать?

Откуда-то сверху, с грохотом пролетев через несколько лестничных пролётов, спустилась ещё одна ледянка, и Снейп с удивлением узнал Уизли и Грейнджер.

— Ну и светопреставление тут у вас! — немного ошарашенно воскликнул Рон. Нос и уши у него покраснели, а заросшие едва заметной щетиной щёки прихватил иней.

— А вы откуда взялись? — удивился Невилл.

— Мы прошли через камин директора, — ответила Гермиона. — Это всё Рон. Он проснулся ни свет ни заря и всё твердил, что что-то случилось в Хогвартсе, вот я и связалась по каминной сети с профессором МакГонагалл. Что происходит? Почему Хогвартс замёрз?

Откуда-то сверху раздался многократно усиленный Сонорусом голос МакГонагалл — спокойный, сильный и очень уверенный.

— Всех преподавателей прошу собрать учеников в Большом зале. Всех учеников прошу оставаться в своих гостиных и классах и не покидать их без сопровождения учителей или старост.

— Мне нужно идти, — сказал Флитвик. — Я должен проследить, чтобы все студенты моего факультета в целости и сохранности добрались до Большого зала.

— Я вам помогу, — вызвался Рон.

— Спуститесь на кухню, — обращаясь к Грейнджер, велел Снейп. — Нужно выяснить, работает ли школьная печь. Детям не помешал бы горячий чай. А мы с Лонгботтомом отправимся в галерею второго этажа.

На втором этаже льда на стенах намёрзло так много, что коридор сделался похожим на нору.

— Придётся ползти, — немного озадаченно сказал Невилл. — Если я растоплю лёд, мы тут с вами просто утонем.

Ползти по узкому проходу, волоча за собой картину, было чертовски неудобно, но Лонгботтом не жаловался и не ныл, и Снейп, ощущая себя бесполезной поклажей, предпочёл держать язык за зубами, даже когда, подскользнувшись, Невилл вместе с картиной неуклюже растянулся на полу.

— Почти, — наконец произнёс он, втягивая себя в небольшое расширение посреди коридора и пытаясь отдышаться.

Как Снейп и предполагал, в центре ледяного кокона обнаружился портрет Эммы Берроуз, совершенно не затронутый льдом. Эмма сидела на полу, обхватив колени руками, и дрожала всем телом.

— Это не я! — воскликнула она, вскакивая. — Я ничего не делала!

Снейп окинул взглядом стену, на которой висел портрет, перевёл взгляд на Эмму и тяжело вздохнул — самые его худшие опасения подтвердились: расползавшиеся во все стороны ледяные щупальца вылезали прямо из-под её портрета.

* * *

— Итак, всё-таки она проклята, — без всякого выражения в голосе сказала МакГонагалл, глядя на расположившийся в центре Большого зала палаточный городок. — Зря я не послушала Гризельду.

День перевалил за полдень, уроки отменили, а Большой зал выглядел теперь как цыганский табор, украшенный к Рождеству. С потолка свисали люстры из ледяного хрусталя, статуи были покрыты голубой глазурью, с крыльев и клювов грифонов свисали сосульки, а пол превратился в настоящий каток. Камины тоже замёрзли, и там, где полагалось находиться каминным топкам, теперь темнели жерла вулканов, усыпанные искрящимися в свете свечей ледяными алмазами.

Грейнджер взялась наколдовывать детям вязаные шапочки. Опыта в трансфигурации у неё явно прибавилось, хотя шапочки по-прежнему выходили неказистыми и довольно нелепыми. Однако это никого не останавливало, дети охотно разбирали их и тут же торопливо натягивали на уши. Учителя установили палатки и достали из кладовки спальные мешки и одеяла, не использовавшиеся с тех самых пор, когда в Хогвартсе побывал Сириус Блэк. Обстановка в Большом зале царила оживлённая, никто и не думал унывать. Хаффлпаффцы слепили снежную бабу, гриффиндорцы исподтишка перебрасывались снежками, дети смеялись, шутили и грелись вокруг расставленных на полу банок с синим пламенем. А мимо них проплывали кружки-непроливайки и всем желающим предлагали отведать чай и горячий шоколад.

— Печь не работает, — сказала Гермиона. — Домовики всё ещё пытаются её разжечь и растопить камины, но у них ничего не выходит.

— У меня тоже не вышло, — призналась МакГонагалл. — И это плохо. Дети не смогут долго находиться в таких условиях. Нам негде взять еду, и мы не знаем, как быстро будет нарастать лёд. Если в ближайшее время мы ничего не придумаем, учеников придётся эвакуировать через мой камин.

— Может, взломаем двери замка? — предложил Рон. — И просто вынесем портрет на улицу.

— Мы не можем просто выбросить Эмму на улицу! — возмутился Невилл.

— Я этого и не предлагал, — смутился Рон. — Просто на улице она больше не сможет причинить замку вреда. Ведь один-единственный портрет, пусть даже проклятый, не сможет заморозить всю Шотландию?!

— Думаю, дело не в проклятии, — задумчиво сказал Снейп.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Флитвик.

— Мне кажется, что кто-то просто водит нас за нос. Я думаю, мисс Берроуз здесь ни при чём.

— Но разве… — начала было МакГонагалл, но прежде чем она успела закончить фразу, лёд на ближайшем к ним портрете неожиданно лопнул, мелкие осколки осыпались на пол, и они увидели на картине Ровену Рейвенкло с волшебной палочкой в руках.

— Северус прав, — с презрением отряхивая лёд с рамы, сказала Ровена. — Портрет Эммы Берроуз действительно находится в центре этого хаоса, но это не он генерирует холод. Холод поступает откуда-то извне. Я не могу сказать откуда именно — моей магии для этого не хватает, но кто-то очень хочет, чтобы вы поверили, что всё это происходит, потому что девчонка проклята. Кто-то играет с моим замком, и мне это совершенно не нравится.

Вновь затрещал лёд — ледяная корка на одном из каминов пошла трещинами. Дети кинулись врассыпную, сбивая чашки с горячим шоколадом и подскальзываясь на льду. Флитвик взмахнул палочкой, возводя щитовые чары, и в следующее мгновение лёд на камине лопнул и брызнул во все стороны. За ним взорвался следующий камин. Все обернулись к Ровене.

— Это не я, — сказала она, не теряя ледяного спокойствия. — Думаю, это злится ваша девчонка.

И, словно в подтверждение её слов, внутри каминов родился гул. Что-то пронеслось по ним с оглушительным рёвом, ломая все преграды — физические и магические, — а затем в каминах вспыхнуло пламя и взметнулось едва ли не до потолка. И в Большом зале сразу же сделалось тепло. Лёд на каминах стал трескаться, сосульки со звоном посыпались на пол, а с потолка закапала вода.

Пламя ещё раз гулом пронеслось по всей каминной сети, словно выжигая вредоносную магию, а затем затихло и замерцало — уютно и очень умиротворяюще.

МакГонагалл посмотрела на Снейпа и тихо спросила:

— Что ты ей сказал?

— Ничего особенного, — так же негромко ответил Снейп.

— И всё же?

— Я сказал, что в чём бы ни была причина случившегося, Хогвартс никогда не выдаёт своих. И каждый здесь сражается, как может.