Незначительные последствия, или Краткое руководство о том, как делать не надо (джен)

— Люциус.

Малфой преданно уставился в красные глаза.

— Ты пойдёшь со мной.

— Да, мой Лорд, — он почтительно склонил голову.

Все знали, что Лорд собирается на какое-то важное дело, но на какое — не знал никто. Кроме, пожалуй, Петтигрю. Но того никто не брал в расчёт — все понимали, что Лорд использует маленькую крыску и выбросит, как делал со многими своими пешками.

Отправиться с Лордом в эту ночь было честью, но особой радости по этому поводу Люциус не испытывал. Грызло его изнутри мерзкое чувство неправильности происходящего. Будто должно было случиться что-то нехорошее. Даже не так — что-то совсем отвратительное. Казалось, сама Смерть встала за его плечом, и её холодное дыхание коснулось затылка.

Тем не менее, Малфой поднялся из-за стола и последовал вслед за Лордом вон из поместья.

* * *

Гарри стоял на табуретке в салоне мадам Малкин и отрешённо наблюдал за тем, как помощница мадам снимает мерки с Драко. Тот выглядел донельзя высокомерным и морщил нос от каждого движения девушки, что невероятно смешило Гарри, но ради приличия он держался изо всех сил, сжимая губы и поминутно отводя взгляд в окно. За окном сновали туда-сюда люди, иногда пробегал бездомный низл, кто-то тащил чемодан, кто-то сову, кто-то что-то шептал спутнику на ухо, кто-то держал ребёнка за руку... В общем, жизнь кипела. И Гарри уже не терпелось выйти из магазина и окунуться в эту самую жизнь.

Снейп Малфоям в просьбе сопроводить мальчишек на Косую аллею не отказал, но обществом детей был явно недоволен, так что, к радости обеих сторон, по прибытии в волшебный квартал отпустил их на все четыре стороны со словами:

— У меня полно более важных забот, чем таскание за вполне самостоятельными детьми. Через три часа встречаемся здесь же. Не успеете купить всё необходимое — ваши проблемы.

После утвердительных кивков мальчиков зельевар ещё раз строго посмотрел на них, напомнил о том, что существуют правила приличия, и растворился в толпе. Больше братья его не видели.

Первым делом они рассудили, что вернее всего сначала зайти в салон мадам Малкин, чтобы забрать готовую одежду позже. А потом можно и поразвлечься.

Так что теперь Гарри стоял на табуретке и ждал, пока молоденькая помощница мадам закончит с Драко.

Гарри нечасто бывал хоть где-то, помимо Малфой-мэнора и тётиного с дядей дома на побережье во Франции. На Косой аллее он бывал от силы раза три, и каждый раз, как и сегодня, тётя — из соображений безопасности — предварительно перекрашивала четвероюродному племяннику волосы в белый цвет и скрывала зигзагообразный шрам, обезобразивший ему стараниями Тёмного Лорда пол-лица.

Судя по обрывкам разговоров взрослых, изредка доходивших до братьев, половина Магической Британии считала, будто бы шрам, оставленный Гарри Поттеру Тем-Кого-Окрестили-Дурацким-Прозвищем-Глупые-Трусы, должен быть похож на аккуратную молнию на лбу. Это были, конечно, выдумки. На деле некогда рваный шрам действительно начинался на лбу, но над бровью делал изгиб, после чего пересекал внутреннюю сторону век и заканчивался на щеке, на уровне кончика носа. Тётя с дядей обращались к проверенным целителям, но те, увы, сумели лишь чуть подживить его, а бледно-розовая зигзагообразная полоса на пол-лица так и осталась, причём в моменты страха или злости имела неприятную привычку неистово жечься и наливаться ярко-красным.

Что же касается второй половины Магической Британии, та просто считала Гарри Поттера утешением и выдумкой для узколобых идиотов, поскольку малолетний герой, едва совершив свой славный подвиг в полтора года, бесследно исчез, и даже сам Дамблдор никаких публичных комментариев по этому поводу не давал.

В действительности всё было куда проще: Дамблдор, скорее всего, не обладал достоверными сведениями о местонахождении Золотого мальчика. Который, к слову, наконец дождался желаемого: девушка-портниха взмахнула палочкой, призывая линейку и самопишущее перо с пергаментом.

Драко спрыгнул с низкой табуреточки, и мадам отпустила мальчишек, сообщив им, что одежда будет готова примерно через час. Братья почуяли запах свободы, так что уже через несколько минут прилипли носами к витрине, где был выставлен на всеобщее обозрение новейший "Нимбус-2000".

Гладкие изгибы дерева черенка так и манили погладить их рукой, ощутить под пальцами безупречно нанесённые лак и золотистую гравировку, а прутики щётки лежали один к другому, готовые унести хозяина ввысь. Гарри восхищённо выдохнул: он бы очень хотел иметь такую метлу. А лучше — не только иметь, но и привезти в Хогвартс. Увы и ах, первокурсники не могли привозить с собой мётлы согласно правилам.

Отлепившись наконец от витрины, будущие первокурсники направили свои стопы к книжному. Знаменитый магазин "Флориш и Блоттс" притулился в уголке, почти неприметный, с покосившейся деревянной вывеской, но его кажущаяся незаметность не могла обмануть ни одного волшебника из тех, кто стремился сюда.

Братья вошли внутрь. Мелодично зазвенели колокольчики над входом. Высокий темноволосый парень в форменном жилете, расставлявший до этого книги на полках, обернулся к ним и оставил своё занятие. Через несколько секунд незнакомец вырос уже перед мальчишками. Он учтиво склонил голову, и чуть вьющаяся прядь из чёлки упала ему на глаза.

— Добрый день, — произнёс он, откидывая прядь. — Моё имя Том Найт⁽¹⁾, могу я вам чем-то помочь?

Гарри заметил на себе едва прищуренный взгляд тёмных глаз, и поёжился. Ему вдруг показалось, будто этот незнакомый Том прекрасно осведомлён о том, что Гарри — это Гарри, а не блондинистый никому не известный кузен Малфоя-младшего.

— Нам нужно два набора учебников для первого курса, — не растерялся Драко. — И что-нибудь интересное для него.

Натуральный блондин беззастенчиво ткнул пальцем в брата.

Том едва заметно повёл бровью и сделал приглашающий жест, углубляясь куда-то в ряды книжных полок. Мальчишки последовали за ним.

— В Хогвартс едете? — поинтересовался по дороге Найт.

— Ага, — радостно кивнул Драко, протискиваясь между опасно шатающимися стопками книг. Гарри упорно отмахивался от необъяснимой тревоги.

— И на какой факультет чаете попасть? — Найт остановился около стеллажа с учебной литературой и сощурился, выискивая нужное.

Гарри показалось, что даже спиной странный сотрудник умудряется наблюдать за ним.

— Слизерин, — горделиво задрал нос Драко.

Найт хмыкнул.

— Что же, в таком случае мы с вами близко будем знакомы...

Он прервался, доставая с верхних полок два одинаковых набора учебников, перевязанные бечёвкой.

— Почему? — Гарри едва заставил голос звучать ровно: ледяные когти страха с каждым движением Найта всё сильнее обхватывали его сердце. По шраму пробежалась волна горячих разрядов.

Сотрудник опустил книги на пол и обернулся к Гарри, цепкий взгляд тёмных глаз заставил мальчика внутренне сжаться.

— С недавних пор я префект пятого курса змеиного факультета, — парень ярко улыбнулся, и холод ушёл из его взгляда.

Гарри почувствовал, как отпускает сковывавший рёбра лёд, и вздохнул свободнее. Это всего лишь школьник, такой же, как он.

— Ясно, — протянул Драко.

— Что интересного вы хотели бы посмотреть? — перевёл тему разговора Найт.

— Что-нибудь о целительстве, — Гарри наконец отмер и вспомнил самую важную для себя причину посещения книжного.

* * *

Через полтора часа мальчишки, по уши нагруженные добычей, вновь стояли в магазине мадам Малкин и расплачивались за готовую одежду. Следующим пунктом назначения должно было стать кафе Фортескью.

За прошедшие полтора часа они ограбили, по другому не скажешь, "Флориш и Блоттс", купили волшебные палочки (тётя Цисси настаивала на том, чтобы приобретать их только когда придут письма, а дядя Люциус с ней покорно соглашался, и только поэтому мальчишки не получили свои палочки раньше), приобрели телескопы и письменные принадлежности, побывали в волшебной аптеке и, наконец, застряли в зоомагазине, где Драко торжественно (и, естественно, втайне от родителей) преподнёс брату в подарок недовольного желтоглазого сыча.

В книжном оказалась просто уйма всякой интересной литературы, не только по целительству. Гарри, конечно, и раньше знал, что ассортимент здесь большой, но раньше ему вполне хватало библиотеки в Малфой-мэноре. Теперь же им с Драко предстояло на долгие месяцы утонуть в мире волшебной школы, и не приобрести свои собственные книги казалось Гарри кощунством. Конечно, он знал, что в Хогвартсе есть своя библиотека, но что она из себя представляет? Ответа не было, так что пришлось мальчишкам опустошать книжный магазин. Гарри взял себе не только вполне стандартные "Основы целительского мастерства", но и более углублённое "Руководство молодого целителя для тех, кто не знает, как начать" с потрясающими рисунками, и "Знает ли целитель правду?", где интереснейшим языком рассказывалась история целительства. Кроме всего прочего, мальчики нашли несколько весьма перспективных фолиантов с заклятиями и подробной историей зельеварения, а Драко взял себе "Кодекс дуэлянта", котором рассказывалось об искусстве дуэли и тех, кто положил этому направлению начало.

Хозяин магазина, с которым мальчишки рассчитывались, очень радостно на них посмотрел и любезно уменьшил книги, чтобы было проще их нести. Найт же, когда хозяин кивнул ему, растворился среди полок, не попрощавшись. Гарри в глубине души был этому очень рад: парень по-прежнему пугал его.

Потом они оказались в магазине Олливандера. Седой старик с серебристыми глазами безошибочно узнал Гарри, несмотря на его маскировку. Морщинистый узловатый палец указал на лоб мальчика.

— Мистер Поттер, — проскрипел старик. — я помню ваших родителей, да, помню...

Гарри беспомощно оглянулся на Драко. Тот вышел вперёд, решительно задвигая брата себе за спину, и включил режим "богатого наследника".

— Мистер Олливандер, — начал Драко, намеренно растягивая гласные. — Мы, кажется, находимся в магазине волшебных палочек, а не в балагане занимательных историй. Впрочем, если вы считаете иначе...

— Мистер Малфой, — спокойно перебил его старик. — Ваших родителей я тоже отлично помню. Внешне вы очень похожи на своего отца, а вот насчёт сердца... Не ручаюсь, но почти уверен, что сердце ваше принадлежит Блэкам.

Драко открыл было рот, чтобы сказать ещё что-то, но Олливандер хлопнул в ладоши и перевёл тему:

— Ну что же, палочки! Всем известно, что палочка выбирает себе хозяина. И мне хочется узнать, какие палочки выберут сегодня вас, молодые люди.

Щелчок пальцами — и вот из его кармана вылетела линейка, которая принялась самостоятельно измерять Драко. Длину руки от плеча до локтя, от локтя до запястья, от плеча до запястья, окружность головы, рост... Тот совсем немного опешил от такой наглости и отшатнулся, но линейка не прекратила своих манипуляций. Некоторое время Олливандер наблюдал за ней, потом снова щёлкнул пальцами и скомандовал:

— Довольно.

Линейка покорно упала на пол. Старик повернулся и исчез среди нагромождений коробок с палочками.

— Мистер Малфой, мистер Малфой... — бормотал он себе под нос, вытаскивая откуда-то коробочку и возвращаясь с ней к мальчикам. — Попробуйте эту, двенадцать дюймов, орешник и сердцевина из волоса единорога. Очень чуткая, повинуется любому движению.

Драко взял палочку в руку. На лице его отразилась сосредоточенность, быстро сменившаяся испугом после взмаха, который разнёс одну из башенок коробок с палочками.

— Нет, не пойдёт, — Олливандер отобрал палочку у мальчика и тут же сунул ему другую. — Эта из боярышника, попробуйте.

Драко попробовал. Лампа на прилавке лопнула. Олливандер прищурился, глядя на результаты, и снова исчез среди коробок с палочками.

— Боярышник... Десять дюймов... В меру гибкая... Сердцевина — волос единорога... — бормотал он, возвращаясь.

Драко принял у старика новую палочку и взмахнул рукой. Из кончика посыпались искры, а тонкое, аристократическое лицо мальчика озарила счастливейшая улыбка.

— Да-да, что надо, — Олливандер довольно потёр руки. — А теперь приступим к вам, мистер Поттер.

Прозвучало это весьма зловеще, и Гарри приготовился страдать.

Увы, его опасения оправдались: горка неподходящих палочек на стуле рядышком высилась, магазин Олливандера постепенно превращался в руины, но ни одна из представленных мальчику волшебных палочек не желала избирать своим хозяином Гарри Поттера. А Гарри Поттер чувствовал себя всё более несчастным. Что, если ни одна палочка не выберет его? Как же он поедет в Хогвартс?..

Хорошо хоть Драко стоял рядом, бросая на брата поддерживающие взгляды. Олливандер же с каждой отложенной палочкой, казалось, лишь веселел. Он потирал руки, что-то бормотал себе под нос, изредка хехекал и уходил за новыми и новыми палочками. Когда Гарри уже отчаялся, старику, похоже, пришла в голову какая-то мысль, поскольку он воздел палец и ушаркал куда-то совсем далеко, бормоча "А что, если?.." и "Интересно, крайне интересно...".

Что интересного, Гарри так и не понял, поскольку принесённая ему палочка ничем особенно не отличалась от всех предыдущих.

— Одиннадцать дюймов, остролист и перо феникса, удивительная палочка, — проговорил Олливандер, протягивая её мальчику.

Гарри взял её в руку и сразу же почувствовал тепло в кончиках пальцев. Яркие искры посыпались из её кончика, а в груди поселилось чувство неизведанного ранее спокойствия. Олливандер неприятно улыбнулся.

— Очень, очень интересно... — пробормотал он.

— Что интересного? — довольно нелюбезно поинтересовался Драко, которому несносный продавец успел уже опостылеть своими замечаниями.

— О-о-о... — протянул старик. — Крайне интересно, мистер Малфой, то, что эта палочка весьма необычна. Видите ли, мистер Поттер, сердцевиной этой палочки является перо феникса. Фениксы редко отдают больше одного своего пера для изготовления палочки. А этот дал два. Очень и очень любопытно то, мистер Поттер, что вторая палочка тоже была продана мной, я хорошо помню её, тис, тринадцать с половиной дюймов, мощная, под стать хозяину... Но не столь важно. Важно, что она же оставила вам на лице ваш знаменитый шрам, который вы так искусно спрятали сегодня. И очень любопытно, что именно её сестра выбрала вас.

От этого тона Гарри стало не по себе. Откуда-то будто повеяло холодом, а улыбка Олливандера стала отвратительнее прежнего. Сердце застучало где-то в горле, и Гарри услышал шум крови в ушах.

Опомнился он уже когда Драко буквально выволок его из магазина.

— Что столбом стоишь? — попенял он Гарри. — Ты же и так в курсе всей этой истории.

Гарри вздохнул. В курсе то в курсе, только вот про палочки он до этого не знал.

— Знаю. Просто старикашка очень неприятный.

Драко с братом согласился, и мальчишки быстренько заскочили за телескопами, после чего проследовали в аптеку. В аптеке пахло крайне странно, но Гарри понравилось: сухие травы, свежие травы, медь и чернила. Увы, надолго им задержаться в лавке не удалось: какая-то склочная женщина принялась громко и возмущённо торговаться с продавцом, так что ребята под шумок тихонько расплатились и исчезли. Да и настроение после лавки Олливандера было подпорчено, поэтому Гарри был рад побыстрее разобраться со всеми необходимыми покупками.

Однако у витрины зоомагазина мальчишки залипли надолго. Внезапно Драко схватил брата за руку и потащил внутрь. Гарри не успел опомниться, как они оказались в полумраке: здесь жили совы. Пахло перьями, слышалось тихое уханье.

— Драко! — вполголоса возмутился Гарри. — Что ты делаешь?

— У тебя завтра день рождения, ведь так? — вкрадчиво прошептал полумрак за плечом голосом Драко. — Так вот, это мой подарок.

* * *

Собственно, именно так и получилось, что не слишком довольный (даже ещё более недовольный, чем три часа назад) Северус Снейп придирчиво оглядел точно вовремя вернувшихся мальчишек и нашёл их состояние неудовлетворительным. Точнее, неудовлетворительным он нашёл, главным образом, сыча, который крепко вцепился когтями в мантию на плече Гарри и деваться никуда не собирался.

Гарри, конечно, пытался вразумить Драко и отказаться от подарка, но на его сопротивление просто не обратили ни малейшего внимания. Пришлось оставить сыча. И, что уж греха таить, Гарри был рад, что Драко его не послушал: радость от предстоящего дня рождения и от нового питомца полностью перекрыла неприятные впечатления от посещения лавки Олливандера и затопила душу ослепительно яркой волной.

— Что это? — Снейп заломил бровь.

— Мой подарок, — Гарри смело взглянул на зельевара.

Снейп был одним из трёх взрослых, которых Гарри совершенно не опасался, и от разговоров с которыми ему не хотелось провалиться сквозь землю или спрятаться подальше, чтобы больше никогда и ни с кем не общаться. Снейпа это, по всей видимости, вводило в ступор и, как следствие, раздражало. Но Гарри видел: в глубине души зельевар никогда не хотел бы задеть мальчика, даже если отпускал иногда (точнее, частенько) язвительные комментарии или говорил неприятные слова. Сам зельевар, если бы у него было желание узнать мнение Поттера на его счёт, был бы немало удивлён этим фактом.

Теперь же, глядя в честные глаза мальчишки, он думал, что это "чудо", по всей видимости, попадёт на его факультет. Уговаривать Поттер умел, так что в конце концов даже Распределительной Шляпе придётся уступить его желанию.

— В таком случае, объясняться на этот счёт будете самостоятельно, — нахмурился Снейп.

Мальчишки с готовностью кивнули. Снейпу оставалось лишь вздохнуть: эти дети были упрямее баранов. Но это были хотя бы не его дети, чему зельевар был безмерно рад.

1) Пишется "Knight" (англ.) — рыцарь.

Вернуться к тексту