Подопечный шпиона (джен)

Проснувшись, Гарри увидел не эльфа, а Снейпа, который стоял у кровати и протягивал ему очередной флакон.

— Я думал, теперь этим будет заниматься Триппи, — сонно пробормотал он, принимая зелье.

Лицо Снейпа было напряжено, словно его что-то раздражало. Впрочем, Гарри уже начинал подозревать, что оно у него просто такое. Одна из школьных учительниц тоже выглядела так, будто постоянно на кого-то сердится, хотя на самом деле была довольно доброй.

У миссис Фигг, наоборот, лицо было совершенно безобидное. Гарри вдруг подумал о ее кошках. Что теперь с ними будет? Были ли у нее родственники и грустят ли они сейчас? Насколько Гарри знал, миссис Фигг жила одна и гостей к ней почти никогда не приходило.

А теперь она умерла потому, что кто-то решил, будто Гарри злой.

— Эльфы не врачи, — сухо сказал Снейп.

— А могут ими быть?

— Полагаю, я уже объяснил тебе, для чего их используют.

Тон у него был довольно холодный, но Гарри и сам теперь не слишком хорошо относился к эльфам, поэтому молча выпил зелье. Может быть, Снейпа когда-то тоже обидел эльф.

Он вернул пустой флакон и, поколебавшись, спросил:

— Директор Дамблдор сказал, что моя тетя, возможно, хотела оградить меня от какой-то более тяжелой правды. Что он имел в виду?

— Позже, Поттер.

— Речь идет о моих родителях.

— Я прекрасно это понимаю. Именно поэтому не желаю обсуждать подобное сейчас. Ты восстанавливаешься после тяжелого потрясения, и подвергать тебя еще и...

— Они говорили, что мой отец был пьяницей, — выпалил Гарри.

Он произнес это, опустив голову, но почти сразу поднял глаза на Снейпа. Тот выглядел лишь слегка настороженным, и Гарри решил воспользоваться этим.

— А мама была... ну... что ей вообще не следовало за него выходить.

Щеки вспыхнули. Возможно, он сказал слишком много, но ему отчаянно хотелось знать правду. И какой бы она ни оказалась, разве могла быть хуже того, что рассказывали Дурсли?

Снейп закрыл глаза и двумя пальцами сжал переносицу.

— Впредь не перебивай меня, мистер Поттер.

Гарри прикусил губу и уставился на него с такой откровенной надеждой, что Снейп все-таки продолжил:

— Твои родители вместе со многими другими сражались против одного Темного волшебника. Он их убил.

Гарри приоткрыл рот, пытаясь осмыслить услышанное.

— Значит... мои родители были хорошими?

Губы Снейпа странно дернулись.

— Да, — отрезал он.

Пальцы Гарри сами потянулись к шраму на лбу.

— А это откуда?

— Твои родственники действительно ничего тебе не рассказывали, Поттер?

— Сказали, что я получил его в автомобильной аварии.

Снейп шумно выдохнул; на лице появилось такое отвращение, будто речь шла о чем-то особенно неприятном.

— Тот волшебник пытался убить и тебя, Поттер.

Он сделал короткую паузу, словно ожидал какой-то реакции.

— Твои родители попытались его остановить.

Прошло несколько секунд, прежде чем Гарри сумел закрыть рот.

— Как его звали? — едва слышно спросил он.

Что-то изменилось во взгляде Снейпа.

— Мы называем его Тот-Кого-Нельзя-Называть.

То, что у человека словно вообще не было имени, почему-то делало его еще страшнее.

— Почему он хотел убить меня? — тем же тихим, неверящим голосом спросил Гарри.

— Тебе пока незачем это знать.

Снейп произнес это совершенно спокойно, но Гарри резко отшатнулся.

— Но...

— Достаточно того, что он попытался и потерпел неудачу. Шрам остался после этого.

Гарри снова провел пальцами по лбу, по метке, которая, как теперь выяснилось, осталась ему от ночи, когда погибли его родители.

— Как его звали? — повторил он.

— Волдеморт.

Гарри беззвучно повторил имя, почти благоговейно, словно пробовал его на вкус.

Через некоторое время он заметил, что Снейп очень внимательно за ним наблюдает.

— Люди, которые тебя похитили, были его последователями. Их называют Пожирателями смерти.

Снейп забрал флакон.

— На сегодня достаточно. Спи.

Гарри ошеломленно опустился на подушку.

Волдеморт.

Пожиратели смерти. Люциус Малфой был Пожирателем смерти.

Его родители были хорошими людьми. Их убили. Его самого тоже пытались убить.

Гарри снова и снова прокручивал в голове каждую фразу Снейпа, пока мысли окончательно не спутались и сон не забрал его.

◆

На следующий день Триппи появлялся в комнате всякий раз, когда Гарри просыпался, и терпеливо ждал рядом на случай, если ему что-нибудь понадобится. Около полудня Гарри долго лежал без сна и в конце концов понял, что снова уснуть уже не сможет. Он отбросил одеяло, встал и под внимательным взглядом Триппи вышел в гостиную.

В одном ее конце стоял обеденный стол, в другом стены были почти целиком заставлены книгами, а в углу расположился диван. Гарри подошел к полкам и принялся читать названия на корешках. Большинство не говорили ему ровным счетом ничего, но одно все-таки привлекло внимание: «Защитные заклинания». Он осторожно вытащил книгу, устроился на диване и начал читать.

Тяжелые шаги заставили его поднять голову. Снейп быстро шел к нему, нахмурившись.

Гарри тут же захлопнул книгу и весь подобрался.

— Мистер Поттер, — протянул Снейп. — То обстоятельство, что ты находишься в моем доме, не дает тебе права рыться в моих вещах.

Он остановился в нескольких шагах.

Гарри покраснел.

— Простите. Мне было скучно.

Снейп усмехнулся.

— Прошу прощения, что не озаботился обеспечить тебе достойные развлечения. Полагаю, дома у тебя было достаточно игрушек, чтобы никогда не скучать.

— Не... не совсем.

— Громче, Поттер.

Гарри поднял голову.

— Не совсем, сэр. Но у меня всегда было много работы.

Снейп посмотрел на него так, будто перед ним оказалось редкое и весьма занимательное насекомое.

— Какой еще работы?

— Ну... уборка, готовка, сад.

— И это занимало весь день?

— Не весь. Я еще ходил в школу.

Выражение «занимательное насекомое» стало еще явственнее, а затем внезапно исчезло.

— Как бы сильно тебе ни недоставало домашних обязанностей, заставить тебя работать я не могу. Ты все еще восстанавливаешься.

Снейп взмахнул палочкой, и с нижней полки вылетела книга. Он протянул ее Гарри, но, когда тот уже потянулся, внезапно отдернул руку. В черных глазах появился особенно опасный блеск.

— Ты не испачкаешь, не помнешь и никаким иным образом не повредишь эту книгу, Поттер. И впредь не будешь брать ничего с этих полок без моего разрешения.

Гарри поспешно кивнул, после чего книга наконец перекочевала к нему.

— Сэр? — позвал Гарри, когда Снейп уже собирался уйти. — У миссис Фигг была семья?

— Нет.

Гарри не знал, хорошо это или плохо. Наверное, хорошо, что теперь не осталось никого, кто будет мучиться из-за ее смерти. Но одновременно страшно было думать, что у человека вообще не было никого, кому станет его не хватать.

Снейп, уже отвернувшийся, добавил:

— Ее родители умерли много лет назад. Братьев и сестер не было, замуж она не выходила.

— А. Их тоже убил Волдеморт?

Снейп заметно вздрогнул.

— Не произноси это имя.

— Простите. Тот-Кого-Нельзя-Называть.

— Нет. Они умерли от драконьей оспы. В магическом мире это смертельная болезнь.

Гарри немного помолчал.

— Я не знал, что ты был так близок с этой женщиной, — заметил Снейп.

— Нет, совсем нет, — автоматически ответил Гарри. — Она вообще-то была немного надоедливой...

Он тут же осекся. Миссис Фигг умерла. Каким же мерзавцем надо быть, чтобы после этого говорить о ней подобное?

— Но она была безобидной и... ну...

Милой? Нет, милой миссис Фигг Гарри назвать не мог. Хотя в сравнении с Дурслями...

— У нее было много кошек. Что с ними стало?

— У нее были фотографии кошек, Поттер. Настоящих кошек не было.

Гарри растерялся.

Тогда чьих кошек она постоянно ему показывала?

Снейп задумчиво смотрел на него, словно решал, стоит ли говорить дальше.

— Поттер, миссис Фигг по поручению Дамблдора наблюдала за тобой. Она знала, что ты волшебник.

Гарри уставился на него.

Эта женщина? Наблюдала за ним?

— А зачем ей был нужен шнурок?

— Это был портал. Способ магического перемещения. Она пыталась отправить тебя в безопасное место.

Гарри так и остался стоять с открытым ртом.

Снейп презрительно фыркнул.

— Закрой рот, Поттер.

Челюсть щелкнула.

— Ты и так слишком долго на ногах. Возвращайся в постель.

Гарри хотел возразить, но веки уже действительно начали тяжелеть. Он нехотя вернулся в комнату и забрался под одеяло. Триппи почти сразу принес поднос с едой, которую Гарри без особого желания поковырял вилкой. Некоторое время он лежал, ожидая, не придет ли Снейп с очередными зельями, а потом сам не заметил, как уснул.

И впервые увидел настоящий кошмар.

Ему снился сад. Белые маски окружали его, а Гарри кричал, умоляя отпустить их. Потом он снова оказался прикован в подвале, и у него забирали кровь — всю до последней капли. Он умер там, но почему-то продолжал жить, и тогда перед ним появился бледный мальчик, повторявший: «Мой отец, мой отец, мой день рождения», а светловолосая женщина смотрела на Гарри сверху вниз.

Потом миссис Фигг прижала палочку к его горлу.

— Ты убил. Ты убил!

— Поттер.

Миссис Фигг затягивала цепи.

— Ты убил, — повторяла она, широко раскрыв глаза; рука была протянута вперед и навеки застыла в воздухе.

— Поттер! Проснись!

Гарри судорожно вдохнул и резко сел, едва не врезавшись лбом в нос Снейпа.

— Простите, — машинально выдохнул он, а потом, уже искреннее, добавил: — Простите. Я вас разбудил?

Снейп задумчиво смотрел на него.

— Кошмар?

Гарри решил, что это и без объяснений очевидно.

— Подвал?

Он кивнул.

— Понятно.

Снейп продолжал смотреть, и Гарри уже собирался попросить его прекратить — этот взгляд действовал на нервы, — когда тот сказал:

— Я не спал.

Гарри недоуменно склонил голову и лишь через секунду понял, что тот отвечает на его вопрос.

— Вы вообще не спите?

Он и раньше подозревал, что Снейп не совсем человек, но это стало бы еще одним серьезным доказательством.

На губах Снейпа мелькнуло что-то похожее на слабое веселье.

— Поттер, это я слежу за твоим состоянием, а не наоборот.

— Хорошо. А вы часто не спите по ночам?

— Да.

— Почему?

— Не твое дело.

— Некоторые зелья нужно варить ночью или что-нибудь такое?

Снейп прищурился.

— Ты пытаешься разговаривать как можно дольше, чтобы не пришлось снова засыпать?

Гарри покраснел.

— От кошмаров существуют зелья, Поттер.

— Правда?

Впрочем, если подумать, существование такого зелья казалось вполне разумным.

— С момента твоего возвращения я каждую ночь давал тебе небольшую дозу зелья Сна без сновидений. Сегодня ты впервые спал без него. Принимать его ежедневно в течение долгого времени не рекомендуется.

Гарри нервно переплел пальцы.

— Значит, мне больше нельзя?

Снейп задумчиво провел пальцем по губам.

— Посмотрим. Если кошмары продолжатся, время от времени я буду давать тебе зелье. А теперь ложись.

Гарри набрался смелости и выпалил:

— Вы знали меня, когда я был маленьким?

Снейп уже отвернулся, но теперь медленно развернулся обратно.

— С чего ты это взял?

На этот раз в голосе прозвучало настоящее любопытство.

— Директор сказал, что знал меня, поэтому...

Гарри пожал плечами.

— Я никогда прежде с тобой не встречался.

— Я подумал, может, когда был маленьким, сделал вам что-нибудь плохое. И поэтому вы меня не любите.

Снейп посмотрел на него с совершенно непроницаемым лицом.

— Даже не представляю, почему тебе пришла в голову подобная мысль.

— Вы ненавидели моих родителей?

Тетя и дядя тоже терпеть не могли родителей Гарри. И самого Гарри — именно из-за них.

Теперь Снейп откровенно сверлил его взглядом.

— Нет. Только твоего отца.

Он развернулся, стремительно вышел из комнаты и захлопнул дверь — не совсем с грохотом, но очень близко к тому.

◆

Через два дня Гарри решил, что на этот раз вполне способен сам дойти до ванной. Он осторожно выбрался из постели и вышел в гостиную.

Мистер Снейп сидел за столом и читал газету. Увидев Гарри, он поднял голову.

— Что ты делаешь?

— Иду в ванную?

— Где Триппи?

Не дожидаясь ответа, Снейп уже поднял руку, но Гарри поспешно сказал:

— Подождите! Я подумал, что хотя бы один раз могу попробовать сам.

Снейп явно собирался возразить, однако после короткой паузы все-таки резко кивнул.

Гарри благодарно скрылся в ванной. Все прошло прекрасно: он без всяких происшествий умылся, привел себя в порядок и вышел обратно в комнату, где сидел Снейп.

И именно тогда ноги внезапно решили, что с них хватит.

Гарри рухнул на пол.

Раздался скрежет от резко отодвинутого стула. Снейп вскочил, но к тому моменту, когда он оказался рядом, Гарри уже поднимался сам.

— Я в порядке.

— Да, доказательства прямо перед глазами, — сухо произнес Снейп.

— Я... давно почти не ходил.

Гарри не хотел, но все-таки посмотрел вверх. В глазах Снейпа по-прежнему было то самое недовольное выражение.

— Полагаю, сказывается и то, что я начал уменьшать дозы зелий.

Снейп убрал руку с его плеча.

— Иди в комнату.

— Но я чувствую себя нормально. Мне ведь нужно тренироваться ходить?

— Ты все еще слаб. В комнату.

Ноги и правда неприятно дрожали, поэтому Гарри подчинился. Снейп пошел следом и, как обычно делал каждые три-четыре часа, достал очередной флакон.

— Вы могли бы просто сказать мне, что и когда пить. Я бы справился сам.

Снейп усмехнулся.

— Позволить тебе самому назначать себе лекарства? Блестящая мысль. Я слежу за твоим состоянием и подбираю зелья в соответствии с ним.

— Вы врач?

— Здесь их называют целителями, и нет, я не целитель. Я мастер зельеварения.

Гарри зевнул.

— Значит, вы очень хорошо разбираетесь в зельях?

Снейп посмотрел на него сверху вниз.

— Да.

На губах играла усмешка. Или, может быть, улыбка. Гарри не был уверен.

— Почему вы ненавидите моего отца?

Усмешка исчезла мгновенно. На лице Снейпа вспыхнул такой гнев, что Гарри едва не вскрикнул. Но уже через секунду выражение было тщательно стерто, и перед ним снова стоял привычный, деревянно-непроницаемый Снейп, забирающий пустой флакон.

— Позже, Поттер.

— Вы сказали, что он был хорошим человеком, что он сражался с Волдемортом...

— Я никогда не говорил, что он был хорошим человеком, Поттер.

Гарри моргнул.

— Но вы сказали, что он сражался... Подождите. Значит, он не был хорошим?

Почему-то это оказалось почти хуже рассказов тети Петунии о пьянице-отце.

— Полагаю, большинство людей, которых ты встретишь, скажут тебе, что был, — произнес Снейп, и голос заметно дрожал от сдерживаемой ярости.

Гарри не сводил с него глаз.

— А вы?

— Мы с твоим отцом никогда не ладили, Поттер. Это было совершенно взаимно. Мы презирали друг друга.

— Почему?

— Потому что...

Слово буквально вырвалось из Снейпа.

— Потому что он был самодовольным, избалованным, наглым маленьким...

Он резко оборвал себя и, приложив явно нечеловеческое усилие, произнес:

— Спать, Поттер.

— Хорошо, — ошеломленно сказал Гарри.

Снейп уже дошел до двери, когда Гарри снова подал голос:

— А он был грязнокровкой?

Снейп развернулся так резко, словно его дернули за нитку.

— Не произноси это слово, Поттер! — рявкнул он гораздо громче обычного.

Гарри окончательно запутался.

— Хорошо. А почему?

— Потому что это оскорбление, Поттер. Так называют... Откуда ты вообще знаешь это слово?

— Драко Малфой меня так назвал.

Глаза Снейпа расширились настолько, что Гарри прежде не видел на его лице ничего подобного.

— Что ты сказал?

— Драко Малфой. Он назвал меня грязнокровкой.

— Я услышал с первого раза. Когда ты видел Драко Малфоя?

— В подвале.

Снейп стиснул зубы.

— Поттер. Будь добр, подробно объясни, каким образом ты умудрился встретиться с Драко Малфоем.

Гарри рассказал.

Снейп выслушал молча.

— И почему ты не упомянул об этом ни директору, ни мне?

Гарри пожал плечами.

— Я не знал, что вы хотите это знать.

Снейп раздраженно выдохнул.

— Был там кто-нибудь еще?

— Женщина. Нарцисса.

Наступила тишина.

Снейп смотрел на Гарри совершенно пустым взглядом.

— Ты видел Нарциссу, — ровно произнес он.

Гарри кивнул.

— Что она тебе сказала?

Пальцы Гарри невольно сжались в кулаки.

— Спросила, скучаю ли я по родителям, — пробормотал он, глядя на одеяло.

— Что, Поттер?

Гарри поднял голову и сердито посмотрел на Снейпа.

— Она спросила, скучаю ли я по родителям, сэр.

К облегчению Гарри, на этот раз Снейп хотя бы не выглядел так, словно хочет превратить его в насекомое.

— Что-нибудь еще?

Гарри покачал головой.

— Ты видел или слышал кого-то еще?

— Там был домовик Добби. И один из мужчин назвал светловолосого Люциусом.

Снейп резко вскинул взгляд.

— Ты слышал это имя?

— Да, сэр.

— Как предусмотрительно с твоей стороны было сохранить столь полезную информацию при себе, Поттер, — процедил он с откровенной издевкой.

В Гарри вспыхнула злость.

— А вы не спрашивали, сэр.

— Невероятно. Ты и вправду похож на своего отца. Он тоже никогда не считал нужным отвечать за собственные поступки.

— Он погиб, спасая меня, — тихо сказал Гарри.

Снейп выглядел так, будто еще немного — и окончательно потеряет терпение. Гарри не хотел проверять, что тогда произойдет.

— Полагаю, в твоих глазах это автоматически делает его героем? — спросил Снейп; в глазах блеснуло что-то нехорошее.

— Это делает его моим отцом, который...

— Но запомни мои слова, Поттер. Прежде чем стать благородным отцом, пожертвовавшим жизнью ради сына, он был заносчивым, наглым школьником, который развлекался розыгрышами и издевательствами над всеми, кто попадался ему на глаза.

Гарри словно окатило ледяной водой.

— Я вам не верю, — тихо сказал он.

— Разумеется. Гораздо удобнее предпочесть правде красивую фантазию и думать, что...

— Мне уже однажды лгали о моих родителях. Я больше не собираюсь просто верить всему, что мне говорят.

— Не перебивай меня, Поттер, — прошипел Снейп.

Что-то внутри Гарри оборвалось.

— Тогда позовем директора! — выпалил он. — Спросим, что он думает о моем отце! Был тот таким самодовольным придурком, как вы говорите, или нет!

Снейп выдержал паузу.

— Ничего подобного мы делать не будем. У директора имеются дела значительно важнее, чем разбираться с мнением маленького мальчика о собственных родителях.

Гарри сидел, тяжело дыша и упрямо отвернувшись.

— Я вообще не понимаю, почему вы говорите, что я на него похож, — сказал он наконец. — Я его даже не видел. Я знаю только имя. Даже второго имени не знаю. И все.

Несколько мгновений они молчали: Снейп стоял у двери, Гарри сидел на кровати.

Потом Гарри спросил:

— Значит, моя мама была... ну, этим словом?

— Маглорожденной, — очень тихо ответил Снейп.

А затем уже обычным голосом добавил:

— Спи, Поттер.

Гарри еще некоторое время лежал, отчаянно стараясь не закрывать глаза, но в конце концов сон оказался сильнее.