Сестра Меча | Sister of the Sword (джен)

Поначалу Дураникса озадачили вспышки в облаках далеко внизу. Молнии? Нет, быть того не могло. Когда бронзовый дракон летит по небу, все молнии неизменно притягиваются к нему, а не сверкают где-то в разорванных облаках под брюхом. Значит, огненные всполохи имели другую, неестественную природу. От этой мысли в усталые лапы и крылья вернулись силы.

Уже одиннадцать дней Дураникс не покидал неба, преследуя своего смертельного врага, Стенна. Больше тысячи лиг промелькнуло под его стремительной тенью: океан, острова, материки и снова океан. Каждый день походил на предыдущий: бесконечный полёт, еда на лету и напряжённые попытки уловить хоть какой-нибудь след беглеца.

На пятый или шестой день погони Стенн взял курс строго на запад, перестав петлять и возвращаться назад, чтобы запутать молодого противника. Но едва Дураникс привык к этому стремительному бегству, старый змей снова его перехитрил. Потеряв след, бронзовый дракон несколько дней метался то на север, то на юг, надеясь обнаружить хоть какие-нибудь признаки присутствия зелёного врага.

Кое-что ему всё же попадалось: небольшой выжженный участок посреди густого леса, полусъеденная туша кита, качавшаяся на океанских волнах, случайно донёсшийся с высоты запах гниения. Но самого Стенна он так ни разу и не увидел.

Странная перемена в поведении врага тревожила Дураникса. Прежде зелёный дракон тщательно следил, чтобы преследователь не потерял его след. Выманивая Дураникса всё дальше от Долины Водопадов, Стенн расчищал Занниану дорогу для уничтожения Яла-тене. Дураникс сознательно шёл на этот риск, допуская, что и он сам, и Амеро могут погибнуть, лишь бы наконец вонзить когти и зубы в своего древнего врага.

Теперь, за тысячи лиг от Амеро, Дураникс чувствовал, что намерения Стенна изменились. Возможно, древнее чудовище устало. А может, решило, что его приспешникам уже хватило времени разорить владения бронзового дракона. Как бы то ни было, Стенн больше не пытался заманить его подальше, время от времени показываясь на глаза и оставляя заметные следы. Теперь он, похоже, всерьёз старался оторваться от погони.

В нижних облаках снова пробежали алые и жёлтые вспышки. Чуть погодя донёсся глухой раскат. Дураникс знал, что воздух слишком сух и холоден для грозы. Неужели он наконец отыскал Стенна?

Слегка сложив крылья, дракон стремительно нырнул в облака. К северу белели полосы прибоя: там должен был тянуться берег. Косые солнечные лучи пробивались сквозь рваные облака, освещая беспокойные волны. Море здесь было мелким, а вода зеленела, точно изумруд.

Едва Дураникс вынырнул из нижнего слоя облаков, как его оглушили громовые раскаты и ослепили обжигающие вспышки. По металлической чешуе прокатилась волна жара.

Прищурившись от яркого света, он разглядел внизу множество судов. Они напоминали человеческие лодки, только были гораздо крупнее и устроены куда сложнее. Одни, очень длинные, с рядами тонких вёсел по бортам, походили на гигантских многоножек. Другие, покороче и пошире, пробивались сквозь пенящиеся волны при помощи больших гребных колёс по обоим бортам. Суда-многоножки были крыты деревом и раскрашены красными и чёрными полосами. Корпуса колёсных судов покрывали бронзовые пластины. Дураникс не мог разглядеть существ, управлявших кораблями, но одно было ясно: многоножки сражались с колёсными судами.

Снова загремел гром и сверкнули странные молнии. На этот раз Дураникс сразу понял, откуда они берутся. На площадках над колёсными судами стояли машины, метавшие в противников горшки с огнём. Стоило такому горшку угодить в красно-чёрную многоножку, как он с грохотом разлетался на части, а охваченное пламенем судно шло ко дну.

Стенна поблизости не было видно, и Дураникс снова повернул на запад. Но не успел он и трёх раз взмахнуть крыльями, как позади взорвалось море. Поначалу дракон решил, что это очередной удар в морском сражении, однако вслед за взрывом раздался яростный змеиный вопль. Изогнув длинную шею, Дураникс оглянулся и увидел Стенна, вынырнувшего из волн. С его шеи ручьями стекала вода, струясь и из огромных ноздрей, каждая величиной с древесный ствол.

Попался! Дураникс возликовал. Трусливый Стенн попытался укрыться под водой мелкого зелёного моря, но ошибся в расчётах: не угадал, где находится Дураникс, и вынырнул слишком рано. Теперь ему не уйти!

Бронзовый дракон развернулся и ринулся вниз. Подбородочные усы хлестали по ветру. Выставив вперёд когтистые лапы, он широко разинул пасть. За время погони Стенн слишком часто уклонялся от его молний. В воздухе зелёный дракон мог свободно маневрировать, но теперь стоял на морском дне по грудь в бурлящих волнах. Дураникс ударил.

Шипящая голубая молния угодила Стенну прямо в старое, иссохшее горло. Зелёный дракон взвыл от боли. От жара удара вода вокруг него зашипела и начала испаряться. Медленно, точно подрубленное огромное дерево, Стенн повалился навзничь в волны.

Дураникс пронёсся над местом падения так низко, что кончики крыльев зачерпнули солёную воду и окатили ему спину. Он промчался мимо ряда красно-чёрных судов, которые отчаянно заработали вёслами в обратную сторону, стараясь убраться с дороги. Тем временем колёсные корабли подняли вымпелы и двинулись добивать противников.

Развернувшись, Дураникс изо всех сил принялся набирать высоту. Странно, Стенна нигде не было видно. Неужели он погиб от одного удара? Нет, невозможно… Хотя зелёный дракон проделал долгий путь, а возраст и силы у него уже были не те, что у Дураникса.

Морская битва внизу продолжала бушевать, но бронзовый дракон не обращал на неё внимания. Сейчас его занимало лишь одно — уничтожение врага.

Вода служила Стенну прекрасным укрытием. Проклиная своё несовершенное зрение, Дураникс попытался исследовать бурлящие глубины другими чувствами, но вокруг творилось такое смятение, что ничего разобрать не удавалось.

Как раз когда Дураникс заложил вираж влево, Стенн вынырнул посреди колёсных судов. На груди зелёного дракона зияла глубокая рана, из которой в море сочилась чёрная сукровица. Из пасти вырывались едкие струи ядовитых испарений. Дураникса этот яд убить не мог, зато, смешиваясь с облаками, превращался в мутную пелену. Как он действовал на существ в лодках, бронзовый дракон не знал.

Стенн протянул обе передние лапы, схватил ближайшее судно, украшенный флажками колёсный корабль, и поднял его в воздух. Гребные колёса по бокам пузатого корпуса продолжали вращаться, с них потоками лилась вода. Хрипя от боли, Стенн швырнул корабль в Дураникса.

Бронзовый дракон яростно заработал крыльями, пытаясь подняться выше. Корабль летел на него, кувыркаясь через нос. Дураникс увернулся, и судно рухнуло обратно в море. От удара взметнулся огромный столб зелёной воды, а разбитый корабль быстро затонул.

И тут произошло нечто удивительное. Корабли прекратили сражаться друг с другом и набросились на драконов! Не только колёсные, но и многоножки — десятки судов разом обратили оружие против гигантских чудовищ, оказавшихся среди них. На носах многоножек имелись острые металлические тараны, которыми они пытались поразить Стенна. Тот отбрасывал корабли ударами лап, одновременно окутывая их ядовитым дыханием.

Колёсные суда принялись забрасывать Дураникса огненными горшками. Он вертелся и уклонялся, стараясь уберечь уязвимые крылья от взрывов. С этими незнакомыми существами у него не было никаких счётов, но они мешали куда более важной схватке. Сил выпустить ещё одну молнию уже не оставалось, поэтому Дураникс направил свою отталкивающую силу на летевшие к нему горшки. Те отскочили назад и посыпались на корабли, с которых их запустили. Два судна разнесло последовавшими взрывами. Они перевернулись и скрылись под волнами. Остальные колёсные корабли поспешили убраться подальше.

К этому времени Стенн уже выбрался из самой гущи морского сражения. Тяжело переставляя задние лапы, зелёный дракон брёл к берегу, постепенно всё выше поднимаясь над водой.

— Стенн! — взревел Дураникс. — Останься и сразись со мной!

Старый зверь продолжал упрямо шагать к суше, до которой оставалось больше лиги.

— Не сегодня, дружок, — прохрипел он. — Не… сегодня!

Дураникс бросился вслед за беглецом. Погоня настолько захватила его, что он не заметил вторую флотилию колёсных судов прямо под правым крылом. Когда до дракона оставалась сотня шагов, восемь кораблей одновременно метнули огненные горшки. Слетаясь к одной цели, они столкнулись прямо под бронзовым брюхом.

Взрывная волна перевернула Дураникса вверх ногами. Грудь наполнилась сернистыми испарениями. Он рухнул в море и с силой ударился о воду головой.

Удар оглушил его. Несколько мгновений Дураникс ещё оставался в сознании. Он почувствовал, как что-то обвилось вокруг шеи, затем ощутил, что движется сквозь воду: кто-то тащил его на буксире. После этого всё померкло.

Прошло какое-то время. Солнце поднялось выше, и под его теплом редели утренние облака. Над морем вновь раскинулось чистое голубое небо. Морские птицы, поначалу испугавшиеся огромного существа, выброшенного на их берег, постепенно осмелели, покинули укрытия и снова принялись кружить над водой, высматривая добычу.

Дураникс приходил в себя медленно. Он приоткрыл глаза и тут же зажмурился от слепящего небесного света. Дракон лежал на спине у самой кромки прибоя. Расправленные крылья глубоко увязли в мокром песке, хвост покачивался из стороны в сторону в такт приливным волнам. В ушах булькала холодная морская вода.

Он поднял голову, и опутавшая шею сеть из плетёных верёвок лопнула и соскользнула вниз. Оглушив Дураникса, команды колёсных судов опутали его прочной сетью, отбуксировали на берег и поспешно удалились. Почему эти существа не попытались причинить ему ещё больший вред, оставалось загадкой.

Повсюду в море плавали обломки: разбитые доски, вёсла, останки кораблей. Сквозь густой запах серы и селитры пробивалась острая вонь горелой плоти. Чьей именно — его собственной, Стенна или существ, сражавшихся на кораблях, — Дураникс определить не мог.

Поднявшись на все четыре лапы, он стряхнул остатки сети и налипший мокрый песок. Оглядев берег в обе стороны и не обнаружив Стенна, дракон занялся собой. Прежде чем продолжить погоню, следовало привести себя в порядок.

Каждое крыло требовалось тщательно очистить от песка. Стоило песчинкам забиться под чешую, как там могли появиться болезненные язвы. Чистить крылья приходилось осторожно, не отвлекаясь ни на мгновение: когти и рога у Дураникса были твёрдыми и острыми, а крыловые перепонки — нежными.

Закончив, Дураникс немного расправил крылья, чтобы они просохли, и направился вдоль берега к самой высокой дюне. Оттуда он разглядел вдали зелёную полосу леса. Но куда важнее были узкие следы трёхпалых лап Стенна. Старый дракон выбрался на берег именно здесь, а затем направился прямиком к далёким деревьям. Если Стенн шёл пешком, значит, рана оказалась серьёзной. Или это очередная из бесчисленных уловок, призванная застать Дураникса врасплох?

Впрочем, какая разница? Дураниксу оставалось только идти по мелким, семенящим следам своего мучителя. До деревьев было ещё далеко, когда ему встретился древний каменный столб.

Он возвышался среди дюн — четырёхгранная колонна из песчаника. Время и непогода сильно её потрепали, а основание перекосилось, отчего высокий столб заметно накренился. На всех четырёх гранях виднелись глубоко высеченные причудливые изображения.

Дураникс уже собрался обойти колонну, но остановился. Резьба привлекла его внимание.

На рельефах была изображена толпа двуногих существ, отдалённо похожих на людей или эльфов. Они, словно муравьи, карабкались по горному склону. Одни сбрасывали с обрыва большие круглые предметы, возможно валуны, а другие сражались с парой огромных четвероногих созданий, чьи шеи были длинными и змееподобными.

Дураникс внимательно всмотрелся в истёртые изображения. Неужели на спинах этих существ сложены крылья? Выходит, перед ним памятник какому-то древнему сражению с драконами?

Крики чаек, круживших над головой, отвлекли его от размышлений. Пока Стенн разгуливал на свободе, было не время разгадывать тайны древних памятников. След зелёного дракона вёл прямо к лесу, никуда не сворачивая. Должно быть, Стенн искал укрытия среди деревьев, где чувствовал себя увереннее всего.

Дураникс осторожно пошевелил крыльями, проверяя их. Они высохли, и песка на них больше не осталось. Дракон подпрыгнул и взмыл в воздух.

С высоты стало видно, что лес густой и обширный. Он отделял пляж от цепи скалистых обрывов, поднимавшихся дальше в глубине острова. Скалы состояли из светло-голубого камня и почти сливались с затянутым дымкой небом.

Добравшись до деревьев, Дураникс напряг все свои могучие чувства, пытаясь отыскать Стенна. И сразу уловил запах дракона. Но, к его удивлению, это был не Стенн.

Старый змей источал гнилостный смрад, знакомый Дураниксу не хуже запаха Амеро. Бедные мягкокожие люди никогда не могли отмыться по-настоящему. Новый запах, несомненно, принадлежал дракону, однако был чистым, с металлическим оттенком. Чувствовалось в нём и что-то ещё, какая-то неуловимая разница, которую Дураникс никак не мог понять. Чем ближе он подлетал к скалам, тем сильнее становился этот отвлекающий запах.

Вытянув задние лапы, Дураникс опустился на выступ голубого камня. Это был красивый сланец, лишь немного темнее летнего неба. Повернувшись спиной к плато, дракон принялся разглядывать лес внизу. Отсюда открывался превосходный вид на окрестности. Так он и застыл, неподвижный, как окружавшие его скалы, пока солнце не миновало зенит и не начало клониться к закату.

За это время Дураникс увидел множество зверей и птиц, но Стенн так и не появился. Странно. Присутствие зелёного дракона должно было сильно встревожить местных животных, однако ничего подобного не наблюдалось. В тёплом воздухе кружили хищные птицы. Среди густой листвы резвились древесные грызуны. Над узким ручьём, протекавшим через самую чащу, роились тучи насекомых. Самыми крупными зверями оказались какие-то длинноногие свиньи с воротником жёсткой белой шерсти вокруг шеи и парой устрашающих клыков. Примерно вдвое меньше дикого быка, эти гривистые свиньи выходили из древесной тени по две-три и погружали длинные рыла в ручей. Если Стенн и прятался поблизости, то вёл себя на редкость осторожно. Свиней ничто не тревожило.

К тому же выглядели они весьма аппетитно. В животе у Дураникса заурчало. Последний раз он ел два дня назад, когда проглотил целый косяк выпрыгивавших из воды рыб-парусников. Теперь дракон не мог оторвать взгляда от бродивших по лесу свиней.

И тут снова нахлынуло знакомое ощущение: где-то рядом находился другой дракон. Над головой промелькнула широкая тень. Повинуясь инстинкту, Дураникс рванулся прямо ей навстречу. Он успел лишь мельком заметить яркую чешую и узкие крылья, прежде чем со всего размаху врезался в брюхо другого дракона.

Незнакомец испуганно заблеял. Дураникс сразу понял, что это не Стенн. Он попытался высвободиться, но противник крепко его держал. Сцепившись, они рухнули с неба и обрушились в лес. Воздух наполнился пряным, смолистым запахом расколотых кедров.

Мощные когтистые лапы принялись колотить Дураникса в грудь. Эти удары и близко не напоминали свирепых атак Стенна, но всё же причиняли боль. Измученный, раздражённый и зверски голодный, Дураникс окончательно потерял терпение. Он ухватил незнакомца за задние лапы, выпрямился и швырнул в деревья.

Ярко блеснул металл. Дракон врезался в кедры и повалил их. Несколько раз перекувырнувшись, незнакомец быстро вскочил на ноги.

Дураникс моргнул, и веки несколько раз с лёгким щелчком сомкнулись и раскрылись. Перед ним был вовсе не дракон, а драконица — бронзовая и меньше его ростом.

Оправившись от падения, она повернулась к Дураниксу, выгнув спину, точно огромная дикая кошка. Рога, шипы и подбородочные усы напряглись от страха и ярости. Вытянув шею, драконица разинула пасть и зашипела.

Дураникс удивился. Он ожидал, что незнакомка ударит молнией. Показывая, что не собирается нападать, он расслабил напряжённые мышцы.

— Приветствую, — сказал он. — Кто ты? Как тебя зовут?

— Приветствую! — сердито прорычала драконица низким, гортанным голосом. Весила она вдвое меньше Дураникса, а в длину достигала примерно двух третей его роста. Худощавая, но мускулистая, она щеголяла яркой, хорошо отполированной чешуёй.

Не добившись больше ни слова, Дураникс медленно и отчётливо повторил:

— Как тебя зовут?

Бронзовая драконица наконец перестала выгибать спину и подняла голову.

— Блусидар. Меня зовут Блусидар.

— Прости, что напал на тебя, Блусидар. Я принял тебя за врага. На твоей земле скрывается зелёный дракон, очень злое существо. Я преследовал его по всему свету и добрался до этих мест. Когда ты пролетела надо мной, я решил, что это он.

Она осторожно переступила через сломанные стволы, стараясь держаться подальше от внушительного незнакомца.

— Я не видела других драконов, кроме тебя. Да и тебя заметила, только когда ты ударил.

Дураникс понял, что она молода. Очень молода. И всё же это была первая бронзовая драконица, встреченная им с тех пор, как много столетий назад погибли его мать и братья с сёстрами из одной кладки. Странствуя по знакомым землям, он встречал других драконов: болтливого латунного Гилара, обитавшего в далёкой восточной пустыне, и медных близнецов Суфентрекса и Саламантикса, живших на двух соседних горах к северо-востоку от Долины Водопадов. Другие знакомые ему драконы когда-то селились по окраинам великой саванны, но Стенн одного за другим убил их или изгнал.

— Этот зелёный дракон, его зовут Стенн, где-то здесь прячется, — сказал Дураникс Блусидар. — Я ранил его в море и проследил до берега. Пока он здесь, тебе грозит опасность.

Она немного подумала и спросила:

— Что? А с тобой мне безопасно?

— Разумеется! — возмущённо воскликнул Дураникс.

От его громкого голоса драконица вздрогнула. Заставив себя успокоиться, он добавил:

— Что это за земля? Кто здесь живёт, кроме тебя?

— Эта земля и есть земля. Других я не знаю, — ответила Блусидар. — Ты пришёл через зензи?

Заметив, что Дураникс ничего не понял, она объяснила:

— Зензи. Ходят на двух ногах, как птицы, но без перьев. Вот такие.

Она подняла когтистую лапу над землёй примерно на высоту человеческого ребёнка.

— Эти зензи плавают по морю на больших лодках? — спросил Дураникс.

Она кивнула.

— Тогда я их видел. Они сражались друг с другом или с кем-то ещё. Кто они такие?

Запинаясь и с трудом подбирая слова из своего скудного словаря, Блусидар рассказала ему о зензи и об острове, который считала своим домом.

Остров был довольно большим. В самом его центре кольцом поднимались горы из голубого камня. Блусидар оставалась единственным драконом на острове, хотя когда-то здесь жили и другие. Очень-очень давно зензи заточили драконов на этом острове.

— Как такое возможно? — потребовал объяснений Дураникс. — Существа не крупнее людей подчинили себе драконов? Не верю!

— Не больших драконов. Таких, как я и ты.

Она сложила передние лапы, словно обхватывая невидимый шар.

— Ври-ал.

Дураникс изумился. Именно такой звук издавали драконицы, когда хотели успокоить своих ещё не вылупившихся детёнышей.

Блусидар продолжила свой удивительный рассказ, который заодно объяснял происхождение обветшавшей колонны на берегу. Много веков назад зензи свезли на этот далёкий остров оплодотворённые драконьи яйца. Вылупившиеся драконята росли в одиночестве и неведении, ничего не зная об огромном мире за пределами родных берегов. Со временем некоторые всё же решались улететь, уверенные, что мир не может ограничиваться одним островом. Никто из улетевших так и не вернулся, а остальные драконы продолжали жить здесь и умирали. Блусидар осталась последней.

— Ты уходи, — сказала она, заканчивая рассказ. — Это моё место. Возвращайся туда, откуда пришёл.

Судя по всему, её ничуть не трогало, что само существование Дураникса доказывало: за пределами маленького острова лежит огромный мир.

— Я уйду, — ответил Дураникс, — но только когда найду Стенна. Если я оставлю его здесь, он тебя убьёт.

Блусидар попятилась, не сводя с Дураникса кинжалообразных зрачков.

— Тогда уходи скорее. Много драконов — много бед. Найди своего Зелёного и уходи!

Она проскользнула между тесно растущими деревьями и исчезла. Дураникс сделал несколько шагов следом. Из крон вспорхнула целая стая голубей, выдавая путь бегущей бронзовой драконицы.

Что-то твёрдое кольнуло его переднюю лапу. Дураникс приподнял её и заметил яркую бронзовую чешуйку, застрявшую в стволе расколотого кедра. Подцепив когтями, он осторожно её вытащил. Чешуйка принадлежала Блусидар. В отличие от крупных, выпуклых чешуек Дураникса, очертаниями напоминавших жёлуди, её чешуя была более плоской и почти круглой. Края оставались гладкими — ещё одно свидетельство того, что драконице не исполнилось и ста лет. От чешуйки исходил тот самый чистый, свежий запах, который Дураникс уловил, пролетая над островом.

Он вспомнил, как Блусидар испуганно смотрела на него снизу вверх. Она прекрасно понимала, что он больше и сильнее, но всё-таки решилась бросить ему вызов со всей своей безрассудной храбростью. Дураникс крепко сжал чешуйку в могучей лапе.

По крайней мере, этому дракону Стенн не причинит вреда, поклялся он себе. Дураникс этого не допустит.