| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Тёмный Лорд (он же Том Реддл, он же Том Марволо Реддл, он же Волан-де-Морт, он же Волдеморт) так и не оправился от лингвистического шока. Он поселился в Хогвартсе, стал почётным профессором... чего-то. Кажется, «Сравнительного Переведения». Пожиратели смерти (или «Упивающиеся смертью») разбежались кто куда, не в силах больше выносить неопределённость.
А в Хогвартсе наступил мир. Ну, как мир... Перемирие. С поправкой на то, что теперь каждый мог называть вещи так, как ему нравилось.
— Передай-ка мне пай, — попросил Рон (или Рональд) за ужином.
— Какой пай? — не понял Гарри (или Гарри).
— Ну, пирог. С яблоками.
— А, «яблочный пай»! — догадалась Гермиона (или Гермиона). — Держи.
— Спасибо, — Рон улыбнулся. — А знаете, что? Мне нравится. Пусть будет и так, и так.
— Согласен, — кивнул Гарри. — Главное — чтобы пай был.
— И Мордред с ним, с этим всем! — засмеялся Рон.
— Мерлин! — поправила его Гермиона.
— Пай! — закричали с другого конца стола близнецы Уизли.
И Большой зал снова наполнился смехом.
Конец.
P.S. Пай обязателен. Он был. И не один.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|