И все заверте... (джен)

Глава 4

— Итак, Гарри, — проговорил Николас Фламмель, — думаю, тебе интересно, что нам удалось узнать.

Они вчетвером расположились в гостиной на креслах и диване. Эмэ подала гостям вино, Гарри пил сок.

— Да, — просто ответил мальчик.

— Итак, что ты знаешь о своем шраме?

Гарри наморщил лоб.

— Он остался с той самой ночи, — ответил он, — мне сказали, что это след от отразившегося заклинания Того... то есть, Волдеморта. Вот.

— Тебя не удивляет, что шрам так и не зажил? Он не болит?

— Он болел, когда я оказывался рядом с профессором Квиреллом. Ну, тем самым...

Фламмели и синьора Руджиери переглянулись.

— Похоже, Гарри, что Темный Лорд оставил тебе кое-что той ночью. И это что-то связывает тебя с ним. Это очень плохо, и мы с Маддаленой постараемся избавить тебя от этого.

Гарри задумался.

— Сэр, — тихо проговорил он, — а почему вы хотите мне помочь? И кто такая Маддалена?

— Это мое имя, — улыбнулась синьора Руджиери.

— Видишь ли, Гарри, — продолжал Фламмель, — дело не только в том, что Дамблдор запугал тебя моим именем и заставил участвовать в своих играх. Хотя это было основным мотивом, что подвиг нас помочь тебе. Это еще и интересная задача, вызов нашему уму и таланту. К тому же ты имеешь полное право на мирную жизнь.

Гарри кивнул. Это было понятно.

— Знаешь, Гарри, — сказала синьора Руджиери, — Бефана сказала мне, что на тебе было заклятье, которое не позволяло кому-то вроде нее или Санты сделать тебе подарок. Других людей от тебя тоже отталкивало. А это неправильно.

Гарри потрясенно уставился на синьору. На нем было такое заклятье? Но зачем? Кому это могло понадобиться?

— Это сделал Волдеморт? — спросил он.

— Не думаю, — ответила синьора Руджиери, — но теперь его на тебе нет. Сама фея Бефана сняла его с тебя и благословила. Так что отныне все будет иначе. Обещаю.

Гарри вздохнул, все равно это было непонятно. Но фигурка рыцаря ему очень понравилась. Плюшевый мишка тоже был хорош, хоть мальчик и считал себя уже выросшим из таких игрушек. А леденец оказался просто очень вкусным. В конце концов, он уже привык без подарков. Хотя с подарками жизнь была намного приятнее, что тут говорить. Вот интересно, подарят ли ему что-нибудь на день рождения? Мальчику тут же стало стыдно. Какая же он все-таки неблагодарная скотина! Он живет в замечательной комнате, его так вкусно кормят, подарили чудесные игрушки, познакомили с настоящей феей, обещают помочь со шрамом... А он... он хочет еще. Фу!

— Твои дядя и тетя уехали отдыхать, — продолжала синьора Руджиери. — Эмэ доставила твой сундук со школьными принадлежностями, чтобы ты смог сделать домашнее задание. Он у тебя в комнате.

Да уж, никуда не деться от длинных эссе! Но ведь здесь была синьора Руджиери. У нее было много книг, к тому же она была добра к Гарри. Он совершенно не собирался наглеть, но, может быть, она объяснит ему то, что ему показалось бы сложным или непонятным? Например, по зельям. Ох...

— Не любишь делать уроки? — с легкой насмешкой спросил Фламмель. — Или учиться вообще?

— Я не все понимаю, — ответил мальчик. — Особенно в зельях. Профессор Снейп меня терпеть не может.

— Профессор Снейп? — переспросил Фламмель. — Северус Снейп?

— Да.

— И он преподает в Хогвартсе? Как странно! Я читал кое-какие из его статей и могу сказать, что в школе он просто зарывает свой талант в землю.

Гарри пожал плечами. Честно говоря, он бы предпочел, чтобы Мастер Зелий зарывал свой талант где-нибудь в другом месте. Было бы очень здорово, если бы кто-нибудь подсказал ему эту идею. Большинство студентов были бы этому кому-то благодарны по гроб жизни.

— Ну что ж, — резюмировала синьора Руджиери, — у нас не так уж много времени. Думаю, стоит побольше узнать про шрам Гарри. А пока приглашаю всех к столу. Эмэ обещала к ужину что-то потрясающее.