Дарт Ворн: Тёмная сторона силы (джен)

Дыхание Вейдера грохотало, как гипердвигатель в режиме перегрузки. Оно не было громким — оно пронизывало тишину, как пульс черной дыры. Каэл стоял в центре тренировочного зала, его шлем лежал в пыли у ног. На лице — кровавые полосы от трещин в коже, на руках — свежие ожоги от собственных молний. Воздух вокруг насыщался озоном, пахнущим плавящимся металлом.

Зал был вырезан в самом сердце Звезды Смерти — стальные стены, покрытые сетью энергетических проводов, мерцающих тусклым красным светом. Пол состоял из перфорированных решеток, сквозь которые виднелись глубины станции — бесконечные этажи, где штурмовики и дроиды ползали, как муравьи. Над головой — решетка вентиляции, из которой сочился холодный воздух, смешиваясь с паром от перегретых систем.

Вейдер не смотрел на него. Его черный плащ не колыхался — он был слиян с тенью, как часть архитектуры Звезды Смерти. Его силуэт выделялся на фоне голограмм, висящих в воздухе: схемы новой Звезды Смерти, отчеты о разгроме повстанцев, список джедаев, подлежащих уничтожению.

— Упадешь — умрешь, — прошипел он, не поворачиваясь. — Слабость — смерть. Учись.

Каэл не ответил. Его пальцы сжали воздух, и четыре меча взлетели в воздух. Невидимый меч искажал пространство, крутящийся создавал вихрь, меч с повышенной температурой плавил металл вокруг, двойной разделился на два клинка.

Вейдер поднял руку.

Сила ударила в Каэла, как взрыв плазменного заряда. Кости в правой руке хрустнули, пальцы выгнулись под неестественным углом. Металлические пластины на наплечниках вмялись, как будто сдавленные гигантской рукой.

Каэл не закричал. Его глаза горели желтым, но не от гнева — от сосредоточения. Он почувствовал, как Сила вырывается из поврежденной руки, как кровь из раны.

— Исправь это, — прошипел Вейдер.

Каэл сжал кулак левой рукой. Из ран на коже вырвалась Сила, как раскаленный металл. Кости срослись заново, но медленно — каждая секунда была пыткой. Капли пота падали на пол, мгновенно испаряясь от жара, исходящего от его тела.

Вейдер не смотрел. Он шел вдоль стены, его дыхание отсчитывало шаги, как метроном перед казнью. Его ботинки не издавали звука — будто он не касался земли.

— Ты думаешь, что боль — это препятствие? — Его голос был тише шепота, но резче лезвия. — Боль — это инструмент. Ты либо управляешь ею, либо она убьет тебя.

Он остановился у панели управления. Его пальцы скользнули по сенсорам, и стены зала задрожали. Энергетические решетки загорелись ярче, превращая зал в клетку из света и тени.

— Дыши, — прошипел Ситх.

Рука Вейдера взметнулась, и Сила сжала грудь Каэла, как стальной зажим.

— Или задохнешься.

Каэл не пытался вырваться. Его пальцы чертили символы в воздухе, и обломки металла, оставшиеся от предыдущих тренировок, взметнулись вихрем. Осколки вращались вокруг него, как созвездие смерти.

Вейдер развернулся.

Красный меч вспыхнул в его руке, но не метнулся в атаку. Он завис в воздухе, как предупреждение.

— Ты учишься видеть, — прошипел Вейдер. — Но ты не чувствуешь.

Он сделал шаг вперед.

Меч разрезал воздух, но не коснулся Каэла. Он пронзил решетку пола, превратив металл в расплавленную лужу. Пар взвился вверх, смешиваясь с запахом озона.

— Следующий удар — в сердце, — прошептал Вейдер. — Если ты не увидишь его раньше.

Каэл не отступил. Его левая рука рванулась вперед.

Сила вырвалась из ладони, как молния, ударив в стену за спиной Вейдера. Бетон взорвался, осколки застыли в воздухе, как останки разрушенного времени.

Вейдер не обернулся.

— Хорошо, — прошептал он. — Теперь ты готов к настоящим урокам.

Он бросил взгляд на Каэла, но не одобряюще — как инженер, оценивающий прочность конструкции.

— Завтра я сломаю твою левую руку, — прошипел он. — Потом ногу. Потом сердце. Пока ты не научишься видеть боль как инструмент.

Он развернулся, его плащ не колыхнулся.

— Убирайся, — бросил он через плечо. — Ты недостоин учиться, пока не перестанешь бояться.