Профессор Бербидж (джен)

Примечания:

Прим авт. В данном случае отсылка к выражению «Панургово стадо» — слепое подражание лидеру, ведущее к плачевным последствиям.

До рождественских каникул оставалось меньше недели, а у меня уже глаз дёргается! И всё из-за Локхарта с его василиском, будь он неладен.

Все началось ещё в сентябре, когда директор Дамблдор на завтраке объявил, что Локхарт охотник и что он приехал сюда уничтожать небезызвестных животных из Запретного леса, которые представляют опасность. С собой он привёз голема в виде василиска, который будет ползать по замку и его окрестностям и отпугивать/уничтожать забредшую флору и фауну.

Голем ползал под присмотром раз или два в неделю, отпугивая акромантулов, крыс и уничтожая ещё чего-то там. Школьников предупреждали, что выходить из гостиных или Большого зала нельзя, так как работает василиск. Детей считали по головам, запирали, караулили и прочее. Ну, как вы понимаете, помогало это плохо.

Полюбоваться на так называемую полурептилию в первый месяц сбегалось полшколы, несмотря на запреты и предупреждения.

Первокурсник Колин Криви-Пруэтт пытался сфотографировать змеюку и как итог загремел в больничное крыло на сутки. Потом ещё был Джастин Финч-Флетчли и Почти Безголовый Ник. Теперь догадайтесь с трёх раз, кто виноват в том, что дети не послушались и в итоге окаменели? Правильно — я! А всё почему? Потому что не соблюдаю требования замдиректора и подначиваю студентов не выполнять указания администрации школы.

Маразм крепчал с каждым днём. Если раньше я цапалась со Снейпом, то теперь МакГонагалл спокойно поесть не давала, высказывала претензии при каждой встрече, абсолютно не стесняясь студентов и преподавателей. Что интересно — декан Слизерина в эти разборки не вмешивался, в отличие от моего свёкра, Спраут и Флитвика. Троица педагогов единым фронтом выступала в мою защиту.

— Ваше попустительство привело к тому, что Криви-Пруэтт теперь в больничном крыле! — выговаривала декан Гриффиндора.

— Извините, — огрызнулась я, — но это студент вашего факультета, и вы, как декан, несете за него ответственность во время нахождения в замке.

— Но именно ваши действия привели к тому, что мальчик попал в больничное крыло.

— Знаешь, Минерва, — вмешалась Спраут, — я считаю, что Чарити права — в тот момент её в замке не было и за студента отвечала ты, а не она.

— Да, коллеги, — влез Флитвик, не давая МакКошке ответить, — каждый из нас отвечает за подопечных своего факультета, и не нужно перекладывать свои обязанности. Я ведь никого не обвиняю, что мисс Лавгуд в очередной раз смогла выйти из башни в ту пору, когда работал голем.

— И где вы её отловили? — спросил Кеттлберн.

— Как обычно, — ответил полугоблин, — в туалете Плаксы Миртл. Эти двое нашли друг друга. Одна рассказывает сказки про свою смерть, а другая — про свою жизнь.

— Ну, с Лавгуд всё понятно, — сказала я, — а Плакса Миртл?

— Она считает, что её убил великий и ужасный василиск самого Слизерина, — ехидно ответил Снейп.

— Интересная память у этого привидения, — задумчиво протянул Флитвик. — Не помнит она, что умерла на опушке леса от укуса акромантула. Был знатный скандал! Диппета чуть не уволили, Хагрида из школы выгнали.

— При чём здесь Хагрид? — не поняла я.

— Нужно же было министерским шавкам кого-то виноватым назначить, — ответила МакГонагалл.

— Хагрид по своим каналам пауков доставал, — спокойно ответил свёкор, — для того чтобы нечисть в Запретном лесу проредить, а эта дурища малолетняя вышла за барьер — она решила набрать травок на продажу! Набрала…

— Коллеги, — прервал всех Локхарт, — через пять минут урок. Пора расходиться.

После его слов преподаватели стали отодвигать стулья и направляться в аудитории. Мы со свёкром были последними, кто вышел из Большого зала.

Я всё больше и больше впадаю в ступор от того, что происходит вокруг — всё опять шло не так, как написано в книгах — и Лавгуд тут никто не обижал, и Миртл не от василиска погибла… Даже матч Гриффиндор-Слизерин шёл не то чтобы не по сценарию, но и не совсем так, как описано у Роулинг.

На матче по квиддичу кто-то немного «нахимичил» с мячами (как я подозреваю — специально), и бладжеры гонялись за ловцами, коими оказались Драко Малфой и Гарри Поттер.

Белобрысый слизеринец дураком не был и сумел разбить своего преследователя о кольцо. В отличие от отпрыска чистокровной семьи, Мальчик-который-выжил оказался не так умён и почти весь матч летал наперегонки с мячиком. Но второкурсник умудрился-таки поймать снитч, сломать руку и оказаться без костей в этой руке благодаря кому-то из студентов. Студентов! Локхарта вообще в этот день в школе не было.

Понимаете? Опять канонные события пошли по одному месту. Всё шло вроде и по сценарию, но в другой интерпретации:

«Василиск есть? Есть! Окаменяет? Окаменяет! То, что в состоянии оцепенения лежать нужно всего лишь сутки, — это уже детали.

Бладжер был? Был! Гонялся за Поттером? Гонялся! То, что второй бладжер летал за Малфоем, — это уже детали.

Рука сломалась? Сломалась! Кости из неё удалили? Удалили! То, что удалил кто-то из студентов (видимо, мстил за всё «хорошее»), а не профессор Локхарт, — это уже детали.

Миртл в туалете присутствует? Присутствует! Про смерть от укуса василиска рассказывает? Рассказывает! А то, что она врёт, — это уже детали!»

Но откуда-то взялась же версия с эльфом Добби, бладжером, назойливым Локхартом и так далее. Не Лавгуд же её придумала?! Хотя всё может быть.

* * *

Пятый курс студентов Гриффиндора и Слизерина справился с проверочной работой и в оставшиеся пять минут до конца урока что-то активно и громко обсуждал.

— Мистер Чейз, — обратилась я к самому громкому студенту, — что вы так активно обсуждаете?

— Да он дурак! Не слушайте его! — вмешалась какая-то слизеринка.

— Сама ты дура! — огрызнулся Чейз. — Я это… спросил её… умеет ли она… это… маткой дышать!

На этой фразе парни с обоих факультетов заржали аки кони, а девочки покраснели. Ой, какие мы умные! Ну держись, сейчас будет тебе тут и про матку, и про задницу.

— Тогда я предположу, что раз вы интересуетесь такими вещами, то, значит, вы умеете дышать простатой, — сказала я. Интересно, поймёт или нет?

— Чем? — не понял парень.

— Простатой, молодой человек, простатой. Матки у вас нет, но есть простата. Вы ей умеете дышать?

— А… это… А она где?

— В заднем проходе. — Когда ж до него дойдёт?

— В жопе, что ли? — гаркнул кто-то с задних рядов, и весь класс покатился со смеху.

— Чейз, ты задницей дышишь? — смеясь, крикнул кто-то из девочек.

— А я все думала, что это он постоянно подпрыгивает на стуле, а он дышит! — сказала одна из слизеринок, рыдая от смеха.

Темы ниже пояса студенты, как и все в их возрасте, обсуждали регулярно. Малышня с первого и второго ограничивалась «туалетным юмором» — шутки про какашки, попу и разные виды писек были в ходу. Тот же Уизли постоянно доставал Браун подколками, что она вырядилась в кофточку какашечного цвета, Поттер шутил на тему размеров мужского достоинства, а Малфой часто сравнивал одежду других детей с видами туалетной бумаги. Старшекурсники шутили более жёстко и непристойно.

Многие преподаватели не обращали на это внимания. Даже Снейп делал вид, что «ничего не слышал», в отличие от меня. Я — язвила, а МакГонагалл бесилась и снимала баллы. Было что-то особенное в таких шутках. Студентам нравилось, когда я отвечала на их «выпады» и — немного — унижала. Почему? Не знаю. Но правила «игры» все старательно соблюдали.

— Итак, раз мы выяснили, кто может дышать простатой, а кто нет, предлагаю записать темы для эссе. Кто напишет — добавлю баллы. — Я взмахнула палочкой, и на доске появились четыре темы:

• «Неформальные молодежные группы»

• «Ядерное оружие и его влияние на магов. Дополнительно — рассчитать необходимую мощность щита над Хогвартсом при прямом попадании ядерной бомбы «Толстяк». 100 баллов за расчёт и личный презент»

• «Незаконные бандформирования магглов. Описать две банды на выбор, сравнить с магическими»

• «Маггловские и магические растения. Сходство и различия».

— Чё? Прям сто баллов? — обалдело сказал кто-то «с камчатки».

— А вы думаете, что это так просто? — спросила я.

— Не знаю… А если я буду не один? Мне кто-то с другого факультета поможет?

— Разделю на количество участников. Впрочем, эссе можно написать на любую нестандартную тему.

— Про беспорядочные половые связи! — послышался выкрик с дальних парт.

— Да ради Мерлина! Главное — выводы и предложения сформулируйте. Переписывать учебник не нужно.

БОМ! БОМ !БОМ! — зазвонил колокол, оповещая всех о том, что урок закончился. Студенты отправились на зельеварение, а я — бегом — к выходу, пока некоторые личности меня не задержали!

— Миссис Бербидж! Миссис Бербидж! — меня окликнула староста пятого курса Слизерина.

— Слушаю. — Не успела. Жаль.

— Миссис Бербидж, у нас катастрофа! — выпалила девушка.

— У вас декан…

— Это с вашим подопечным связанно! — чуть не плача, сказала слизеринка.

— С Луисом? — Всё же нормально было вроде. — Давай ты меня проводишь до ворот школы, а по дороге расскажешь.

— Хорошо, профессор, — староста вздохнула и тихонько начала свой рассказ.

Всё было и просто и сложно одномоментно. Старшекурсники зелёного факультета поймали Луиса и Хоффа за расписыванием стены с очередным оскорблением МакГонагалл. Декан Гриффиндора «обидела» Джастина, не пустив того в Хогсмид. Парню необходимо было купить ботинки, пергамент и ещё что-то по мелочи, но злобная Минерва назначила на этот день отработку и не пустила третьекурсника за покупками. Мальчик обиделся. Он не придумал ничего лучше, чем писать на стенке. Ещё и первокурсника привлёк!

— А от меня вы что хотите? — спросила я. — У вас вроде как декан имеется, и у Хоффа тоже.

— Понимаете, профессор, — сказала староста, — мальчики живут в одной семье, наказывать нужно обоих, а у наших деканов разный взгляд на это… Ну… вы бы не могли поговорить с ними и назначить наказание, чтобы они больше… э-э-э… так не делали?

Видимо, девочка хотела сказать «матом», что она желает этим засранцам, но сдержалась.

— Хорошо, — ответила я. — Завтра приводи, поговорим.

— Спасибо, профессор! — просияла девочка.

Вот так всегда — у кого-то проблемы, а решать их мне!

Слизеринцы решение проблемы в долгий ящик не откладывали, и в девять утра Хофф и Бренкок были у меня «на ковре». Старосты даже отпросили мальчишек с других уроков. Разговор с «бунтарями» был долгий и тяжелый — я пыталась донести до детей, что их проблемы должны решать взрослые, школьники отнекивались — мол, мы уже не дети, и так по кругу. Прийти к компромиссу удалось только через полтора часа переговоров. Мы решили, что при проблемах с МакГонагалл Джастин будет приходить ко мне, а не пакостить вместе с Луисом. Бренкок получил втык за подставу декана, старост и меня в том числе. На этой, не слишком радостной ноте, мы расстались, а с последствиями разговора пришлось разбираться уже на следующий день, когда взбешённая МакКошка высказывала мне претензии по поводу заявления Джастина Хоффа: «Все вопросы к профессору Бербидж! Она мой куратор, она разрешила пойти в Хогсмид и купить ботинки», а затем этот засранец покинул замок.

С одной стороны, было приятно, что парень послал эту… тётечку, с другой — отдуваться за «самоуправство» придётся мне, наверное.

Честно говоря, меня всё это уже достало — подростки с гормонами, МакГонагалл с её выяснениями отношений, директор с его выговорами, свёкор с сальными шуточками и намеками на «постельную дружбу» с Аберфортом. Хотелось в отпуск, но и тут ждала засада в виде Розовой Жабы, которая вздумала помолвить, а потом женить своего сыночка на какой-то заграничной фифе. При чём тут я? При том, что хорошо общаюсь с её ребёнком и смогу его убедить в необходимости брака по расчёту. Может быть, она и права — психика у мальчика расшатана капитально, сам он вряд ли когда-нибудь сможет принимать трезвые и самостоятельные решения и слишком зависит от мнения окружающих. Несмотря на почти полгода в стенах Хогвартса, Луис был тихим и немного забитым. Все прекрасно знали, что за этим ребёнком стою я и буду биться за него до конца. Первого сентября на приветственной речи декан Слизерина демонстративно положил свои руки на плечи мальчику, давая понять, что за него он голову оторвёт. Слухи и сплетни распространяются в школе быстро, и первые две недели Бренкока считали незаконнорождённым сыном Снейпа, потом моим, а затем пошёл слух, что это внебрачный сын моего покойного мужа (то, что он умер раньше, чем родился Луи, никого не смутило). Благодаря этому мальчишку никто не дёргал и не трогал (даже близнецы Уизли помогали и делились), но он предпочитал общаться с Хоффом из Гриффиндора. Логично — жили же на каникулах вместе! А вот тут вылезли проблемы: Джастин был истинным потомком Годрика — сначала делаем, а потом думаем, как из этого вылезти, и, чисто по-слизерински, подставляем кого-то другого. Старостам не нравилась такая дружба, и они всеми силами пытались её прекратить, но это оказалось не так просто. Луи — ведомый, своего мнения нет. Хофф нагло пользовался своим влиянием на мальчика, так что довольно часто Бренкок попадал на отработки вместо «друга». Снейп несколько раз просил унять гриффиндорца, пока его пятикурсники не прибили. Помолвка, а затем и свадьба решила бы многие проблемы — мальчик на лето уезжал бы к «невесте», меньше подвергался бы влиянию гриффиндорца и прочее.

Сейчас у нас вырисовывается другая проблема — на рождественские каникулы оба моих подопечных остаются в замке. Представляете? Мало нам Уизли, Поттера и Грейнджер, так ещё и эта парочка будет приключения на свою пятую точку искать!

Как ни странно, но в решении этой проблемы мне помог МакЛагген, который пригласил Хоффа на все каникулы к себе в гости — мальчишки давно хотели играть в квиддич, но в команду их не брали. На этой почве они и сдружились. Ведь дружить против кого-то (в данном случае против близнецов Уизли) очень легко.

Я вздохнула с облечением, когда двух гриффиндорцев забрал отец Кормака прямо с перрона Хогсмида. Всё! Можно выдохнуть дня на три, спокойно провести Йоль, отправить подарки и наконец-то разгрести домашние дела и проблемы.