Натуральный блондин (гет)

О ночном переполохе Гермиона узнала утром. Дин, Симус и Невилл рассказали, что Гарри приснился страшный сон, а потом они с Роном куда-то ушли и не вернулись. Фред и Джордж тоже пропали, как и Джинни.

Записку Гермионе мальчики не оставили. Значит, ничего срочного и важного не случилось, подумала она и стала собираться на поезд.

Может, у Гарри опять начались головные боли? И теперь он в Мунго на обследовании? Периодические жалобы друга на боль в шраме вызывали беспокойство, да и голоса из стены ему мерещились на втором курсе. Потом-то все прекратилось, но вопросы у Гермионы остались.

А после целителей Гарри наверняка поедет в Нору, куда его пригласили на Рождество. Или к Сириусу на Гриммо. Саму Гермиону, кстати, не позвали. Но она и не рассчитывала. Что она там не видела?

Живоглот оставался в Хогвартсе, взять его с собой в Европу не получится. Ничего, каникулы кончатся быстро, а ее полукнизл умный зверь и на кухню за едой его впускают по первому мяу. И Гермиона стала давать своему любимцу последние ценные указания, чтобы он вел себя хорошо. Не пугать эльфов, не дразнить Клыка, не охотиться на преподавателей (на Амбридж можно), не питаться подвальными крысами (это негигиенично) и не спать на ее подушке!

Рыжий кот только жмурился и наверняка ждал, когда хозяйка оставит его в покое и даст заняться расширением охотничьих угодий.

В поезде до Гермионы дошли слухи, что в семье Уизли что-то случилось, вроде бы отец Рона попал в больницу. Тогда понятно, почему их никого нет. Что ж, это дело семейное, решила Гермиона. Если нужна будет ее помощь, то ей сообщат. А если нет, то она навязываться не будет, она все же воспитанная девушка. Хорошо, она помнит о приличных манерах. Иногда.

Поэтому Гермиона с чистой совестью прошла через стену на Кингс-Кросс, вызвала из тупика "Ночной рыцарь", доехала до Диагон-аллеи, где с почтамта отправила подарки Гарри, Рону и Виктору, а потом все на том же бешеном автобусе укатила домой. Самолёт в Австрию у них в два часа ночи, как раз успеют.

Спохватились о ее отсутствии только вечером, когда Северус Снейп вместе с Минервой МакГонагалл сидел в кабинете директора и слушал его бесконечные речи и туманные намеки.

— Я надеюсь, мисс Грейнджер окажет поддержку своих друзьям. Особенно Гарри, бедному мальчику пришлось нелегко, — разглагольствовал Дамблдор, отпивая прекрасно заваренный чай.

— Но, Альбус, — удивилась Минерва, — мисс Грейнджер уехала.

— Как уехала? Куда?

— Домой. Еще утром. Вместе со всеми, на поезде.

— Но, может быть, она отправится к Сириусу?

— А она знает, что Поттер там? — не выдержал Снейп. — Ее кто-нибудь предупредил?

Дамблдор и МакГонагалл смотрели друг на друга, не мигая. Похоже, директор решил, что студентке все объяснит Минерва, а та понадеялась на Дамблдора или отвлеклась на свои обязанности.

— Это легко проверить, — подхватился директор. И они с Минервой вместе стали кричать в камин, вызывая штаб-квартиру Ордена Феникса.

Нетрезвый и веселый Сириус отрапортовал, что у них все хорошо, они с Гарри вешают игрушки, молодые Уизли помогают, а Молли готовит ужин. Гермиона? Нет, не приезжала. А должна? Ой, все, мы идем ставить елку, сказал Блэк и отключил связь.

Снейп во время этих переговоров даже с кресла не поднялся. Он и так знал, что дальше будет. Сейчаааас ему Дамблдор добавит работы, чтоб жизнь медом не каза...

— Северус! — вот оно, началось.

— Мальчик мой, Ордену срочно нужна твоя помощь. Не мог бы ты...

— А не мог бы. Мисс Грейнджер не моя студентка, у нее есть свой декан.

МакГонагалл поджала губы куриной гузкой и обиженно отвернулась.

— Но Северус, мисс Грейнджер маглорожденная, сейчас, у меня где-то был адрес, ах да, в Книге Хогвартса...

— И что? — Снейпу совершенно не хотелось в такой холод искать гриффиндорку. — Минерва, всех маглокровок посещаешь ты. Вообще никаких проблем не вижу. Адрес есть, это пригород Лондона.

— Я не ориентируюсь в этих магловских городах, — сквозь зубы процедила МакГонагалл.

— А как тогда? — не понял Снейп.

— Чары на письме из Хогвартса, по ним я и аппарирую. Но они давно выдохлись. А искать улицу и дом в этих магловских кварталах мне придется слишком долго.

— Но ведь на Гриммо она летом как-то попала?

— Ее забирал Артур на машине, а он сейчас...

— Функционально бесполезен, — отметил Снейп и Дамблдор развел руками:

— Увы, мальчик мой.

— Пошлите сову с письмом, — предложил Снейп.

— Лучше, конечно, чтобы к мисс Грейнджер пришел человек, которому она доверяет. И сразу забрал ее на Гриммо, — подумав, выдал Дамблдор.

Ему до совятни топать неохота? Или просто решил, что Снейпу слишком скучно живется?

Раз так, подумал Снейп, то он тоже имеет право на небольшое развлечение. И сообщил, что так и быть, мисс Грейнджер он навестит, хоть он и не почтовая сова. И лучше напишите письмо, директор, вдруг я не застану ее дома, маглы в праздники любят ходить по гостям. Но сделает он это завтра. Почему? А просто уже поставил основу для антиликантропного зелья, и через семнадцать минут нужно добавлять аконит, никак не успевает.

— Вы же знаете, Дамблдор, что случится, если зелье не будет сварено правильно. Малейшая ошибка и — придет серенький волчок, кусь героя за бочок. Полнолуние выпадает прямо на каникулы, вот ведь досада.

— Северус! — а сейчас Минерва спросит, как ему не стыдно и есть ли у него совесть.

— Как тебе не стыдно! Неужели у тебя нет совести? — И не надоедает ведь ей. После стольких-то лет ...

— Надеюсь, до завтра Поттер сможет прожить без своей няньки? Вокруг него там блохастый крестный и вся семья Уизли хороводы водят, ему некогда скучать, — сказал Снейп и услышал очередной негодующий вопль Минервы:

— Северус!

— Вот и договорились, — подвел итог декан Слизерина.

На следующее утро Снейп забрал написанное директором письмо для мисс Грейнджер, предупредил, что ему сегодня нужно к Лорду, в очередной раз намекнул одному бородатому стратегу, что в Малфой-Мэноре их никакого серьезного сопротивления не ждет, так может уже заручиться поддержкой хозяев, пока один темный маг не собрал армию верных сторонников... Был привычно проигнорирован.

Ладно.

Сначала Северус отправился в Гринготтс, через который вел переписку с Италией. Никуда не торопился, прочитал письма, подписал бумаги, отправил свои расчеты и заявки для патентов, пообщался с гоблинами о рубинах, подскочивших в цене и последних новостях.

Потом посетил Лютный, где у знакомого аптекаря разжился нужными контрабандными ингредиентами. Вспомнил, что давно не был в книжном магазине и провел там часа два.

И, наконец, добрался к дому Грейнджеров по указанному адресу, где просто опустил письмо в почтовый ящик — и аппарировал к поместью Малфоев.

Он прекрасно знал, что дома никого нет. Даже в Англии никого из семьи Грейнджер нет. Уехали.

Об этом ему еще неделю назад сказал сам Джон Грейнджер, когда Снейп явился в стоматологическую клинику.

— Хорошо, что вы пришли сейчас, мистер Смит, — сказал дантист, занимаясь регулировкой брекетов. — На Рождество мы решили поехать в Австрию на горнолыжные трассы. Вы не катаетесь? Очень жаль, это так увлекательно. В горах невероятно красиво, не могу налюбоваться на заснеженные вершины. Билеты уже купили, как раз дочь приедет на каникулы — и той же ночью улетаем. Ну вот и все, жду вас через месяц.

Вот поэтому Снейп и тянул время. Пусть лучше девчонка спокойно отдохнет с родителями, чем будет плясать вокруг Поттера и вытирать герою сопли. Что опять там у него случилось? Из рассуждений Дамблдора никакой конкретики не выжмешь.

И вообще лично ему Грейнджер на Гриммо сейчас нафиг не нужна. Эта неуемная всезнайка тут же начнет тюкать двух олухов и заставит таки Уизли и Поттера закрыть долги по домашней работе. А зачем? По его расчетам, бравые гриффиндорцы накопили столько хвостов, что Снейп просто обязан в качестве штрафных санкций выдать им дополнительные задания. И тогда у Поттера не останется времени на беготню по Хогвартсу и поиски приключений на свою героическую задницу. Вот и чудесно.

А ведь Грейнджер что-то задумала, это и без Трелони ясно. Не зря она копировала книги у Блэка. Удивительно, что никто об этом так и не догадался, Снейп все понял с первого взгляда. Ну, знаете, когда мимо вас проползает Грейнджер с исписанными тетрадками в обнимку, в волосах у нее торчит самопишущее перо, а на щеке характерные чернильные брызги, то идиотом надо быть, чтобы не понять.

Сам такое проделывал, когда попадал в библиотеки чистокровных однокурсников. У него-то книг почти не было.

Впрочем, у него и семьи считай что не было. Отца он боялся в детстве, ненавидел в юности и презирал сейчас. А мама... Вот по ней он скучал. Но Эйлин Принц утратила почти всю магию и, как маглы говорили, впала в депрессию. Из которой выходила крайне редко. И умерла она слишком рано.

До знакомства со старшими Грейнджерами для Снейпа примером нормальной семьи были, пожалуй, Люциус и Нарцисса. Тоже любили друг друга и своего ребенка. Но они, на взгляд Северуса, слишком баловали Драко. Маглы Грейнджеры были рациональнее и умнее в этом вопросе. И дочь у них получилась самостоятельной.

Точно у нее есть какой-то план, в этом Снейп мог бы поклясться. Осталось понять, каким боком это выйдет ему самому, уж больно вдохновенным взглядом Грейнджер летом смотрела на всех вокруг. Подозрительно это.

Поэтому в самом начале учебного года Снейп всю свою одежду, включая носки и ботинки, зачаровал на огнеупорность.

Никакие предосторожности не являются лишними, если вы имеете дело с гриффиндорцами!

А после возникновения в Хогвартсе спортивного движения даже Дамблдор, похоже, опасается на эту холеру хоть как-то ментально влиять. Мало ли что она снова учудит, вывернув все идеи наизнанку!

*Тысяча лет тому назад*

— Как вы думаете, не пора ли в Хогвартсе изучать и ментальные науки? Управление сознанием, например.

— А зачем, Ровена?

— Это тоже своего рода упражнение, нацеленное на контроль магии, Годрик.

— Я бы лучше лишний бой на мечах провел. Практическая польза у всего этого невелика, а сил требует много.

— Зато можно узнать, скажем, мысли другого человека.

— Ро, Гриф дело говорит насчёт практичности. Большинство людей, что простецов, что магов, до ужаса примитивны. У них мысли на рожах написаны. Все две.

*Тысяча лет тому вперед*

В Малфой-Мэноре ему пришлось успокаивать истерику Лорда. Да, мой Господин, вы совершенно правы. У подростков не мозг, а овсяная каша. Ваша сила слишком велика для малолетних оболтусов, они просто не в состоянии осознать, какая честь им оказана. Согласен, мой Лорд, лет до двадцати к ним бесполезно применять легиллименцию, в этих пустых головах мыслей не водится. Пока созревание пройдет, пока гормоны успокоятся ...

Волдеморт милостиво кивал. На этот раз обошлось без Круцио.

Это чего же он такого в мозгах юного Малфоя насмотрелся? Впрочем, Снейп догадывался, чего именно.

Что Драко до зеленых соплей влюблен в Грейнджер — лично ему было очевидно, он не понимал, как остальные ничего не замечали. И тянется это давно. Мальчишка весь в отца, тот тоже на Нарциссу глаз положил едва ли не с первого курса и не успокоился, пока не добился. О чем на Слизерине в свое время немало сплетничали.

Снейп пару раз видел, как эта парочка гуляла по коридорам, якобы патрулируя. Подслушать их разговоры не удалось, потому что рядом всегда шатался здоровенный рыжий кот, который о наличии посторонних предупреждал воем пожарной сирены.

Глядя на этого зверя, Северус невольно сочувствовал... Нет, не Люциусу. А его павлинам.

Зато — от всей души!

Сам Люциус Малфой считал, что сочувствовать надо ему и только ему. У него, может, все планы рушатся!

Этим летом Люциус вообще хотел устроить большое турне по Европе с визитами и посещением общественных мероприятий. И все ради Драко, надо же найти в невестки сильную ведьму посимпатичней, с родословной и без проклятий. Мальчику уже пятнадцать, самое время.

Но тут некстати возродился Лорд и жизнь его семьи круто переменилась.

Формально Лорд был гостем в мэноре, но вел себя как хозяин, а деньги тратил в таких количествах, что Люциус серьезно начал опасаться грядущих финансовых проблем.

Одни зелья Северуса во сколько обходились, это уму непостижимо! На эти средства можно все Министерство не один год содержать. Для Лорда ничего не жалко, ничего... Кроме сына, жены, себя и денег!

На Самайн Снейп напоил Лорда загадочной экспериментальной гадостью (нет, Люциус не хотел знать, что входит в состав, ему итоговой суммы хватило, спасибо!). Теперь их Повелитель избавился от зеленоватого оттенка кожи и стал мертвенно-бледным. Лучше б Снейп оставил как было, Люциус уже почти привык.

Вот к тому сброду, который теперь регулярно являлся в его родовой дом, привыкнуть было намного сложнее. Петтигрю еще этот! Мерзость какая. Ползает везде, Нарцисса жалуется, что крыс оскорбляет ее эстетический вкус и не вписывается в интерьер. Зато всем рассказывает, как он пострадал за дело Господина и Повелителя. Но боевые раны показывать стесняется.

Натравить, что ли, на него того гиппогрифа, которого Драко прикармливает? И выдать за несчастный случай.

Один раз только поверивший в милость Лорда Петтигрю попытался подьехать к Снейпу на предмет какого-нибудь зелья для... эээ... лечения и восстановления. Северус, даже не изменившись в лице, достал из кармана флакон с мазью и велел втирать трижды в день. Снаружи и внутри, не пропуская ни одного отверстия в организме.

На комнату Петтигрю пришлось накладывать заглушающие заклинания, и то не сильно помогло.

На вопрос Люциуса, что это такое было, Снейп равнодушно сказал:

— Экспериментальная мазь от геморроя на основе чистого капсаицина. Варил для Мунго, но они почему-то отказались. Говорят, пациенты становятся слишком шустрыми и сбегают из палаты не через окно, а сразу через стену.

Добрейшей души человек. А мог бы и Сектумсемпрой полоснуть.

Люциус давно понял, что дружить с Северусом непросто, а враждовать смертельно опасно. Но они вроде неплохо ладили. И к сыну Снейп всегда относился хорошо.

Драко сидел в библиотеке и делал вид, что читает. Как же ему после нескольких минут в обществе Лорда было плохо... Как будто под Хогвартс-экспресс попал.

Волдеморт просто взломал ему голову по щелчку пальцев, Драко даже не успел подумать о защите. И что там Лорд в его мыслях увидел, что с таким выражением лица отшатнулся? А если... если Грейнджер? Тогда, в ванной?

Драко взвыл от горячего стыда, окатившего его как кипятком и уронил голову на руки.

За спиной раздался шелест. Декан Снейп, только он так неслышно ходит.

Бледная рука профессора опустила перед его глазами маленький клочок пергамента. "Ментальная магия", "Основы защиты сознания" и "Лабиринты разума", гласил список.

Драко поднял на Снейпа красные, как у кролика, глаза. Декан кивнул, еще раз ткнул пальцем в список, повернулся и молча ушел. Драко неслышно застонал про себя и пошел искать на полках рекомендованную литературу. К советам Снейпа лучше прислушиваться, даже если он их сопровождает подзатыльником.

Гермиона Грейнджер прекрасно провела время в горах. На первый взгляд прекрасно. Но что-то было не так, и она это ощущала.

Словно что-то ныло, как больной зуб, но не во рту, а где-то в районе сердца. Что-то тянуло и не давало покоя. И чуть-чуть успокаивалось, когда она вспоминала о Гарри. Только о нем, больше ни о ком, думы о Роне, Джинни, Невилле, даже Малфое (вот тут она краснела) облегчения не приносили, даже мимолетного.

И словно из нее по капле вытекало... непонятно что. Но жалко этого чего-то было до слез.

Гермиона не хотела пугать родителей и ничего им не говорила, но сама потихоньку начала паниковать. Это на нее клятва так действует или что? Или есть еще что-то, о чем она не знает?

Или Гарри нужна ее помощь и она это чувствует?

Долбанная магия, к которой нет логичной инструкции!

Вернувшись домой, Гермиона обнаружила в почтовом ящике письмо от Дамблдора, в котором ее приглашали погостить на Гриммо. А сразу нельзя было сказать? Она бы, может, тогда бы не поехала в Австрию... и очень бы об этом жалела, призналась Гермиона сама себе.

Сравните древнейший и благороднейший хламовник — и новенький отель с хрустящим бельем и панорамными окнами, в которые видны горы и лыжники на трассах. И почувствуйте разницу.

В любом случае, до конца каникул оставалось три дня, поэтому она сказала родителям, что хочет съездить к друзьям и они ее отпустили с понимающими улыбками.

На Гриммо было все то же и все те же. Ее встретил Сириус, от которого пахло перегаром, и Гермиона поморщилась. Блэк отвел ее в комнату, где жили мальчики.

Но там оказался только Рон, который лежал на кровати и с порога начал жаловаться ей, что Гарри в депрессии, потому что у него в голове Волдеморт. Какая прелесть, сказала Гермиона, а вы уроки все сделали? Нет, конечно, они даже не начинали.

Гарри она нашла на верхнем этаже . Он страдал и не хотел ни с кем общаться, но Гермионе все это до смерти надоело. Она притащила Рона и Джинни, заставила всех поговорить и поделиться своими страхами, а потом предложила обратиться уже в Мунго.

Да что она не так сказала-то?

— Я не сумасшедший! — орал Гарри, забыв, что он вообще-то в печали и унынии.

— Но делать что-то надо, — возражала Гермиона. — Спроси хотя бы у Дамблдора...

— Он меня избегает! — искренне возмущался друг.

— ...может, он знает, как изолировать Волдеморта в твоей голове. У него все же опыт.

Гарри надулся и замолчал. А Гермиона подумала, что вот сейчас им не помешала бы Лавгуд со своими мозгошмыгами. А то у нее самой фантазии хватает только на шапочку из фольги, но ведь Гарри не оценит.

И еще ей было страшновато. А вдруг все эти голоса в голове — первый признак шизофрении? Она у волшебников есть вообще? А если Волдеморт и правда проникает в мозг Гарри? Саято место пусто не бывает, все равно Гарри им редко пользуется Подействует ли в этом случае увеличение расстояния между ними?

В Мунго они все же съездили. Но не показать Гарри целителям, как надеялась Гермиона. А навестить мистера Уизли. И там же наткнулись на Невилла.

Какой же кошмар, бедные его родители. Гермиона очень жалела однокурсника, она к нему всегда хорошо относилась и даже не знала, что у него такое горе. Она никому не скажет ни словечка!

В последний день каникул в особняк Блэков явился профессор Снейп с официальным недружественным визитом. Сообщил, что, согласно распоряжению Дамблдора, будет учить Гарри окклюменции.

И Гермиона поняла, что все неприятности в жизни ее друга только начинаются.