Подопечный шпиона (джен)

Гарри шел к больничному крылу впереди, с мрачным достоинством человека, ведущего похоронную процессию. Дорога была ему отлично знакома: он уже не раз приходил сюда и не раз оставался на ночь. Бедной Гермионе приходилось вдобавок мириться с тем, что ее зелье пошло не так, что она совершила ошибку. Гарри слышал приглушенные всхлипы: она закрывала лицо руками, пытаясь спрятать и слезы, и результат превращения. Рон шел сзади, прикрывая хвост, и по редким сдавленным фырканьям Гарри понимал, что тот героически старается не рассмеяться.

Но даже если бы Гермиона не плакала, Гарри все равно волновало кое-что поважнее: Снейп может узнать.

И они по-прежнему не выяснили, кто наследник.

У дверей больничного крыла Гарри глубоко вдохнул. Насколько он знал, мадам Помфри не задавала слишком много вопросов, даже когда пациенты выглядели крайне подозрительно. Может, удастся выкрутиться.

К тому же даже если она что-нибудь заподозрит, рассказывать Снейпу ей незачем. Их декан — Макгонагалл.

Гарри открыл дверь и застыл.

Гермиона налетела ему в спину, но он не сдвинулся.

— Поттер.

Гарри завел руки за спину и отчаянно замахал ими, одновременно делая шаг назад.

Назад. Назад.

Рон и Гермиона послушно начали пятиться из комнаты. Гарри старался держать голову рядом с лицом Гермионы, чтобы Снейп его не увидел.

— Опять неприятности? — Снейп даже не двинулся.

— Нет, сэр, — как можно безразличнее сказал Гарри.

Глаза Снейпа блеснули.

И тогда он пошел вперед, медленно, неотвратимо.

Гарри выпрямился, заранее решив стоять до конца.

Снейп схватил его за плечо.

И все сопротивление тут же испарилось.

Гарри обмяк, сдался, а Снейп легко отодвинул его в сторону. Гарри опустил голову так низко, что подбородок почти коснулся груди.

Прощай, Хогвартс, — обреченно подумал он.

Несколько секунд никто не двигался и не говорил.

Гарри даже не дышал.

— Уизли, устрой Грейнджер и потом приди ко мне. Поттер — сейчас.

Гарри резко вдохнул, когда Снейп вихрем вышел из комнаты.

Он встретился взглядом с перепуганным Роном.

Потом поспешил следом.

Снейп шел так быстро, что Гарри приходилось почти бежать. Дверь кабинета он распахнул с грохотом и захлопнул за ними не менее громко.

— Объясни, — произнес он тихим, почти шипящим голосом.

Гарри сглотнул.

Если сказать правду, он подставит всех.

— Мы занимались... сами. Зельями. Небольшая частная... учебная группа.

Губы Снейпа побелели.

Гарри заставил себя не опускать голову.

— Не лги мне. И не оскорбляй мой интеллект. Я достаточно давно работаю с зельями, чтобы узнать неудачный эксперимент. Достаточно долго учу детей, чтобы замечать, когда от меня что-то скрывают. И достаточно давно знаю тебя, чтобы понимать: когда ты хочешь что-нибудь выяснить, школьные правила становятся для великого Гарри Поттера, Мальчика-Который-Выжил, слишком мелкой помехой. Как, разумеется, и опасность серьезно пострадать.

До последних слов Гарри мучила тяжелая, тошнотворная вина, поднимающаяся от живота к горлу.

Потом раздражение вспыхнуло сильнее.

— После поместья Малфоев и Квиррелла я, можно сказать, привык к такой угрозе.

Снейп шагнул к нему. Губы у него дрожали.

— Вот какой вывод ты сделал из последних лет? Раз уж опасность преследовала меня раньше, теперь буду искать ее сам?

— Нет, — прошептал Гарри.

Снейп будто не услышал.

— Заодно нарушу пару десятков правил, подвергну опасности друзей и буду надеяться, что меня не исключат?

— Я просто пытался выяснить, не Малфой ли...

— Поттер.

У Гарри похолодела кровь.

— Только не говори мне, что после моего прямого приказа оставить это дело в покое, не говоря уже о моей уверенности, что Малфой не наследник, ты все равно попытался...

— Я проверил родословные, как вы и сказали! — пронзительно выпалил Гарри. — Вы не сказали, что уверены, вы сказали, что почти уверены, и велели посмотреть семейное древо! А там куча пробелов, поэтому я все равно не мог знать наверняка!

Снейп скрестил руки на груди и поднял брови.

— Даю тебе минуту, чтобы придумать разумное объяснение этим пробелам.

Он смотрел так, будто ответ написан прямо на лице Гарри.

Гарри понятия не имел.

— Эм... они тайно женились или вроде того?

Снейп фыркнул.

— В каком-то смысле. Большинство. Подумай. Почему Малфои, эти одержимые чистотой крови, могли захотеть скрыть некоторые браки?

И тут до Гарри дошло.

— Хотите сказать... некоторые Малфои женились на маглорожденных?

— И на маглах. Иногда на сквибах. Не наследник Слизерина. Я тебя уверяю: если бы хоть кто-нибудь из Малфоев решил, что вступает в брак с потомком Салазара Слизерина, они позаботились бы о том, чтобы об этом знал весь магический мир.

— А, — выдохнул Гарри.

— Именно, Поттер. А. А теперь вернемся к тебе. Где Уизли? — внезапно рявкнул Снейп.

Зная Рона, тот, скорее всего, тащился сюда как можно медленнее.

Снейп раздраженно качнул головой. Видимо, пришел к тому же выводу.

— А ты, Поттер, начинай чистить котлы.

Он дернул подбородком в сторону груды грязных котлов в углу.

Гарри уставился на них.

— Вы... назначаете мне настоящую отработку?

— Полагаю, именно так это и называется.

— Но вы же говорили...

— Я говорил, что мы будем разговаривать, а не устраивать «настоящую» отработку, когда я изображаю мерзкого преподавателя зелий, а ты в ответ срываешься. Сейчас это наказание за совершенно сознательное и вопиющее нарушение правил.

— Но я не... Я не просто так! Кто-то собирается нападать на маглорожденных, я пытался...

— Мне все равно.

Каждое слово Снейпа прозвучало как удар молотом.

— Я предупреждал тебя не лезть в неприятности. Ты вообще понимаешь, сколько правил вы втроем нарушили? Я должен доложить директору и добиться вашего исключения.

Сердце Гарри камнем пошло ко дну.

Навсегда остаться с Дурслями?

Он не мог даже представить.

— Вы незаконно сварили зелье без разрешения и присмотра преподавателя. Трое двенадцатилетних детей решили приготовить продвинутое зелье? Вам повезло, что вы живы. Вам повезло, что Грейнджер умна! Хотя не настолько, раз оказалась в больничном крыле. Ты представляешь, насколько хуже все могло закончиться? — Войдите! — рявкнул он на тихий стук.

Рон проскользнул внутрь, белый как стена.

— Профе...

— Вы двое нарушили не меньше семи правил, каждое из которых само по себе может стать причиной исключения. Вы незаконно сварили зелье. Использовали рецепт из Запретной секции — вы хоть на секунду задумались, почему он там находится? Подмешали в еду вещества, чтобы двое учеников потеряли сознание. С помощью приготовленного зелья проникли в гостиную Слизерина. А ты, Поттер, ослушался меня.

Гарри уже целую вечность смотрел в одну точку на полу.

После тихой ярости Снейпа молчание стало почти осязаемым.

Он чувствовал на себе взгляд и наконец выпрямился.

— Простите. Правда.

— Да, — неуверенно добавил Рон.

— У вас будет много времени подумать об этом во время чистки котлов.

Рон моргнул, но промолчал.

— За каждую неделю, которую Грейнджер проведет в больничном крыле, вы проведете здесь выходные.

Гарри сглотнул.

Сколько это будет?

Судя по огромным глазам Рона, он думал о том же.

Снейп повернулся к Гарри.

— Еще один шаг в сторону, Поттер, и я лично прослежу, чтобы тебя исключили.

Потом указал на котлы.

Они работали бок о бок в полном молчании.

Гарри не понимал, сколько прошло времени, и не осмеливался спрашивать.

Примерно на пятом котле Рон что-то прошептал. Гарри не расслышал.

— Что? — так же тихо переспросил он.

— Гермиона просила нас принести ей...

— Уизли, на другую сторону комнаты, — холодно произнес Снейп от стола.

Рон переместился так быстро, что чуть не споткнулся.

Руки Гарри уже ныли, и теперь ко всему прибавилось еще одно неприятное чувство.

Конечно, при Роне Снейпу приходилось быть профессором Снейпом.

Но Гарри это все равно ненавидел.

Интересно, Гермиона точно поправится?

По словам Снейпа звучало так, будто все серьезно. Хотя сам он не выглядел особенно встревоженным, значит, наверное, это одна из менее опасных ошибок.

В конце концов, у Гермионы всего лишь кошачья шерсть.

И хвост, внезапно вспомнил Гарри.

Он посмотрел на Снейпа. Тот вроде бы читал.

Можно спросить?

Лицо Снейпа оставалось неподвижным. Он не поднимал глаз.

И вдруг поднял.

— Я не слышу, чтобы ты работал, Поттер.

Гарри снова уткнулся в котел.

Если и разговаривать со Снейпом, то без Рона.

К концу скорость Гарри заметно упала, а Рон постоянно косился на часы и бросал на него отчаянные взгляды.

Наконец Снейп отпустил их.

Рон сразу рванул к двери и уже вышел в коридор, когда понял, что Гарри не идет следом.

Гарри неловко переминался.

— Иди. Я сейчас.

Слава Мерлину, Рон не стал задавать вопросов.

Дверь закрылась.

Снейп смотрел на Гарри без выражения.

— Ну?

— Гермиона точно поправится?

— Мне нужно осмотреть ее, чтобы сказать наверняка. Но думаю, примерно через месяц она сможет выйти из больничного крыла.

Месяц.

Ужасно долго.

Гарри попытался напомнить себе, что идея с Оборотным зельем вообще принадлежала Гермионе.

Но он помнил ее глаза, когда речь зашла о нападениях на маглорожденных.

Конечно, она хотела узнать виновника. Неужели Снейп этого не понимает?

— Еще что-нибудь, Гарри?

Гарри облизнул губы.

По крайней мере, голос Снейпа стал хоть немного ближе к обычному.

— Я правда очень, очень сожалею.

Выражение лица Снейпа не изменилось.

— О чем?

— О том, что... скрывал все от вас.

— Понимаю. А не, например, о нарушении школьных правил?

Гарри с неприятной ясностью понял: извинение будет не таким простым, как хотелось.

— И об этом тоже. Но вы должны понять, мы просто пытались узнать, Малфой ли наследник.

— И он оказался наследником?

— Нет, — нехотя признал Гарри. — Так что да. Вы были правы.

— Да, я был прав. Я не отвечаю на твои вопросы, пока не уверен. Например, я не ответил, что за голоса ты слышишь. Ты не мог просто поверить мне на слово?

В гневе Снейпа теперь слышалось еще что-то.

И от этого Гарри стало только хуже.

— Кстати. Ты снова слышал голос?

— Нет.

Взгляд Снейпа мгновенно обострился.

— Макгонагалл сказала, что тебя нашли рядом с Финч-Флетчли. Ты пошел за голосом?

Прекрасно.

Теперь Снейп ему не верит.

— Поттер!

— Нет, не пошел! Я случайно его нашел, ясно?

Гарри выкрикнул это и сразу тяжело сел.

Ноздри Снейпа раздулись. Кажется, он считал вдохи.

— Прошу прощения.

Гарри безжизненно кивнул.

— Гарри?

Он устало поднял глаза.

— Да?

— Ты уверен, что с тобой все в порядке?

Гарри несколько секунд молчал.

А потом совершенно неожиданно для самого себя расплакался.

Снейп явно не ожидал такой реакции.

Но после одного медленного моргания подошел и сел рядом.

Гарри плакал довольно тихо, но остановиться не мог.

Снейп протянул перед лицом белый платок, и Гарри взял его влажными руками и грубо потер глаза.

— Осторожнее, осторожнее.

Снейп откинулся назад и скрестил ноги, словно обсуждал с расстроенным учеником плохую оценку.

— Что случилось?

Ответ был настолько длинным, что Гарри не понимал, с чего начать.

Он глубоко вдохнул и открыл рот.

— Гер-Гермиона испугалась, потому что она маглорожденная, а на маглорожденных нападают. Она вообще не хотела нарушать правила, Гермиона на таких вещах помешана, а теперь лежит в больничном. Малфой не наследник, и мы все равно не знаем, кто это. И Колин меня раздражал, он постоянно приставал, но теперь тоже в больничном. Все думают, что я натравил змею на Джастина, а я хотел ему помочь. И теперь все смотрят так, будто я вот-вот сам превращусь в огромную вонючую змею...

Гарри смутно понимал, что говорит все громче и истеричнее, но контролировать дыхание удавалось только на несколько секунд.

— И... и я ненавижу Локхарта! — закончил он и уткнулся носом в платок.

Довольно долго единственными звуками были неровное дыхание Гарри и редкие всхлипы.

Ему было слишком плохо и слишком устало, чтобы переживать из-за истерики перед Снейпом.

Снейп тем временем хмуро размышлял.

— Я слышал, неделя у тебя выдалась нелегкая. Особенно после истории с парселтангом.

Гарри не хотел ни обсуждать это, ни думать, ни слушать Снейпа.

После того как все вырвалось наружу, хотелось только сделать вид, что ничего нет.

— Можно поговорить о чем-нибудь другом?

— Гарри, способность говорить на парселтанге никоим образом не делает тебя хуже.

— Мне все равно, ясно? Я не хочу об этом говорить! У меня и так достаточно проблем, еще люди считают меня наследником Слизерина или... или...

На лице Снейпа окончательно исчез гнев. Осталось мягкое, но твердое выражение, в котором Гарри находил слишком много утешения.

— Или?

Гарри дрожащим вдохом набрал воздуха.

— Я услышал разговор нескольких хаффлпаффцев. Они сказали... сказали, что В... что он пытался убить меня, потому что считал меня Темным Лордом.

— Чепуха.

— Да, — Гарри попытался отмахнуться и тихо фыркнул. — Только никто не знает, почему он вообще хотел меня убить, так что версия не хуже остальных. И он ведь погиб, значит...

— Ты знаешь, как он погиб. У тебя даже есть доказательство. Квиррелл не мог тебя коснуться, помнишь? Тебя спасла защита, а не какая-то скрытая темная природа.

Снейп говорил резко, но уверенно.

— Несколько детей прочитали пару строк в «Ежедневном пророке» и глотают сплетни, как дементор страх. Они решили: раз ты змееуст, значит, непременно Темный Лорд. Что они вообще знают?

— Ничего. Совсем ничего.

Слова прозвучали пусто.

Снейп не знал, что Шляпа хотела отправить Гарри в Слизерин.

А голос?

Кровожадный голос, который слышал только он.

Может, это и есть первые признаки того, что Гарри становится темным?

— Все говорят, что змееусты всегда были темными.

— Все также говорят, что все слизеринцы — Пожиратели смерти.

Гарри с сомнением посмотрел на руку Снейпа, где под рукавом скрывалась змея с черепом.

— А. Ну да, — сказал Снейп. — Но я знаю немало слизеринцев, которые ими не стали.

На лице появилась почти дразнящая усмешка.

— Например, мадам Помфри.

Гарри едва не подавился.

Несколько секунд он просто переваривал услышанное.

— Но Салазар был змееустом.

— Да. И?

— Вы ведь... вы не думаете, что я наследник?

Снейп прямо посмотрел ему в глаза.

— Не думаю.

Гарри будто выпустил из легких весь воздух.

— Спасибо.

Снейп выглядел совершенно не впечатленным.

Но ответ породил новый вопрос.

— Тогда почему я умею говорить на парселтанге?

Снейп замешкался.

Гарри точно это заметил.

Профессор откинулся в кресле и провел ладонью по лицу.

— Волдеморт был змееустом. Дамблдор считает, что в ту ночь, когда не сумел тебя убить, он случайно передал тебе часть своих способностей.

Гарри моргнул.

— Что?!

— Именно, — пробормотал Снейп. — Постарайся не слишком долго ужасаться.

— Но... тогда мне же надо было попасть в Слизерин, разве нет?

Снейп поднял бровь.

И прежде чем Гарри успел передумать, правда вырвалась наружу — страшная... или уже не такая страшная.

— Потому что Шляпа хотела отправить меня в Слизерин. Я сказал ей не надо.

Теперь вверх поползла и вторая бровь.

— Вот как.

— М-м. Простите, — виновато сказал Гарри.

— Да, действительно, тебе есть за что извиняться, — невозмутимо ответил Снейп.

Гарри попытался рассмеяться, но не получилось.

— Думаю, от Волдеморта тебя отличило именно желание не оказаться в Слизерине. Он туда пошел. Ты выбрал иначе. Хотя, пожалуй, удивляться не стоит.

Губы Снейпа снова дрогнули.

— Игнорировать правила ради достижения цели — довольно слизеринская черта.

На этот раз Гарри все-таки рассмеялся.

— Значит... вы не думаете, что я становлюсь темным?

Снейп закатил глаза.

— Темным не «становятся» случайно. Это выбор. Он начинается, когда стремление к более глубоким знаниям превращается в одержимость. Темные искусства не заставляют человека применять себя против его воли.

С груди Гарри словно сняли огромный груз.

— Спасибо, Северус.

— Пожалуйста, — Снейп слегка наклонил голову. — Но повторю еще раз: неприятности ты не ищешь. Вообще. Неважно, насколько ты расстроен и сколько голосов слышишь. Если узнаешь что-нибудь — идешь ко мне. Если снова услышишь голос — вызываешь меня. Я буду крайне разочарован, если ты этого не сделаешь.

Гарри не был уверен, сможет ли выполнить приказ.

Особенно после того, как совсем недавно сознательно сделал то, что прекрасно считал неправильным.

Но все равно кивнул.

Снейп кивнул в ответ.

Гарри отправился в спальню, где Рон уже лежал в кровати.

На следующее утро Рон спросил, зачем Гарри задержался у Снейпа.

— Да так... про Гермиону.

Рон внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал.

◆

6 января

Снейп вошел в кабинет и обнаружил на столе посылку.

Рядом терпеливо ждала Хедвиг.

Снейп протянул ей лакомство, получил легкий щипок за палец, после чего сова ухнула и улетела.

Он заклинанием перерезал ленту.

Посылка мяукнула.

Только не кошка. Гарри...

Снейп осторожно открыл коробку и сунул руку внутрь.

Вытащил пушистого котенка: совершенно черного, если не считать ярко-зеленых глаз.

Котенок тут же мяукнул.

В коробке лежала записка.

Снейп достал ее.

С днем рождения.

Вы сказали: никаких живых существ. Этот очень убедительная игрушка. — Г.