Не в деньгах счастье (джен)

В следующее мгновение со стороны благоразумно запертой Доджем двери, ведущей туннель, послышались приглушенные голоса, а затем раздался оглушительный грохот, словно что-то массивное и тяжелое с силой врезалось в дерево. Для профессионалов, каковыми, несомненно, являлись Гилдерой Локхарт с командой, этого хватило: ситуация из «щекотливой» мгновенно перешла в разряд «катастрофических».

— Отходим! — скомандовал он и рывком выхватив из складок мантии небольшой, изящный предмет, похожий на зеркальце, швырнул его в центр комнаты.

Ударившись об пол, зеркало разбилось, и на его месте взметнулся вихрь искрящегося тумана, быстро сформировавшийся в сверкающий овал портала.

Уже практически нырнув в появившееся марево, писатель вдруг резко обернулся. Его взгляд скользнул по золотой статуе Квиррелла, по все еще возмущенной Рите и наконец остановился на Гарри Поттере.

— Вот все-таки везучий ты парень, а?! — бросил он мальчику. — До скорого, мой юный падаван! Скажи, что меня тут не было, — бессовестно улыбнулся Гилдерой, исчезая в портале.

Агата Роули и Додж последовали за ним, словно тени. Харт Уэст, не сводя глаз с двери, на которую экстренно накладывал какие-то чары, отступил назад последним. Стоило ему присоединиться к своим товарищам, как проход тут же схлопнулся.

Рита Скитер тоже не стала ждать развязки: без единого звука и спецэффектов она просто исчезла. На том месте, где только что стояла журналистка, в воздухе замер, быстро-быстро махая крылышками, маленький, ничем не примечательный жук. Он тут же рванул вверх и скрылся в трещине на потолке.

В этот момент дверь с треском распахнулась, и в проеме возникли две высокие фигуры — Альбус Дамблдор с палочкой наизготовку и точно так же готовый к бою Северус Снейп. Взгляды директора и зельевара скользнули по пустой комнате, по Гарри Поттеру и наконец остановились на немом и блестящем свидетельстве недавней трагедии — на идеальной золотой статуе Квиринуса Квиррелла.

Снейп нарушил молчание первым. Его черные глаза сузились, а тонкие губы искривились в знакомой гримасе презрения.

— Поттер, — прошипел он, и в этом одном слове поместилось столько едкого разочарования, что его хватило бы на весь факультет разом. — А я-то уж было понадеялся, что у вас есть разум. Ничтожно маленький, конечно, но есть. Неприятно ошибаться. Хотелось бы верить, что у вас есть чрезвычайно веское объяснение этому… перформансу.

— Бедный, бедный Квиринус, — тихо, с искренней скорбью в голосе произнес Дамблдор, подходя к статуе.

Он не касался ее, лишь смотрел на застывшее лицо бывшего коллеги с печалью. Затем его взгляд, полный вопросов и внезапной усталости, медленно переместился на юного национального героя.

— Гарри, мальчик мой… Что же здесь произошло?

И тут из туннеля, запыхавшаяся и испуганная, вынырнула Гермиона Грейнджер, успевшая заглянуть в комнату до того, как ее оттеснили взрослые.

— Это что, человек? — выдохнула она, не в силах поверить в увиденное. — Но… это же… это же золото… Как же так? Гарри, зачем ты это сделал? Профессор, этого несчастного можно расколдовать?

— Ты с ума сошла? — обалдел от такого поворота Поттер. — Я ничего не делал!

— Мисс Грейнджер, — холодно и безразлично отозвался Северус Снейп, даже не глядя в сторону девочки. Его черные глаза, буравящие Гарри, сузились еще больше. — Ваши панические вопросы лишь отвлекают. Поттер, вы слышали директора. Объясняйтесь. И постарайтесь, чтобы ваша речь была хоть сколь-нибудь связной.

Гарри сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями.

— Я… я даже не очень его знал, профессор, — начал он, стараясь говорить растерянно. — Ну, этого человека, я имею ввиду. С трудом вспомнил, кто это. Мистер Хагрид представил нас летом, сказал, что он будет вести Защиту… но, видимо, информация была недостоверной. А сегодня я получил от него письмо, в котором он сообщал, что ему крайне важно со мной поговорить. Что дело срочное и касается… моей семьи. Наследия. Я удивился, конечно, но он писал, что может передать мне все данные и документы только сегодня, даже точно сказал где, и как мне сюда попасть. Ну я и пошел, потому что давно ищу кое-что по наводке гоблинов.

Выражение лица Снейпа было очень скептическим.

— И вы, конечно, немедленно и безропотно последовали за малознакомым волшебником, чье имя с трудом вспомнили, в заброшенную хижину посреди ночи? Блестящая демонстрация инстинкта самосохранения.

— Я не знал, что окажусь за пределами замка! И я думал, он преподаватель! — возразил Гарри Поттер с наигранным упрямством. — Ну, почти что преподаватель! А когда я сюда дошел, тут уже были и другие люди. Я их не разглядел, в полумраке… Они о чем-то спорили с мистером Квирреллом, что-то про какой-то камень и какие-то записи. Подозреваю, что речь шла о Философском Камне. Потом один из них… вроде бы что-то бросил мистеру Квирреллу. А потом… — мальчик перевел взгляд на статую. — Потом я, кажется, на секунду отвернулся, услышав шум из туннеля, а когда обернулся… он уже был таким. Я ничего не понял! Честно! Все произошло так быстро! А эти люди тут же смылись через портал. Я даже опомниться не успел.

— Удобно, — ядовито протянул Снейп. — Ничего не видел, ничего не слышал, никого не узнал.

Директор поднял руку, мягко останавливая коллегу. Его пронзительный голубой взгляд изучал Поттера, и мальчику почудилось, что этот взгляд видит гораздо больше, чем хотелось бы.

— Гарри, — сказал директор тихо. — Квиринус… мистер Квиррелл… в разговоре с этими людьми… он не упоминал ли кого-то еще? Может, он говорил о… хозяине? Или о повелителе, которому служит?

«Вот оно, — пронеслось в голове у юного национально героя. — Он ищет следы Волдеморта. Он хочет, чтобы я стал его охотничьей собакой!»

Мысль о том, чтобы ввязываться в непонятную борьбу с тем, кто выдавал себя за Темного Лорда, вызвала у Гарри почти физическое отвращение. К тому же, мальчик вспомнил магическую клятву, данную ему в обмен на посредничество. Зачем ему добровольно отказываться от такой защиты?

— Хозяин? — с искренним, на этот раз, недоумением переспросил Поттер. — Нет, профессор, ничего такого. Он говорил только о каком-то «реагенте» и, как я понимаю, о Философском Камне. Но там его все время называли просто — Камень, и я не сразу догадался, о чем речь. А еще мистер Квиррелл все время нервничал и сильно заикался.

Дамблдор слегка нахмурился, и в его глазах мелькнула тень разочарования. Он явно надеялся на большее.

— И больше ничего? Никаких намеков, ради чего все это затевалось? Никаких… громких имен?

— Нет, сэр, — твердо ответил Гарри. — Просто торговля какая-то непонятная. А потом… ну, вы сами видели, что потом. Хотя… — мальчик намеренно сделал паузу, будто бы что-то с трудом припоминая, — сейчас мне кажется, что он обмолвился о каком-то лорде. Но это не точно, я мог и ослышаться. Тем более, имя лорда он не упоминал.

— Может быть, о Темном Лорде? — напряженно уточнил директор, обменявшись быстрыми взглядами со Снейпом. — Постарайся вспомнить, мальчик мой, это очень важно. Он произнес это имя? Говорил ли он о Нем как о живом? Как о том, кто может вернуться?

«Вот она, развилка. Сейчас скажи «да» — и прощай, спокойная жизнь. Здравствуй, роль «избранного» с ежедневными покушениями и нулевой оплатой», — подумал Поттер и отрицательно покачал головой, глядя на Дамблдора честными глазами.

— Извините, профессор, я не разобрал, — с деланной досадой сказал мальчик. — Мне просто… почудилось. Но общее впечатление, что он не сам все это затеял. — Поттер развел руками, изображая полную беспомощность. — Я не знаю. Все было так странно и непонятно.

Альбус Дамблдор тяжело вздохнул. Он посмотрел на статую Квиррелла, потом на Гарри. Энтузиазм, с которым он влетел в комнату, окончательно угас, и взгляд директора стал несколько отстраненным и задумчивым.

— Что ж, кажется, мы получили все ответы, которые можем получить сегодня, — сказал он. — Северус, нам нужно обсудить, что делать с… этим. А вам, дети, — он перевел взгляд на Гарри и Гермиону, — пора возвращаться в замок.

До сих пор молчавшая Грейнджер, снова не выдержала.

— Но профессор… Разве это не ужасно? Человек… он был живым человеком… а теперь он просто… кусок металла! Вы же его расколдуете?

— Некоторые трансформации, девочка моя, увы, необратимы. Магия Философского Камня древняя и могущественная. Боюсь, никто теперь не в силах помочь бедному Квиринусу.

— Гарри! — возмущенно вскинулась Гермиона. — Ты же был здесь! Ты видел, что произойдет! Ты изучал алхимию! Ты должен был его остановить, предупредить!

Поттер посмотрел на гриффиндорку с искренним непониманием.

— Остановить? Как?! Да я и сам до конца не понял, что это за камень и чем все кончится.

— Требовать от первокурсника, чтобы он «останавливал» взрослого волшебника — верх наивности, мисс Грейнджер, — хмыкнул Северус Снейп. — Ваши упреки не только беспочвенны, но и абсолютно бессмысленны. А теперь отправляйтесь по гостиным своих факультетов. И минус тридцать баллов с каждого за нахождение в неположенном месте после отбоя. Получили бы и отработки, да вот только учебный год уже закончился.

— Но я же… — задохнулась Грейнджер. — Я же здесь только потому, что искала вас, чтобы сказать, что Поттер куда-то пошел ночью, а потом пропал в той скульптуре!

— Верно, — протянул зельевар. — Остается только вопрос, что вы сами делали в это время вне пределов вашей гостиной. Ведь на тот момент вы должны были не Поттера выслеживать, а спать и видеть сны.

— Ну, полно тебе, Северус, — слегка пожурил коллегу Дамблдор. — Мальчика сюда заманили обманом, а мисс Грейнджер хотела помочь однокурснику, потому что беспокоилась о нем. И, пожалуй, по плюс тридцать пять баллов каждому. Гарри — за умение не спасовать в сложной ситуации, а мисс Грейнджер — за искреннее беспокойство за другого человека и готовность прийти на выручку. А теперь, и правда, вам пора, дети.

— Спасибо, директор, — кивнул Гарри Поттер, стараясь выглядеть как можно более почтительно, и быстрым шагом направился в сторону выхода, утягивая за собой ошеломленную Гермиону.

Закрывая за собой вторую дверь, ведущую в туннель, мальчик на секунду задержался, поддавшись любопытству. Из комнаты доносились приглушенные голоса.

— …явно что-то скрывает, Альбус, — шипел Снейп. — Надо было применить легилименцию и посмотреть, о чем он думает, и что там было на самом деле…

— Нет, Северус, — мягко, но непреклонно парировал Дамблдор. — Легилименция — грубое вмешательство, особенно для детского разума, и без того пережившего стресс. К тому же, боюсь, мы и так знаем достаточно. Бедный Квиринус пал жертвой игры, в которую решил сыграть с силами, намного превосходящими его собственные. А Гарри… Гарри просто оказался не в том месте и не в то время. Забудь. У нас и без того есть о чем позаботиться.

Гарри не стал дожидаться продолжения и зашагал по темному туннелю, думая о том, что раз его мысли могут прочитать, то надо срочно придумать, как от этого защищаться. Не ровен час — украдут все его бизнес-идеи и проекты! Вот, хотя бы та же Грейнджер, которая шла, насупившись, рядом, и подозрительно долго молчала.

* * *

Учебный год, насыщенный алхимическими опытами, факультетскими интригами и ночными приключениями, остался позади. Прощальный пир прошел на удивление буднично. Кубок школы в очередной раз выиграл Слизерин, и Драко Малфой не упускал случая напомнить об этом всем и каждому, с важным видом разглагольствуя о благородной крови и истинном мастерстве. Демонстрация ученических «философских камней» на алхимическом факультативе прошла успешно, но на фоне реальных событий в Визжащей Хижине выглядела блекло и по-детски несерьезно. Однако оценить разницу смог только Гарри, а он, конечно же, никому не собирался высказывать свое мнение на этот счет.

Сейчас же Поттер грелся в лучах летнего солнца, проникающих сквозь стекло, и внимательно прислушивался к беседе ребят, сам то и дело вставляя парочку-другую реплик. Хогвартс-экспресс бодро мчался в Лондон, за окнами мелькали зеленые холмы Шотландии, а в купе, забитом до отказа первокурсниками Хаффлпаффа, было оживленно и весело.

Сьюзен Боунс и Джастин Финч-Флетчли обсуждали планы на лето и возможность встретиться всем вместе на каникулах. Ханна Аббот и Эрни Макмилан с азартом вспоминали самые забавные моменты уходящего года. Даже Захария Смит, вечно чем-то недовольный, на этот раз благосклонно участвовал в разговоре.

— Я вам говорю, «Нимбус-2001» — это переоцененный хлам! — горячился Эрни. — Настоящий ценитель выберет «Серебряную Стрелу»! У нее баланс!

— Баланс? Да на «Нимбусе» можно звезду с неба достать! — парировал Джастин.

Рон Уизли, развалившийся в углу, блаженно улыбался.

— Слышите? — сказал он, обращаясь ко всем. — Споры о метлах, а не о домашних заданиях, свойствах корня мандрагоры и не о том, как правильно варить зелье усердия. Какое счастье! Я, кажется, сейчас за весь год впервые по-настоящему расслабился. В Хаффлпаффе, конечно, здорово, но… ужасно утомляет. Приеду домой и буду спать. Целую неделю. Может, две.

Все засмеялись. За время, проведенное вместе, ребята действительно сдружились.

— Я обязательно приеду к вам в гости! — обещала Сьюзен Джастину. — Только предупреди родителей, а то мало ли…

— Да без проблем! — махнул рукой Финч-Флетчли. — У нас в поместье места хватит на всех. Приезжайте, друзья! Устроим пикник.

В этот момент дверь купе с раздраженным скрипом отъехала, и в проеме возникла Гермиона Грейнджер. Ее взгляд сразу же нашел Гарри.

— А, вот ты где! Я все купе обошла. Мне нужно с тобой поговорить, — заявила она, сложив руки на груди.

— О, Грейнджер, — вздохнул Захария Смит. — Снова пришла читать мораль? Оставь человека в покое, учебный год кончился.

— Речь не о морали, а о человеческой ответственности! — парировала Гермиона, не удостаивая его взглядом. — Гарри, как ты можешь просто сидеть тут и смеяться, после… после всего, что случилось!

— После чего? — спокойно уточнил Поттер.

— После того, как человек погиб на твоих глазах! Этот… этот Квиррелл! Я все обдумала. Ты же был там! Ты же видел, что происходит! Ты изучал свойства Философского Камня! Пусть это был несчастный случай, но ты мог бы его предотвратить! Подать знак, крикнуть, что-то сделать! В конце концов, ты же… — она запнулась, — ты же все-таки Гарри Поттер! Твоя святая обязанность была его остановить!

В купе повисла неловкая тишина. Гарри смерил девочку холодным взглядом.

— Моя святая обязанность? — переспросил он. — Гермиона, он был взрослым волшебником, который сознательно участвовал в непонятной сделке с опаснейшим артефактом. Я — первокурсник. Если тебе так хочется кого-то спасать, начни с себя. Или, может, пойдешь искать приключений сама? Геройствуй в свое удовольствие. Но не взваливай свои ожидания на меня.

— Он прав, — неожиданно флегматично поддержал Поттера Рон. — Всех не спасешь. А спасение утопающих, как говорится, — дело рук самих утопающих. И кто такой этот Квиррелл, а? Ни друг, ни родственник. Он даже не бывший хаффлпаффец!

— Это ужасно цинично!

— Слушай, Грейнджер, — вмешалась Сьюзен Боунс, глядя на Гермиону с упреком. — У каждого свой путь. Не надо навязывать нам свое видение. Иди и геройствуй сама, если так хочешь. Нам тут весело, а ты настроение портишь.

Гермиона, побагровев от возмущения, посмотрела на Гарри Поттера, затем на остальных и, фыркнув, резко развернулась и вышла, громко хлопнув дверью.

— Фух, пронесло, — выдохнул Рон. — Ну и ну… А вообще, Гарри, что там и правда было? Ходят слухи, но какие-то смутные.

Поттер пожал плечами.

— Да ничего особенного. Один волшебник решил поиграть с артефактом, с которым шутки плохи. Не соблюдал технику безопасности. В алхимии, знаешь ли, это строго-настрого запрещено. Вот и итог — превратился в золотую статую.

Все ахнули и закивали, кто-то вспомнил историю про двоюродного дедушку, который пытался починить фамильный артефакт и остался без рук. Тема была исчерпана.

Вскоре дверь в купе снова открылась. На пороге стоял ухмыляющийся Роберт Хиллиард, староста Рейвенкло.

— Ну, привет, малышня! — весело бросил он.

Последовал хор возмущенных возгласов.

— Мы уже не малышня! Первый курс позади!

— Мы почти взрослые!

— Ладно, ладно, извините, великовозрастные, — засмеялся Роберт, поднимая руки в знак капитуляции. — Поттер, выйдешь на пару минут? Поговорить надо.

Гарри, почуяв интерес, кивнул и последовал за ним в пустующее соседнее купе. Роберт прикрыл дверь и, облокотившись на косяк, изложил суть.

— Слушай, помнишь нашу беседу в начале года, тут же, в поезде? Я тогда намекал, что у нас в Рейвенкло многие горят идеей изучить твой шрам. Все же единственный известный случай, когда человек выжил после Авады. Так вот, мы тут собрали серьезную группу. Входят не только студенты, но и выпускники — действующие целители и, между нами, один парень из Отдела Тайн. Все серьезно, все конфиденциально. Мы предлагаем тебе полное, безопасное обследование с гарантиями. Никаких опытов, только диагностика.

Гарри Поттер скрестил руки на груди, его взгляд стал деловым и оценивающим.

— Звучит интересно. Но ничто не дается просто так. Что я получу взамен?

— Мы не такие наивные, Поттер, — Хиллиард ухмыльнулся. — Понятное дело, что предлагаем поучаствовать не за просто так. Мы знаем, что ты ищешь Поттер-холл. И мы знаем, что найти его не так-то легко. Так вот, мы предлагаем тебе сделку. Ты даешь согласие на исследование, а мы предоставляем тебе все наши наработки по местонахождению твоего родового гнезда. Цени, почти весь год искали! Мы отдадим тебе все карты и расчеты. Более того, наш человек из Отдела Тайн уверен, что сможет изготовить портключ, который выведет тебя если и не к самому поместью, то где-то в непосредственной близости от него. Ситуация там… мутная, но шанс есть.

Национальный герой на секунду задумался. Мысль о том, что кто-то будет ковыряться в его шраме почему-то не особо нравилась, но перспектива наконец найти дом Поттеров, разобраться с наследством и встретиться с портретами предков… Это стоило того, чтобы пойти на риск. Разумный риск.

— Договорились, — сказал он. — Но с одним условием. Мой адвокат, мистер Вэнс, составит контракт. Со всеми пунктами о конфиденциальности, вашей полной материальной и, что важнее, магической ответственности за любой, даже самый незначительный вред моему здоровью. Никаких устных договоренностей. Только подписанный договор, скрепленный магической клятвой.

Роберт Хиллиард рассмеялся.

— Другого и не ожидали! По рукам. Тогда пару недель на отдых, а потом я пришлю тебе сову и все обговорим подробнее.

Староста воронов покинул купе, а Гарри Поттер погрузился в размышления. Он смотрел на мелькающие за окном пейзажи и подводил итоги.

Прошел всего год. Всего один учебный год с тех пор, как он, немного жадный и, признаться честно, несколько скуповатый (хоть и не до такой степени, как было еще пару лет назад) мальчик из чулана, переступил порог «Дырявого Котла». Теперь он был другим. Да, он все так же любил деньги, видел в них возможность и безопасность, но это была уже не слепая, почти животная страсть. Он стал предпринимателем. Он научился оценивать риски, строить стратегии, видеть выгоду не только в сиюминутной наживе, но и в долгосрочных вложениях. И главный урок преподнесла ему та самая золотая статуя, бывшая некогда живым и дышащим человеком. Что ж, да: золото могло стать не только воплотившейся мечтой, но и саваном. Этот урок, пожалуй, был дороже всех галлеонов в его сейфе в Гринготтсе.

Мальчик встряхнулся, прогоняя грустные мысли. Впереди было целое лето. Дел накопились невпроворот: встреча с Вэнсом по лицензионным договорам, сложный разговор с дядей Верноном о долгах и инвестициях, необходимость вернуть часть прибыли Дадли за комиксы… А теперь еще и переговоры с рейвекловцами и, конечно, Поттер-холл! И где-то между всем этим нужно было выкроить время и на простой отдых…

Поезд мягко покачивался рельсах. Гарри украдкой достал из внутреннего кармана мантии маленькую шкатулку и, приоткрыв крышку, бросил взгляд на то, что лежало внутри. На бархатной подушечке покоился небольшой, мерцающий в лучах солнца осколок, отколовшийся от Философского Камня, когда тот ударился о пол Визжащей Хижины. Никто его не заметил. Никто, кроме него.

Гарри Поттер смотрел на этот крошечный кусочек невероятной силы, таящий в себе и величайшее искушение, и величайшую опасность. И тихо улыбался.

Лето обещало быть невероятно продуктивным. И, что самое приятное, прибыльным.

КОНЕЦ / THE END

--

Итак, друзья, вот наконец и завершена работа «Не в деньгах счастье», которую я начала — аж страшно подумать! — 16 января 2025 г. Кажется, теперь самое время для титров…

В главных ролях:

Гарри Поттер в роли Гарри Поттера (и нет, он совсем не герой;))

Рита Скитер в роли Риты Скитер (и нет, она не совсем такая, какой кажется)

Сиятельный Гилдерой Локхарт в роли себя самого (ну правда: кому еще он мог бы доверить такую ответственную роль?!)

Второстепенные герои не были второстепенными.

Что еще сказать? Мальчик-Который-Гарри-Поттер прошел достаточно долгий путь: что-то понял, чего не понял, но старается пользоваться своей головой и имеет большие планы на эту жизнь. Узнаем ли мы о его дальнейших проектах, приключениях и умозаключениях? Вполне возможно 😉