Альфи (гет)

Январь ударил лютыми морозами. Чёрное Озеро сковал лёд такой толщины, что даже Гигантский Кальмар, казалось, предпочёл не показываться на поверхность. Снег лежал плотным, искрящимся на солнце одеялом, превращая замковые дворы и луга в идеальные площадки для зимних забав. Но под этой идиллической картинкой, как и под снегом, клокотали страсти.

Всё началось с того, что Драко Малфой, прогуливаясь по двору с Крэбом и Гойлом, увидел Джинни Уизли, которая лепила снеговика с парой подруг-гриффиндорок.

— Смотри-ка, Уизли пытается сделать из снега что-то презентабельное, — громко, чтобы все слышали, заметил он. — Наверное, впервые в жизни. Жаль, у неё не получается. Видимо, бедность — это врождённое отсутствие вкуса, даже в искусстве из снега.

Джинни, чья горячность ни в чём не уступала рыжим волосам, вспыхнула. Она не стала кричать или огрызаться. Она взяла идеально слепленный, плотный снежок и с меткостью охотницы квиддичной команды запустила его прямиком в самодовольную физиономию Малфоя. Тот ахнул от неожиданности и гнева.

Война была объявлена.

Этого инцидента хватило. Новость о том, что «этот слизеринский гад Малфой оскорбил Джинни», со скоростью лесного пожара разнеслась по всем Уизли в Хогвартсе. Для Фреда и Джорджа это был не просто повод для шалостей, а священная миссия. Их реакция была мгновенной и тотальной. Они устроили в коридорах Слизерина такую снежную бурю с ожившими снеговиками-бандитами и лавинами с потолка, что подвал напоминал Северный полюс после шторма.

Слизеринцы ответили с присущим им коварством. Отряд старшекурсников во главе с Маркусом Флинтом забаррикадировал вход в гриффиндорскую гостиную гигантской ледяной глыбой, устроив настоящую осаду.

Конфликт грозил перерасти в полномасштабную факультетскую войну. Вмешаться пришлось самому Дамблдору. Но вместо того чтобы читать нотации и раздавать наказания, он, ко всеобщему удивлению, предложил легализовать и канализировать агрессию. Он объявил о проведении «Снежных Войн» — масштабной командной игры на квиддичном поле. Правила, разработанные на экстренном совете старост и капитанов факультетов при одобрении преподавателей, были просты и гениальны в своей сложности.

Каждый факультет выбирал свою «Принцессу» — девушку, символизирующую честь факультета. Гриффиндор единогласно выбрал Джинни Уизли — как инициатора и жертву оскорблений. Слизерин, после недолгих споров, остановился на Пэнси Паркинсон — её холодная уверенность и стратегический ум делали её идеальной кандидатурой. Когтевран выбрал Чжоу Чанг — популярную и уважаемую ловчую квиддичной команды. Пуффендуй, после некоторых колебаний, выдвинул Саманту Доггет — добрую, но невероятно упрямую и душевно крепкую четверокурсницу.

Цель игры: защитить свою Принцессу и попытаться «похитить» чужих. «Похищение» заключалось в том, чтобы добраться до условного «трона» Принцессы (заранее подготовленной укреплённой точки на территории факультета), взять её за руку и сопроводить на свою базу. Принцесса не могла применять магию для атаки или активной защиты, но могла уворачиваться и передвигаться в пределах своей территории. «Рыцари» — все остальные студенты факультета — могли использовать любую магию, но только на снег и лёд. Разрешалось создавать укрепления, зачаровывать снежки, трансфигурировать снег в преграды или скользкие участки, ставить ловушки. Побеждал факультет, который первым сможет удерживать у себя на базе трёх Принцесс одновременно (своя плюс две чужие или просто три чужие).

Известие об игре взбудоражило всю школу. Обсуждения, споры, разработка тактик — всё вытеснило обычные разговоры об учёбе и сплетни. Даже Альфи, погружённый в свои тревоги, не мог остаться в стороне. Игра стала для всех отдушиной, способом выплеснуть накопившееся напряжение прошедших месяцев.

* * *

День «Войн» выдался ясным и морозным. Квиддичное поле было неузнаваемо. Его превратили в настоящий полигон: высокие снежные валы обозначали границы четырёх «королевств», в центре каждого возвышалась башня-трон под цвет факультета. Снег был утрамбован и зачарован так, что напоминал крепкий лёд, идеальный для строительства укреплений. Трибуны ломились от зрителей — преподавателей, призраков и даже нескольких смелых домовых эльфов.

Альфи стоял среди гриффиндорцев, затягивая шарф потуже. Он чувствовал странное возбуждение. Перспектива легально подраться со слизеринцами, и в частности с Малфоем, была более чем заманчивой. Он поймал себя на том, что ищет глазами Пэнси. Она стояла у слизеринской башни, безупречно прямая и холодная, в тёмно-зелёной мантии, отороченной белым мехом. Её «трон» был самым укреплённым — настоящая ледяная крепость с бойницами и сложными подходами.

— Смотри-ка, кто у Слизерина Принцессой, — фыркнул рядом Рон Уизли, потирая руки в толстых варежках. — Паркинсон. Малфой у её ног так и вертится, важничает. Думает, он её главный защитник.

Альфи посмотрел туда. Драко Малфой действительно стоял рядом с Пэнси, размахивая палочкой и что-то объясняя своим однокурсникам с видом полководца. Что-то ёкнуло внутри Альфи. Глупая, детская ревность, которую он считал давно забытой, поднялась из глубин памяти. Первый курс. Пэнси, уходящая с Малфоем. Его собственное унижение на дуэли. Он сжал кулаки. В тот раз он проиграл. Сегодня всё будет иначе. Он не просто будет защищать Джинни. Он пойдёт в атаку. Его целью будет Пэнси.

Сигналом к началу послужил оглушительный раскат грома, созданный заклинанием дедули. И поле взорвалось хаосом.

Гриффиндорцы, верные своей природе, ринулись вперёд с громкими боевыми кличами. Их тактика была простой — грубая сила и напор. Фред и Джордж возглавили штурм пуффендуйского укрепления, обрушивая на жёлто-чёрные стены град зачарованных снежков, которые взрывались, ослепляли или сковывали движения.

Альфи сначала оставался с обороной, как и договаривались. Вместе с Невиллом и другими младшекурсниками они укрепляли стену вокруг башни Джинни. Но его взгляд постоянно скользил к слизеринской крепости. Он видел, как Малфой, не участвуя в прямой атаке, командовал обороной, отправляя небольшие, мобильные отряды в обход, чтобы атаковать фланги гриффиндорцев.

— Невилл, я ненадолго, — крикнул Альфи, не в силах больше терпеть.

— Куда? Альфи, насчёт тактики договаривались! — попытался возразить друг, но Альфи уже нырнул за снежный вал и растворился в гуще боя.

Он не пошёл напролом. Воспоминания о тренировках с Тенью взяли верх. Он двигался от укрытия к укрытию, используя низкие снежные баррикады и сугробы. Его магия, столь неуклюжая в котлах Снейпа, здесь обрела точность. Он не кидался снежками. Он менял саму территорию. Взмах палочки — и ровный лёд перед группой наступающих слизеринцев превращался в каток, отправляя их кувырком. Ещё взмах — и снежная глыба над головой у противника обрушивалась, заставляя его отступать.

Он пробирался к центру поля, где царила настоящая мясорубка. Когтевранцы, используя свою тактическую смекалку, создали систему подвижных снежных фортов и вели прицельный огонь отовсюду. Пуффендуйцы, действуя как один слаженный механизм, отбивали атаки гриффиндорцев и медленно, но верно продвигались к когтевранской башне.

Именно там Альфи столкнулся с Драко Малфоем лицом к лицу. Тот, видимо, возглавлял группу по «освобождению» Чжоу Чанг.

— Ну конечно, Дамблдор, — усмехнулся Малфой, увидев его. — Явно не хватало тут ещё одного выскочки в очках.

Альфи не стал тратить время на слова. Он резко взмахнул палочкой, и снег под ногами Малфоя и его сторонников вздыбился, превратившись в серию острых ледяных шипов. Слизеринцы отпрыгнули, но Малфой парировал контратакой. Его заклинание не было направлено на Альфи — оно ударило в снег рядом, и из него поднялись три ледяных голема, неуклюже зашагавших к Альфи.

Это был уже другой уровень. Не просто снежки. Альфи почувствовал азарт. Он отступал, уворачиваясь от тяжёлых ледяных кулаков. Мысли работали быстро. Он начертил палочкой в воздухе быстрый символ и крикнул:

— Глиссео!

Снег перед големами мгновенно расплавился и снова замёрз, превратившись в идеально гладкое, зеркальное ледяное поле. Големы, лишённые сцепления, поскользнулись и рухнули, разбиваясь на тысячи осколков.

Малфой на мгновение опешил. Этой секунды хватило Альфи. Он не стал атаковать самого Драко. Вместо этого он метнул снежок, но не простой. Снежок пролетел над головой Малфоя и врезался в снежную стену позади него. Стена не рассыпалась, а, наоборот, прогнулась и, словно живая, накрыла Малфоя и его группу с головой, образовав снежный плен.

— В следующий раз не отвлекайся, Малфой! — крикнул Альфи и побежал дальше, к слизеринским владениям.

Его сердце колотилось. Это была не настоящая битва, но ощущение победы, пусть и временной, было сладким.

Путь к Пэнси оказался самым сложным. Слизеринцы выстроили глубоко эшелонированную оборону. Ловушки, ямы, невидимые ледяные преграды. Альфи приходилось использовать все свои навыки. Он заставлял снег под ногами раздвигаться, пропуская его, как тень. Он создавал иллюзии, отвлекающие внимание часовых. Он шёл не как гриффиндорец-штурмовик, а как слизеринец-лазутчик. Ирония судьбы не ускользнула от него.

Наконец он добрался до подножия ледяной крепости. Башня Пэнси была окружена кольцом из высоких, гладких стен. Подступы охраняли старшекурсники во главе с Маркусом Флинтом. Штурмовать в лоб было безумием.

Альфи затаился за сугробом, переводя дух. Он видел Пэнси наверху. Она сидела на своём ледяном троне, невозмутимая, как королева. И он видел, как к ней подошёл Драко Малфой, уже освободившийся из снежного плена и выглядевший взъерошенным и злым. Он что-то говорил ей, жестикулируя, вероятно, докладывая о ситуации на поле и, конечно, о своём «героическом» противостоянии с Дамблдором.

И тут в Альфи что-то щёлкнуло. Тот самый дурак с первого курса, который ревновал из-за внимания девочек. Тот, кто проиграл дуэль. Тот, кто позволил Поттеру «украсть» его славу. Всё это клокочущее, невысказанное кипение эмоций вырвалось наружу. Он не просто хотел выиграть игру. Он хотел доказать. Себе. Ей. Всем.

Он закрыл глаза на секунду, отбросив все сложные планы. Он вспомнил не заклинания из книг, а ощущение — холодную мощь Тени, свою врождённую связь со льдом и мраком. Он не призывал Тень, нет. Но он позволил её сути направлять себя.

Он выскочил из укрытия и побежал не к воротам, а к самой стене. Слизеринцы заметили его и подняли тревогу. Град снежков полетел в его сторону. Но Альфи не уворачивался. Он водил палочкой перед собой, и снежная стена перед ним… таяла. Не просто таяла, а расступалась, образуя узкий туннель. Он вбежал внутрь, и стена сомкнулась за его спиной, поглотив летящие снежки.

Это был невиданный трюк. На трибунах пронёсся удивлённый гул. Даже Дамблдор приподнял брови.

Альфи оказался внутри крепости. Перед ним была лишь ледяная лестница, ведущая наверх, к трону. Его преградили Флинт и ещё пара слизеринцев-седьмокурсников.

— Кончай фокусы, молокосос, — проревел Флинт.

Альфи не стал с ними разговаривать. Он резко топнул ногой. Лёд под ногами слизеринцев вздыбился, сбросив их с ног, и мгновенно замёрз, сковав их конечности ледяными кандалами. Это было грубо, неэлегантно, но невероятно мощно.

Он взбежал по лестнице. Драко Малфой, услышав шум, обернулся и с изумлением увидел Альфи, появляющегося на вершине башни. Он попытался поднять палочку, но Альфи был быстрее. Он не стал применять заклинание. Он просто бросился вперёд и плечом врезался в Драко, отшвырнув того от Пэнси. Малфой с криком отлетел к перилам, едва удержавшись от падения.

Альфи остановился, тяжело дыша. Он стоял перед Пэнси. Ветер трепал его пепельные волосы, выбившиеся из хвоста. Его очки были запотевшими. Он был грязный, мокрый, запыхавшийся.

Они смотрели друг на друга. Пэнси не двигалась. Её лицо было маской, но в её глазах, таких же синих, как лёд вокруг, плясали искорки — не страха, а чего-то другого. Удивления? Одобрения? Вызова?

— Моя Принцесса, — тихо сказал Альфи, протягивая руку. Протокол игры требовал, чтобы он взял её за руку для «пленения».

Внизу кипел бой. Крики, взрывы снега, вспышки заклинаний. Но здесь, на вершине башни, время будто остановилось.

Пэнси медленно подняла руку и положила свою ладонь в его. Её пальцы были холодными, но он почувствовал в них лёгкую дрожь.

— Мой рыцарь, — так же тихо ответила она, и в углу её рта дрогнул почти незаметный намёк на улыбку.

В этот момент раздался оглушительный рёв. Гриффиндорцы, воодушевлённые прорывом Альфи, всей массой обрушились на ослабленную оборону Слизерина. Одновременно пуффендуйцы, воспользовавшись моментом, прорвались к когтевранской башне и «похитили» Чжоу Чанг.

Альфи не стал ждать. Сжимая руку Пэнси, он повлёк её за собой вниз по лестнице. Они бежали через поле, уворачиваясь от летящих снежков. Слизеринцы пытались отбить свою Принцессу, но гриффиндорцы прикрывали их отход стеной из зачарованного снега.

Они почти достигли гриффиндорской базы. Джинни Уизли, увидев их, радостно вскрикнула и сделала шаг вперёд, чтобы поприветствовать «освободителей». Альфи, всё ещё держа за руку Пэнси, пересёк границу укреплений. Формально теперь у Гриффиндора было две Принцессы. Победа была так близка!

Именно в этот момент, когда внимание всех гриффиндорцев было приковано к триумфальному возвращению Альфи и Пэнси, из-за ближайшего снежного вала стремительно вынырнула группа в жёлто-чёрных шарфах. Во главе с Седриком Диггори, действуя с молниеносной скоростью и идеальной координацией, они пронеслись сквозь рассеянную оборону. Невилл и ещё пара младшекурсников попытались было преградить путь, но Диггори, не сбавляя хода, ловким манёвром оттеснил их в сторону, даже не применяя магии — просто использовал их же импульс против них.

— Джинни! — успел крикнуть Альфи, разворачиваясь, но не отпуская руку Пэнси.

Было уже поздно. Седрик, улыбаясь, взял за руку ошеломлённую Джинни.

— Прошу прощения за беспокойство, — вежливо сказал он и повлёк её за собой, пока гриффиндорцы приходили в себя.

Альфи мог бы броситься в погоню, но правила были ясны: он только что доставил Пэнси на базу и должен был довести её до «трона». Он стоял, как вкопанный, и смотрел, как Диггори с Джинни исчезают в снежной круговерти, направляясь к своей территории.

Их план сработал блестяще. Пуффендуйцы не стали штурмовать укрепления. Они дождались момента наивысшей беспечности противника и нанесли точечный удар. Когда Седрик Диггори пересёк границу пуффендуйской базы с Джинни Уизли, где уже находились их собственная Принцесса, Саманта Доггет, и «похищенная» ранее Чжоу Чанг, прозвучал оглушительный финальный сигнал.

Три Принцессы были в одном месте.

Победа досталась Пуффендую.

Наступила тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием сотен измотанных, промокших, но счастливых студентов. А потом трибуны взорвались аплодисментами.

Альфи стоял, опираясь на колени, и пытался отдышаться. Он не выиграл войну. Но он выиграл свой бой. Он чувствовал на себе взгляд. Обернувшись, он увидел Пэнси. Она по-прежнему держала его руку.

— Ты был…

Всё ещё находясь под действием адреналина, Альфи не дал ей договорить:

— Крут? Прекрасен? Великолепен?

— Да, — к его удивлению согласилась Си, и на этот раз улыбка стала чуть заметнее.

— Обещал же, — хрипло ответил Альфи. — В следующий раз победить.

Они стояли так ещё несколько секунд, казалось, Пэнси собиралась сказать что-то ещё, когда к ним подбежали ликующие гриффиндорцы, чтобы поздравить с удачным «похищением». Их руки разомкнулись, и Пэнси отошла к своим однокурсникам, снова надев маску холодной слизеринки.

Но Альфи знал. Он видел искру в её глазах. И этого было достаточно. Одна маленькая победа в этой большой, сложной игре под названием жизнь. Одна битва в той холодной войне, что шла внутри него и вокруг. Но сегодня это была просто игра. И для Альфи она значила очень многое.