Подопечный шпиона (джен)

Джинни подошла к колонне и рухнула на пол. Снейп бросился вперед, но успел сделать лишь несколько шагов, когда рядом с девочкой возникла фигура.

Слизеринская мантия. Красивое молодое лицо. Волдеморт-подросток. Нет — юный Том Реддл. Его хозяин.

Его бывший хозяин.

Его нынешний... хозяин, если вообще можно было так выразиться, стоял по другую сторону стены и наверняка сейчас шантажировал, угрожал, подкупал, умолял или дрался с Уизли, лишь бы прорваться на помощь Снейпу.

Фигура Реддла была еще почти бесплотной, похожей на туманный пар, но прямо на глазах становилась все отчетливее.

— Ты не Поттер, — сказал Том Реддл.

— Поразительная наблюдательность, Волдеморт. Я пришел вместо него.

Том Реддл улыбнулся.

— Ты называешь меня этим именем, но к моим друзьям явно не относишься. Значит, ручная зверушка Дамблдора.

— Именно. Безусловно.

В тот день Снейп отдал Дамблдору тело, жизнь и душу. «Ручная зверушка» была еще самым мягким определением, какое приходило в голову.

Он услышал птичье пение почти одновременно с Реддлом — Волдемортом. Феникс влетел в Комнату, приземлился рядом с Джинни и сбросил у ее головы Шляпу.

Исключительная храбрость.

— Девочка умерла? — спросил Снейп самым безразличным тоном, на какой был способен.

— Скоро. А ты умрешь раньше нее. Я хотел увидеть мальчика. Он за стеной?

У Снейпа был целый год практики лгать Темному Лорду.

— Нет. Альбус не стал бы тратить его на тебя.

Губа Тома дернулась точно так же, как когда-то у Волдеморта, которого Снейп знал лично. Прошло десять лет, лицо было совершенно другим, но сходство никуда не делось.

— А у меня были вопросы к Гарри Поттеру. Возможно, ты сможешь ответить. Милая Джинни рассказала мне о его славе, о том, что он якобы совершил. Мальчик-Который-Выжил. Как ребенок сумел победить меня дважды?

Контуры Реддла быстро становились плотнее. Снейп слегка качнулся на пятках.

— Ты всегда любил поговорить, Волдеморт. Я — нет. И если память тебе не изменяет, когда-то ты особенно ценил во мне именно молчаливость.

Реддл поднял бровь.

— Неужели?

Снейп закатал рукав. Глаза Реддла расширились при виде черной метки.

— Я принял твою Метку. А потом предал тебя. И сделаю это снова.

Реддл оскалился.

— Я убью тебя!

Он резко обернулся. Снейп сжал палочку, когда из глубины Комнаты появился василиск. За мгновение до атаки Снейп потянулся к Шляпе и быстро отступил к стене. Если Гарри и издавал звуки, их полностью глушило заклинание Тишины, которое Снейп наложил на стену сразу после входа.

Снейп нырнул в один из боковых проходов и, не открывая глаз, отправил в чудовище несколько заклятий. Без толку. Даже Сектумсемпра скользнула по чешуе, не оставив повреждений — по крайней мере, вопля боли не последовало.

Фоукс бросился на василиска и выклевал ему глаза, пока Снейп уворачивался от мечущегося огромного тела.

— Авада Кедавра!

Бесполезно. Разумеется. Попытка была почти отчаянной. Альбус дал ему Шляпу не просто так.

Василиск ударил. Снейп увернулся. Потом еще раз. И еще. Шляпа была в левой руке, палочка — почти бесполезная сейчас, но успокаивающе привычная — в правой. Снейп почувствовал точный миг, когда Шляпа сжалась и стала тяжелой. Он опустился на колено, бросил ее и вытянул меч.

Палочку он заткнул за пояс, меч перехватил обеими руками. Меч Гриффиндора. Слизеринец сражается с чудовищем Слизерина оружием Годрика Гриффиндора.

Где-то там Джеймс Поттер наверняка смеялся до слез.

Огромная пасть рванулась к нему. Снейп сделал выпад и вогнал клинок внутрь, почти не почувствовав в первый миг, как клык вошел ему в руку.

Василиск рухнул на пол, дергаясь в судорогах. Следом рухнул и Снейп. Боль была чудовищной.

Том Реддл шел к нему, улыбаясь.

— Ты мертв. Теперь жалеешь, что предал меня? Ты умираешь. Даже птица Дамблдора это понимает.

Снейп стиснул торчащий клык и выдернул его из руки. Фоукс сел ему на плечо, и слезы феникса закапали на рану.

Снейп заставил себя подняться. Джинни Уизли. Дневник. Он сделал шаг, потом еще один, прихрамывая. В другой руке все еще были меч и Шляпа.

— Слезы феникса. Конечно. Следовало догадаться...

Стена позади вдруг раздвинулась, и внутрь влетел Гарри Поттер — волосы взлохмачены сильнее обычного. Следом ворвался Рон Уизли, выглядевший так, будто только что подрался с целой стаей троллей.

— Что... — сказал Гарри. Похоже, это было единственное слово, на которое он сейчас был способен.

Снейп едва не закатил глаза.

— Том Реддл? — выдохнул Гарри, а потом увидел Снейпа. Глаза расширились. — Профессор!

— Я не пострадал, — ответил Снейп, прекрасно понимая, что засыхающая кровь на руке свидетельствует об обратном.

Но все внимание Тома уже переключилось на новых гостей — именно этого Снейп и ожидал. Сам он пошел к Джинни.

— Гарри Поттер, — услышал он голос Реддла. — Я ждал встречи с тобой.

Фоукс сидел на плече Снейпа и пел прямо в ухо. Улети, птица, хотелось сказать ему, но Снейп давно не чувствовал себя настолько спокойно.

Рон уже опустился рядом с сестрой и дрожащими руками держал ее неподвижное лицо. Он поднял глаза на Снейпа — белый от ужаса.

— Что с ней?

— Она умирает.

Дневник лежал неподалеку. Бедный Том Реддл — его слабостью всегда была абсолютная уверенность в собственном превосходстве. Даже сейчас он рассказывал Гарри, кто такой. Снейп позволил себе быстрый взгляд через плечо.

ТОМ МАРВОЛО РЕДДЛ. Я ЛОРД ВОЛДЕМОРТ.

Так, отстраненно подумал Снейп, беря в руку клык и вонзая его в дневник. Лорд Волдеморт еще и любит анаграммы. Полезно знать.

Том Реддл закричал. Гарри вздрогнул и отступил. Фигура все еще кричала, согнулась, рухнула на пол, замерцала и постепенно исчезла.

Гарри с открытым ртом смотрел на пустое место.

И в тот же миг Джинни открыла глаза и резко села, едва не врезавшись лбом в нос брата.

— Профессор, это я... я все сделала, Том, он заставил меня...

— Успокойся, — сказал Снейп и поднял пробитый дневник. — Все кончено.

Гарри подошел ближе.

— Ваша рука... — Голос звучал так, будто мальчик изо всех сил старается не заплакать.

— Слезы феникса исцеляют. Со мной все в порядке.

Гарри резко кивнул. А потом вдруг обхватил Снейпа руками так крепко, как только смог.

Снейп обнял его за плечи.

И только тогда понял: мальчик вырос. Стал заметно больше. Что именно он чувствовал от этого осознания, Снейп определить не смог.

Рон выглядел совершенно ошарашенным. Он быстро взял себя в руки и отвел глаза — сперва на сестру, затем на дневник, потом на труп василиска. В конце концов решил сосредоточиться на макушке Джинни.

— Нужно уходить, — наконец сказал Снейп.

Гарри кивнул, все еще прижавшись лбом к животу Снейпа, потом так же внезапно отступил.

— А как мы поднимемся по трубе?

Фоукс пропел что-то с плеча Снейпа, взлетел и завис в нескольких футах над полом, демонстративно расправив хвост перед Гарри.

— Держись за меня, — сказал Снейп, глядя на Рона. — И держи ее. Все должны соприкасаться. Гарри.

Гарри ухватился за рукав Снейпа и другой рукой коснулся разноцветного хвоста Фоукса.

Это, подумал Снейп, было куда приятнее, чем спуск по трубе.

Они приземлились в туалете и только начали подниматься на ноги, когда Снейп вскинул голову и застыл.

— Локхарт, — холодно кивнул он.

— Профессор Макгонагалл сказала, что девочку забрали, но не знала куда... А потом я увидел здесь открытый проход.

— Как видите, девочка в безопасности.

— Значит, Тайную комнату нашли? А чудовище?

— Уничтожено.

Палочка Снейпа была в кармане. Попробуй, подумал он. Ну же. Попробуй меня проклясть.

— Ясно. — В глазах Локхарта мелькнул странный блеск.

— Профессор Снейп? — Гарри вопросительно смотрел на него.

Снейп едва заметно покачал головой.

Короткое колебание Локхарта сменилось мрачной решимостью. Он выхватил палочку.

— Мне ужасно жаль, но другого выхода нет...

— Стереть нам память, а потом присвоить наши заслуги?

Локхарт ошеломленно уставился на него.

— Вы... вы знаете?

— Альбус знает уже давно. Он считал, что, пригласив вас преподавать Защиту — область ваших якобы выдающихся талантов, — позволит всему миру увидеть обман. Человек, который в одиночку сражался с оборотнями и йети, но не справился с горсткой корнуэльских пикси. Экспеллиармус!

Палочка Локхарта, медленно поднимавшаяся для заклинания, вылетела из руки и с плеском упала в воду. Несколько секунд Локхарт смотрел круглыми глазами, потом схватил палочку Рона.

— Вы меня не победите!

Снейп усмехнулся.

— А вот так, Поттер, ставится щит. Смотри. Протего!

— Обливиэйт! — выкрикнул Локхарт мгновение спустя.

Палочка взорвалась. Комната содрогнулась. Мелкие камни посыпались сверху, некоторые отскочили от щита Снейпа. Из одной кабинки раздался такой вой Плаксы Миртл, что прозвище полностью себя оправдало.

Локхарт сел, мокрый с головы до ног.

— Здравствуйте! А вы кто?

— Скоро узнаете. Идемте.

Рон понял первым и расхохотался.

— Идиот сам себе память стер!

— Вы здесь живете? — спросил Локхарт.

— Все, идем. Родители уже ждут, — сказал Снейп Рону.

Тот покраснел.

Джинни резко дернулась.

— Вы ведь не...

— Мисс Уизли, уже в двенадцатый раз: вам ничего не угрожает. Я лично гарантирую, что вас не исключат. Более того, это даже не станет достоянием общественности. Идем.

Когда они вышли из туалета, Снейп придержал Гарри и оставил его позади остальных, наложив короткое заклинание, чтобы разговор не подслушали.

— Ты понял, что произошло в Комнате?

— Кажется. — Гарри нахмурился. — Том Реддл был Волдемортом в школе. Он оставил дневник, Джинни его нашла, и он ею завладел. Она написала надписи на стенах. А он хотел использовать ее, чтобы вернуться к жизни.

— Убив ее в процессе. Да.

— Том Реддл — наследник?

Снейп кивнул.

— Значит, он управлял василиском.

— Тот передвигался по трубам. Поэтому ты слышал голос в стенах. Грейнджер именно это поняла.

— А потом... потом вы убили василиска и уничтожили дневник.

— Я? — Снейп изобразил изумление.

Гарри тупо посмотрел на него.

— По-моему, все это сделал ты.

Глаза Гарри едва не выпали из орбит.

— Что?! Я вообще ничего не сделал! Вы велели Рону меня не пускать! — Он явно снова разозлился при одном воспоминании.

— Пока преподаватель знает об опасности для ученика, его обязанность — не допустить ребенка туда. Полагаю, хороший друг поступил бы так же.

Щеки Гарри слегка покраснели, но подбородок упрямо поднялся.

— Хорошо. Тогда вы должны получить заслугу. Вы даже пострадали...

Снейп молча убрал кровь с руки заклинанием. Гарри уставился на чистую кожу, потом с сомнением перевел взгляд на лицо.

— Фоукс исцелил рану за несколько секунд. Правда, боль была сильная. Тебе, наверное, пришлось терпеть немало.

Гарри яростно мотал головой.

— Нет. Нет, я на это не соглашусь.

— Ради Мерлина. Кто единственный мог иметь дневник, чтобы подложить его девочке? Пожиратель смерти. И одно имя возникает сразу.

Гарри вздрогнул.

— Что он подумает, если узнает: у меня была идеальная возможность вернуть к жизни нашего Темного Лорда, а я вместо этого помешал? Что я спас предательницу крови?

Губы Гарри побелели.

— А ты, напротив...

— Ничего не сделал.

— Сделал бы все, если бы я тебя не остановил.

Гарри молча двигал челюстью и продолжал качать головой.

Снейп вздохнул.

— Считай это способом помочь сохранить мне жизнь. Если Люциус когда-нибудь узнает, что это был я, мне конец.

Это сработало, как Снейп и знал. Цветущий гриффиндорец. Глупый ребенок. Его глупый ребенок.

— Ладно. Хорошо.

Гарри вздохнул, потом медленно улыбнулся — озорно, почти по-слизерински.

— Но вы будете мне должны.

— За то, что спас мою жизнь? Разумеется. Я бесконечно признателен.

— Нет-нет. Мне нужна ответная услуга.

В глазах Гарри загорелся настолько слизеринский огонек, что Снейп невольно усмехнулся.

— Буду ждать.

Он протянул Гарри меч.

— Василиска ты, кстати, убил вот этим.

— Точно, — сказал Гарри. — Теперь вспомнил.

Он поднял меч.

— Тяжелый.

К этому моменту они уже дошли до лестницы в кабинет директора и вскоре вошли внутрь. Артур и Молли сидели у стола Альбуса, Минерва стояла рядом. Все обернулись.

— Джинни!

Гарри прислонил меч к стене так, словно хотел как можно быстрее от него избавиться. Впрочем, подумал Снейп, это вполне соответствовало бы характеру даже в том случае, если бы Гарри действительно убил василиска.

— Что произошло? — спросил Артур Уизли.

Гарри смотрел на Дамблдора. Снейп прошел вперед, встал рядом с Минервой и повернулся к детям.

— Я всего лишь встретил их в коридоре с мечом и решил, что им, вероятно, есть что рассказать.

Несколько человек посмотрели на него с удивлением, один — с явной болью. Снейп всех проигнорировал.

Гарри говорил почти без запинок. Взгляд то и дело переходил со Снейпа на Альбуса, но чаще оставался на Снейпе. Для ученика, который якобы терпеть не может ужасного преподавателя зелий, не слишком правдоподобно. Однако в комнате были только люди, которые знали или подозревали правду, так что Снейп позволил себе не вмешиваться.

Когда Гарри дошел до Джинни, голос чуть дрогнул. Снейп молча слушал, как Дамблдор мягко вытягивает из мальчика всю историю, а затем прерывает реакцию родителей, отправляя Джинни в больничное крыло.

Когда Макгонагалл ушла, уводя Локхарта, Дамблдор посмотрел на Снейпа.

— Полагаю, я заслужил услышать настоящую историю, — сказал он, и глаза весело блеснули.

◆

Гарри не нравился этот день.

Он провел ночь в Запретном лесу с пауком-убийцей, потом попался Снейпу; Снейп убил василиска и спас Джинни, одержимую Волдемортом; Гарри ударил Рона в челюсть; а теперь Снейп утверждал, будто Гарри и есть тот, кто на самом деле прикончил василиска.

Гарри терпеть не мог, когда его называли героем, даже если он действительно совершал что-то умеренно героическое. Но когда заслуга вообще никак ему не принадлежала, становилось просто мерзко.

Макгонагалл закрыла за собой дверь. Дамблдор повернулся к Снейпу.

— Полагаю, я заслужил услышать настоящую историю.

Снейп пожал плечами.

— А что вообще считать правдой?

Гарри не собирался это терпеть.

— Снейп убил василиска. Снейп уничтожил дневник и спас Джинни. Я вообще ничего не делал, кроме того, что ударил Рона. Прости, дружище.

— Понимаю, — спокойно сказал Дамблдор.

— А потом он сказал, что Люциус его убьет, если узнает. Так что теперь я должен изображать убийцу змеи.

Гарри прекрасно понимал, что дуется. Видел, как Снейп поднимает брови. И все равно ему было безразлично.

— И ты уверен, что его доводы безупречны?

— Ну да? Это же Снейп. Он снеговика убедит купить кубик льда.

— В таком случае...

— Мне все равно не нравится. Почему нельзя сказать, что это сделал Рон? Если уж притворяться должен человек, который на самом деле ничего не делал, подойдет кто угодно. Я выбираю Рона.

Рон затряс головой так яростно, будто собирался ее оторвать.

— Нет, спасибо!

Глаза Дамблдора сияли откровенным весельем.

— Прошу прощения за этот обман, Гарри. Но мы должны убедиться, что ты согласен нести такую ответственность. Учитывая опасность, которой подвергнется настоящий убийца василиска, если его имя станет известно, готов ли ты принять этот титул вместо него?

Гарри сердито посмотрел на Снейпа. Тот выглядел слегка развеселенным.

— Ладно.

— Тогда с твоего разрешения спектакль продолжится. Вы оба получите по двести очков...

Гарри громко застонал, заглушив сдавленный звук Рона.

— ...и специальные награды за заслуги перед школой.

— И Грейнджер тоже, — неожиданно добавил Снейп. — Без нее мы бы не поняли, в чем дело.

— Разумеется. Три специальные награды и в общей сложности пятьсот очков. Полагаю, Кубок факультетов снова достанется Гриффиндору.

Гарри быстро посмотрел на Снейпа. Тот не выглядел расстроенным даже немного.

— Только очки нужно объявить сегодня, — довольно строго сказал Гарри и лишь потом заметил, что Рон и Снейп одинаково смотрят на него.

Он продолжил уже тише:

— Я просто... другим факультетам будет нечестно.

— Очки будут начислены немедленно. Хотя, боюсь, в сосуде Гриффиндора может не хватить места для такого количества. Подумать только, возможно, кого-нибудь из вас стоило распределить на другой факультет ради равновесия.

Гарри покраснел.

— Идите на пир, — сказал Снейп. — Вы оба выглядите так, будто сейчас упадете.

— А мне нужно написать в Азкабан, чтобы вернуть нашего лесничего, — добавил Дамблдор.

Сердце Гарри радостно подпрыгнуло. Бедный Хагрид.

— И дать объявление в «Ежедневный пророк» о вакансии преподавателя Защиты от Темных искусств. Какая удивительная текучка кадров!

Гарри уже дошел до двери, когда та резко распахнулась и в кабинет вошел Люциус Малфой.

Гарри замер.

Серые глаза встретились с зелеными. На лице Малфоя мелькнуло раздражение, но тут же появилась медленная усмешка.

Рон аккуратно дернул Гарри за рукав, выводя из оцепенения. Гарри отошел к стене. Люциус вошел, а следом за ним — Добби.

Домовик выглядел избитым и лихорадочно протирал туфли хозяина куском ткани. Приглядевшись, Гарри заметил, что сам Люциус тоже явно собирался в спешке: волосы растрепаны сильнее, чем Гарри когда-либо видел, а это о многом говорило.

— Добрый вечер, Люциус, — сказал Дамблдор так, будто приветствовал старого знакомого.

Гарри впервые видел Малфоя и Снейпа в одной комнате и потому не мог оторвать глаз от преподавателя.

Профессор Снейп, без сомнений. На лице ничего. Совершенно ничего. Но стоял он немного иначе, едва заметно демонстрируя неприязнь к Дамблдору всем телом. Люциусу Снейп коротко кивнул — больше никакого узнавания между ними не было.

— Значит, вы вернулись, Дамблдор, несмотря на увольнение советом попечителей.

— Видишь ли, Люциус, остальные попечители сами со мной связались. Совиная буря, иначе и не скажешь. Они услышали, что дочь Артура Уизли погибла...

К счастью, Гарри и так смотрел на Снейпа. Иначе обязательно резко обернулся бы.

Погибла? Что Снейп натворил?

— ...и некоторые из них сообщили, что ты угрожал проклясть их семьи, если они не согласятся отстранить меня.

Гарри стоял за спиной Люциуса и не видел лица, но тот заметно напрягся.

— Итак... виновного вы нашли?

— Нашли. Тот же человек, что и в прошлый раз. Только теперь лорд Волдеморт действовал через другого человека.

Дамблдор поднял пробитый дневник.

— Понятно...

Добби усиленно кивал на хозяина, а потом бил себя кулаком по голове.

Дамблдор быстро взглянул на Гарри и снова на Люциуса.

— Умный план. Если бы Гарри...

Ах да. Гарри ведь остановил Тома Реддла.

Люциус повернулся к нему. Гарри ответил прямым злым взглядом.

— ...и его друг Рон не нашли книгу, всю вину могла бы взять на себя Джинни Уизли. Представь последствия для Артура Уизли и его закона о защите маглов, если бы выяснилось, что его дочь убивает маглорожденных. Очень удачно, что дневник нашли.

— Да, — сказал Люциус. — Удачно.

Гарри умоляюще посмотрел на Снейпа. Ему так хотелось сказать вслух...

Снейп едва заметно опустил голову.

Гарри заговорил:

— Вы знаете, как Джинни получила книгу, мистер Малфой?

Люциус резко повернулся.

— Это вы ей дали, да? Подложили в учебник по трансфигурации тогда, во «Флориш и Блоттс».

— Докажи, — прошипел Люциус.

Усмешка исчезла с лица Гарри. Да, вот в чем проблема со слизеринцами, подумал он, глядя снизу вверх. Никогда нет доказательств.

Люциус ушел, распахнув дверь и промаршировав наружу лишь чуть менее величественно, чем вошел.

◆

Когда Гарри ушел с дневником — Снейп довольно хорошо представлял, что он собирается сделать, — Дамблдор доброжелательно посмотрел на Рона, который явно чувствовал себя лишним.

— Думаю, Гарри присоединится к тебе в Большом зале, Рон. Почему бы тебе не идти?

Рон поспешил к выходу. Он уже открыл дверь, когда Снейп сказал:

— И еще, Уизли. Что бы тебе ни казалось, что ты видел в Комнате, ты этого не видел.

Рон кивнул.

— Понятия не имею, о чем вы говорите.

И ушел.

Несколько секунд они смотрели, как дверь медленно закрывается. Снейп стоял спиной к Дамблдору, прямо перед столом.

В комнате стало тихо — насколько вообще могла быть тихой комната, полная жужжащих, тикающих и вращающихся приборов.

— Только настоящий гриффиндорец мог воспользоваться этим мечом. Но твою храбрость мы, конечно, знали всегда.

— Не нужно льстить моей гордости, Альбус. Я сделал то, что требовалось, чтобы спасти ребенка.

Снова полумолчание.

— Мальчик не сводил с тебя глаз.

— Я заметил.

— Возможно... возможно, твой Патронус изменился.

— Добрый вечер, директор.

Снейп резко повернулся к двери.

— Я рад, мой мальчик, — услышал он вслед. — Так рад. Ради тебя. Ради мальчика...

Дверь закрылась за ним почти бесшумно.

◆

— Привет, Гарри.

— Я чувствую себя как Локхарт. Получаю похвалу за то, чего не делал.

— Это чрезвычайно благородно и чрезвычайно упрямо. Ты не крадешь мою славу. Ты помогаешь сохранить мое прикрытие и мою жизнь.

— Мне от этого не легче, когда все поздравляют меня с василиском. Награду за заслуги должны дать вам.

— За выполнение обязанностей? Не думаю. Я не преувеличиваю, Гарри. Крайне важно, чтобы никто даже не заподозрил, что я был в Комнате и я помешал возвращению Волдеморта.

Молчание.

— Ты освободил Добби. Молодец.

— Да. Хотя мне все еще немного странно на него смотреть. У остальных тогда были маски, а без масок я видел только Добби, Драко Малфоя и Нарциссу. А завтра я поеду на Хогвартс-экспрессе.

— Я в курсе даты отправления, спасибо. Это такой тонкий намек на проблему Дурслей? Я приеду в Суррей и проведу с ними беседу.

— С угрозами?

— Тебе не нравятся мои методы?

— Нет. Просто думаю, через какое-то время они перестают действовать. Если вы, конечно, не живете прямо у них дома.

— Буду.

— Что?!

— Я установил у вас систему слежения. Точнее, Люпин. Он пробрался внутрь однажды, когда Дурслей не было. Теперь встроенные сигналы сообщают нам обо всех оскорблениях и угрозах. Работа заняла больше часа, но все готово. И я собираюсь поставить их в известность.

— Ла-адно. Отлично.

— Увидимся через несколько месяцев, Гарри.

— Не могу дождаться.