Свой выбор - 3 (джен)

— После этого директор убедил мать переехать в Годрикову Впадину, — рассказывал Майкл.

— А я думала, Дамблдоры всегда там жили, — удивилась Лайза. — А оказывается…

— Ну… почти век, — пожал плечами Корнер. — Тоже ведь долго, если подумать.

Ребята согласно закивали.

— Меня не удивляет, что Персиваль Дамблдор взял на себя вину, — сказал Драко.

Все с интересом на него воззрились, ожидая пояснений.

— Сто лет назад! Так еще и сам отец директора был человеком прошлого времени, — произнес Малфой. — Совсем другое воспитание. Да и… чем занимались Дамблдоры, кто-нибудь знает?

Ребята посмотрели на Майкла, как на самого осведомленного, а тот лишь плечами пожал и ответил:

— Тетка не упоминала, но… если учесть детали… Дамблдоры, видимо, не имели конкретных доходов.

— Тем более, — кивнул Драко. — Какие-нибудь незначительные семейные накопления, завещания, приданое… Но денег недостаточно, чтобы крутиться в высших слоях. Да и происхождение. А общество пониже и пожиже, судя по твоему рассказу, Персиваля не устраивало. В итоге получаем образ мага, предпочитающего уединенную жизнь и узкий круг общения, пренебрежительно относящегося и к тем, кто выше, и к тем, кто ниже. Такие очень себе на уме… Мой отец знает одного такого мага. И тот живет не в девятнадцатом веке, а сейчас. И взгляды у него весьма схожи со взглядами отца директора.

— Ты про кого? — спросил Гарри.

— Лорд Балморал, — ответил Драко. — Последний представитель старинного шотландского рода. Магической ветви рода Драммонд. Разделение произошло в конце семнадцатого века, когда немагическая часть семьи приняла католичество и едва не устроила массовую резню среди своих сородичей-магов. Тогда маги подправили Драммондам память, взяли фамилию Балморал и оградили свои владения непроницаемыми чарами. То предательство родичей забылось, конечно. Годы спустя Балморалы даже помогали Драммондам, делая все, чтобы род не исчез в пучине якобитских восстаний. Даже подавали прошение о восстановлении титулов для вероломных родичей. Но это не сделало лордов Балморал лояльнее. Последний лорд этой семьи, Мэттью Балморал… ему всего-то сто десять…

— Как Дамблдору, — отметила Турпин.

— Так вот, он не считает магглов за людей. А ведь он другого поколения, он родился, когда изменения в законах уже произошли, — сказал Драко. — Случись с ним подобная история, тоже бы считал, что легко отделается.

Ребята помолчали, но по напряженному взгляду Невилла Гарри понимал, что тот хочет о чем-то спросить слизеринца и не решается.

— И что было дальше? — спросила Луна, наклонив голову к плечу. — После переезда.

— Пусть все сложилось не так, как задумывал Персиваль, но сына от слухов он уберег. Старшего Дамблдора недолго пообсуждали, что ужасно бесило нашего директора, но история быстро забылась. Всего через пару лет никто не вспоминал о Персивале, все говорили лишь о его сыне. Старший Дамблдор умер в Азкабане, когда наш директор заканчивал третий курс. Персиваля тихо и незаметно похоронили в Годриковой Впадине. То ли у семьи совсем не было денег, то ли Кендра Дамблдор решила сэкономить, но долгое время на могиле даже надгробного камня не было. Его, если тетка все вызнала верно, установили лишь двадцать лет спустя, по заказу Аберфорта Дамблдора.

— Директор не хотел, чтобы о его семье слишком много говорили? — предположил Терри.

— А кому понравится? — хмыкнула Се Ли. — Они сбежали из Насыпного Нагорья, желая избежать пересудов. И ладно бы сыновья были взрослыми, но они учились здесь. А мы все знаем, как легко по Хогвартсу разлетаются слухи.

Многие покивали и с усмешкой переглянулись. Прямо сейчас собравшиеся как раз и занимались тем, что перемывали косточки третьим лицам.

— Не удивительно, что Дамблдоры выбрали именно Впадину, — подумал вслух Терри. — Одно из самых старых смешанных поселений. Там что в магической, что в маггловской частях люди живут поколениями, пришлых очень мало.

— У меня там семья матери, — поделилась с ребятами Менди. — Бабушка говорила, что на ее памяти в магической части поселения появилось всего две новые семьи: Дамблдоры и Поттеры. И то! Поттеры и раньше владели там жильем, но продали в середине прошлого века. Кажется, там жили представители боковой ветви… Кстати, тот самый дом и купили Дамблдоры!

Все с интересом уставились на Броклхерст. Та смутилась и потупилась.

— Эй!

— Правда? — заинтересованно спросил Майкл. — Дамблдоры жили в доме, прежде принадлежавшем Поттерам?

— Да, но я не совсем уверена, — пошла на попятную девушка.

— А кому принадлежал дом, который купили уже мои родители? — спросил Гарри. Его слова сокурсницы заинтересовали, но не слишком сильно. Бабушки и дедушки о старом доме в Годриковой никогда не упоминали. Видимо, тот был не так уж важен для семьи.

— Этого я не знаю, — наморщив лоб, покачала головой Менди. — Кажется, тот дом очень долго стоял пустой. Возможно, он тоже принадлежал твоей семье, но просто пустовал?

Гарри пожал плечами. Если он и знал какие-то детали, то успел их подзабыть.

— Дамблдоры жили очень уединенно. Дом сейчас закрыт. Вроде бы братья Дамблдор в нем не бывают годами. Возможно, там ничего не изменилось с прошлого века. Так что можно представить, как жилось обитателям того места: старое здание, окруженное и будто отгороженное от других домов и улицы кустами и деревьями, — продолжил рассказывать Майкл. — С одной стороны — пустующий дом, где после поселились Поттеры. С другой — дом Бэгшот. Магглы в ту часть деревни не приходили. Там ведь ничего интересного. Мрачное место, ничем непримечательное. Но, несмотря ни на что, Дамблдоры практически не выходили на улицу. Ариана после пережитого боялась людей, магии и собственной тени. Кендра запретила сыновьям колдовать в доме. Несколько лет, приезжая на каникулы, Альбус и Аберфорт должны были складывать свои волшебные палочки в сейф и все в доме делать руками. При этом у Арианы то и дело случались мощные магические выбросы, приносившие значительные разрушения, а Кендра не давала даже дыры в кровле заделать магией. Бэгшот своими глазами видела дыры в крыше и отсутствующие окна на втором этаже где-то через пару лет после того, как Дамблдоры въехали. И это было зимой! Когда братья вернулись, то долго пребывали в шоке от состояния дома и поведения матери и сестры. Уже потом стало ясно, что Кендра, оставаясь наедине с дочерью, медленно сходила с ума. Она нежно любила Ариану, но очень ее боялась. Пока была в адекватном состоянии, то еще пыталась скрыть от сыновей свой недуг, но постепенно перестала справляться. Когда Альбус был на шестом курсе, Аберфорт хотел бросить Хогвартс, сдав только СОВы. А все из-за того, что в ту зиму, вернувшись на каникулы, братья обнаружили новые разрушения и выяснили по обрывкам безумного лепета Кендры, что та заперла дочь в комнате и не выпускала девочку несколько недель.

— Какой кошмар! — покачала головой Лайза. — Почему семья не показала Ариану целителям с самого начала? И потом мать. Ее тоже следовало отвести в Мунго.

— Не показали, — ответил Корнер. — Альбус, видимо, убедил брата не рубить с плеча, потому как братья вернулись в Хогвартс доучиваться, а Кендра и Ариана вновь остались наедине.

— Это не могло хорошо закончиться, — прошептала Се Ли.

— И не закончилось, — подтвердил Майкл. — Очередной ужасный выброс Арианы произошел перед самым выпуском нашего директора. Четырнадцатилетняя девушка собственной силой уничтожила половину второго этажа в доме. Кендра, оказавшаяся в эпицентре, не смогла спастись. Батильда Бэгшот, среагировавшая на шум, нашла женщину едва живой под обломками. Кендру будто опалило Адским пламенем, она умерла через час. А на Ариане не было и царапины. Девушка сидела посреди руин, раскачивалась из стороны в сторону и напевала колыбельную лоскутному кролику.

Все собравшиеся в комнате девушки поежились. Парням тоже было не по себе.

— И вновь Аберфорт хотел бросить Хогвартс, чтобы присматривать за сестрой, но Альбус его отговорил, убедил завершить образование, — проговорил Майкл. — Обещал, что сам будет присматривать за сестрой. Но рад Альбус этой идее…

— Конечно же, не был, — догадался Малфой. — Сидеть в одном доме с… Такие мощные выбросы! Отказ пользоваться магией. А не стала ли сестра Дамблдоров Обскуром?

Молодые маги в ужасе переглянулись, осознавая, что догадка Драко может быть верной.

— Это ведь очень опасно! — воскликнула Се Ли. — Не только для близких. Обскур практически неуправляем! Могло все поселение пострадать.

Майкл кивнул и продолжил:

— Альбус остался в Годриковой Впадине, чтобы решить, что делать с Арианой, пока он сдает последние экзамены. И в это время познакомился с племянником Бэгшот, Геллертом Гриндевальдом.

Многие в комнате потрясенно застыли с открытыми ртами.

— С тем самым? — задушено переспросил Терри минуту спустя. — Мессиром? Темным Лордом?

— Ну… тогда он был таким же юным и амбициозным молодым магом, как и наш директор, — напомнил всем Гарри, знавший эту деталь биографии директора.

— Наш директор мечтал отправиться в путешествие после окончания Хогвартса, но был вынужден остаться дома из-за сестры. Он хотел увидеть мир, проявить себя, заниматься наукой и прославлением семьи. А оказался в ситуации, когда ему предстояло взвалить на себя заботу о безумной сестрице и всю оставшуюся жизнь томиться в мрачном старом доме, — рассказывал Корнер. — Неудивительно, что дружба с интересным иностранцем и увлечение общими идеями произошло так быстро. К моменту возвращения Аберфорта Альбус практически дневал и ночевал у Бэгшот, и Ариана оказалась предоставлена сама себе. Младший брат, которому Альбус пообещал заботу о сестре, разочаровался и устроил огромный скандал. На первое выступление Аберфорта Альбус не отреагировал, пропустил все мимо ушей. Но следующий скандал произошел уже не в доме Бэгшот, а у Дамблдоров, когда Альбус явился домой в компании Геллерта. Между братьями произошла ужаснейшая ссора. Дошло до махания волшебными палочками. Ариана потеряла над собой контроль…

— И чем все закончилось? — спросил Терри, когда Майкл замолчал.

— Этого никто не знает точно, — ответил Корнер. — Известно лишь то, что аврорам, явившимся на повышенный магический фон и применение множества атакующих заклинаний, была предоставлена версия о случайной дуэли и внезапном выбросе у Арианы, повлекшим ее смерть. Властям не дали узнать детали, а те, уже сталкивавшиеся с происшествиями у Дамблдоров, не увидели в тех событиях что-то странное. Мракоборцы, уже имевшие дело с Дамблдорами, после говорили, что ожидали подобный исход. Но Батильда Бэгшот помнила, что Геллерт, вернувшийся в ее дом в очень нервозном состоянии, рассказал ей кое-что другое.

— И что же? — поторопила Лайза.

— Что обезумевшая Ариана выбежала под скрещенные палочки Альбуса, Геллерта и Аберфорта, — произнес Майкл.

— Один из них мог ее убить? — прошептала Менди.

— Вот как раз это и неизвестно, — ответил Майкл. — Только то, что после Аберфорт несколько раз в порыве злости обвинял брата в смерти Арианы, а в дружбе Альбуса и Геллерта случился раскол из-за этого происшествия. Возможно, каждый из них подозревал себя и остальных. Но… Но они так и не выяснили правду.

В спальне мальчиков повисла тишина. Каждый обдумывал услышанное. Се Ли нервно передернула плечами и придвинулась ближе к печке, чувствуя охвативший ее холодный ужас. И скрип двери в этой гнетущей обстановке резанул по нервам.

— Эй, ребят, вы тут? — заглядывая в комнату, произнесла Пенелопа. — О… вижу. Хорошо.

— Что-то случилось? — заметив перепуганный взгляд девушки, спросил Энтони.

— Да, — произнесла Кристалл и добавила через несколько секунд с дрожью в голосе: — Нашли… Есть еще пострадавшие.

— Что? Кто? Где? — повскакивали второкурсники. Луна смотрела на старосту огромными глазами.

— Это гриффиндорцы, — ответила девушка. — Колин Криви и близнецы Уизли.