Римус Люпин. Право на надежду (джен)

Сириус появился здесь не случайно. И даже не по наитию. Просто ему отвели жилые покои в Западной башне с живописным видом на Запретный лес и хижину лесничего. Новоназначенный куратор стоял у окна, с любопытством разглядывая учеников с высоты. И вдруг Гарри взмыл в небо на гиппогрифе… У Сириуса екнуло сердце. Он тут же призвал метлу «Молния», которая должна была стать подарком-сюрпризом для крестника, вскочил на нее и вылетел в окно. Уже в полете наложил на себя Дезиллюминационные чары, сообразив, что Гарри расстроится, если его станут страховать на глазах у всех. Так и следовал невидимкой за крестником, пока тот привыкал к живому транспорту и наслаждался новым опытом. Полеты Поттер-младший обожал, как и его отец.

Наконец Гарри благополучно приземлился, и у Сириуса отлегло от сердца, хотя желание оторвать Хагриду голову не отпускало. Он оставил метлу неподалеку от загона, снял чары и вышел к ученикам, учинившим скандал.

— Что тут происходит?

Глаза Драко сузились, он взглянул на куратора с ненавистью и опасением. Сириус усмехнулся — ему передавали, как Люциус Малфой отзывается о Блэк-холле, куда его, конечно, никто и не думал приглашать. Сын недобитого Пожирателя не вызывал ничего, кроме острой неприязни, но… нужно быть беспристрастным.

Сириус окинул быстрым взглядом участников ссоры.

— Рон.

— Э-э… — мальчик не ожидал, что обратятся к нему, и быстро залился краской, как это свойственно рыжим. — Ну-у… Малфой позавидовал Гарри…

— Идиот! — с досадой воскликнул Драко, не переставая демонстративно тереть ушибленный локоть.

— Тише, — осадил его Сириус. — Вам дадут слово, Малфой.

Хагрид, опустив глаза, переминался с ноги на ногу, все еще загораживая Клювокрыла как птенца от хищных зверей.

— Так вот, — продолжил Рон. — У Гарри все получилось с Клювокрылом, и Малфой решил, что он-то куда круче. Мозгов хватило, чтобы поклониться, как учил нас Хагрид, а потом они сразу же отказали. Он оскорбил гиппогрифа! И если бы не Гермиона…

Рон перевел взгляд на подругу и осекся. Девочка смотрела куда-то в пустоту, щеки горели лихорадочным румянцем. Сириус нахмурился. Ему не часто доводилось с ней общаться, только на каникулах, когда Гарри с его подачи приглашал друзей на Тисовую-6 или даже на Гриммо-12. Но юная мисс Грейнджер производила впечатление человека открытого и целенаправленного. Такие всегда уверены в том, что делают. Ошибившись, Гермиона могла бы расстроиться, даже заплакать, но никак уж не впасть в ступор. Странно…

— Продолжай, Рон.

— Все так быстро случилось! Клювокрыл ударил когтями, но Гермиона оттолкнула Малфоя раньше! Такая скорость, прямо как у метлы «Молния»… А этот… — Рон явно сдерживался с трудом, — уже валялся на земле и не видел, что еще бы чуть-чуть… Вообще ничего он не понял. Даже назвал Гермиону грязнокровкой, скотина высокородная…

— Голодранец рыжий!.. — Драко рванулся было в бой, но Сириус удержал его на месте.

— Все, хватит... Гарри, что было дальше?

— Мы очень удивились, — спокойно подхватил Поттер. — Гермиона и правда быстрее всех сообразила, что последует после слов Малфоя. Ведь он назвал Клювокрыла тупым уродом.

Зверь за спиной лесничего издал угрожающий клекот.

— Все ясно, — Сириус бросил на великана испепеляющий взгляд. — И вам никто не сказал, что с гиппогрифами так нельзя?

— Конечно, Харгид говорил, — поспешно заступился Гарри за друга, — но это же Малфой… разве он станет слушать.

— Это правда? — Блэк наконец повернулся к слизеринцу. — Чем вы занимались, когда вас инструктировали?

— Конечно же, внимал учителю, — огрызнулся Драко. Слово «учитель» у него прозвучало с едкой иронией.

Гермиона наконец-то пришла в себя и гневно накинулась на недруга.

— Перестань уже! Ты болтал со своими дружками, и Хагрид ни в чем не виноват. Я толкнула тебя, чтобы спасти. Я… я знала, что может произойти.

— Кто бы сомневался, что ты всегда все знаешь, — съехидничал Малфой, но на грозного Клювокрыла взглянул уже с затаенным страхом. Похоже, до мальчишки начало доходить, чем могла закончиться его безумная бравада.

— Малфой, да что с вами! — повысил голос Сириус. — Вы не разглядели гиппогрифов? Не заметили, что они опасны? И вместо того, чтобы внимательно слушать предупреждения, занимались черти чем?

— А пусть тогда он, — Драко махнул рукой в сторону Хагрида, — не выводит к нам свой зверинец, раз эти твари так опасны! Я расскажу отцу…

— А может, я ему расскажу? — окончательно взорвался Сириус. — Люциус так обрадуется, услышав от меня, что его сын — болван! Да? Короче, хватит. Сегодня первый день учебы, поэтому никаких взысканий. Но учтите на будущее… И еще — это касается всех. Больше никто в стенах Хогвартса не произнесет слово «грязнокровка» или что-то подобное безнаказанно. Хорошенько подумайте над этим. Урок окончен.

Какое-то время ученики разглядывали куратора, кто удивленно, кто с восторгом. Потом стали разбредаться, бурно переговариваясь. Гермиона ушла первой. Вскоре раздался чей-то вскрик восхищения:

— «Молния»! Настоящая!

Сириус выругался про себя. Сюрприза не получилось. Жаль.

Гарри не спешил уходить, явно ждал его.

— Ты иди, я тебя нагоню, — попросил Сириус. — Мне нужно сказать пару слов Хагриду.

Здоровяк тяжело вздохнул, провожая Поттера унылым взглядом.

— Что, уже сам не уверен, что начать с гиппогрифов — прекрасная идея? — жесткость вернулась в голос Блэка.

Ответом был новый вздох.

— Сам не знаю. Наверно, так. Кого-нибудь попроще бы надо… Но… мне так хотелось показать их ребятам. Чтобы все увидели… какие гиппогрифы красивые.

— Правда? А кое-кто, как я понял, другого мнения.

— Этот Малфой… — сердито прогудел Хагрид.

— Именно Малфой! О чем ты думал, скажи? Ты с него глаз не должен был спускать! Почему позволил болтать на уроке, не сделал замечание? Хагрид! Ты теперь учитель. Ты должен видеть всех. Ладно... Объясни мне, как Гарри оказался верхом на твоем летающем монстре?

— Ох… — лесничий замялся, снова опуская взгляд. — Сириус, ну ты чего… Он же справился. Гарри и Клювокрыл… они так хорошо поладили!

— Справился? Поладили? — Блэк снова начал заводиться. — Просто представь — всего лишь порыв ветра посильнее! И? Ты что, совсем не понимаешь, какой опасности его подверг?

— Да я… просто…

— Хагрид, мы оба побывали в Азкабане.

Великан содрогнулся и сразу как-то сжался. Умоляюще взглянул на Сириуса, словно просил замолчать, но тот невозмутимо продолжил:

— И оба не по своей вине. Так не доводи же до того, что нас упекут туда за дело! Сегодняшний твой урок могли не пережить два ученика.

— Я… это… ну, понял. Я теперь… только флоббер-черви…

Сириус, легко переходящий от одного настроения к другому, даже развеселился и похлопал здоровяка по спине.

— Ну уж нет. Совсем свой предмет хочешь угробить? Просто надо хорошенько все продумать. Ладно, еще вернемся к этому разговору. С началом учебного года тебя.

Оставив Хагрида, Блэк легко догнал Гарри, несущего «Молнию».

— Хочу тебя спросить, — сразу начал с главного, — мне показалось, или с Гермионой что-то не то?

— Похоже, не показалось, — тут же отозвался Гарри. — Она с утра какая-то странная. И этот случай… Понимаешь, никто бы не успел оттолкнуть Малфоя… да мы вообще не поняли, что происходит. Но она… как будто знала, что вот-вот должно случиться. Действовала на опережение.

— И что это значит?

— Ну это же Гермиона! Иногда ее трудно понять. Но я беспокоюсь.

— Надо бы поговорить с нашей умницей…

— Знаешь, не сегодня. Она весь день отмалчивается. И сейчас ушла вся такая красная и сердитая. В такие минуты лучше ее не трогать. Наверняка уже забилась в угол гостиной Гриффиндора и выстроила вокруг себя крепость из учебников.

— Хорошо. Но если что — сразу зовите меня!

— Конечно.

— Как тебе полет на гиппогрифе?

— Здорово! Необычно. Но на метле лучше. О, кстати, Сириус! Ты купил себе «Молнию»! А я-то думал, ты без ума от своей новой машины.

Сириус рассмеялся, кладя руку на плечо крестнику.

— Так и есть. Метла для тебя.

— Ух ты! — мальчик просиял. — Вот это да… Спасибо тебе большое! Она такая красивая…

— Конечно, ручной сборки. Новейшая модель, подобных единицы.

— Замечательная! Надо же, учеба едва началась, а я уже жду выходных, чтобы полетать.

— Зачем тебе выходные? — не понял Блэк. — Это для квиддича, для тренировок.

— Извини — Гарри решительно покачал головой. — Но так нельзя. Ни у кого из ребят нет такой. Ты только посмотри, на чем они летают… А у меня и так лучшая метла в школе.

— Но она прошлогодняя и… нет, не понимаю.

— Да… наверное. Как бы объяснить… Знаешь, я немного устал быть «Мальчиком-который-выжил»… все восхищаются… как будто это моя заслуга в том, что мама… — голос Гарри дрогнул, но он продолжил, — что она пожертвовала собой ради меня, и это остановило Волдеморта. А в этом году ты куратор школы. И все смотрят, будто я настоящая знаменитость, но многие завидуют. А если еще и «Молния»… Нет, Сириус, я не хочу быть как Малфой.

Блэк опешил.

— Ты о чем? Люциус осыпает своего отпрыска золотом ради статуса, а я… я просто хочу, чтобы ты радовался.

Гарри виновато взглянул на крестного.

— Я знаю, да. Прости. Но я и так очень рад… что ты рядом. Что ты как отец. Не в вещах же дело.

— Чувствую влияние Лунатика! — фыркнул Сириус рассерженно. — А вот Джеймс пришел бы в восторг от того, что квиддич с новой метлой заиграет ярче.

— Наверное… но ведь я не Джеймс.

Сириус задумался. До замка они дошли в молчании.