Подопечный шпиона (джен)

— АЛЛО! МЕНЯ СЛЫШНО?!

— КТО ЭТО?

— Я-ХОЧУ-ПОГОВОРИТЬ-С-ГАРРИ-ПОТТЕРОМ!

Дядя Вернон тупо посмотрел на Гарри, который застыл в ту же секунду, как услышал в трубке голос Рона. Губы Вернона шевелились, но слова никак не находились.

Гарри вскочил и выхватил телефон прежде, чем дядя успел прийти в себя.

— Рон? — тихо сказал он. Все трое Дурслей смотрели на него, а дядя Вернон буквально дышал в затылок.

— ГАРРИ! ТЫ-МЕНЯ-СЛЫШИШЬ?

— Да, Рон. Не обязательно кричать, — ответил Гарри еще тише, словно пытался уравновесить громкость на другом конце.

— Я ТЕБЯ НЕ СЛЫШУ!

— Не надо кричать, — повторил Гарри, сам слегка повысив голос. Дядя Вернон сердито зыркнул, и Гарри тут же снова заговорил тише. — Можно просто говорить нормально.

— А. Прости. Так лучше?

На заднем плане раздался громкий хохот — скорее всего, близнецы.

— Только не шепотом!

— Прости. Теперь нормально?

— Да. Ну? Что случилось? — спросил Гарри, чувствуя себя нелепо под тремя пристальными взглядами.

— Папа выиграл ежегодную лотерею галлеонов, и мы едем в Египет!

Гарри радостно вскрикнул.

— Когда?

— Послезавтра. Тут сумасшедший дом, никто не знает, что брать, поэтому мы, кажется, тащим вообще все... Фред, прекрати, я разговариваю!

— А вернетесь когда?

— В следующем месяце. Как раз успеем купить все к школе.

Гарри заставил себя проглотить разочарование. Он надеялся погостить у Уизли. Но это была их настоящая большая поездка, и завидовать им после всего прошлого года казалось просто подло.

— Здорово! Хорошо вам съездить.

— Ага. Значит, встретимся потом в Косом переулке?

На заднем плане Гарри услышал, как Артур Уизли просит передать ему трубку. Через минуту голос мистера Уизли зазвучал рядом.

— Гарри, привет! Мы наконец разобрались, как набирать номер. Сейчас стоим у телефонного автомата.

Если они были на улице, Гарри мог только представить, что думают обычные прохожие, слыша, как взрослый мужчина с гордостью сообщает, что наконец понял, как набрать телефонный номер.

— Вижу, мистер Уизли. Отличная работа.

Это прозвучало слегка снисходительно.

— И поздравляю с поездкой.

— Спасибо!

Повисла неловкая пауза.

— Семья хорошо с тобой обращается?

Вопрос прозвучал буднично, но Гарри сразу подумал: а не разговаривал ли мистер Уизли со Снейпом? В прошлый раз Снейп сам отвез Гарри к Уизли после приглашения Рона. Может, и сейчас написал Артуру? От одной мысли становилось ужасно неловко.

— Да, все нормально. Они прямо здесь.

— А. — Еще одна пауза. — Скажи «Хедвиг в порядке», если у тебя все хорошо. И скажи «спасибо», если есть хоть какие-нибудь проблемы.

— Хедвиг прекрасно себя чувствует. Не о чем волноваться.

— Отлично.

Снова пауза, потом шум, будто за трубку шла борьба, и наконец Рон, слегка запыхавшись, сказал:

— Ну да, мы тогда открытку пришлем.

— Буду ждать.

Щелк.

◆

Утром в свой день рождения Гарри спустился к завтраку, все еще думая о разрешении на посещение Хогсмида и гадая, подпишут ли Дурсли. Скорее всего, подпишут. После последнего визита Снейпа они стали почти милыми: тот еще раз напомнил — то есть пригрозил — какие условия должны соблюдать Дурсли и рассказал им о системе слежения. Дядя Вернон едва не лопнул от ярости, но палочка Снейпа уже была в руке.

Тетя Петунья при его появлении натянуто улыбнулась. Гарри ответил с таким же энтузиазмом и сел между дядей и кузеном, размышляя, стоит ли спрашивать про разрешение прямо сейчас, пока Вернон отвлечен новостями.

На секунду Гарри подумал: может, форму подпишет Ремус? Он ведь своего рода опекун?

Скорее телохранитель, уныло поправил себя Гарри.

Может, Снейп...

Он оборвал мысль.

— Общественность предупреждают: Блэк вооружен и чрезвычайно опасен. О любых замеченных передвижениях следует немедленно сообщать властям.

Гарри застыл посреди рассеянного разглядывания пятна на ковре. Воздух резко вышел из легких, будто его ударили в живот.

Блэк? Сириус Блэк?

Но это не мог быть он. Сириус волшебник. С чего о нем рассказывают магловские новости?..

Гарри посмотрел на экран и дернулся вперед.

Вживую Сириуса Блэка он никогда не видел. Но видел волшебные фотографии со дня ареста. Это был тот же человек.

И только теперь мозг догнал слова диктора.

Сириус Блэк, его крестный, сбежал?

— Ты не говорил, откуда этот псих! — взревел дядя Вернон, и смысл его слов наконец дошел до Гарри. — Такой маньяк прямо сейчас может идти по нашей улице!

Гарри против воли резко посмотрел в окно.

Через секунду он вскочил, но тут же замер, не понимая, что делать. Сердце бешено колотилось. Если ему действительно грозит опасность, сам он ничего не сможет. Ремус рядом. Вокруг дома защита. Здесь безопасно.

Здесь безопасно.

— Ладно, мне пора. Поезд Мардж прибывает в десять.

Эти слова были достаточно неожиданными, чтобы Гарри на миг забыл даже о Сириусе.

— Тетя Мардж? Она едет сюда?

Дядя Вернон заметно напрягся. Тетя Петунья тоже. Неудивительно: самих Дурслей заставили стиснуть зубы и не оскорблять Гарри, но к тете Мардж это не относилось. Уж она-то с удовольствием выплеснет на него столько яда, сколько сумеет.

— Едет, — сказал Вернон, неловко потирая воротник. — Я говорил ей не приезжать, но она и слушать не захотела. Сказала, хочет увидеть Дадли. Будет неделю.

Гарри поднял бровь.

— И что вы собираетесь делать?

— Что значит — что...

Гарри едва удержался, чтобы не закатить глаза.

— Оскорблять меня — любимое развлечение тети Мардж. Что вы будете делать?

— Э-э... ну... мы ведь не можем ей запретить, правда? И потом, тот... тот человек сказал, что правила для нас, не для нее. Она ничего не знает о твоей... э-э... магии.

Вот видишь, не так уж сложно, подумал Гарри.

— И она не должна узнать. У нее случится припадок! — торопливо добавил Вернон, словно подозревал, что Гарри собирается устроить подробную демонстрацию волшебства.

Два события одновременно перегружали голову. Гарри нахмурился; по телевизору уже перешли к прогнозу погоды, и слова диктора перестали существовать.

Интересно. Сигналы работают только на постоянных жильцов или тетя Мардж тоже будет их запускать?

Дядя Вернон выглядел настолько встревоженным, что Гарри пришла идея.

— Хорошо. Но тогда вы сделаете кое-что для меня.

На лице Вернона появилась осторожная надежда.

— Что?

— Мне нужно, чтобы вы подписали одну форму. Разрешение на кое-что в Хогвартсе.

Оба взрослых Дурсля едва заметно вздрогнули. Это было одно из правил Снейпа: никаких запретных слов.

Гарри страшно хотелось этим воспользоваться. Например, спеть школьный гимн. Хогвартс, Хогвартс, славный наш Хогвартс...

Дядя кивнул, но на лице все еще читалось что-то подозрительное.

— Есть еще одно. Мы сказали Марджори, что ты учишься в школе Святого Брутуса для безнадежных малолетних преступников.

Гарри поднял бровь.

— Что?

— Тебе нужна подпись или нет? Мы не можем сказать, где ты учишься на самом деле!

В голосе Вернона явственно звучала паника.

Гарри смиренно кивнул.

— И никакой случайной... магии. Вообще.

Гарри снова кивнул.

Вернувшись в комнату, он почти решил написать Снейпу. Но что именно?

Привет. Надеюсь, у вас все нормально. Наверное, вы уже знаете, что Блэк сбежал. Странно, да?

Гарри даже не понимал, почему хочет написать именно Снейпу. Разве что Снейп был одним из немногих людей, кто знал: Сириус Блэк — крестный Гарри и именно он предал его...

Гарри судорожно вдохнул.

Нет. Он не хотел думать.

Убил его родителей.

Нет. Нет. Нет.

Проблема была в том, что Гермиона и Рон ничего не знали. Из четырех людей, к которым Гарри был по-настоящему близок, только Снейп и Ремус понимали, что значит для него побег Блэка. А Сириус когда-то был другом Ремуса — значит, тот, вероятно, переживал не меньше.

Гарри сел за стол. Не думая, вытащил пергамент.

Я услышал по магловским новостям, что Блэк сбежал. Я думал, из Азкабана никто не может сбежать.

Скомкал.

С.

Блэк сбежал? Как? Есть хоть какие-то следы?

Нет.

С.

Блэк...

Гарри разорвал лист.

Он убил моих родителей.

Руки дрожали. Синие буквы на кремовом пергаменте вышли кривыми, натянутыми. Гарри подчеркнул слово убил так сильно, что кончик пера сломался.

Он отшвырнул и пергамент, и перо. Едва не перевернул следом весь стол.

Ремус пришел на следующий день и тем самым подтвердил: тетя Мардж прекрасно запускает сигнализацию. В тот момент она уехала с дядей Верноном и Дадли по магазинам.

Ремус поймал тетю Петунью одну и поговорил с ней. Гарри удивился, заметив у нее слезы, когда Ремус ушел.

Потом Ремус позвал Гарри на крыльцо.

— Не уверен, что с ней вообще можно что-то сделать. Но думаю, твоя тетя теперь хотя бы попробует за тебя вступаться.

В глазах Ремуса мелькнуло сожаление. Гарри поспешил его успокоить.

— Все нормально. Я привык.

По выражению лица стало ясно, что это была неправильная фраза.

Ремус выглядел уставшим, вдруг заметил Гарри.

— Я слышал про Блэка, — осторожно сказал он.

Ремус не удивился.

— Да. Фадж решил, что лучше предупредить магловские власти и общественность. За это ему сейчас немало достается.

— Разве Блэк не убил двенадцать маглов?

На лице Ремуса появилась натянутая улыбка.

— Он был Пожирателем смерти. Скорее всего, его преступления этим не ограничиваются.

Например, он убил моих родителей.

Повисло неловкое молчание.

Ремус выпрямился и внимательно посмотрел на Гарри.

— Если она станет еще хуже, сразу скажи мне. Хорошо?

Гарри кивнул, хотя про себя думал, что ничего хуже потери подписи на разрешении тетя Мардж ему все равно не сделает.

Ремус, похоже, не поверил, но мягко сжал его плечо и ушел.

◆

— У собак это видно постоянно. Если с сукой что-то не так, со щенком тоже будет что-то не так...

Бокал с вином взорвался.

Три пары глаз повернулись к Гарри. Все четверо сидели за столом. Тетя Петунья специально посадила Гарри рядом с собой, как можно дальше от Мардж, словно вероятность неприятностей была обратно пропорциональна расстоянию между ними.

Порох и огонь, подумал Гарри.

— Еще вина! — немедленно рявкнул дядя Вернон.

— Мне нужен другой бокал...

Гарри начал вставать, но тетя Петунья опередила.

— Пусть щенок принесет, — сказала Мардж. — После всего, что вы для него сделали, это меньшее, что он может. Наполни мне бокал, мальчишка!

Учитывая, что Петунья уже стояла, требование было довольно бессмысленным. Но Гарри помнил про разрешение на Хогсмид и снова начал подниматься.

— Нет-нет, все нормально, — слишком высоким голосом сказала тетя Петунья. — Я сама принесу.

Прежде чем кто-либо успел возразить, на столе появился свежий бокал, тут же наполненный вином. Петунья тяжело опустилась обратно. Несколько секунд царила идеальная тишина.

— Значит так, — голос тети Мардж звучал слабее обычного, но уже следующая фраза вернула ему силу. — Неблагодарный ты, да? Дурная кровь, вот в чем проблема. Я тебя не виню, Петунья. Ты сделала все, что могла. Еще вина, думаю. Пусть мальчишка нальет! — резко добавила она, заметив, что Петунья снова собирается вставать.

Тетя Петунья опустилась обратно. Лицо было белым.

Бокал стоял слишком далеко, поэтому Гарри пришлось обойти стол. Он уже начал наливать, когда раздался стук в дверь.

Тетя и дядя уставились на него.

— Ну так открой, мальчишка!

Только не Ремус. Только не сейчас.

Гарри поставил бутылку, но прежде чем успел придумать, что делать, дверь сама распахнулась.

На пороге стояла молодая женщина, лет на пять-шесть старше Гарри. Длинные распущенные каштановые волосы, смутно знакомое лицо — хотя Гарри был почти уверен, что никогда ее не видел.

— Здравствуйте! — бодро сказала она в ответ на общее недоуменное молчание. — Я сестра Ремуса Люпина. Соседа из соседнего дома?

Гарри поспешил к ней, вышел наружу и прикрыл дверь. Изнутри тут же донесся громкий голос тети Мардж: кто такой Ремус Люпин и что у вас за ужасные соседи, Петунья, врываются в дом, не дождавшись, пока им откроют!

— Привет, Гарри! Кажется, вступление я немного испортила. Я подменяю Ремуса. Он сейчас слегка болеет.

Гарри давно привык к приступам болезни Ремуса: тот заболевал с какой-то нелепой регулярностью, и каждый раз наблюдение за домом Дурслей переходило к кому-то другому. Пока Гарри видел троих людей, сменявших друг друга. Эта девушка была новой.

— Эм... у Ремуса есть сестра?

Она рассмеялась. И внезапно волосы стали короткими и черными.

— Нет. Просто не знала, как еще представиться вашим родственникам. «Сестра» показалось самым безопасным вариантом.

Похоже, девушка даже не поняла, что изменила внешность, пока не увидела, как Гарри в испуге отшатнулся.

— О! Я метаморф. Редкая способность. Могу менять внешность по желанию. Смотри.

Через секунду нос и волосы превратились в почти точную копию тети Мардж.

Гарри рассмеялся. Впервые за несколько дней стало по-настоящему легко.

— Очень похоже. Но я вас раньше здесь не видел.

— Три года назад закончила Хогвартс. С тех пор учусь на аврора. Я здесь впервые. Кстати, раз уж об этом. Ремус почти ничего не объяснил. Сказал следить за подозрительными людьми, а если запищит сигнализация, идти сюда и орать на твою семью за нарушение правил и рассказывать про безумных страшных Пожирателей смерти.

— Нет, все нормально. Правда. Это тетя Мардж. Она не знает про правила. Сестра дяди.

— Я видела, как она приехала.

Тонкс выглядела сомневающейся.

— Думаю, все равно стоит зайти и немного поорать.

Она шагнула к двери, и Гарри быстро перекрыл ручку собой.

— Эм... тетя Мардж вообще ничего не знает о магии. Она просто не поймет. Правда, все нормально. Мы с дядей Верноном это обсудили.

Хмурость не исчезла, и Гарри понизил голос.

— Кроме того, мне нужно, чтобы он подписал разрешение на Хогсмид. Если сейчас его разозлить, он точно откажется. Со мной все в порядке, честно.

Морщинка на лбу Тонкс осталась, но она все же усмехнулась.

— Понимаю. Если честно, моя мама тоже умеет громко разговаривать. Меня зовут Тонкс.

— Очень приятно, — ответил Гарри просто потому, что нужно было что-то сказать. Имя Гарри она и так знала.

Тонкс подмигнула и неторопливо ушла по улице.

Когда Гарри вернулся, на лицах тети и дяди отчетливо читалось облегчение. Тетя Мардж к этому времени допила чай и ушла наверх, за что Гарри был искренне благодарен.

Он молча поднялся в свою комнату.

Еще одна неделя.

◆

РЛ сказал сообщить вам, если что-нибудь пойдет не так. Формально ничего не «не так», но сигнализация сходит с ума с тех пор, как приехала сестра дяди. Она не знает про магию, а Совенок сказал, что старается не злить дядю, потому что ему нужна подпись на разрешении в Хогсмид. — Тонкс

Снейп почти решил отправиться туда немедленно, но как раз проверял защиту Хогвартса вместе с Помоной. Минерва и Филиус занимались другой частью замка. Дамблдор был в Лондоне на совещании по поводу побега Блэка. После возвращения их ждала общая встреча, а потом отдельный разговор Дамблдора со Снейпом, который почти наверняка превратится в крикливый спор о разумности назначения Люпина преподавателем Защиты.

День был заполнен до отказа. Собственно, вся неделя была заполнена: возможно, Снейпу придется орать на Дамблдора каждый день, пока тот наконец не начнет мыслить здраво.

С некоторым чувством вины Снейп уничтожил записку Тонкс. В конце концов, это не Туни, не ее муж и не сын. Всего одна неделя.

Потом пришла еще одна записка. От Люпина.

Случайная магия. Тетя М. раздулась. — Люпин

Через несколько минут Снейп уже был в Суррее. Если пролитый пудинг заставил Дурслей забыть его предупреждения, после такого они окончательно сорвутся на мальчике.

Люпин как раз выскакивал из дома, когда Снейп аппарировал на Тисовую улицу.

— Не нужно. Я сам разберусь, — резко сказал Снейп.

Вероятно, реакция была не совсем рациональной: Люпин и так должен был круглосуточно охранять Гарри. Но после побега Блэка Снейп гораздо предпочитал, чтобы мальчика защищал кто-нибудь, не связанный с этим человеком.

Он поднял голову и увидел в небе огромную фигуру, раздутую как воздушный шар.

На миг Снейп задумался, не вернуть ли Марджори нормальный вид, но передумал. Записка Тонкс все еще была свежа в памяти. Министерство скоро явится само. И память женщине все равно изменят — к некоторому сожалению Снейпа.

Тут дверь дома номер четыре распахнулась, и на улицу вышел Гарри, держа палочку направленной на кого-то внутри.

— Я ухожу. С меня хватит, — сказал мальчик и покатил за собой сундук, неся клетку Хедвиг в другой руке.

Снейп шагнул вперед, но по внезапному импульсу наложил на себя Дезиллюминационные чары. Ему стало любопытно, что сделает Гарри.

Например, поступит ли разумно и коснется руны, чтобы вызвать Снейпа? Или хотя бы пойдет к двери Ремуса?

Ага. Значит, второе, подумал Снейп, когда Гарри двинулся к дому номер шесть.

Но затем, к удивлению Снейпа, мальчик остановился, долго смотрел на дверь с цифрой 6, потом прошел чуть дальше и сел на сундук.

Значит, не Люпин.

Тогда руна.

Снейп стоял и ждал.

Гарри не делал... ничего.

Раздражение быстро нарастало. Снейп уже решил снять чары — бессмысленно ждать, пока Гарри образумится, особенно учитывая, что мальчик сидел почти на самой границе защитных чар, если еще не за ней, — когда Гарри внезапно вскочил и вскинул палочку, целясь куда-то за спину.

Снейп бросился вперед, сбрасывая маскировку и тоже вытаскивая палочку.

— Гарри!

Это напугало мальчика еще сильнее. Он резко повернулся, по-прежнему держа палочку впереди, споткнулся о сундук и упал.

Снейп как раз добежал до него, когда раздался оглушительный БАХ. Гарри уже перекатился, увидел лицо Снейпа, и выражение сменилось чем-то вроде покорного облегчения. От нового звука он вздрогнул.

Позади них остановился «Ночной рыцарь».

Снейп проигнорировал автобус, поднял Гарри на ноги и резко спросил:

— Что ты видел?

— Ничего... просто глаза. Что-то вроде...

— Добро пожаловать в «Ночной рыцарь», транспорт для...

— Нет, вы нам не нужны, — оборвал Снейп. — Езжайте дальше.

— Так это не вы нас вызвали?

— Нет, не мы, — отрезал Снейп ровно одновременно с тем, как Гарри с восхищением спросил: — А что такое «Ночной рыцарь»?

— Экстренная служба для ведьмы или волшебника, оставшихся без транспорта, — немедленно ответил кондуктор. — Доставим куда угодно в мире, кроме как под воду, ничего не...

— Благодарю, этого достаточно. Можете ехать, — сквозь зубы сказал Снейп, изо всех сил стараясь не начать кричать.

Кондуктор одарил его сомневающимся взглядом, получил в ответ убийственный и вернулся в автобус.

Еще один громкий хлопок — и «Ночной рыцарь» исчез.

Снейп некоторое время смотрел ему вслед, потом повернулся к Гарри. Тот выглядел совершенно несчастным.

— Вы пришли из-за тети Мардж? Меня исключат, да?

— Ты про случайную магию? Если бы ты этого не сделал, вероятно, сделал бы я. Я пришел забрать тебя.

— Забрать?

— Уизли сейчас за границей. Так что, если ты не хочешь вернуться к Дурслям...

— О нет.

Гарри поднял сундук и клетку, куда они упали.

— Тогда идем. Еще несколько шагов — и выйдем из зоны антиаппарационной защиты.

— Подождите, а Ремусу не скажем? — спросил Гарри, догоняя быстро шагающего Снейпа.

— Сначала твоя безопасность.

Через мгновение Гарри сказал:

— Все нормально, он стоит снаружи. Кажется, видел нас.

— Отлично. Можешь ему помахать.

За спиной раздалось тихое хихиканье.

— Вы правда всех ненавидите, да?

Нет. Только друзей Блэка.

— Держись за меня. И за вещи.

Гарри ухватился за развевающийся край мантии Снейпа: было поздно, и тот не стал переодеваться.

Снейп аппарировал.

Они оказались в его доме.

Из любопытства Снейп наблюдал за лицом мальчика, ожидая узнавания.

Гарри моргнул.

А потом широко улыбнулся.

— Круто!