Римус Люпин. Право на надежду (джен)

К вечеру погода испортилась, а ночью и вовсе зарядил дождь, не прекращавшийся до самого утра. Будь Римус у себя дома, остался бы в кровати с книгой. Но сейчас, даже не совсем оправившись, невозможно бездельничать. Он в Хогвартсе!

Мысль о книгах, впрочем, никуда не делась. Люпин, преодолев слабость, направился в любимое место еще со времен учебы — в библиотеку. Унылая серость пыталась пробиться сквозь стрельчатые окна, но оказалась бессильна испортить ему настроение. Он вдыхал запах воска, старых камней и такой живой, вечно обновляющейся магии… И чувствовал себя возродившимся. Как феникс.

В царстве книг, как всегда, приятная тишина, и золотистый свет ламп словно затягивает в глубину волшебного янтаря. Римус не ожидал в такой ранний час встретить здесь кого-то из учеников. К его удивлению, за одним из столиков сидела Гермиона. Полностью погруженная в чтение толстой книги, она не заметила, как учитель подошел к ней.

— Доброе утро.

Девочка подняла взгляд и вздрогнула. Даже не ответила на приветствие. Они просто смотрели друг на друга… Тягучие мгновения наполнялись чем-то странным и неприятным,

— Римус… — наконец пролепетала Гермиона. — То есть… профессор Люпин. У вас правда все хорошо?

Он удивленно поднял брови.

— Более чем. А почему ты спрашиваешь?

Взгляд ее карих глаз наполнился страхом. Пристальный взгляд, непонятный. Словно она видела не знакомого и уважаемого ею человека, а кого-то совсем другого. И этот взгляд прокалывал душу, вытягивая что-то изнутри. Чего не должно быть.

— Нет… я… просто... Все в порядке.

— Гермиона… что случилось? — Люпин не на шутку встревожился.

— Простите, профессор.

Девочка, явно позабыв о книге, вскочила с места и едва не бегом бросилась к выходу. Римус, как-то резко ослабев, рухнул на ее место. Второй день учебы… Что-то уже творится неладное… Да, это Хогвартс!

И вдруг пришел запах. Легкий отголосок мяты, капелька сандалового дерева. Старый пергамент. Нет же! Он уже встречался с Гермионой у Сириуса, тогда она пахла пирогом и цветами… Но эта мятная нотка… она неизменна. Тот самый запах.

Ноябрь 1982 года, Йоркшир. Отчаявшийся, теряющий себя мальчишка в холодном старом коттедже. Римус до мелочей запомнил тот день, когда в собственном дневнике прочитал странное послание из будущего — и начал действовать. Он до сих пор не понимал, что произошло. И до сих пор восхищался — это сделал великий волшебник!

Тот самый запах... Одиннадцать лет назад... Тогда юный Римус цепко ухватил подаренную ему надежду. И ощутил сквозь горящий торф сплетенные ароматы мяты, сандалового дерева и древнего пергамента... Нюх оборотня, что тут скажешь. Теперь, сидя за столом, только что оставленным Гермионой Грейнджер, он понял — это ее запах. Настоящий.

Книга, забытая ею, упорно притягивала взгляд. Люпин затаил дыхание, пробегая взглядом по странице. Вот как… девочка интересуется маховиками времени.

Погрузив пальцы в волосы, Римус просто сидел и думал. Внутри что-то мелко дрожало, звенело. Только что пережитый страх вытеснялся почти невозможной сейчас радостью. В тысяча девятисот восемьдесят втором он поверил посланию. Начал дерзко менять реальность. А что осталось в той, стертой? Могла ли в другом будущем повзрослевшая Гермиона Грейнджер стать сильной волшебницей? Шагнуть в прошлое… в его коттедж? Вряд ли физически, в том состоянии он бы почувствовал. Но ее запах сплетался с магическим следом, пришедшим через измененный ее рукой дневник Римуса Люпина… Как к ней попала его тетрадь? К ней ли? Слишком уж складно все получается.

А вдруг это все же случилось? То, чего ему так хотелось… И он нашел наконец своего великого волшебника… волшебницу, изменившую все.