После того, как король Артандил пал смертью храбрых в сече у Амон Фирн, именно Амондир, лорд Тирн Гортада и Хранитель Могильников, собрал остатки кардоланской рати и нанёс поражение Рудауру. Знать Кардолана предлагала ему корону, но он отказался, ибо происходил не из рода Элендила и Элроса. Амондир принял титул князя и перенёс столицу в Дол-Эрнил, своё родовое гнездо в холмах Тирн Гортад; затем он прибыл в Форност и принёс присягу на верность Аргелебу I, седьмому из королей Артедаина. Так после пяти веков междоусобиц воссоединён был Арнор.
— Ничего сверхъестественного, обычная хроника княжеского дома. И как она нам поможет вычислить холерного некроманта?! — недоумевал Геральт, листая фолиант со страницами из телячьей кожи в искусном переплёте.
— Это только присказка, ведьмак — сказка впереди, — ответил Менельдир. — Видишь — там дальше два больших ряда загнутых страниц?! Это, похоже, то, на что наткнулся Нарндир и о чём пытался предупредить нас всех — но слишком поздно.
Ведьмак последовал совету ренегата и перелистнул пару страниц, пока не дошёл до загнутого блока. Менельдир нашёл книжку при убитом падшими духами бывшем товарище и резонно подозревал, что покойник Нарндир вычитал в ней какой-то важный секрет, от которого зависело оперативное выполнение Геральтом всех заказов на упокоение умертвий.
Но мир не продлился долго, потому что за Рудауром стояла иная сила, могущественная и злая, и не победив на поле брани, она действовала исподтишка. Бла-бла-бла, — ведьмак старался читать быстрее, поскольку дело шло к раннему сентябрьскому вечеру. — Шла молва в народе, что сам Царь-Ведьмак... хм! ...безлунными ночами бродит меж курганов, нашёптывая и напевая что-то мёртвым. Забытые за века вожди и воины зашевелились в своих гробницах, оживлённые нечистыми духами из самых тёмных глубин Ангмара. Послушные его владыке, они бесшумно крались сквозь туман, и горе было тому, кто подходил слишком близко! Даже дети Кардолана не были в безопасности — сколько их сгинуло в те дни прямо из своих кроватей, из-за прочных и непоколебимых стен!
Желая положить конец этому кошмару, князь Амондир отправился на поиски причины волнения мёртвых. Придворные отговаривали его, но он рек так: "Разве я не лорд Тирн Гортада, не Хранитель Курганов? Чего мне бояться тумана над упокоищами? Разве не мой народ и мои праотцы лежат там?! Если не мне облегчить их юдоль и возвратить им покой, то кому тогда?!".
Немногое известно о том, что сталось с князем Амондиром, но то, что дошло до нас, до сих пор леденит кровь. Сказывают в Кардолане, что его отчаянные вопли раздавались среди курганов три ночи после его отъезда, и когда они наконец стихли, туман в Могильниках стал гуще, чем когда-либо...
Амондир оставил после себя трёх сыновей, но проклятие пало и на наследников князя. Бледная тень, которая соткалась из тьмы в виде человека в тумане, чьи глаза светились холодной, пустой белизной, появилась несколько лет спустя и, казалось, охотится за княжичами, изничтожая одного за другим. Сперва Амонгатол, старший сын Амондира, был найден мёртвым... но это было не самое худшее. Кто-то обрядил его в белый саван перед входом в курган, а лицо его сморщилось, как будто он состарился на столетие за одну ночь. Не прошло и двух лет, как его брат Таннадан кончил так же, сгинув из самого Дол Эрнила!
Серым Ужасом прозвал народ гонителя сынов Кардолана, и если даже княжеский род не знал от него защиты, то кто тогда мог быть покоен во всей стране?...
— Кажется, я начинаю представлять себе, чем это не может быть, — сказал Геральт следопытам, поразмыслив над книжкой. — Это не умертвие, не вихт, не призрак и не изводье. Чародейские способности твари слишком сильны. Можно было бы заподозрить умруна — но умрун имеет тело, пусть тощее и паскудное. Скорее всего, ангмарский или мордорский служебный дух вроде назгулов или каргулов. Зар-раза...
— Это ещё не всё. Нарндир отметил ещё несколько страниц, ближе к концу, — кивнула Горвен, девушка-воительница из дунаданов, которую после смерти Нарндира прислали на пост у Тирн Гортада. Ведьмак перелистал страницы к следующему "загнутому блоку" и продолжил:
Князь Остир слишком поздно понял, что под угрозой находится не только Амон Сул. Он поскакал на север, чтобы защитить Заверть, взяв с собой большую часть рыцарей, и только увидев на юге клубы дыма и зарево великого пожара, он понял, что творится без него в Кардолане. Остир сражался с глазами, затуманенными от слёз, и после битвы король дозволил ему вернуться. Князь быстрее ветра помчался обратно в Дол Эрнил, но не был он готов к тому, что ожидало его там...
К тому времени, как он наконец добрался до Дол Эрнила, княжеская крепость представляла собой разрушенный остов. Его люди лежали на улицах грудами окровавленных тел, головы защитников были насажены на колья над воротами. Княгиня-мать Луиллот исчезла бесследно. А в разрушенном тронном зале на троне Остира восседал Серый Ужас. Он принял облик Амондира, его собственного деда, но смотрел всё теми же ужасными белыми глазами. С улыбкой на своем насмешливом лице призрак поднял руку, указывая на испуганного внука Амондира.
И восстали мёртвые.
— Последний принц Кардолана? Тот самый? — с усмешкой спросил Геральт, вспомнив, с какими трудами вытаскивал наивную низушку Лалию из Могильников.
— Именно он. Тогда он и сгинул в Могильниках. Остир тщился спрятаться там от Серого Ужаса, но это всё равно, что прятаться от молота на наковальне, — ответила Горвен.
— А теперь он, стало быть, проявился. Спустя тысячу триста лет — потому что кардоланцы даже по рассказам стариков не помнят ничего подобного. Вы ищете Серый Ужас здесь, в Тирн Гортаде, потому что это самое засранное некромантией место в округе. И у вас есть конкретные соображения, где именно он играет в князя?!
— Да. Их мы сейчас и проверим, ведьмак, — сказал Менельдир. — Ты с нами?
Холмы Тирн Гортада были последней линией обороны Кардолана в той же ангмарской войне 1409 года, которая разорила Агамаур. Так что теперь они превратились в такую же зону магического загрязнения, что и Алое болото. Вот только магия здесь была иной и, пожалуй, ещё более паскудной природы.
Вечный серо-голубоватый туман окутывал распадки и взгорья, изредка из него проступали белёсые силуэты навеки облысевших деревьев, похожие на кости. В воздухе в любое время дня и ночи царил сырой, затхлый дух — нередко случалось, что следопыт, знахарь или разбойник в бегах после долгого пребывания в Тирн Гортаде схватывали тяжёлую лихорадку. Были в этом краю и постоянные обитатели, но в эльфских книгах о них обычно говорилось под рубрикой "Духи падшие и ужасные".
Бывшая столица этого очаровательного края — Дол Эрнил — имела вид заброшенного и полуосыпавшегося, но всё же хорошо сохранившегося замка с многослойной и крайне запутанной оборонительной системой. В этих условиях даже Серый Ужас превращался в иголку в стоге сена, потому Геральт и его спутники решили придерживаться схемы, предложенной Менельдиром — начать поиски с тронного зала, где страховидлу видели в последний раз.
На дальних выселках Дол Эрнила, где обосновались Менельдир и Горвен в ожидании Бродяжника с подмогой, было ещё терпимо. Но уже в четырёх-пяти стае вглубь плоскогорья начиналось всякое. Поэтому ведьмак порядочно закинулся "Филином" и держал наготове склянку масла против призраков.
Спустя три лестницы, пять полуразрушенных коридоров, три умруна, три призрака, четыре умертвия в разной степени разложения и бесчисленное количество многоножек искатели Серого Ужаса вышли в круглую залу с давно провалившейся крышей, откуда некогда открывался вид на Старый Лес, а ныне — только на пелену тумана. В зале стояла скульптура статной и властной женщины с собакой.
— Луиллот, княгиня-мать Кардолана. И верный пёс Асторин, с которым она ушла искать средство остановить мертвецов, — задумчиво сказала Горвен, глядя на статую.
— Не слишком успешно, — скептически сказал Геральт.
Пройдя комнату с памятником даме с собакой, все трое вошли в тронный зал, который так долго искали. Это было наименее тронутое временем помещение замка, и у дальней стены стоял ещё каменный Трон Кардолана, окружённый полустёршимися барельефами.
— Пока ни единого признака Серого Ужаса, — думал вслух Менельдир.
— Наивно было бы полагать, что он все тысячу шестьсот лет сидел здесь и отдавал умертвиям приказы: "К тезоименитству Чёрного Властелина доставить пятьдесят вяленых младенцев", — хмыкнул ведьмак.
— Думаю, тут для него недостаточно темно, — молвила Горвен. — Где же нам его тогда... — на этом слове воительница-дунадан оступилась на вроде бы ровном месте и чуть не провалилась в какую-то дыру. Геральт и Менельдир вытащили её за руки и обнаружили, что перед ними плохо закреплённая крышка люка, уводящего куда-то вниз.
— А там — достаточно, — сказал ведьмак, указывая в чёрный провал. Это был, верней всего, обычный потайной ход, предназначенный для бегства кардоланских монархов в случае беды, но запах сырости и туманный Тирн Гортад с призраками вокруг навевали мысли о склепе. Навевал их и медальон Геральта, нервно подпрыгивающий на многострадальной цепочке. — Похоже, мы нашли что искали.
— Геральт из Ривии, — обратился к нему Менельдир. — Не раз мы с тобой бились бок о бок в Кардолане с нежитью, варгами и полуорками. Может, настало время нам и сейчас совершить ещё один подвиг, величайший из всех, покончив с Серым Ужасом?!
— Не совершай безрассудства, Менельдир! — прервала его Горвен. — Судя по тому, что мы о нём ведаем, Ужас могуч и силён! Лучше дождаться Арагорна и Гальбарада, они обещали привести отряд!
Геральт задумчиво вглядывался в люк и наконец сказал:
— Если Серый Ужас — то, что я думаю, вполне возможно, что против него будут бесполезны даже навыки ведьмака. К тому же вечереет, а ночью подобные твари особенно сильны. Самое разумное, пожалуй — последовать совету Горвен.
— Эх, вы, — махнул рукой Менельдир, но ему нечего было возразить.
За скудным охотничьим ужином дунадан-ренегат был мрачен, молчалив и даже почти и не притронулся к зайцу. Под конец он добровольно вызвался на ночное дежурство вне очереди и вылез из палатки.
— Что-то он задумал, — сказал ведьмак Горвен. — Как бы не пошёл на эту серую курву в самоубийственную атаку.
— Я не удивлюсь, если он это сделает, — ответила следопытка. — Менельдир ведь рассказывал тебе, как ушёл от нас?
— Он нарушил присягу, струсил, погибли люди. Больше не рассказывал, — буркнул Геральт.
— Менельдир родился на Митейтельской стрелке, в наших потаённых поселениях. Он лишь на несколько лет старше меня. Однажды он на время отлучился со своего поста, и тролли, которых он должен был подстерегать, убили и съели семью, которую Арагорн поручил ему попечению. Это было лет пятнадцать назад, — начала объяснять Горвен.
— Тогда у него есть все основания себя грызть. Видела когда-нибудь погадку тролля, обожравшегося человечины? — спросил ведьмак.
— Я была там — после того, как всё случилось. Мы хотели, чтобы Менельдир остался, говорили, что похлопочем за него перед Арагорном. Но он ответил нам: "Свой позор я должен расхлёбывать сам" и ушёл от нас.
— Грустная история. Знавал я одного похожего ведьмака-ренегата. Его звали Беренгар. Но он в конце концов, разобрался, где хорошие парни, а где не очень, и пал смертью храбрых, сражаясь с бандой Саламандр в Вызиме, — припомнил Геральт.
— Боюсь, что Менельдир ищет такого же конца. В надежде смыть позор он способен на многое, — сказала Горвен.
Сны Геральту в столь паскудном месте снились тоже на редкость паскудные.
Какие-то курвины полузатопленные подземелья. По ним бредёт Менельдир и бормочет: "Я смогу! Я докажу! Обо мне узнают! Обо мне заговорят!". Внезапно из полузасыпанного отнорка показывается Беренгар и кричит: "Менельдир! Не ходи сюда! Здесь Король Дикой Охоты! Тебя вы* * *
т и высушат!". Но его поглощает серый туман...
— Менельдир! — разбудил ведьмака крик Горвен. После пробуждения выяснилось, что ренегата на месте уже не было.
— Пошёл восстанавливать доброе имя. Зар-раза... — проворчал Геральт.
— Видит Владычица, это я подбила его, — вздохнула Горвен. — Я слишком сильно пыталась его убедить, что он не стал чудовищем и предателем, что Арагорн примет его обратно, если... — и почему-то запунцовела.
— Настолько сильно? — усмехнулся ведьмак. Дунаданская воительница хотела было влепить ему пощёчину, но передумала.
— Нет времени смывать оскорбления, Геральт из Ривии! Мы не можем бросить Менельдира этому... как ты его...
— Реликту, — напомнил Геральт незнакомое Горвен слово. — Пошли.
"Спасатели" потратили ещё несколько минут, чтобы нацарапать указатель для остальных следопытов, где их искать, и в предрассветных сумерках двинулись в развалины Дол-Эрнила, по пути срубив походя здоровенное сочащееся гноем умертвие.
— Странно, — сказала Горвен, вытесывая на стене очередной указатель, — Менельдир прошёл здесь, но никто не пытался его задержать, в отличие от нас.
— Звучит нелепо, но похоже на ловушку, — сказал Геральт, нейтрализуя очередного умруна знаком Игни. — За нами явно наблюдали оттуда.
Наконец они достигли Трона Кардолана и давешнего люка в катакомбы. Ведьмак вручил факел в свободную руку Горвен, а сам принял "Кошку" и оставшуюся порцию "Филина". Конечно, оставалось маловато, но Геральт подозревал, что против того, чем является Серый Ужас, его эликсиры вообще окажутся бесполезны.
Ход вёл в настоящие сырые затхлые катакомбы, где над головами ведьмака и Горвен то и дело высовывались из земли узловатые корни. Им периодически попадались мертвецы, но ни для того, ни другого опасности уже не представляли. Наконец спасатели Менельдира прорубились в подземный зал, оформленный грубыми камнями с примитивным спиральным орнаментом по краям — казалось, он на века старше всего остального Дол-Эрниля.
— Менельдир! — воскликнула Горвен. И действительно, в свете факелов показалась фигура ренегата — он бродил, щупая руками воздух, будто ослеплённый. Девушка попыталась взять его за руку, но следопыт только грозно замахнулся мечом с совершенно неуместными словами:
— Тролли?! В это время года?! Нельзя терять времени! Убейте их всех!
Менельдир сделал резкий скачок вперёд и начал яростно рубить воздух.
— Тролли... Он словно провалился в свои воспоминания, — шепнула Горвен и, пристроив факел поудобнее, схватилась за меч обеими руками.
— Курвина магия, — сказал Геральт, покосившись на Глаз Нехалены. — На него наложили мощнейшую иллюзию. Такие сильные чары значат, что наш серый знакомый где-то рядом...
Тут их прервали скелеты, выкапывающиеся из-под земли. Бой этот был скоротечен и кончился победой живых. Даже Менельдир под иллюзией умудрился зацепить парочку мертвецов клинком, думая, что сражается с теми самыми злополучными троллями.
— Тролли вернулись! — тревожно кричал ренегат.
— Призраки прошлого крепко держат его, ведьмак, — огласил комнату загробный голос. — Ему никогда не сбежать от них!
Геральт обернулся на голос. И увидел Серый Ужас.
![]() |
|
Невероятно! Фф по лотро! Ещё не читал, но звучит многообещающе)
|
![]() |
nizusec_bez_usecавтор
|
Gerhardt
И как он теперь "вооруженным глазом"? |
![]() |
|
nizusec_bez_usec
Прекрасно, милсдарь Низушек-без-ушек! Очень приятно видеть, как квесты и локации из игры становятся частью написанного мира. Мне, как ни странно, в оригинальных книгах Толкиена всегда не хватало той наполненности и проработки окружающего мира, что есть в LotRO, и вот, вы взялись перенести на "бумагу" игровой мир, и написано очень приятно, сложно оторваться. На главе "Девушка и смерть (II)" я переключился на "Эльфа ниоткуда", чтобы понять, откуда взялись персонажи из Ведьмака в Средиземье, и тоже теперь не могу оторваться. Моё почтение! 1 |