Исправление и наказание (гет)

Гермиона на диво проворно взобралась на одну и разлапистых елей, что стояли на окраине опушки. Она сощурилась и посмотрела на юг, где за широким полем высились стены Винтерфелла.

‒ Ещё немного, маг, что сберёг эти земли. Ещё чуть-чуть, ‒ пробормотала Гермиона, думая о крипте.

Заходила она туда однажды, но ей и в голову не пришло, что могилы нужно проверить на следы магии. Если бы Гермиона знала, то всё было бы иначе. Быть может, в этих неведомых хрониках описана лишь жизнь того мага, а, может, он и все свои открытия об Иных оставил. Кто бы мог подумать! Первый человек в Ночном дозоре, первый чёрный брат, да имени его так никто вспомнить и не смог. Гермиона почему-то верила, что Призрак не скрывает имени своего отца, но тоже забыла. Восемь тысяч лет всё же минуло. Наверняка она решила помнить важное, а вовсе не пустые имена.

Клиган сидел подле Сансы Старк, ворча на отряд Маленького Джона.

‒ Вам бы пример с Бронна брать. Он свои доспехи не полирует, чтобы незамеченным быть, ‒ сказал Сандор.

Маленький Джон уселся рядом с новоявленным союзником и принялся жевать кусок вяленого мяса, что был припрятан в поясном кошеле.

‒ Ну и как же мы жили без твоих ценных советов? ‒ прожевав еду, поинтересовался Амбер.

‒ Хреново жили, ‒ отрезал Клиган под неодобрительный взгляд Сансы.

‒ А он прав, ‒ вклинилась Оша, стоявшая рядом с ними, бок о бок с Риконом. ‒ Вас издалека видать, словно ворону на снегу.

В этот момент к ним подошла Гермиона, с ног до головы покрытая хвойными иголками.

‒ Так, милорд, ‒ обратилась она к Амберу. ‒ Пусть битва ещё не началась, но что-то мне неспокойно. Пора мне свою работу начинать.

‒ Ну, начинай. Стройся! ‒ проревел Амбер.

Опушка эта была немалых размеров, прикрытая с южной стороны холмами. План был заранее согласован. Амбер построил своих людей вокруг скромной палатки Сансы и Рикона, те же сидели на месте с Ошей и Клиганом. Гермиона прочертила волшебной палочкой круг диаметром двадцать метров, оставив небольшую прогалину под вход, не задумываясь о том, как ей худо будет после столь тяжёлого заклинания. Ничего, справлялись же маги во Вторую Мировую. Только накладывался этот щит обычно двумя, а то и тремя волшебниками.

* * *

Лорд Старк выехал вперёд, навстречу командирам Болтона. Рядом с ним были представители почти всех домов, что поддержали Старков. Сир Давос был здесь от имени Ширен Баратеон, что осталась в Чёрном замке. Неуклюже раскачивался в седле Тормунд, а рядом с ним был главный Скагг. Мандерли горделиво сидел на самой крепкой лошади, что когда-либо видел Эддард. Джон же ехал по правую руку от отца. Лишь белый воротник, что вышила ему Санса, говорил о том, что он более отягощён своими клятвами.

‒ Лорд Болтон, ‒ сквозь зубы Эддард поприветствовал бледного Русе. ‒ Незачем вашим людям умирать. Отойди в сторону, прими сражение лишь со мной.

‒ И кто же меня приветствует? ‒ почти шёпотом спросил Русе. ‒ Самозванец в сопровождении мятежников и одичалых! Дошли до нас слухи о твоём мастерстве, наёмник. К чему мне сражаться с тобой, когда исход боя предрешён? А ты, дезертир? Как ты посмел привести Ночной Дозор на юг? Знай же, что за твоё предательство поплатится один из твоих дружков одичалых!

И тут Джон понял, что Манс ещё жив. В какой темнице его держит Болтон? Тормунд дёрнулся, тоже осознав, о ком говорит мясник.

‒ Ночной Дозор не нарушил своих клятв, милорд. Мои люди избрали меня лордом-командующим из мира, ‒ ответил Джон. ‒ Вы же угрожаете жизням Вольного народа, что пропустил я за Стену, заключив с ними союз против смерти, надвигающейся на всех нас.

‒ А надо было прирезать их, ‒ сказал Арнульф Карстарк.

‒ Так что же? ‒ повысил голос лорд Старк. ‒ Не отрицайте, вы знаете, что я ‒ Эддард Старк. Вы заняли мой дом, а ты, Русе, воткнул кинжал в сердце моего сына.

‒ Если так, то пора нам расходиться. Не желаю я узнавать вас, да и нет мне на то приказа. К исходу дня все вы повиснете на крестах, обнажённые, ‒ Русе указал на ободранные тела, расставленные по полю, которые совсем недавно были воинами Баратеонов.

‒ Вы победили моего короля, но его дочь не забудет эту жестокость, ‒ с горечью и гневом сказал Давос. ‒ Не только Север и истинный Север идёт против вас, но и Баратеоны!

‒ Пусть так, ‒ равнодушно бросил Русе Болтон, а затем развернул своего коня, направившись к армии.

И Старки развернулись к своим. Лорд Старк обратился к Джону и Гловеру:

‒ Их правый фланг почти пуст. Ваше дело ‒ держаться, пока не прибудет конница, но если получится, то пробейте правый фланг. Если я увижу это, то горцы с великаном сразу же пойдут к воротам.

Вун-вун и вправду ожидал сражения не с одичалыми. У великана на голове красовался шлем, укреплённый волшебницей, а новые латы, над которыми она трудилась не меньше суток, покрывали его тело. Никто не хотел, чтобы он погиб. Роль же его заключалась в том, чтобы в урочный час пробить ворота Винтерфелла, ведь никаким таранам не сравниться с мощью древнего великана.

Так они расстались, а лорд Старк окольным путём направился к горцам.

* * *

‒ Стоять! ‒ проревел Джон.

Вольный народ пылал от гнева. Они стояли на левом фланге, рядом с натренированными отрядами Мандерли и Амбера. Но Вольный народ был готов забыть обо всех оговоренных планах, лишь железная воля Джона Сноу удерживала их в строю.

‒ Если броситесь в бой сейчас, то мы проиграем! Стоять! ‒ но Джон и сам хотел броситься вперёд.

Там, у одного из окровавленных крестов, ещё минуту назад он заметил знакомый силуэт. Манса привязали. Ему отрубили сперва ноги, затем руки, а напоследок ‒ голову. Гогоча, мясники подняли в воздух вопящего ребёнка, пронзённого копьём.

‒ Стоять на месте! ‒ словно бы очнувшись, заорал Тормунд, осаживая своих людей, оголивших кривые клинки.

Болтон явно рассчитывал, что недисциплинированные одичалые сдадут свои позиции и нарушат строй. Теперь же, а Джон видел это ясно, гнев Вольного народа не погас, но заледенел. Они стояли и ждали, доверившись южным умениям, что уже однажды погубили их.

‒ Он ‒ мой! ‒ проревел Тормунд, указывая на знамя Болтонов, но с ним были готовы поспорить все воины Старка.

‒ Стоять! ‒ жёстко повторил Джон, спешившись и встав бок о бок с Тормундом.

‒ Мы будем стоять, Джон Сноу, пока они сами не запрыгнут нам в зубы, ‒ побагровев, крикнул Тормунд под одобрительные возгласы сородичей. ‒ Мы больше не попадёмся на подлости южан! Вольные!

Таков был ответ мясникам. В единый гул слились множество возгласов стоявшей недвижно армии.

‒ Вольные!

‒ Скагг!

‒ Амбер!

Но громче всех звучали два клича:

‒ За Север! За Старков!

* * *

‒ Пласидо некстус пласидо фрико…

Гермиона медленно, мучительно медленно вливала свою магию в постепенно материализовавшийся щит. Она повторяла слова, что возникли в её памяти, когда пали обеты. С юга донёсся громкий гул, слившийся в единое:

‒ За Старков! За Север!

Гермиона не обращала на это внимания, но рука её на миг дрогнула, когда рядом просвистела стрела.

А на поле кипела битва, но ни лорд Старк, ни Джон не знали, что правый фланг Болтонов ослаб не просто так. Рамси отвёл вернейших своих людей к опушке, где притаились Санса и Рикон.

* * *

‒ Конницы нет! Они справились! ‒ воскликнул Марк Пайпер, который пожелал остаться с лордом Старком.

‒ Что ж, ‒ Эддард одел шлем и вытащил меч из ножен.

Горцы отшатнулись от него, когда пламя вспыхнуло на Осколке льда, но Марк остался рядом. Его лицо покрылось капельками пота, но вреда ему клинок не причинял.

‒ Не страшитесь! ‒ воскликнул Эддард. ‒ Вы, верные своему долгу, пошли со мной к стенам Винтерфелла! Мой меч не причинит никому из вас вреда, лишь поджарит мясников в их доспехах. Вперёд, к воротам!

Крепконогие горцы направились к Винтерфеллу. Путь им не преграждали, ибо, как и предсказывал Эддард, правый фланг Болтонов был уничтожен. Битва ещё не закончилась, да конница Мандерли наносила свой удар с востока, сметая пехоту вместе с бросившимися в бой одичалыми, которые уже расправились с кавалерией, завязшей среди ощетинившихся копьями квадратов Амбера. И скагги замыкали кольцо вокруг них, стремясь не допустить того, чтобы хоть кто-то ушёл с поля боя.

Вун-вун шагал по земле, приминая ногами не столько траву, сколько мелкие деревца и кустарники. Эддард увидел, как с холма на всём скаку стремятся укрыться в Винтерфелле командиры Болтона. С ними было не больше сотни ратников. Он-то видел, но горцев от взора Русе прикрывала тоненькая рощица, что росла у подножия холма.

Горцы ускорили шаг вслед за Эддардом. Он во чтобы то ни стало стремился перехватить Болтона. Нанести удар, отрубить голову ещё одной змее, причинившей столько зла родной земле.

Опередили Болтона на удивление удачно, ведь шаг великана куда быстрее, чем самая крепкая лошадь. Вун-вун взревел и ударил кулаками оземь, встав на пути стяга с ободранным человеком. Лошади испуганно заржали и встали на дыбы, сбрасывая седоков. Наконец Эддард вступил в бой, а бок о бок с ним ‒ Марк Пайпер.

‒ За Ним и Мелоссу! ‒ выкрикнул один из горцев имена своих погибших детей, разрубая надвое знаменосца Дастинов.

Эддард уклонился от копья, занесённого одним из гвардейцев, пригнулся, нанёс удар по древку. Наконечник жалобно звякнул о землю, а вслед раздался и крик его владельца, чей живот прожёг насквозь пламенный меч. Эддард продолжал пробиваться дальше, туда, где Русе Болтон старался вновь оседлать фыркающую лошадь.

Внезапно раздалось рычание. Не только горцы укрывались в подлеске, но и Нимерия со стаей. До того волчица лишь таилась, не показывая себя людям. С тех пор, как она почуяла знакомый запах на Перешейке, Нимерия таилась на севере близ Винтерфелла, ожидая вновь увидеть родичей хозяйки дома. И Арья иногда с тоской смотрела её глазами на родные стены.

Теперь же девочка, хоть и находилась она в Браавосе, видела, как некто с пламенным мечом рубит убийц Робба Старка. Нимерия ощетинилась и в несколько прыжков преодолела разделяющее их расстояние. Тот человек уже схватился с Русе Болтоном. Нимерия стиснула зубы на ноге гвардейца, что сейчас бился с золотоволосым воином. Воин воспользовался моментом, воткнув свой клинок в шею противника, а затем с благоговением уставился на Нимерию.

‒ Воистину герб Старков ‒ лютоволк! ‒ воскликнул он, а затем снова бросился в бой.

Арья, к своему немалому сожалению, увидела, что Русе Болтона ей добивать не придётся. Пламенный меч вонзился ему прямо в сердце, пробивая доспех.

‒ Мой. Сын. Отомщён, ‒ услышала Арья слова воина.

* * *

‒ Живо! Отступайте! ‒ хотела прокричать Гермиона, но вместо этого выдала лишь прерывающийся шёпот.

Амбер продержался, но у Гермионы не оставалось сил на то, чтобы замкнуть барьер. Воины отступали, количество их умалилось. Плохо был и то, что несколько людей Рамси проникли за щит, но Клиган не просто так не отходил от своей леди. Никто не причинил ей вреда, лишь кровь забрызгала её сапоги.

Кто-то схватил Гермиону за руку. Маленький Амбер хотел было оттащить её за барьер, а уж выбоину можно и щитами прикрыть, но стрела угодила ему в ногу. Гермиона чертыхнулась, но затем поняла, что не хочет она бежать к безопасности, бросив сына добродушного Большого Джона. Стрелы свистели, Рамси приближался. Гермиона до конца своей жизни не смогла понять, как ей удалось совершить то, что она сделала.

‒ Вингардиум Левиоса! ‒ Маленький Амбер с большой скоростью влетел в проход.

Снаружи осталась только Гермиона. Она побежала было к щиту, но тут стрела настигла и её. Оставалось несколько шагов, Гермиона поползла, но кто-то преградил ей путь.

‒ Ты! ‒ выдохнула она, узнав старика.

Ещё одной Левиосой она отправила его за щит, проорав Сансе, чтобы не убивали человека в болтонском доспехе.

‒ Нексус! ‒ не особо надеясь на успех, Гермиона попробовала закрыть барьер, а затем кинула свою волшебную палочку в затягивающийся проход щита.

Санса с размаху ударила кулаком по куполу. Впрочем, не только она это сделала.

Её израненные защитники с горечью смотрели на то, как Рамси Болтон подошёл к барьеру. Его доспех был обагрён кровью Амберов, но теперь он не мог их достать. Но Гермиона осталась там.

‒ Жаль, ты была бы мне доброй женой, ‒ Рамси обратился к Сансе, бессильно взирающей на него. ‒ Что ж, раз жениться мне пока не светит, то хоть стану магом. Хей, Вонючка! Расскажи принцессе, что я могу отнять у человека всё!

Рамси презрительно усмехнулся. Санса посмотрела на старика в болтонских доспехах.

‒ Не убивай! ‒ сказала она решительным голосом Амберу, который уже занёс свой меч. ‒ Он нам понадобится.

Они не могли ничего сделать. Не могли выйти, лишь с гневом наблюдали, как рукоять меча Рамси опустилась на голову Гермионы. Болтоны ушли на юг неспешным шагом, прихватив с собой колдунью.

‒ Скажи мне, Теон Грейджой, ‒ обратилась Санса к старику под удивлёнными взглядами своей охраны. ‒ Скажи мне, Теон Грейджой, почему моя защитница предпочла спасти тебя, а не себя.

* * *

Вун-вун пробил ворота. Горцы начали последовательно зачищать галереи, хоть и их количество изрядно поубавилось из-за лучников на стенах. Подошли отряды Джона и Давоса.

‒ Отец! Мы победили! ‒ обратился Джон к лорду Старку.

Тот стоял на галерее, тяжело опёршись на перила. Всё было кончено. Леди Дастин отправлена в темницу, оставшиеся в живых воины Болтона ‒ тоже. Эддард обвёл усталым взглядом двор, усеянный телами.

‒ Хорошо. Ты можешь послать кого-нибудь за Сансой и Риконом? Боюсь, что сам я уже сегодня не покину Винтерфелл, ‒ сказал Эддард Джону.

‒ Конечно, ‒ сказал Джон и осёкся, заметив, как к ним идёт кроваво-красная лютоволчица.

‒ А, это ты! ‒ Эддард присел на корточки и потрепал слипшуюся шерсть.

Он снял шлем и широко улыбнулся Нимерии. На миг глаза лютоволчицы стали будто человеческими и она подпрыгнула на месте, бросившись вылизывать лицо Эддарда.

‒ Хей, хватит! Арья! Я же знаю, что это ты!

Те, кто достиг Винтерфелла, с удивлением наблюдали, как на галерее лорд Старк говорит не столько с воинами и сыном, сколько с лютоволком.

‒ Пора домой, дочка! ‒ Эддард заглянул Нимерии в глаза, зная каким-то внутренним чутьём, что Арья слышит его. ‒ Смотри! Джон дома, а Санса с Риконом тоже скоро придут! Мы не обидим Нимерию, а ты возвращайся поскорее.

* * *

Джон и Тормунд с двадцатью наименее уставшими вольными поскакали на север.

‒ Джон! ‒ Тормунд показал на следы. ‒ Здесь кто-то проезжал, причём недавно.

Джон не отозвался, но лишь перешёл на рысь.

Вскоре они прибыли на опушку, на которой остались недвижно лежать много людей Болтона, а ещё больше ‒ Амбера.

‒ Джон! Джон! ‒ завопила Санса, забыв обо всём.

Джон подбежал к барьеру и приложил свою руку к твёрдой стене.

‒ Джон! Это был Рамси! Он как-то выведал про эту опушку и напал в тот момент, когда барьер ещё только воздвигался, ‒ подошёл тяжело хромавший Маленький Джон.

‒ О, боги! Мы победили, Санса. Винтерфелл наш, ‒ но радость уже утихла в голосе Джона.

Санса вынула из-за пояса предмет, в котором Джон узнал волшебную палочку Гермионы.

‒ Джон! ‒ снова воскликнула сестра. ‒ Гермиона говорила, что до заката эта стена продержится, а потом сама падёт. Болтон… Бастард схватил её, а у неё и палочки с собой не было! Джон, они ушли куда-то на юг! И Гермиона с ними!

Джон похолодел, внимая сбивчивому рассказу Сансы. Он отвёл взгляд и наткнулся на связанного старика, лежавшего у палатки.

‒ Пленный? Хорошо, допросим! ‒ сказал Джон, указав на него.

‒ Это Теон Грейджой, ‒ с отвращением сказал подошедший Клиган.

Джон присел на землю и посмотрел на запертых за стеной людей. Тормунд присел рядом, а остальные сопровождающие начали разгребать поле боя.

‒ Так, ‒ сказал Джон, отгоняя усталость. ‒ Санса, расскажи всё по порядку. Что случилось?

И Санса выдохнула, собралась с силами, подавила все чувства. Она начала рассказывать с того момента, как они прибыли на опушку, стараясь ничего не забыть. Иногда её рассказ дополняли Маленький Амбер и Клиган.

‒ Тормунд, ты всё запомнил? Живо скачи назад и расскажи всё моему отцу! Мы пока здесь останемся, ‒ сказал Джон. ‒ Барьер падёт, сразу направимся к Винтерфеллу, но неплохо бы и лошадей сюда послать.

Джон остался сидеть, где был. Он с горечью смотрел на Сансу, вертевшую в руках волшебную палочку.