Цена мечты стать айдолом (джен)

На кухне повисла тишина, густая и липкая, как остывший чай, который Ёну налил Джумину. Пар поднимался от чашки, но никто не делал глотка. Юань сидел рядом, сложив руки на столе, его взгляд был устремлён в стену, словно он медитировал, чтобы не вмешиваться. Хёнхо нервно постукивал пальцами по столешнице, этот ритм раздражал больше, чем молчание. Джумин сидел напротив, опустив голову, его пальцы нервно теребили край рукава. Маска уверенного манипулятора спала, оставив обнажённым испуганного подростка, который понял, что переоценил свои силы.

— Что это вообще было? — резко спросил Хёнхо, не выдержав. Его голос ударил по тишине, как хлыст. — Чем ты думал, а? Тебя кто-то за руку тянул подписывать бумаги?

Джумин молчал, вжимая голову в плечи. Ему нечего было ответить. Любое оправдание сейчас звучало бы жалко.

— Меня бесят всё в этом доме, — продолжил Хёнхо, склоняясь ближе к столу. Его глаза блестели не злостью, а каким-то странным, обиженным разочарованием. — Сонджэ со своим зазнайством, Дохён со своим контролем... Но ты... Ты бесил меня меньше всех. Потому что ты умный. Потому что ты понимал, как выживать. — Он сделал паузу, сглотнув ком в горле. — Если бы ты не плёл эти интриги за нашими спинами... Мы бы могли стать нормальными друзьями. А теперь ты просто тот, кто сбежал.

Джумин поднял взгляд. В его глазах стояла влага, но он не моргал, боясь, что слеза подтвердит его слабость. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но звука не последовало. Ёну смотрел на эту сцену и чувствовал тяжесть в груди. Хёнхо только что признался в симпатии единственным способом, который знал — через злость. Но слова уже не могли изменить факт ухода.

— Я забыл телефон в комнате, — тихо сказал Ёну, поднимаясь. Ему нужно было выйти. Воздух на кухне стал слишком плотным, насыщенным невысказанными обидами. — Вернусь через минуту.

Он вышел в коридор, глубоко вдохнув прохладный воздух кондиционера. Голова гудела. Инсо здесь. Лично. Это меняло всё. Ёну прошёл мимо кабинета директора и замер. У двери, согнувшись в три погибели, стояли остальные. Дохён, Феникс, Сонджэ, даже Рё выбрался из комнаты. Они припали ухом к щели, пытаясь уловить хоть слово. Ёну не стал их прогонять. Он тихо встал рядом, прислонившись плечом к стене, и тоже прислушался.

Внутри кабинета было тихо, если не считать звука отламываемого бисквита. Пак Ынсок сидел на краю своего стула, прямой как струна, руки лежали на коленях, ладони вспотели. Напротив, на единственном кожаном диване, развалился Мин Инсо. Он закинул ногу на ногу, мятые штаны его худи собрались гармошкой на щиколотке. В руке он держал кусок клубничного торта, который ему купили в кафе на первом этаже, и ел его прямо руками, не пользуясь вилкой. Крошки падали на его худи, но ему было всё равно. За его спиной, в панорамном окне, возвышался стеклянный небоскрёб Min Group, отражающий вечернее солнце. Это напоминание о власти висело над головой Ынсока тяжёлым молчаливым упрёком.

— Мин Инсо-ним, — начал Ынсок, его голос дрогнул. — Я не знаю, как благодарить вас за вмешательство. Вы спасли ситуацию. Если бы стажёр ушёл сейчас, пресса бы...

Инсо отмахнулся свободной рукой, отправляя в рот ещё кусок торта.

— Я не за этим пришёл, Ынсок-сси. Благодарности счёт не оплачивают. — Он слизнул крем с пальца и посмотрел на директора. — Сколько ещё денег нужно добавить?

Ынсок заморгал, не ожидая такого прямого вопроса.

— Простите?

— Дебют отложен, — спокойно констатировал Инсо, глядя на крошки на своих брюках. — Значит, вы будете тратить больше, чем планировали. Жильё, еда, тренировки. Говорите цифру. Или список.

Ынсок сглотнул. Он боялся показаться наглым. Боялся, что любая просьба станет последней каплей.

— Не сочтите за наглость... — начал он осторожно. — Но из-за задержки нам нужно продлить аренду общежития. Плюс... если мы хотим конкурировать с группами уровня YG, нам нужны курсы этикета, сценического присутствия... Нужно нанять ещё одного менеджера, потому что я один не справляюсь. И технику в зале нужно обновить, зеркала треснули...

Он говорил быстро, словно боялся, что его остановят. Инсо слушал молча. Его лицо не выражало ни скуки, ни раздражения. Он просто фиксировал информацию, как компьютер. Когда Ынсок закончил, в кабинете повисла тишина. Инсо медленно вытер руки о салфетку, которую нашёл в кармане худи, и полез за телефоном.

Ынсок напрягся. Он подумал, что Инсо сейчас проверит баланс, увидит расходы и откажет. Директор уже открыл рот, чтобы начать извиняться, говорить, что они постараются обойтись меньшим...

Инсо повернул экран телефона к нему. Яркая подсветка озарила тёмный кабинет. На экране висело уведомление банковского приложения.

«Перевод выполнен. Получатель: Signpost Entertainment. Сумма: $1,000,000.00».

— Правильно ли я указал получателя? — спросил Инсо буднично, словно речь шла о покупке кофе, а не о сумме, которая спасала компанию от банкротства на год вперёд.

Ынсок не смог ответить. Его горло перехватило. Он смотрел на цифры, и они расплывались перед глазами. Миллион долларов. Просто так. За один разговор.

Инсо пожал плечами, увидев его реакцию, и убрал телефон.

— Ладно. Мне пора. Не затягивайте с дебютом. Я не люблю ждать.

Он поднялся, стряхнул крошки с живота и направился к двери. Ынсок остался сидеть, глядя в пустоту, словно его душа временно покинула тело.

Инсо открыл дверь. Трейни у двери шарахнулись в стороны, пытаясь изобразить, что они тут просто стояли. Инсо прошёл мимо них, даже не взглянул. Только возле Ёну он остановился на секунду.

— Хорошая работа, что узнал меня, — тихо сказал он, едва шевельнув губами. — Но в следующий раз не пали контору перед всеми.

Он подмигнул и пошёл к выходу из здания, насвистывая себе под нос. Ёну проводил его взглядом, затем посмотрел на Ынсока, который всё ещё сидел в оцепенении. Миллион долларов. Теперь они не просто выживут. Теперь у них есть оружие. Но цена этого оружия — полная зависимость от воли одного человека. Ёну перевёл взгляд на Джумина, который стоял в конце коридора, бледный как полотно. Он тоже понял. Теперь уйти он точно не сможет. Клетка захлопнулась, но зато внутри неё стало тепло и сытно.