Щит, пламя и роботы (джен)

В коридоре возле дуэльного клуба было не протолкнуться. Студенты всех факультетов и курсов сгрудились вокруг большого пергамента, приколотого к стене заклинанием, и гудели, как потревоженный улей. Кто-то радостно вскрикивал, найдя своё имя, кто-то разочарованно вздыхал, а кто-то, привстав на цыпочки, пытался разглядеть хоть что-то поверх чужих голов. Лео пришлось изрядно поработать локтями, чтобы пробраться поближе. Он уже собирался нырнуть в последний просвет между плечами двух рослых семикурсников, когда краем глаза заметил знакомый профиль.

Элли стояла чуть левее, зажатая между Мирандой и каким-то долговязым когтевранцем, и тоже пыталась протиснуться к таблице. Она заметила Лео в тот же миг, и они обменялись короткими кивками — мол, «вижу, ты тоже здесь». Лео махнул рукой, подзывая её, и, когда толпа на секунду качнулась в сторону, Элли ловко скользнула в образовавшуюся щель и оказалась рядом с ним. Миранда что-то пискнула ей вслед, но тут же отвлеклась на Софи, которая нашла их имена и теперь активно тыкала пальцем в пергамент.

— Ну что, смотрел уже? — спросила Элли, переводя дыхание.

— Только что пролез, — ответил Лео. — Ещё даже не видел ничего.

Они вдвоём уставились на таблицу. Пергамент был расчерчен аккуратными линиями, имена шли столбиком, а справа от них — цифры баллов и номера групп. Лео пробежал глазами по верхним строчкам. Ожидаемо: сплошь старшекурсники. Пятнадцать баллов, четырнадцать, снова пятнадцать. Он скользнул взглядом ниже, туда, где должны были быть третьекурсники. Нашёл себя, Дэнни и Миранду.

— Так, — пробормотал он. — Где же ты? Элли… Элли…

Он водил пальцем по строчкам, но ни одной «Элли» не находил. Ни Элли Смит, ни Элли Тейлор, ни Элли Браун, ни даже Элли Джонс. Вообще никакой Элли. Лео нахмурился и перечитал список ещё раз, теперь медленнее. Ничего.

— Слушай, — сказал он, поворачиваясь к Элли. — А тебя тут нет. Совсем. Может, они тебя пропустили?

Элли смотрела на него с таким выражением, будто изо всех сил сдерживала смех. Её глаза блестели, а уголки губ подрагивали.

— Что? — не понял Лео.

Она молча протянула руку и ткнула пальцем в середину списка. Лео проследил за её жестом и прочитал: «Елена Волкова — 10 баллов — Группа 2».

Он замер. Перевёл взгляд с пергамента на Элли. Потом обратно. Потом снова на Элли.

— Елена? — его голос прозвучал так, будто он впервые в жизни произносил это имя. — Волкова?.. Так ты же… Элли, а не Елена? И фамилия у тебя… Волкова?

— Вообще-то Елена, — сказала Элли, и смех наконец прорвался наружу — тихий, тёплый, совсем не обидный. — Элли — это сокращение. Родители зовут Леной, но в школе прижилось Элли. А Волкова — да, фамилия. Русская. Ты, наверное, не ожидал.

Лео стоял, открыв рот. Он знал её уже несколько месяцев. Они тренировались вместе, сражались, спорили, сидели в библиотеке, гуляли в Хогсмиде. И всё это время он даже не задумывался, что у неё может быть какое-то другое имя. Не просто «Элли», а целое «Елена Волкова». Это звучало… по-взрослому. И как-то очень серьёзно.

— Елена Волкова, — повторил он, пробуя имя на вкус. — Звучит как-то… ну, я думал, ты какая-нибудь Браун. Или Смит. А тут — Волкова. Как будто из другого мира.

— Так и есть, — улыбнулась Элли. — Я и есть из другого мира. Мои родители из России. Они переехали в Англию, а вскоре и я родилась.

Лео кивнул, всё ещё переваривая. Елена. Волкова. Надо же. Он покосился на таблицу и вдруг заметил кое-что ещё.

— Смотри, — сказал он, указывая на строчки с именами третьекурсников. — Из наших никого выше тебя нет. Десять баллов. Ты самая сильная третьекурсница, получается.

Элли чуть смутилась.

— Просто повезло с соперниками. У меня не было никого из старших курсов, а Лео вон попался на шестикурсника.

— Не скромничай, — отмахнулся Лео. — Десять баллов — это серьёзно. У меня вон девять, и то я рад.

Он проследил дальше, вниз по списку. Лео Эшфорд — 9 баллов — Группа 4. Ниже — Дэнни, 6 баллов, Группа 1. И совсем внизу, у самой красной черты, отделявшей прошедших от выбывших, — Миранда Гринграсс, 5 баллов, Группа 3. Лео даже выдохнул с облегчением, увидев, что Миранда всё-таки прошла, хоть и на грани.

— Мы в разных группах, — заметила Элли, проследив за его взглядом. — Ты в четвёртой, я во второй.

— Ага, — Лео ещё раз пробежал глазами по списку. — Дэнни в первой, Миранда в третьей. Все в разных. Интересно, как распределяли.

— Наверное, чтобы сильные не столкнулись рано, — предположила Элли. — Хотя кто знает.

Она замолчала, изучая свою группу. Лео тоже всмотрелся в имена. В его четвёртой группе значилась какая-то шестикурсница-слизеринка с тринадцатью баллами и пара других шестикурсников с десятью-одиннадцатью. Потом шёл он сам с девятью, и замыкал список четверокурсник с семью. У Элли картина была похожей: фаворит-старшекурсник, несколько крепких середняков и она сама.

— Честно говоря, — сказал Лео, понизив голос, — я не уверен, что выберусь из группы. Тут какая-то шестикурсница-слизеринка, некая Серафима Розье, аж с тринадцатью баллами, похоже, вообще машина. Да и остальные не подарок.

— У меня то же самое, — отозвалась Элли. — Первое место, скорее всего, займёт старшекурсник. Но за второе можно побороться. Если повезёт.

— Может, мы вообще не выберемся в плей-офф, — Лео пожал плечами. — Но попробовать стоит. Вдруг повезёт?

— Вдруг, — эхом повторила Элли.

Они постояли ещё немного, глядя на таблицу, но уже не читая имена, а просто думая каждый о своём. Толпа вокруг постепенно редела — студенты, узнав свои результаты, расходились по делам. Кто-то радостно хлопал друзей по плечам, кто-то уныло плёлся к выходу. Миранда, проходя мимо, показала Лео язык и скрылась за поворотом вместе с Софи. Дэнни, наоборот, подошёл, хлопнул Лео по спине, поздравил с девятью баллами и убежал, крикнув на ходу, что «всё равно всех сделает в групповом этапе».

Лео и Элли остались вдвоём.

— Знаешь, — вдруг сказала Элли, не глядя на него, — я даже рада, что мы в разных группах. Не придётся быть соперниками. По крайней мере, пока.

Лео почувствовал, как что-то в груди слегка отпустило. Он и сам думал об этом, но не решался сказать вслух.

— Я тоже об этом подумал, — признался он. — Соревноваться друг с другом уже… как-то не хочется. Может, наоборот — объединимся? Будем тренироваться вместе. Глядишь, хоть один из нас пробьётся дальше.

Элли повернулась к нему и улыбнулась — той самой, редкой, тёплой улыбкой, от которой у Лео всегда становилось спокойно на душе.

— Вдвоём шансов больше, чем порознь, — сказала она. — Я — за. Только учти: если встретимся в финале — пощады не жди.

— Взаимно, — усмехнулся Лео. — Но сначала надо туда попасть.

Он протянул руку, и Элли, чуть помедлив, пожала её. Ладонь у неё была тёплая и сухая, а рукопожатие — крепкое, совсем не девчачье. Они стояли так пару секунд, глядя друг на друга, а потом одновременно разжали пальцы и отвели взгляды, будто смутившись.

— Ладно, — сказала Элли, поправляя сумку на плече. — Тогда договорились. Когда первая тренировка?

— Да хоть завтра, — ответил Лео. — После уроков, на пустыре.

— Идёт.

Она повернулась и пошла по коридору к башне Когтеврана. Лео смотрел ей вслед, пока её фигура не скрылась за поворотом. Потом перевёл взгляд на таблицу, всё ещё висевшую на стене. «Елена Волкова» — значилось там, среди десятков других имён. Елена. Надо же.

Он улыбнулся своим мыслям и зашагал в сторону гостиной Гриффиндора. Впервые за долгое время ему казалось, что всё идёт как надо.

Там было шумновато, но не суетливо — то самое время после ужина, когда народ ещё не разбрёлся по спальням, но уже не носится с гиканьем через всю комнату. В дальнем углу несколько старшекурсников лениво перекидывались в карты, у камина сидела стайка третьекурсниц, что-то оживлённо обсуждая, а первокурсник с учебником по трансфигурации оккупировал подоконник, поджав под себя ноги. Огонь потрескивал, отбрасывая на стены танцующие тени, и в этом мягком, уютном полумраке Лео чувствовал, как напряжение дня потихоньку отпускает.

Он всё ещё прокручивал в голове разговор с Элли. Елена Волкова. Надо же. Он столько времени знал её просто как Элли — упрямую, умную, немного заносчивую девчонку с Когтеврана, которая сначала уложила его на лопатки, а потом стала… кем? Соратницей? Другом? Он сам не знал, как назвать то, что между ними происходило, но от мысли, что они договорились тренироваться вместе, внутри разливалось странное, приятное тепло.

Лео хмыкнул своим мыслям и уже собирался подняться к себе, когда заметил Кая.

Брат сидел в кресле у самого огня, ссутулившись и глядя в пламя. Его мантия была небрежно брошена на подлокотник, воротник рубашки расстёгнут, а волосы, обычно аккуратно зачёсанные, торчали в разные стороны, будто он только что провёл по ним рукой. Или не один раз. Лео замедлил шаг. Что-то было не так. Кай не выглядел уставшим после тренировки — он выглядел… пустым. Как человек, которого выключили, оставив только оболочку.

Лео подошёл и плюхнулся в соседнее кресло. Кай не пошевелился.

— Прикинь, — начал Лео, стараясь, чтобы голос звучал как можно обычнее, — Сегодня турнирную таблицу вывесили, все наши прошли. Оказывается, Элли — это вообще не Элли. Ну, то есть Элли, но по-настоящему её зовут Елена. Елена Волкова. Представляешь? Волкова! Русская фамилия. Я думал, она какая-нибудь Смит или Браун, а тут — Волкова. Как будто из другого мира.

Кай не повернул головы. Его взгляд оставался прикованным к огню, а лицо не дрогнуло ни единым мускулом.

— Ммм… — протянул он после долгой паузы, и голос его прозвучал так, будто он отвечал из соседней комнаты. — Как интересно.

Лео сбился. Он ожидал хоть какой-то реакции — удивлённого взгляда, усмешки, ехидного комментария про «твою ненаглядную». Но не этого. Не пустого, безжизненного «как интересно», произнесённого тоном человека, который даже не пытается притвориться, что ему есть до этого дело.

— Кай… — Лео осёкся, подбирая слова. — Ты как? Устал?

— Нормально, — Кай пожал плечами. — Тренировки, капитанство, уроки. Сам понимаешь.

— Точно? — Лео подался вперёд, вглядываясь в лицо брата. — Ты последние дни какой-то… не такой.

И тут Кай повернулся. На его лице вдруг расцвела широкая, почти настоящая улыбка, а в глазах загорелся тот самый задорный огонёк, который Лео помнил с детства — когда Кай подбивал его на какую-нибудь шалость или подкалывал после неудачной тренировки.

— Лучше расскажи, как вас там по группам раскидали? С Элли-Еленой в одну группу попали?

— Не, в разные, — немного опешив от такой резкой прыти брата, пробубнил Лео.

— Ну и твоё счастье, а то она тебе, как обычно, опять зад надерёт! — игриво и со смехом сказал Кай.

Лео почувствовал, как к щекам приливает краска.

— Ничего она мне не надерёт! — возмутился он.

— Ага, ага, как скажешь, — Кай усмехнулся. — Ладно, герой, я спать. И ты не засиживайся.

Он поднялся, потрепал Лео по макушке — совсем как в детстве — и, не оборачиваясь, направился к лестнице, ведущей в спальни. Его шаги были лёгкими, почти пружинистыми, и со спины он выглядел как обычно — старший брат, капитан, дуэлянт, который только что подколол младшего и теперь идёт отдыхать после долгого дня.

Но Лео смотрел ему вслед, и улыбка медленно сползала с его лица. Что-то было не так. Смех Кая — громкий, почти заразительный — прозвучал слишком… громко. Слишком наигранно. Как будто он не смеялся, а играл роль. И это «как интересно» — пустое, безжизненное — всё ещё звенело в ушах.

Лео остался в кресле, глядя на догорающий камин. Внутри поселилось неприятное, тянущее чувство — не страх, не обида, а что-то среднее. Тревога. Он вспомнил, как Кай в последние дни уходил куда-то по вечерам, как возвращался мрачный и односложный, как отмахивался от вопросов. А сегодня — эта неестественная весёлость, этот задорный огонёк, который горел слишком ярко, чтобы быть настоящим.

С Каем что-то происходило. Что-то серьёзное. Но он не расскажет, пока сам не решит. А давить — только хуже сделаешь. Лео знал это по себе: когда ему было плохо, он тоже бывало, замыкался, и только время помогало разжать челюсти.

Он уже хотел подняться к себе, когда перед ним вдруг возник Дэнни. Под мышкой у него была зажата потёртая шахматная доска, а в руке он сжимал небольшой мешочек, из которого доносилось возмущённое бормотание — видимо, фигурам не нравилось сидеть в тесноте.

— Ну что, — Дэнни плюхнулся в кресло напротив и начал расставлять фигуры прямо на низком столике у камина, — партейку? А то ты какой-то смурной сидишь. Шахматы, говорят, мозги прочищают лучше всяких зелий.

Лео хотел отказаться, но, глядя на довольную физиономию друга и на то, как маленький чёрный ферзь грозит кулачком белому королю, вдруг передумал. Может, и правда отвлечься.

— Ладно, — он усмехнулся и пересел поближе к столику. — Только не ной, когда я тебя сделаю.

— Это мы ещё посмотрим, кто кого сделает! — Дэнни уже двигал королевскую пешку на две клетки вперёд. — Давай, твой ход, великий стратег.

Лео склонился над доской, чувствуя, как тревога, сжимавшая грудь, немного отступает. Сейчас он сыграет партию-другую, а потом — спать. Завтра тренировка с Элли. И всё будет хорошо. Должно быть хорошо.