Дневник «Белорусского Когтевранца» (гет)

[Запись из дневника. 15 мая 1998. Часы]

Системное время

После разговора с Джинни мозг наконец-то переключился в режим «не ной, а действуй». Негатив ушел, уступив место здравому смыслу и холодной сосредоточенности.

Задача: замок отпустит Хранителя (то есть меня) только после того, как новый директор (Макгонагалл) пройдет инициацию. Инициация возможна только в сентябре, в день осеннего равноденствия. Казалось бы, фиг с ним, подожди до осени, но таймер запущен. Каждый день, что я тут прохлаждаюсь, Бэт сидит в гоблинской тюрьме. Даже если её не пытают, приятного там мало. И она ждёт, что я приду и спасу её. Да и не могу я просто сидеть — это легче сказать, чем сделать. Внутри постоянно зудит желание бежать и что-то делать, отдаваясь нервной дрожью в кончиках пальцев.

Итак, уважаемые знатоки, внимание, вопрос: а откуда замок, который, по сути, является просто огромной горой камня, вообще знает, какой сейчас месяц?

Календаря с отрывными листочками у него нет, радио и телевидения тоже. Вспоминаю подсказку из зала, то есть слова Элис в гостиной: «Они привязывали защитные контуры цитаделей к лунным циклам и маятникам». Значит, где-то в самой архитектуре магии зашит внутренний хронометр. Главный маятник, задающий ритм всем сезонным чарам, защитным контурам и циклам.

Дождался, пока Кристалл накопит немного энергии, и вечером вытащил Дамблдора на связь. Призрак соткался из воздуха, мерцая и сыпля помехами, как старый телевизор «Горизонт» с обломанной антенной, даже с едва уловимым статическим треском.

— Профессор, — начал без предисловий. — Как Хогвартс определяет время?

Дамблдор замер. Губы дрогнули, складываясь в ту самую фирменную лукавую улыбку учителя, чей нерадивый ученик наконец-то сам решил сложную задачу у доски.

— Ты задаешь правильные вопросы, Александр. Всё ждал, когда же ты до этого додумаешься.

Я мысленно хмыкнул. «Додумался», ага. Конечно, додумался, но если бы не гениальная неряха Элис со своими фолиантами, еще не факт, что бы эта идея пришла мне в голову так быстро. Но вслух, разумеется, лавры отдавать не стал.

Но тут до меня дошёл полный смысл слов профессора. Сжал кулаки так, что сухо хрустнули суставы.

Да ёперный театр, так и знал! Старый интриган знает всё, только ему вечно хочется, чтобы люди сами доходили до решения.

— Вы всё знали. С самого начала знали, в чем загвоздка, и просто молчали!

— Если буду давать тебе готовые ответы, ты ничему не научишься, — спокойно парировал старик. — Тем более ты любишь механизмы. Должен понимать структуру сам. Да, в замке есть Астрономические Часы. Это не просто шестерни со стрелками. Это магический календарь, привязанный к движению планет, лунным циклам и магии Основателей. Именно он говорит замку, когда пора менять сезонные щиты, когда открывать определенные проходы и когда... проводить инициацию директора.

— Где они? — перебил, не желая слушать лекцию.

— В Западной башне. На самом верхнем ярусе, куда ведет замурованная винтовая лестница. Удачи, Хранитель.

И растаял в воздухе слабым запахом озона, оставив меня наедине с планом. Хитрый дед. Бесит неимоверно, но прав: пока сам не допрешь, толку не будет. И всё же, подскажи он мне сразу, я бы сэкономил десять дней. Интересно, а если бы я не додумался, он бы так и молчал до сентября? Что-то мне подсказывает, что да.

Живые руины

Вышел из Лаборатории, еще ругаясь на профессора. Но больше ругал себя: как это вся эта ситуация, что произошла, выбила меня из колеи и полностью отрубила мозг. Да и появление профессора — словно я опять его студент и жду, когда он скажет мне, что делать дальше. Но ведь прошлый год как-то выживал без него. Да, в Азкабане помогло его наследство — банка с монпансье, но как выбраться — придумал сам. И дальше: Министерство, Гринготтс — всё сам. Может, пора уже повзрослеть и самому решать свои проблемы? Всё же по меркам магов я совершеннолетний, да и по меркам маглов осенью стану взрослым. А так, ждал, что же мне скажет Дамблдор, и чего дождался? Прошло одиннадцать дней, а мог и до осени тут ходить тупить. Нет, правильно говорит профессор: я уже не тот наивный мальчик, пора уже самому отвечать за свою жизнь.

Решил не тянуть: и так столько времени потратил, надо было сразу идти на разведку. Замок уже не казался мертвым склепом. Жизнь потихоньку возвращалась, и он походил уже на тот Хогвартс, что я помнил с первого курса. Сквозь проломы тянуло свежим весенним ветром.

В коридоре пятого этажа наткнулся на профессора Флитвика. Стоя на стопке книг, он дирижировал палочкой, пытаясь поставить на место огромный кусок гобелена. Ему помогали Ханна Абботт и Эрни Макмиллан — ребята с Пуффендуя. По сути, они еще студенты, для них это был их последний курс, так что помогают сами, а не из-под палки. Все в строительной пыли, уставшие, но сосредоточенные. От них пахло сухой известкой.

— Чуть левее, Эрни! — пищал Флитвик. — Вектор приложения силы не тот, ткань рвется! Эрни пыхтел, палочка в его руке мелко дрожала. Камень стены никак не хотел принимать старую ткань, недовольно искрил.

— Позвольте, профессор.

Подошел ближе. Вскинул Черный орех. Дерево привычно и тяжело легло в ладонь.

— Адгезио.

Короткий, жесткий взмах. Просто «приварил» край гобелена к камню, намертво вплавив нити в гранит. Пахнуло паленой шерстью и озоном. Ткань натянулась с глухим треском и встала идеально.

— О! — Флитвик радостно захлопал в ладоши. — Блестяще, мистер К.! Идеальная сцепка. Ханна улыбнулась, вытирая пот со лба и оставляя на коже грязную полосу:

— Спасибо, Алекс. Ты как призрак — появляешься, чинишь всё и исчезаешь. Как ты узнаешь?

— Стреляли, — кивнул я и пошел дальше.

Они чинят декорации и вешают обои. А мне нужно сводить все магические потоки в единую сеть.

В брюхе хронометра

Западную башню нашел быстро. Лестница действительно оказалась замурована, но с тех пор, как я остался единственным ответственным за Замок, он начал открывать мне свои тайны. Приложил ладонь к стене, и глухая кирпичная кладка просто разъехалась в стороны с тяжелым каменным скрежетом, пропуская Хранителя в святая святых.

Поднялся по крутой лестнице наверх. Толкнул тяжелую дубовую дверь — открыта, просто отошла в сторону.Внутри пахло горячей медью, старой графитовой смазкой и электричеством. Комната была круглой, и всю её занимал гигантский механизм. Внутренности Биг-Бена, скрещенные с древним компасом и планетарием. Выглядело круто.Огромные латунные кольца медленно вращались друг в друге. По ним ползли серебряные макеты планет. Внизу, в густых масляных ваннах, бесшумно крутились шестеренки размером с тележное колесо. Вся эта махина тихо, размеренно тикала, и этот звук физически отдавался прямо в грудной клетке. Тик-так. Тик-так. Сердцебиение времени.

По краям сфер шли рунические насечки: месяцы, лунные фазы, знаки зодиака.

Подошел ближе. Завораживающее зрелище. Вот оно, время Хогвартса.

Нашел главный вал, отвечающий за времена года. Сейчас медный указатель стоял на руне «Телец», медленно, по миллиметру ползя к «Близнецам». Май.

Первая мысль была до дурости простой: взять палочку, подцепить шестеренку левитацией и тупо провернуть вал до руны «Весы» (середина сентября). Заставить замок думать, что наступила осень.

Уже потянулся к механизму, но вовремя отдернул руку.

— Стоп, машина, — сказал сам себе вслух. — Сначала думаем, а потом делаем.

Я же всё-таки хоть и недоучка, но артефакты и механика для меня не пустые слова. Если сейчас переведу магические часы на четыре месяца вперед, вся магия Замка пойдет вразнос. Это всё равно что поливать лужайку зимой и думать, почему земля превратилась в каток, а травка не растет.

Зимние обогревающие щиты активируются летом. В теплицах профессора Стебль мгновенно сдохнут все растения из-за резкого сбоя климат-контроля. Энергия ударит по перекрытиям, закоротит защитные узлы, и прочее, и прочее.

Неизвестно, к чему это приведет, но точно меня по голове не погладят за такое, а скорее наоборот — будут всем замком ловить.

Трогать сам механизм нельзя.

Значит, нужно как-то обмануть систему.

Прищурился, вглядываясь в хитросплетение металла и магии. А как вообще эта громадина понимает, что на дворе май, а не ноябрь?

Достал палочку.

— Ревельо.

Самый минимум.

В воздухе с тихим гудением подсветились магические контуры. Начал осторожно обходить конструкцию, анализируя узлы.

Ага, вот оно. Система магических датчиков.

Над верхним ярусом колес висит сложная система линз, уходящая в потолок — она собирает проекцию звездного неба и лунные циклы. Чуть ниже, на латунном кожухе, вырезана цепочка погодных рун, покрытая легкой испариной: датчики температуры и влажности. А в самом низу, у основания — резонирующий кристалл, который собирает эти данные и транслирует в стены замка один общий сигнал: «Сейчас май. Погода такая-то, звезды там-то».

И где-то в замке Книга Доступа принимает этот сигнал и понимает, что до сентября еще далеко. Впрочем, как и весь замок.

Как обмануть книгу? Пока я понятия не имею. Создать иллюзию или перебить частоту? Магия — это не радио, тут просто так антенну не скрутишь.

Инженерное правило номер один: чтобы подделать сигнал, надо сначала понять, из чего он состоит.

Мне нужно точно измерить, какой магический «вес», температуру и плотность выдают эти датчики. На глаз такое не прикинешь, нужна аппаратура. Приборы объективного контроля. Магические тестеры.

Только вот в Хогвартсе мультиметров не выдают. Точнее — магиометров. Хотел такой собрать уже давно, да всё руки не доходили, а теперь жизнь заставила. И не в первый раз. Возможно, маги уровня Дамблдора просто видят магические потоки и читают их как открытую книгу. Куда уж мне, студенту-недоучке. Но зато я могу их измерить, зафиксировать цифры и понять хотя бы примерно, как часы работают на физическом уровне. И тогда, возможно, придет здравое решение.

Пошел к себе в Лабораторию. Достал чистый пергамент, чернила и циркуль.

План нарисовался. Для начала соберу пару артефактов-датчиков, чтобы снять с часов текущие показания и понять их природу. А уже потом буду думать, как сделать из этого сентябрь.

Ночь будет долгой. Чертежи сами себя не нарисуют. А до Йоля часики тикают.

[Запись из дневника. 16 — 17 мая 1998. Обманка]

Сбор данных

Весь следующий день потратил на сборку измерительной аппаратуры. Сделал пару примитивных магиометров на основе кварца, медных спиралей и рун распознавания плотности потока. Выглядят как кривые компасы с мелко дрожащими стрелками, но свою функцию выполняют — не просто фиксируют наличие магии, а раскладывают её на спектр.

Настроил приборы так, чтобы они ловили разные частоты магического поля.

Первый индикатор (красный) — тепловой фон (погода, сезон).

Второй (синий) — астральная привязка (положение звезд и луны).

Третий (зеленый) — органика (жизненные циклы замка).

Но главное — я добавил четвертый контур. Золотой.

Это поиск Времени.

Ведь Замок должен четко знать: сейчас 16 мая, 13:00. Это не абстракция, это команда. Значит, Часы должны выдавать жесткий, ритмичный импульс. Своеобразный «тактовый сигнал» или сердцебиение, в котором зашифрована текущая дата.

Без этого сигнала весь распорядок дня Замка рассыплется: уроки начнутся посреди ночи, а ужин подадут на завтрак.

Откалибровал всё на базовых заклинаниях. Логика подтвердилась: похожие заклинания из одного раздела показывают одинаковый цвет, меняется только мощность сигнала.

Для настройки времени использовал «Темпус». Оно подошло идеально: самое простое, бытовое заклинание, рисующее в воздухе слабо светящийся призрачный циферблат. Наверняка в Часах работает схожий принцип, только в миллион раз мощнее.

Тест

Пошел тестировать. Как настоящий геодезист, бродил по замку и снимал показания. Конечно, обитатели Хогвартса косились на меня, но пока вопросов не задавали.

Сначала поднялся к Астрономическим Часам. Там стрелки моего прибора чуть не выгнулись дугой от напряжения.

Красный, Синий и Зеленый индикаторы горели ровно. Но Золотой… Он пульсировал.

Тук-тук. Тук-тук.

Четкая, мощная вибрация, от которой мелко дрожало стекло. Каждую секунду Часы выбрасывали в эфир уникальный магический сигнал: «Сейчас 16 мая. Сейчас 16 мая + 1 секунда».

Это была несущая волна. Именно на неё нанизывались погода и звезды. Это и есть Ось Времени.

Потом спустился в теплицы к профессору Стебль. Воздух влажный, теплый, тяжелый от запаха прелой земли и удобрений. Прибор показал, что магия здесь густая — зеленый спектр доминировал. Но сквозь него четко пробивался тот самый Золотой ритм. Растения «чувствовали» его и знали: сейчас май, пора цвести.

Если бы я просто вручную перевёл стрелки на сентябрь, они бы начали сбрасывать листву, даже если бы в теплице оставалось тепло. Время работает и с биологией. Просто обмануть градусник тут не выйдет.

Заглянул на кухню к эльфам — там преобладал красный спектр от раскаленных печей, но ритм был тот же. Замок жил в едином времени. Сигнал пронизывал камень, воздух и воду.

Вывод

Сидел вечером на подоконнике в Лаборатории, анализировал записанные показатели. За окном сгущались лиловые сумерки, но я их не замечал.

Картина ясная. Астрономические Часы — это основополагающий артефакт. Да, можно их отключить или сломать, и тогда всё, что работало по ним, встанет. Руны погаснут, барьеры собьются. Школа потеряет ориентацию во времени — не будет знать, когда 1 сентября, а когда Хэллоуин.

Часы преобразуют все внешние сигналы (звезды, погоду) в единый магический поток.

И Книга Доступа ждет не просто «осени» за окном. Она ждет конкретный, уникальный магический сигнал, который скажет ей: «Сегодня 21 сентября, тот самый день».

Если я просто создам там холодную и дождливую погоду — она не поверит. Мне нужно подделать саму частоту, сгенерировать этот «Золотой спектр».

Чёрт, как же всё сложно-то. Я потер переносицу, чувствуя, как закипают мозги.

Обратный инжиниринг

Сидел в Лаборатории над куском пергамента, исчерканным схемами. Чернила въелись в подушечки пальцев. Голова пухла.

Дамблдор молчал. Понятно, старик ждет, пока сам додумаюсь. И если и приду к нему, то с каким-то глобальным вопросом. Обучение по методу Дамблдора.

Разложил проблему на составляющие.

Ритуал Инициации зависит от Книги Доступа. Как эта старая тетрадь (или как она там выглядит) понимает, что наступил сентябрь? Глаз у неё нет. Она не отправляет сов к Астрономическим Часам с вопросом: «Который час?». Магия так не работает. Книга просто дышит фоном Замка. Она считывает окружающее пространство: положение звезд над башнями, лунные фазы, сезонную плотность магии земли. Она ловит смесь этих магических потоков от Часов.

Но в теории это можно обмануть.

Как дома в Минске народ скручивает счетчики воды? Кладут мощный неодимовый магнит прямо на циферблат. Вода по трубам идет, как и шла, стояк работает, но сам счетчик находится в локальном магнитном поле и думает, что всё по нулям. ЖЭС обманут.

Здесь принцип тот же. Мне не нужно лезть в Часы и рисковать всем климатом Хогвартса. Мне нужно положить «магнит» рядом со «счетчиком».

Я соберу артефакт-генератор. В день Инициации я поставлю его на стол прямо возле Книги. Когда Макгонагалл возьмет Печать и соберется прижать её к странице, я активирую прибор. Он создаст вокруг стола невидимый купол радиусом в пару метров. Внутри этой сферы магический фон, влияние звезд и температура будут жестко зафиксированы на параметрах осеннего равноденствия.

Книга «вдохнет» эту карманную осень, сверит данные, признает Печать действительной, и я тут же вырублю генератор. Замок останется в мае, а бюрократия Основателей будет удовлетворена.

Идея отличная. Но есть проблема.

Чтобы обмануть древний артефакт, нужна не просто картинка с желтыми листьями. Нужна абсолютная, ювелирная точность. Идеальная проекция магического фона 21 сентября. Малейшая погрешность в угле наклона условной Луны — и Книга раскусит фальшь, а нас отбросит проклятием защиты.

Мне нужны четкие звездные координаты и метеосводки.

Астрономия и пыль

За эти дни, что провожу в Лаборатории на восьмом этаже, я немного одичал. Спал урывками, ел всухомятку. Надо бы, что ли, заглянуть в свою спальню в нашей Когтевранской башне. Конечно, всю малышню эвакуировали и там только 6-7 курс, но оно и к лучшему — не нужно быть старостой. Но пока есть дела поважнее.

Пошел искать Аврору Синистру, профессора Астрономии.

Нашел её на самом верху Астрономической башни. Там после боев снесло половину парапета. Ветер здесь гулял свободно, зло посвистывая в проломах. Профессор, замотанная в теплую мантию, руководила парочкой старшекурсников, которые левитировали уцелевшие латунные телескопы на место. Выглядела она измотанной — черные круги под глазами, руки в ссадинах.

— Профессор, — подошел я, стараясь не мешать. — Нужна ваша помощь.

Она обернулась, поправляя выбившийся на ветру локон. Взгляд усталый, но цепкий.

— Мистер К... Чем обязана? Надеюсь, вы не пришли сказать, что башня может обвалиться?

— О нет. С башней всё хорошо. Мне нужны архивы. Точнее, расчеты звездного неба на день осеннего равноденствия.

21 сентября. Идеальные координаты всех планет, лунных фаз и ключевых созвездий над Шотландией в эту дату.

Она нахмурилась.

— Зачем вам это сейчас? На дворе май, экзаменов не будет, а до сентября еще дожить надо.

Пришлось импровизировать.

— Понимаете, профессор, провожу одно исследование: влияние погодных условий на магические артефакты и руны.

Осеннее равноденствие — это пик стабильности. Мне нужны эти данные как точка отсчета для калибровки рун.

Звучало достаточно по-когтеврански, чтобы она не стала копать глубже. Да и репутация у меня положительная — с чего бы ей подозревать неладное?

Синистра тяжело вздохнула, выпуская облачко пара.

— Архивы частично пострадали. Но старые журналы наблюдений лежат в сундуках на нижнем ярусе башни. Возьмите пятый том, он в синем кожаном переплете, там есть подробные звездные карты за последние сто лет на равноденствие. Только верните на место, когда закончите.

Метеосводка и расчеты

Сказать, что с картами я разобрался быстро, — значит нагло соврать. Сто лет наблюдений — это огромная стопка пыльных пергаментов. Пришлось засесть прямо там, на ледяном каменном полу нижнего яруса башни, глотая вековую пыль, от которой першило в горле. Я выписывал градусы, склонения планет, лунные фазы за каждое 21 сентября. Искал закономерности, выводил средний астрономический и магический фон. Скрип пера в гулкой тишине казался неестественно громким. Почувствовал себя студентом политеха за ночь до сдачи курсовой.

Но одних звезд мало. Оставалась погода. Температура, атмосферное давление, влажность воздуха. Замок чувствует осень не только по небу, но и по тому, как остывает камень, как меняется плотность тумана над озером.Спустился в библиотеку. Здесь, после сквозняков башни, было тепло и тихо, пахло старым пергаментом. Но нужный стеллаж с погодными сводками найти с ходу не удалось.

В дальнем углу, за столом, заваленным фолиантами так, что её саму было почти не видно, сидела Элис Морвен. Гора книг перед ней напоминала баррикаду. Интересно, это её список на месяц или на день?

Вместо того чтобы искать вслепую, решил рискнуть. Подошел. Всё же Элис всю жизнь, что её знаю и вижу, только и делает, что читает. Так что шансы были неплохие. Плюс один раз она мне ответила, может, и в этот повезет.

— Элис? Прости, что отвлекаю. Мне нужна статистика погоды за последние сто лет. Не знаешь, где искать?

Она не сразу подняла голову. Сначала медленно дочитала абзац, а потом, наконец, посмотрела на меня поверх своих огромных очков. Её пальцы были испачканы свежими чернилами. А волосы напоминали воронье гнездо. Но, кажется, это её вовсе не волновало.

Не спросила «зачем». Просто поправила очки, чуть склонив голову набок, и указала испачканным пальцем вглубь архива. Палец был красивый, длинный. Девочка-контраст.

— Третий ряд, верхняя полка, — её голос, низкий и хрипловатый, снова ударил по нервам. — Гроссбухи атмосферной магии. Чистокровные семьи раньше использовали их для калибровки сезонных чар. Ищи там, Алекс.

Она назвала меня по имени. Просто, буднично. Но то, как она это произнесла — с легкой ленцой, растягивая гласные, — заставило мурашки пробежать по спине. От этого тембра хотелось немедленно забыть про все свои проблемы и просто слушать, как она читает вслух телефонный справочник. Чёрт. У меня по телу словно электрический ток прошёл. Так даже Бэт не умела говорить.

— Спасибо, — выдавил я, чувствуя, как краснеют уши.

Элис уже снова погрузилась в свою книгу, не обращая на меня никакого внимания. Словно и не было этого короткого разговора.

Внутри промелькнула шальная мысль: кажется, в Хогвартсе есть еще кто-то, кто знает эту библиотеку не хуже Гермионы. И это открытие было почти таким же важным, как и сама информация. Может пригодиться.Нашел нужные гроссбухи ровно там, где она сказала. Убил еще часа три, листая тяжелые, пропахшие сыростью тома, страницы которых были ломкими и шершавыми. Взял данные за последний век и вывел среднее арифметическое для нужной даты. Итог: температура около 12 градусов Цельсия, высокая влажность (почти морось), давление чуть пониженное. Чистая статистика.

Когда я уходил, Элис всё так же сидела и читала, только стопка книг слева стала больше, а справа меньше.

Попрощался с ней, втайне надеясь услышать еще раз этот донельзя приятный голос, но, кажется, она или не услышала, или не сработал триггер, который выводит её из этого состояния. Может, у Луны спросить? Ладно, сейчас другая задача.

К вечеру, грязный, с красными от напряжения глазами и гудящей головой, но весьма довольный собой, вернулся в Лабораторию. Разложил на столе листы. Исходники собраны. Звезды, Луна, температура, влажность. Теперь нужно засунуть эту метеосводку и карманный планетарий в один артефакт. Создать маленькую, портативную осень, которая будет работать ровно столько, сколько Макгонагалл потребуется, чтобы расписаться в Книге Доступа и приложить Печать.Дело за малым — собрать эту бандуру так, чтобы она не взорвалась у меня в руках. Но это уже задачка на завтра. Сегодня хочу просто поспать.