Подмастерье Пожирателя и другие связанные с ним титулы/Apprentice of The Devourer and Other Associat (джен)

Я закрыла приложение ПЛО на телефоне и встала, чтобы убрать тарелку. Было странно, когда люди обсуждали тебя в интернете, но я же была героиней, так что шумиха была вполне ожидаемой. В следующий раз, когда увижу мистера Фокса, мне придётся спросить его, как он завёл аккаунт. Зная его, он, наверное, взламывал библиотеку или что-то в этом роде. Но это сейчас не имело значения. Важно было другое — Аркадия. Хотя, с другой стороны, именно её я и должна была изучать, прежде чем заметила приложение ПЛО.

«Готова идти?» — спросил папа из гостиной.

«Да», — ответила я, идя рядом с ним и беря свой новый рюкзак. Он действительно потратился на школьные принадлежности по полной. Новая папка, тетрадь, карандаши — всё. Изначально я жаловалась на то, что он тратит на меня столько денег, но он настоял. «Это на твоё образование», — таков был его аргумент. С чем, в общем-то, трудно поспорить.

Я всё ещё считаю это пустой тратой времени. И всё же некоторым это удавалось.

«Мне бы тоже не помешало получить немагическое образование. Умение говорить на языке модронов ничего не значит, если ты не умеешь считать», — сказал я, выходя на улицу в свежий февральский утренний воздух.

Назови дробь.

«Э-э», — подумал я о подходящей большой дроби, садясь на пассажирское сиденье папиного грузовика, — «хорошо. 482/128».

Асерерак без колебаний ответил: 3 и 49 и 64. Вот, теперь можем мы проигнорировать эту уловку и вернуться к продуктивной области обучения?

«Я иду в школу, и это окончательно. Эй, я даже могу чему-нибудь научиться», — сказала я, когда мы съехали на улицу.

«Эйс… Ацере… э-э, твой учитель не хочет, чтобы ты ходила в школу?» — спросил папа, как обычно, запинаясь, произнося имя Ацерерака.

«Он думает, что он лучший учитель, чем кто-либо другой, это связано с его эго».

«Ах». Папа кивнул. Я понимала, что ему всё ещё не по себе от присутствия Ацерерака, но, по крайней мере, он не был так явно обеспокоен, как раньше. В конце концов, если бы моя дочь сказала мне, что у неё в голове живёт злой старый волшебник, я бы тоже забеспокоилась. С другой стороны, Ацерерак описывал себя как «без мелочных моральных ограничений, не злой». Видимо, разница всё-таки была.

Мы ехали по улицам города, пока обветшалые кварталы не сменились более ухоженными каменными постройками. Мы продолжали ехать, пока не свернули за угол и не добрались до места назначения. Аркадия представляла собой четырёхэтажное здание, которое выглядело точь-в-точь как средняя школа из телешоу. Белые каменные стены, широко открытые окна, даже школьный баннер над входными дверями. С того ракурса, с которого мы подъезжали к парковке, я могла видеть, что здание имело форму гигантской буквы H. Два крыла, соединенные коридором.

Мы прошли сквозь ряды учеников и вошли в приемную. Я сразу заметила, насколько там было чище, чем в Уинслоу. И у секретарши не было раздражающе цокающих ногтей, когда она печатала. Важны были именно мелочи. Через несколько минут нас проводили в кабинет директора.

Мы вошли в угловой кабинет, и я впервые увидела директора. Мое первое впечатление было такое: он выглядел полной противоположностью директора Блэквелл, и не только потому, что он был мужчиной. У него было квадратное, угловатое лицо с коричневыми трапециевидными усами на губах. Волосы у него были седые, но все еще густые, и уложены в длинную прическу «маллет». Его костюм был пастельно-желтого цвета, а на груди красовался галстук, украшенный разноцветными треугольниками. Короче говоря, он выглядел так, будто из 70-х.

«Здравствуйте, директор Уоллес», — сказал папа, садясь на одно из кресел напротив него.

Директор поднял руку и покачал головой.

«Пожалуйста, зовите меня Марк. Мне не нравится, когда меня называют по фамилии, это заставляет меня казаться намного важнее, чем я есть на самом деле».

«Хорошо, Марк», — сказал отец. — «Мы здесь, чтобы завершить перевод Тейлора в Аркадию».

«Ах, да». — Он открыл что-то на компьютере. — «Мисс Хеберт. Приятно познакомиться».

Он протянул мне руку для рукопожатия, что я и сделала. Его рука была удивительно мягкой, несмотря на свой грубый вид. Он что, увлажнил её?

«Ваш перевод завершен, Пиггот была довольно настойчива в этом». — Мои глаза расширились. — «Не волнуйтесь, ничего особенного. Это та же политика, что и для Стражей», — добавил он, прежде чем я слишком сильно запаниковала.

«Теперь меня проинформировали об исключительных обстоятельствах в Уинслоу. Поэтому я готов предложить особую сделку. В обмен на более интенсивную учебную программу мы готовы вернуть ваши оценки к тому уровню, который был в начале этого года».

Вот это был сюрприз. Неумолимые методы Трио практически свалили мои оценки на землю. Кража домашней работы, её уничтожение, подмена цифр, пока я не смотрела — для них не существовало ничего невозможного. Поэтому самая высокая оценка которую я получала была «B».

«Это… спасибо», — сказала я.

«Не беспокойся. По крайней мере, я могу помочь». — И это автоматически поставило его выше большинства взрослых, которых я знала. — «А теперь вот твоё расписание». — Он вытащил лист бумаги из своего настольного принтера и протянул мне. — «Твой класс и первый урок — математика с миссис Джарлсон. Звонок прозвенит через несколько минут, так что тебе лучше поторопиться». — сказал он, прежде чем отпить из своей чашки кофе, на которой было изображение диско-шара. Он был действительно предан этому стилю.

Мы с папой вышли из кабинета директора и направились в центр приемной.

«Ну что ж», — папа повернулся ко мне, — «думаю, на сегодня мы прощаемся».

Мы немного подождали, прежде чем я бросилась к нему и обняла. После быстрого объятия мы разошлись, и я повернулась, чтобы войти в коридоры Аркадии.

Это место такое же скучное, как Механус, — произнёс Ацерерак, когда я шла по заполненным учениками коридорам. — Нет, я беру свои слова обратно. Механус интереснее. По крайней мере, там аккуратно отполированные стены покрыты смертоносными часовыми механизмами.

Я проигнорировала его, оглядывая учеников. Они выглядели… более презентабельно, чем в Уинслоу. Не то чтобы лучше, ведь это были подростки. Просто более опрятно. Никакой одежды, потрепанной просто от долгого отсутствия и не для моды, никаких красных глаз от марихуаны и никаких открытых бандитских знаков. О, здесь были члены банд, в этом нет сомнений. Просто они прятались.

Идя вдоль стен, я начала ощущать истинное величие школы, если вообще можно назвать школу величественной. То, как люди двигались без видимой нерешительности или страха перед возмездием. Группировки, сплотившиеся в аккуратные группы, разбросаны среди остальных учеников. Подождите. Кто я: Тейлор Хеберт, ученик волшебника и новый ученик Аркадии. Что я делаю: Иду на первый урок в Аркадии. Где я: Аркадия Хай, первый этаж, главный коридор. Кто пытается меня очаровать? Я начал осматривать комнату.

Я искала виновницу по коридорам. Я понимала, что это не поможет, большинство очарователей также умеют менять облик или становиться невидимыми. Но посмотреть точно не помешало. Я как можно незаметнее повернулась на месте, чтобы осмотреть коридоры. И тут я увидела её, идущую по коридору.

Она была высокой и хорошо сложенной, в университетской куртке, с золотистыми волосами, собранными в повязку. Вокруг неё собралась целая группа учеников, которые болтали и заискивали перед ней.

«Слава», — сказала я через мгновение. Было хорошо известно, что дети Даллонов учились в Аркадии, и это была одна из причин, почему я так хотела попасть сюда ближе к концу восьмого класса. До того, как Эмма разрушила эти надежды.

Я слышала об ауре Виктории Даллон раньше, и, полагаю, было логично предположить, что она действует подобно заклинанию. Она могла либо внушать благоговение её союзникам, как это случилось со мной, либо вселять страх в её врагов. Рада, что я была её союзницей.

Когда её группа подошла, я обошла их и прижалась к стене. Вокруг неё собралась обычная группа разумных учеников, каких и следовало ожидать от старшеклассницы. А также, судя по всему, немало потенциальных женихов, пытавшихся привлечь её внимание. Следом за ней шла группа, похожая на настоящих друзей, людей, которые держались подальше от прихвостней. Помимо своей сестры, Панацеи, Эми Даллон, следовавшей, ближе к концу группы.

Какая же она принцесса, правда? Кажется, я видела похожее событие, когда юная Лаэрал Сильверхэнд впервые попала на ежегодный бал в середине зимы в Невервинтере. Конечно, с ней был Элмистер, так что большую часть внимания можно списать на него.

«Ты ходишь на вечеринки?» — тихо спросила я, ожидая, пока группа пройдет мимо.

Нет. Я просто много занимаюсь исследованиями.

Я кивнула и повернулась, чтобы продолжить путь по коридорам к кабинету математики в комнате 417. Они были разделены на блоки, обозначенные сотнями. Так что в четвертом крыле было всего около полутора десятков комнат. На первом этаже было четыре крыла, и еще по четыре на каждом этаже. Не считая нулевого крыла, приемной. Понятия не имею, почему я трачу столько времени на эти вещи, но Ацерерак всегда говорил, что нужно обращать внимание на планировку любого здания, в которое я вхожу.

Прошло полторы минуты до звонка, когда я вошла в комнату миссис Ярлсон. Это была невзрачная женщина в черном платье и джинсовой куртке поверх него. Ее светлые волосы были аккуратно собраны в тугой пучок, проколотый двумя палочками. Когда я вошла, она подняла на меня взгляд.

«А, должно быть, ты Тейлор. Марк сказал мне, что ты сегодня к нам присоединишься. Не ставь пока свои вещи, мы сегодня поменяемся местами». — сказала она с легким франко-канадским оттенком. Я просто кивнула и отошла в сторону, наблюдая, как входят другие школьники.

Все они сели за сгруппированные столы, по четыре человека в группе, и начали разгружать свои рюкзаки. Через минуту после звонка я была уверена, что все студенты здесь. Чтобы скоротать время и успокоить нервы, я решила заняться одним из методов анализа комнат, предложенных Ацерераком. Тридцать два студента, восемнадцать девушек, четырнадцать юношей. Три спортсмена, две чирлидерши, один гот, два преппи⁽¹⁾, один огромный фанат «Звездных войн» . На нём была футболка с Дартом Вейдером, кепка из «Новой надежды», а на рюкзаке висел брелок с клоном-солдатом. С Земли Алеф, а не Бет.

Затем снова прозвенел звонок, означающий конец перемены. Миссис Джарлсон наклонилась ко мне и спросила.

«Хочешь увидеть что-нибудь смешное?»

«Э-э, конечно?» — неуверенно ответила я. Что может быть смешным для учителя математики? Моему старому, похоже, нравился только его очень плохо спрятанный в классе виски.

Миссис Джарлсон хитро улыбнулась, затем повернулась к классу и громко сказала.

«Угадайте, что все? Пересаживайтесь!» По комнате раздался громкий стон, когда все начали собирать свои вещи. Я не могла удержаться от смеха. Миссис Джарлсон быстро становилась моей новой любимой учительницей.

Меня посадили в группу с парнем и ещё одной девушкой. Как только учительница попросила нас представиться, девушка с каштановыми волосами напротив меня начала говорить:

«Привет, меня зовут Эовин. Да, меня назвали в честь персонажа из «Властелина колец». А вы кто?» — Она посмотрела на нас обоих, прежде чем остановиться на мне. — «О, вы новенькая?»

«Э-э, да. Привет. Я Тейлор», — сказала я после паузы. Почему она такая энергичная с утра? Кофе, сахар, метамфетамин?

«Приятно познакомиться, Тейлор».

Она протянула руку, и я пожала её. Затем она повернулась к парню, сидевшему с нами, — одному из спортсменов, которых я заметила ранее.

«Я уже знаю, кто ты, но у меня такое чувство, что она нет».

«Итак, привет», — сказал он, повернувшись ко мне. — «Я Джек. И я в футбольной команде». Он указал на значок, который носил с гордостью: на нём были надписи «Arcadia High Centurions Fall 2011» и изображение римского легионера посередине. Разве — «Аркадия» — это не греческое слово? Тому, кто придумал эмблему для этой школы, следовало бы взять в команду кого-нибудь, кто разбирается в классической истории.

Затем учитель привлекла всеобщее внимание и начал сегодняшний урок. Я, видимо, перевелась в удачное время, так как все классы как раз переходили на новый раздел. Поэтому сегодня был урок «Введение в тригонометрию». В которой я, как оказалась, удивительно хороша, полагаю, постоянное рисование сложных окружностей упростит нахождение радиан.

Примерно через сорок минут прозвенел звонок, и я поднялась по лестнице, чтобы найти кабинет 602, английский язык, с мистером Хичкоком. Придя туда, я заметила, что перед кабинетом собралась большая толпа людей. Когда я подошла ближе, стало очевидно, что дверь заперта и никто не может войти. Через несколько минут после звонка, возвестившего об окончании перемены, из-за угла вышел мужчина и подошёл к двери.

«Извините, я был на совещании», — сказал он, открывая дверь ключом.

Это был высокий мужчина, чуть выше меня ростом, с коротко подстриженными тёмными волосами, зачёсанными назад. На лице у него была короткая тёмно-чёрная борода и усы. На нём была повседневная светло-голубая рубашка и брюки, а карандаш покоился за ухом. Он открыл дверь и впустил нас в свой класс. Комната была такого же размера, как и обычный класс, но с парой огромных окон на противоположной стороне, так как находилась на втором этаже. Комната была оформлена как кинотеатр, стены были увешаны афишами различных книг. Немного подумав, я мысленно дала себе пощёчину: это же мистер Хичкок. Неужели у всех в этой школе есть какая-то фишка?

Не обращая на это внимания, я вошла в комнату и стояла там, пока все входили. Я решила еще раз пройтись по контрольному списку. Двадцать девять учеников, шестнадцать мальчиков, тринадцать девочек. Два спортсмена, ни одной чирлидерши, два гота, три мажора, один парень, лихорадочно что-то пишущий на одном из школьных портативных компьютеров.

«Ты Тейлор?» — мои мысли прервал мистер Хичкок, заговоривший справа от меня.

«А, да», — ответила я.

«Отлично, можешь сесть рядом с Ричи. И подожди. У тебя уже есть школьный билет?» — Я покачала головой. — «А, ничего страшного. Уверен, мы сможем договориться с библиотекой. Сегодня нам привезут новые книги, и для того, чтобы их взять, нужен билет. Но, думаю, мы что-нибудь придумаем».

Затем он повернулся, подошел к передней части класса и начал рассказывать о новой книге, которую мы читали.

«Привет», — сказал парень рядом со мной, Ричи, когда я села. Это был невысокий парень с кудрявыми светлыми волосами и футболкой с надписью «Легенда». Он производил впечатление серфера, если бы в Броктон-Бей были волны.⁽²⁾

«Привет», — ответила я, слушая лекцию мистера Хичкока. По-видимому, мы собирались читать «Убить пересмешника».

«Ты новенькая?» — спросил Ричи через мгновение.

«Да», — кивнула я и уточнила. — «Переводная».

«Круто. Меня зовут Ричард, но все называют меня Ричи. Приятно познакомиться», — сказал он, кивнув.

«Взаимно», — ответила я. После этого мистер Хичкок закончил лекцию, и весь класс вышел в коридоры и направился в библиотеку. Которая, надо сказать, была намного лучше, чем библиотека Уинслоу или публичная библиотека. Все было аккуратно расставлено, на столах не было вырезанных знаков банд, а пятна на ковре были приличного размера. Мы все выстроились в очередь и прошли мимо стойки, чтобы взять книги и отсканировать их с помощью удостоверений личности. Но когда я подошла к началу очереди, мистер Хичкок просто сказал, что я новенькая, и мне без лишних хлопот дали книгу.

Мы вернулись в класс как раз к звонку, чтобы забрать свои вещи. После второго урока был небольшой перерыв, во время которого я смогла съесть пачку чипсов, идя по коридору на третий урок истории с миссис Чой. Она была не такой примечательной, как две предыдущих учителя. Она была просто азиаткой, вероятно, кореянкой, которая очень хорошо умела заставлять людей слушать себя. Мы начинали раздел о гражданских правах, Мартине Лютере Кинге и всё такое. Меня поставили в пару с одной из готов, которая сказала мне всего три слова: «Привет», её имя, «Маджента» и «да», в ответ на мой вопрос, не хочет ли она со мной поговорить.

После этого был урок химии с мистером Эммерсоном. Это был довольно крупный мужчина, который мог бы неплохо изобразить Санта-Клауса, если бы удосужился отрастить бороду, соответствующую его длинным волосам. На что он обратил наше внимание в начале занятия, напомнив нам о необходимости надевать резинки для волос во время экспериментов. Рассадка в его классе была не такой строгой, как в других классах: можно было сидеть где угодно, при условии, что вы выполнили свою работу.

В результате я оказалась за одной из выступающих по бокам комнаты эмалированных стоек. Пока я ждала окончания перемены, я наблюдала, как в класс входят люди. Среди них было знакомое лицо, с которым я училась три часа, и он сразу узнал меня. «Привет, у нас один и тот же урок химии. Как тебе это?» — сказала Эовин, садясь рядом со мной, и её голос звучал ещё бодрее, чем раньше.

«Да, у нас один и тот же урок», — ответила я, когда учитель привлёк всеобщее внимание. Затем он предложил нам провести простую лабораторную работу, чтобы вернуться к теме после импровизированного перерыва, или, в моём случае, начать её изучать. Он решил немного пошутить, и мы просто смешивали инертные металлы, чтобы получить интересную цветовую комбинацию, а затем записывали использованные пропорции.

«Хм, мне кажется, она могла бы быть зеленее, если бы мы добавили немного вердигриса».

Эовин странно посмотрела на меня.

«Что?»

«О, э-э. Окислённая медь».

Заметка для себя: нужно выучить современные названия химических веществ.

«Я слышал, кто-то сказал вердигрис?» — спросил мистер Эммерсон, подойдя ко мне сзади.

«О, э-э, да», — смущенно ответил я.

«Хм. Натрий?»

Через мгновение я понял его вопрос и сказал: «Натриум».

Учитель поднял бровь. «Оксид кальция».

«Едкая известь».

«Сульфид ртути?»

«Киноварь».

Брови мистера Эммерсона поднялись.

«Кто-то знает историю химии», — сказал он с оттенком благоговения.

«Спасибо», — сказала я, смущенно опустив взгляд. Затем учитель подошел, чтобы помочь другой группе, которая каким-то образом создала красную пену, которая сейчас пузырилась из их стакана.

Затем я обернулся и увидел, что Эовин смотрит на меня.

«Откуда ты это знаешь?»

Я пожала плечами.

«Я много читаю. И случайно взяла экземпляр старого алхимического руководства 1400-х годов. Там было кое-что интересное».

Она кивнула.

«Круто».

После этого остальная часть урока показалась довольно скучной.

Зачем они используют буквы для обозначения элементов? Использование символов уменьшило бы вероятность путаницы, и их можно использовать в разных языках.

Я проигнорировала Ацерерака, когда прозвенел звонок на обед.

«Привет». — Я обернулась и увидела, как ко мне подошла Эовин. — «Хочешь пообедать с нами? Или можешь неловко сидеть одна», — сказала она со смехом.

Я вздохнула.

«Хорошо, почему бы и нет».

Я знала, что она не хотела быть бестактной, но всё равно это задело. Но это была новая школа, и я хотела хотя бы попытаться завести новых друзей. Арканалот и архилич могут быть могущественными, но хорошими друзьями это их не сделает.

«Отлично!»

Она повернулась и повела меня по коридорам Аркадии в столовую, которая находилась в нижней части западного здания. Это была большая квадратная комната, с несколькими стоящими колоннами и десятками обеденных столов. Она проводила меня к очереди, где мы, неспешно, взяли еду. Я взяла куриный сэндвич, яблоко, изюм и бутылку воды. У меня была еда в рюкзаке, но горячий сэндвич лучше холодного.

Затем Эовин подвела меня к одному из столов у края комнаты и предложила сесть. За столом сидели еще три человека: Джек с урока математики и двое незнакомых мне. Одна из них была девочкой, скорее всего, примерно моего возраста, с такими же длинными черными волосами, как у меня. Только у нее волосы были заплетены довольно замысловато. Она выглядела азиатского происхождения, возможно, японского. Другой был мальчиком, примерно на фут ниже меня, с копной волос, которая выглядела так, будто он только что из 80-х. Что это за дела в этой школе что мода на старые прически?

«Тейлор, это Сара и Лиам». Она указала на двух других учеников.

«Привет», — сказала я, садясь.

«Привет», — первым сказал мне Лиам. — «Ты новенькая?»

«Да».

«О, откуда?» — спросила Сара.

«Из Уинслоу», — сказала я смущенным голосом.

«Фу», — Лиам поморщился. — «Ну, по крайней мере, ты оттуда выбралась».

«Да».

Мы немного посидели в неловком молчании.

Видимо, Эовин не любила неловких моментов, поэтому она вмешалась и сказала: «Кто-нибудь слышал, что случилось прошлой ночью?»

Это привлекло мое внимание.

«Нет. Что случилось?» — попыталась я сказать как можно более непринужденно и заинтересованно.

«Мистрил победила Крюковолка», — сказала она с ухмылкой.

«Правда?» — сказал Джек, подняв бровь. — «Черт, она в хороша».

«Да», — кивнул Лиам. — «Ах да, пять баксов», — сказал он Джеку. Джек что-то пробормотал и протянул ему деньги.

Я подняла бровь.

«Вы, ребята, делаете ставки на героев?»

Лиам пожал плечами.

«Ну, мы сприли кто следующим будет повержен. Я предположил, что это Крюковолк. Джек предположил, что Руна».

«Почему-то мне кажется, что делать ставки на бои кейпов — не лучшая идея», — сказала я, покачав головой.⁽³⁾

«Ну, это то немногое хорошее, что выходит из всех этих драк», — сказал Джек, пожав плечами.

Эовин тихонько рассмеялась, прежде чем повернуться ко мне.

«Так какое у вас расписание? Хочу посмотреть, есть ли у нас общие учителя. Ну, больше, чем уже есть».

Я полезла в сумку и достала расписание.

«У тебя Хичкок. Отлично», — сказала Сара. — «В прошлом году он переоделся в Шекспира, когда мы ставили «Ромео и Джульетту»».

«Ах да, радуйся, что у тебя нет миссис Китман. Она ужасна».— пробормотал Лиам с болезненным стоном.

«О, она не так уж плоха», — сказала Эовин. — «Просто нужно…»

Она не успела договорить, как кто-то закричал. Все мы повернулись и посмотрели на кухню за линией раздачи обедов. Или посмотрели бы, если бы она не была скрыта за огромным облаком пара. Затем внезапно, без предупреждения, из облака вырвалось около дюжины струй пара, которые начали кружить над комнатой, оставляя за собой следы конденсата на всем, мимо чего пролетали.

Виктория Даллон, резко взмыла в воздух со своего места, замахнулась на одно из облаков. Но ее рука пролетела прямо сквозь него. Затем облако остановилось, позволив пару принять узнаваемую форму.

Существо было маленьким и озорным. С длинным и худым телом, увенчанным тонкими конечностями, которые растворялись в дыму по мере движения. Пара крыльев из пара трепетала позади него, удерживая его на месте, пока он хмуро смотрел на Викторию. Его лицо было вытянутым, с выраженным стреловидным носом и длинными узкими ушами. Существо заткнуло уши большими пальцами, помахав оставшимися двумя и издав звук, похожий на фырканье.

Виктория сердито посмотрела на него и бросилась вперёд. Она врезалась в него, но оно чуть не взорвалось, образовав облако пара, которое снова появилось позади неё. Затем существо рассмеялось, выпустило большое облако пара изо рта и улетело.

Уф, мефиты.

Ацерерак выразил своё недовольство сложившейся ситуацией.

«Что мне делать?» — поспешно прошептала я ему.

Конечно же, остановить их! — крикнул он, выбрав самый очевидный вариант действий.

«У меня нет костюма».

Я огляделась, все были слишком напуганы, чтобы заметить, как я шепчу себе под нос. Но я знала, что они обратят внимание, если я вскочу и начну колдовать.

Что это за мир с ложными личностями? У меня хотя бы хватает элементарной порядочности сообщить тем, кого я собираюсь убить, организатору их гибели.

«По крайней мере, ты внимателен», — сказала я, оглядываясь и обдумывая, что делать. Я не могла использовать большинство своих заклинаний, так как у меня не было пояса с компонентами. Но я знала одно, для которого не требовались сложные компоненты, и которое могло бы сражаться с мефитами.

«Нам нужно убираться отсюда», — сказала я остальным.

Это вывело их из шокового оцепенения.

«Да, хорошая идея», — сказал Джек, вставая. Затем мы повернулись и побежали по коридору вместе с остальными убегающими учениками. Довольно легко было ускользнуть от основной группы и проскользнуть в незапертый чулан для метел. Оказавшись внутри, я начала плести магию вокруг своих рук. После того, как магия Плетения достаточно сплелась в вихревой шар воздуха в моей руке, я произнесла: «БелЫнсуСу».

Мяч отлетел от меня, словно настоящий циклон, который с грохотом сбросил всё в шкафу на пол. Локальный ураган поднял всю пыль в комнате. Затем она закружилась, образуя живые потоки воздуха, представшие передо мной. Воздушный элементаль наклонил свою «голову» ко мне.

«Мефиты в столовой. Остановите их, но никому не причиняйте вреда».

Элементаль молча подчинился и улетел в вентиляционные шахты. Затем я со скрипом распахнула дверь и выглянула наружу. Большинство учеников столпились в коридоре, наблюдая за боем через открытые двери столовой. Слава почти ничего не делала с мефитами, поскольку их необычная телесная форма позволяла им уклоняться от большинства её ударов.

Затем внезапно бумаги и обломки взлетели вверх, когда воздушный элементаль спустился из вентиляционных шахт. Мефиты застыли на месте, наблюдая, как более могущественная стихийная сила обрушивается на них. Они тут же повернулись и побежали.

Так уж получилось, что направление, в котором они убегали, было прямо над нами. Над нашими головами пронесся поток пара, заставив большинство студентов пригнуться. За ними последовал живой вихрь, оставляющий за собой пыль и мусор. Они бросились по коридору, не дойдя до дверей здания. Мефиты проскользнули сквозь щели между дверями, а элементаль просто распахнул их, преследуя их. После секундной тряски двери захлопнулись. Все в коридоре стояли в шоке.

«Э-э… ​​ладно», — сказала Виктория, паря над нами. — «Вы все знаете, что делать. Держитесь подальше от столовой, пока не прибудет СКП», — сказала она остальным студентам. Затем она приземлилась и подошла к Панацее, которая стояла у дверей. Я незаметно подошла ближе, чтобы услышать, о чем они говорят.

«Что-нибудь серьезное?» — спросила она свою сестру.

«Только несколько небольших ожогов. Хуже всего — небольшие повреждения тканей», — сказала Панацея, прижимая руку к голове одного из школьников, попавших в паровой поток. Она убрала руку. Я вздохнула. Хорошо, что никто не пострадал. Но это не объясняло, откуда они взялись.

Я спряталась обратно в шкаф и спросила Ацерерака: «Так почему здесь мефиты? Мы столкнулись с одним неделю назад, а теперь вот эти».

Я подозреваю, что это как-то связано с бурной магией в этом районе. Неудачное вторжение демонов, портал фей и даже мое появление дестабилизировали магию этого города.

«Странно. В Плетении нет ничего странного».

Это чувство возникало только во время вторжения, и даже тогда только тогда, когда действительно призывался демон. Подавляющее большинство беспорядков происходило в Эфире.

Потому что так быть не должно. «Плетение» — это конструкция, сотворенная для того, чтобы позволить магам взаимодействовать с магией, не рискуя подвергнуться её воздействию. Хотя её и называют... Слово «сотворение» не совсем точное. Это результат совместных усилий многих богов магии со многих планов бытия. Групповой проект, если хотите. Боккоб, Мистра, трое из Кринна; большинство богов магии участвуют в его поддержании. Идея просто впервые пришла в голову твоей тезке, поэтому большая часть заслуги принадлежит ей.

«То есть, это обратная сторона большинства групповых проектов», — сказала я со смехом. Прозвенел звонок на обед, но я была слишком занят, слушая объяснение Ацерерака, чтобы идти на урок.

Хе-хе, да. Полагаю, так и есть. Дело в том, что это нарушение заставляет мелкие элементали проникать в основной материальный план. Но ничего больше. Колебания недостаточны для того, чтобы что-то более значительное проникло. Тем не менее, это пустяк, который не должен повлиять ни на что существенное. Несколько случайных мефитов тут и там, ничего слишком важного. Это такое же количество фоновой магии, какое можно ожидать после события, подобного тому, что произошло двенадцать дней назад. Оно должно исчезнуть в течение следующих нескольких недель.

«Ну, хорошо знать. Наверное, мне стоит позвонить в СКП, чтобы они знали, что делать».

Я достала телефон, но заметила отсутствие сигнала. Ах да, я забыла про глушитель. Во время моих сегодняшних поисков информации об Аркадии, до моего небольшого увлечения ПЛО, я узнала, что в школе есть поле глушения для блокировки телефонных сигналов, которое они ослабляют только во время обеда. А обед только что закончился. Думаю, позвоню им после уроков. Затем я вышла со склада и пошла забрать свои вещи из кучи сумок, которые Слава вынесла из столовой.

Потратив минуту на поиски, я нашла свою сумку и, убедившись, что ничего не украдено, пошла на пятый урок. Это был урок информатики с профессором Стивенсом. Он выглядел в точности так, как и должен выглядеть профессор Стивенс. То есть: высокий, средних лет, лысеющий, в твидовом пиджаке бордового цвета, галстуке в виде клавиатуры и очках для чтения.

Вопреки моим надеждам, компьютерный класс в Аркадии оказался лишь немного лучше, чем в Уинслоу. Конечно, компьютеры были намного лучше, но работа была такой же простой. О, электронные таблицы! Удивительно. Я закончила это примерно за пять минут и вместо этого принялась искать информацию в интернете.

У меня было примерно три темы, которые меня интересовали: последствия событий с барыгами, судьба оставшихся демонов и то, произошли ли какие-либо другие магические события за неделю. Я и так следила за этим, но проверять никогда не было лишним.

Торговцы распались так же быстро, как и появились. Они существовали около четырех месяцев до смерти Толкача, поэтому не были так прочно укоренены в городе, как другие банды. В основном они снова распались на несколько мелких группировок, каждая из которых сражалась между собой за остатки трупа своей материнской организации. Что касается демонов, то, похоже, Джублекс полностью отказался от своего покровительства группе после смерти Толкача. За последнюю неделю больше не было замечено ни одного колдуна, и это, по крайней мере, хорошо.

Количество случаев появления демонов также резко сократилось. Без разрешения принца оставшиеся барыги потеряли контроль над демонами. Ну, по крайней мере, тот небольшой контроль, который у них был изначально. Похоже, большая часть их сил была сосредоточена в торговом центре, так как за следующие несколько дней был замечен только один хезру и два булезау. Со всеми тремя быстро разобралось СКП. С хезру тоже довольно драматично. Он решил атаковать набережную на рассвете после драки в торговом центре. Оружейник и Батарея отреагировали почти мгновенно. Оружейник отрубил ему правую руку и обе ноги, а Батарея пробила насквозь туловище.

Что касается других магических явлений, то в Броктон-Бэй в последнее время ничего не происходило, кроме недавних событий с мефитами. Единственное упоминание о магии где-либо было связано с утверждением Мирддина о столкновении с могущественным колдуном несколько ночей назад. Но это был именно Мирддин. А Ацерерак уже довольно ярко описал, насколько он заблуждается. Называть себя одновременно волшебником, колдуном и чародеем было для моего учителя автоматическим провалом.

После этого урока у меня был последний урок, мой единственный факультативный, — рисование с миссис Кроули. Она тут же начала отпускать каламбуры про насекомых, как только я вошла, отлично. Два учителя, три, если считать директора, с какой-то фишкой. Думаю, это новый рекорд. Меня поставили к этим глупым учителям просто для того, чтобы убедиться, что мне здесь нравится и я не буду поднимать шум? Если да, то это было довольно умно.

Она прочитала нам лекцию об искусстве барокко, отпустив обязательную шутку про бедное барокко, а затем заставила нас заниматься своими делами с цветными карандашами последние несколько минут урока. Поскольку ничего лучше рисовать не было, я решила попробовать нарисовать дракона. Видимо, это была большая ошибка.

Какого цвета или металла он вообще должен быть? У него нос-рог, как у синего дракона, но характерная вытянутая морда, как у серебряного, и брови, как у красного. Мне придётся провести с тобой долгий урок по драконам, не так ли?

Ты всё равно это сделаешь, что бы я ни сказал, верно?

Верно.

Я вздохнула. Зачем мне вообще изучать драконов? Как сказал Ацерерак, в этих краях не было драконов уже тысячу лет. Я фыркнула над собственными мыслями, пока раскрашивала.

«Крутой дракон».

Я посмотрела на парня, сидящего напротив меня, который смотрел на мой рисунок. В целом, он был довольно обычным. Черные волосы, карие глаза, смуглая кожа. Он наклонился через стол, чтобы лучше рассмотреть мой рисунок, я повернула его до конца, чтобы ему не пришлось полностью отходить.

«Мне нравится перспектива. Кажется, он вот-вот вцепится во что-то прямо рядом со мной».

«Спасибо», — сказала я ему. Рисование всегда было одной из моих сильных сторон. И оно определенно пригождалось мне чаще, чем я думала.

«Меня зовут Джейсон», — сказал он, глядя на рисунок.

«Тейлор», — сказала я, продолжая затенять, пока он смотрел на рисунок. Рисунок был черно-белым, главным образом для того, чтобы мне не пришлось снова выслушивать жалобы Ацерерака на неправильную форму. Я просто хотела нарисовать дракона без урока биологии.

Наконец прозвенел звонок, и я вышла вместе с остальными учениками. Снаружи стояла припаркованная папина машина, готовая принять меня. Он не будет забирать меня каждый день, но хотел быть здесь в начале и в конце моего первого дня в школе. Я села на пассажирское сиденье, и мы поехали. После того, как мы проехали через пробку вокруг школы, папа задал мне ожидаемый вопрос.

«Ну как прошел твой первый день в школе?»

«Довольно хорошо. Мы поделились именами, порисовали пальцами и почитали книгу», — ответила я с невозмутимым видом. Затем мы оба расхохотились. — «Но на самом деле, все хорошо. В целом, намного лучше, чем в моей прошлой школе».

Затем мы разговорились обо всем, что произошло. Папа, казалось, был рад, что мои учителя хорошие и что я знакомлюсь с новыми людьми. Но когда я дошёл до момента с атакой мефитов, он забеспокоился.

«Такое тоже бывает в школе?» — спросил папа обеспокоенным тоном.

«Не волнуйся. Я с этим справилась, и никто не пострадал». Папа, казалось, не поверил моим словам.

«Я просто беспокоюсь о твоей безопасности».

«Спан». На моей руке появился светящийся щит, который через несколько секунд исчез.

«Ты понимаешь, о чём я», — сказал он со вздохом. — «Просто… будь осторожна там. Хорошо?»

«Хорошо, пап».

Мы проехали мимо моего дома и припарковались у базы.

«Пойдём обучать докеров. Увидимся у здания профсоюза», — сказала я, когда грузовик остановился на улице недалеко от моей базы, чтобы папа мог меня высадить.

«Увидимся, малыш», — сказал он, прежде чем уехать. Через несколько минут дверь моей базы раздвинулась, открыв входной коридор, верхняя и нижняя части которого были украшены повторяющимися треугольными узорами. Основной узор состоял из шестиугольников, соприкасающихся горизонтально, а промежутки заполнялись треугольниками. Это выглядело как арабское искусство. Но мистер Фокс был прав, это действительно придавало коридору характер.

В центре комнаты-хаба два азера были готовы и ждали, а также мистер Фокс, который в данный момент менял несколько человеческих и нечеловеческих обличий. Он ответил на мой вопрос еще до того, как я его задала, или, скорее всего, до того как я об этом придумала.

«Поскольку мы решили, что мой другой человеческий облик будет использоваться как моя, так сказать, «рабочая» форма, я пытаюсь найти новый, чтобы выходить на улицу обычным способом. Я мог бы становится невидимым, но где же тогда веселье? Как тебе это?»

Его облик и голос изменились, он стал похож на женщину средних лет со строгим лицом в струящейся белой мантии.

«Я знаю, что облик Лаэрал немного излишний. Но, как и её естественная аура авторитета, он не заставляет людей задавать слишком много вопросов».

Затем он — она? — сменил мантию на белый деловой костюм. Он продолжал играть с формой, пока я повернулась к азерам.

«Хорошо», — сказала я, игнорируя всё, что делал мистер Фокс. — «Вы знаете план?» — спросила я азеров.

«Хаф кхааррсс вх тхи», — ответил один из них, кивнув. Полагаю, это было «да».

«Именно поэтому у нас есть переводчик. Все готовы?» — спросила я группу. Оба азера кивнули, и мистер Фокс тоже, когда, видимо, довёл свою форму до совершенства. — «Федора, серьёзно?»

Пожав плечами он сказал:

«Мне идёт», — поправляя воротник костюма. Я закатила глаза от ужасной игры слов. Затем он снова принял свой обычный облик.

«Хорошо, я переоденусь. А потом мы отправимся в путь. Через несколько минут я вывела троицу чужаков из базы в дренажную шахту. Два азера подошли и встали передо мной. Сначала нам было трудно придумать, как доставить азеров в центр города. Учитывая, что они не поместятся в папин грузовик и, вероятно, подожгут сиденья, а просто поехать на автобусе не можем, по той же причине и паре других. Хотя это была бы забавная картина. Поэтому мы решили выбрать самое простое решение.

Я достала из мешочка перо и начал вплетать в него магическую силу. После мгновения чародейства я «взорвала» заклинание простым словом: «Бо». Уже знакомое ощущение фиолетового света, проносящегося по моему телу, было приятным. Хотя это было не обычное заклинание. Я вложила в него гораздо больше силы, чем обычно, и теперь собрала эту силу в своих руках. Оба азера уже протянули руки, готовые к тому, чтобы я коснулся их без особого риска поджечь себя.

В тот же миг, как мои пальцы коснулись их тел, волны фиолетового света пробежали по их фигурам. Я отпрянула, прежде чем их раскалённая бронзовая кожа прожгла мои перчатки.

«Теперь, это может занять некоторое время…» — оба азера начали парить в воздухе в тех же самых беззаботных позах, в которых обычно стояли. — «Неважно. Пошли».

Я повернулась и взмыла в небо, за мной последовал мистер Фокс, а затем азеры. Выглядя точно так же, как и в неподвижном состоянии, они просто двигались.

Пока мы летели над городом, я видела, как люди поднимаются, чтобы посмотреть на нас. Не так часто увидишь волшебника, человека в элегантном фиолетовом костюме и двух бронзовых гномов с огненными волосами, летящих над тобой. Мы пролетели над городом, пока не достигли здания профсоюза докеров. Это было старое здание рыбоперерабатывающего завода, оставшееся со времён развития рыболовства в городе, которое было переоборудовано в офисное здание. Внизу мы увидели большое количество докеров, слоняющихся во дворе здания. Все они подошли к нам и с благоговением смотрели, как мы парили над ними. Перед спуском мистер Фокс применил к ним обоим заклинание перевода.

После этого мы приземлились на землю рядом с небольшой трибуной, за которой стоял отец, только что закончивший свою речь перед собравшейся толпой.

«Мистер Эберт», — сказала я, кивнув при приземлении. Было так странно обращаться к отцу таким образом.

«Мистрил. Рад, что ты здесь. Это те эксперты, которых я говорил», — сказал он, указывая на азеров, и они вдвоем шагнули вперед. — «Они могут выглядеть странно, но они действительно знают свое дело».

«Привет, я Кейтин, а это мой брат Келдрин. Мы здесь, чтобы дать вам уроки по строительству».

Они начали свою лекцию. Большинство докеров были невероятно удивлены и немного насторожены, но, казалось, они слушали. Урок продолжался несколько минут, прежде чем я услышала знакомый звук.

Через открытые ворота во двор проехал Оружейник на своем мотоцикле. Мне придется спросить у отдела, почему они решили, что это хорошее название, когда я приходил делать эти фотографии. Я подошела к нему, когда он слезал со своего мотоцикла.

«Оружейник. Рада тебя видеть».

«Мистрил. Нам нужно поговорить», — сказал он, глядя на азеров.

Я взглянул на них, а затем снова на него.

«Думаю, да».

Я протянула руку и указала ему на место за припаркованными машинами, чтобы мы могли поговорить без помех. Пока мы шли, я слегка кивнула мистеру Фоксу. На случай, если что-то пойдет не так, он мог бы броситься мне на помощь. Не то чтобы я подозревал, что Оружейник что-то предпримет. Я просто хотела убедиться.

Когда мы оказались за несколькими грузовиками, я повернулась к нему лицом.

«Что ты делаешь?» — спросил он меня.как обычно, спешат на допрос.

«Помогаю профсоюзу докеров. Им нужны были люди с опытом работы в строительстве, чтобы обучать своих рабочих, у Кейтина и Келдрина такой опыт есть». — Мой ответ был подготовлен и отрепетирован. — «И если вам интересно, они работают на меня».

Оружейник несколько секунд молчал, затем тихо вздохнул и сказал: «Очень хорошо. Но я также понимаю, что вы как-то связаны с событиями в Аркадии сегодня».

«На кухне появились паровые мефиты. Я незаметно призвала воздушного элементаля, чтобы отогнать их. Если вы встретите мефитов в будущем, просто ударьте их противоположной стихией. Нагрейте грязь, развейте дым, охладите пар и т. д.»

«Хорошо знать», — заметил он. Через мгновение он сказал. — «Надеюсь, вы знаете, что делаете».

«Думаю, знаю». Оружейник больше ничего не сказал, вернулся к своему мотоциклу и уехал.

«Что это было?» — спросил меня мистер Эберт, пытаясь скрыть свою нервозность.

«Я просто хотела прояснить одно недоразумение». Я повернулась, чтобы понаблюдать за тем, как азеры продолжают свою лекцию.

«Вот транспортир. Он, как и уровень, — самые важные инструменты, которые вам когда-либо понадобятся». — Они продолжали свою лекцию в течение следующих нескольких часов, прерываясь лишь необходимостью повторного применения заклинания «языка». Докеры в конце концов перестали беспокоиться об азерах и начали внимательно слушать. К концу они уже без особых колебаний задавали вопросы. Это было хорошо, поскольку это был лишь первый из целого ряда уроков, которые им понадобятся, если они захотят устроиться на работу по восстановлению. Так что им было полезно познакомиться с огненными гномами.

Когда почти полностью наступила ночь, мы закончили лекцию. О, азеры могли продолжать хоть до следующего дня, им не нужна была еда, питье или сон. Некоторые из преимуществ быть элементалями. И еще то, что они не умирают, кроме как на своем родном плане, казалось довольно приятным. Чужакам живется хорошо. Если только ты не демон или слаад. Хотя, разве быть слаадом так уж плохо для слаада? Судя по тому, что я слышала, им это, похоже, даже нравилось.

Когда пришло время уходить, мы попрощались, и я наложила на всех заклинание полета. Заклинание во множественном числе, мне пришлось наложить его дважды. Один раз на обоих азеров, а затем один раз на себя. Это было потому, что я уже израсходовала всю силу своего самого высокого слота, который позволял мне воздействовать этим заклинанием на трех человек. Ацерерак сказал, что правильное название для них — Валенты. Но я называла их слотами, потому что это были открытые области силы, которые я могла заполнять своими заклинаниями. Их существование, по-видимому, было какой-то причудой в том, как магия течет через людей. Это казалось очень странным. Но я была недостаточно компетентна, чтобы начать изучать метафизику.

Затем мы полетели обратно на мою базу. Специально выбрав запутанный маршрут, чтобы любому на земле было трудно нас заметить, вошли в него. Пока я пыталась самостоятельно снять свой костюм, мистер Фокс стоял рядом, готовый помочь, если понадобится. «Думаю, всё прошло хорошо», — сказала я, передавая маску своей магической руке, которую затем надела на голову манекена.

Мистер Фокс пожал плечами, а затем помог мне снять гамбезон, когда понял, что у меня с этим проблемы.

«Это не совсем то, как я представлял себе этот вечер».

«Хорошо», — сказала я, снимая свою юбку (мне нужно было придумать для неё название получше) и начиная снимать штаны от костюма. Затем мистер Фокс передал мне мою обычную одежду, которую я надела. — «А что бы ты посчитал весёлым для вечера?» — спросила я его, надев штаны.

«Долгая прогулка по многолюдному рынку, чтобы подслушать все разговоры. Затем она закончится на вилле купца-князя, которую обыскали после того, как я разоблачил его в налоговом мошенничестве. Естественно, я уже отправил нескольких агентов опустошить его казну, прежде чем сообщить властям о каких-либо нарушениях».

«Думаю, у нас разные представления о веселье», — сказалв я, выходя из кабинета в комнату управления. — «Увидимся завтра, Фокс».

«И вам тоже», — мистер Фокс поклонился и ушел, чтобы… что-то сделать. Я понятия не имела, чем он занимается в свободное время, и немного боялась узнать. Я решила не обращать внимания на этот страх и пойти домой пешком. Дорога была короткой, сегодня на улице не было надоедливых фургонов, и я была дома уже через пятнадцать минут.

«Привет, пап», — сказала я, входя. Он сел за обеденный стол и снова стал просматривать бумаги. — «Итак, что они думают?» — спросила я его, начиная готовить ужин.

«Они, кажется, удивлены, но благодарны». — ответил папа, разгребая бумагу. — «Так… как они работают на тебя?» — спросил он.

«Это подрядчики, которых Ацерерак нанял на постоянной основе. Мне нужно было просто вызвать их, и они приступили к работе. Ну, их вызвал мистер Фокс, но они делают хорошую работу».

Папа кивнул.

«И мистер Фокс тоже».

«У нас… есть договоренность», — сказала я. Было непросто объяснить наши отношения. Я знала его настоящее имя, поэтому он делал все, что я ему приказывала. Но, похоже, ему действительно нравилось работать на меня. Или он просто искренне боялся Ацерерака. Сейчас, когда я об этом думаю, это кажется более вероятным.

Папа немного подумал, а затем просто вздохнул и сказал.

«Хорошо».

После легкого ужина из разогретого картофельного пюре, я сказала.

«Иду спать. Спокойной ночи пап».

«Спокойной ночи, Тейлор». — сказал папа, когда я поднималась по лестнице в свою комнату.

Я, как обычно, приготовилась ко сну, а затем плюхнулась в постель. Когда бесконечные ночные колкости от Ацерерака так и не появились, я закрыла глаза и уснула.

 

Примечание автора: На этой неделе у меня всё идёт как по маслу. Эту главу было одновременно весело и не очень приятно писать. Весело, потому что это разрыв с монотонностью, в которую погрузилась Тейлор. А не приятно, потому что я не умею писать школьные сцены. Поэтому я и бросил описывать Уинслоу. Но я думаю, что в Аркадии, по крайней мере, могут произойти интересные вещи. Например, мефиты.

Примечание переводчика: мне кажется или стало приятнее читаться?

---

1) это стиль в одежде, который зародился в среде учащихся престижных частных школ и университетов США и Великобритании, готовивших к поступлению в элитные вузы. Он сочетает элементы делового стиля и smart casual, делая акцент на опрятности, сдержанной элегантности и функциональном удобстве

Вернуться к тексту

2) ну, в Броктоне разве что Волны Бедствий

Вернуться к тексту

3) ну,в твоем случае да. Ты... Заинтересованное лицо

Вернуться к тексту