Подмастерье Пожирателя и другие связанные с ним титулы/Apprentice of The Devourer and Other Associat (джен)

Я кричала и стучала в металлическую дверь. Плакала, умоляя кого-нибудь выпустить меня. Было мокро, темно, и, о боже, что-то только что заползло на меня!

Я удвоила усилия и стучала сильнее. С другой стороны я слышала, как они смеются.

«Пожалуйста, пожалуйста! Кто-нибудь выпустите меня!»

Пока я продолжала кричать, я слышала, как их голоса становились все тише и тише, когда они уходили. Слезы текли по моему лицу, и от запаха, и от паники. Когда зрение затуманилось — то ли от паники, то ли от слез — я с трудом сдерживала рвоту. Постепенно я изнемогала. У меня появились синяки на костяшках пальцев, и горло болело. В конце концов, я начала поддаваться истощению, единственное, что я могла делать, это слабо плакать и стучать в дверь. Я понятия не имела, как долго это продолжалось, прежде чем я что-то почувствовала.

Оно взывало ко мне, стремясь даровать мне то, что мне помогло бы, помогло вырваться из этого ада, в котором я оказалась. Я с неохотой ответила на его зов и почувствовала, как оно протянуло ко мне руку. Медленно его щупальца начали прикрепляться ко мне, и я почувствовала, как меня распирает. Мое зрение потемнело, я начала терять сознание. Затем оно остановилось, когда между мной и ним появилась огромная темная фигура. Она продолжала двигаться беспрепятственно, обвивая своими щупальцами меня и новое существо. Тьма отреагировала с шоком и набросилась на меня, в этом хаосе мое зрение потемнело.

* * *

Медленно я открыла глаза, чтобы впустить немного света. Я оказалась в светлой комнате. Не невыносимо светлой, но такой, какой бывает, когда ты просыпаешься с открытыми шторами солнечным утром. Я лежала на чужой кровати, простыни были слишком жёсткими, а размер совершенно не подходил.

Я сонно огляделась и увидела телевизор надо мной, показывающий дневные передачи. Справа от меня находился какой-то аппарат, издающий медленные, резкие, периодические писки. Постепенно осознав происходящее, я узнала капельницу, стоящую рядом с моей кроватью, шнур которой тянулся к моей руке. Мои глаза широко раскрылись, когда я поняла, что нахожусь в больнице. Увидев проходящую мимо медсестру, я сбивчиво произнесла:

«Извините…»

Горло ужасно пересохло, и мне пришлось с трудом произнести:

«Простите».

Медсестра быстро кивнула, после чего побежала за стаканом воды. Я спросила, где мой отец, и она сказала, что позовёт его. После этого я погрузилась в лёгкий сон, но меня разбудил знакомый голос.

«Тейлор. Ты проснулась?»

Я открыла глаза и увидела зеленые глаза отца, присевшего у кровати.

Я устало улыбнулась:

«Привет, папа».

Он хотел обнять меня, но остановился и посмотрел на медсестру, она кивнула. Поняв, что его объятия не причинят мне боли, он наклонился ко мне и обнял меня.

«О, Тейлор, мне так жаль».

После этого он начал объяснять мне, что произошло. Оказалось, что уборщик нашел меня через несколько часов, и меня быстро доставили в больницу. Хорошо, что мне оказали помощь вовремя, так как мое тело было покрыто многочисленными порезами и синяками. Скорее всего, они появились из-за того, как отчаянно я стучала в дверь. В сочетании с вещами в том шкафчике, было чудом, что я не заразилась чем-нибудь. После оказания первой помощи я оставалась без сознания последние несколько дней. Хотя врач сказал, что это ожидаемо, и предсказал, что я проснусь сегодня.

Школа, как и следовало ожидать, сделала абсолютно все, что было необходимо. Они оплатили мои медицинские счета и дали нам деньги на новые школьные принадлежности взамен потерянных в шкафчике, но с нас никого не взяли денег, и ничего не было сделано. Честно говоря, я не удивилась.

«Врач говорит, что через несколько дней тебя выпишут», — сказал папа, объясняя мне мое состояние. — «Говорят, ты замечательно поправилась и что…»

Наконец-то, ты проснулась.

Глубокий, глухой голос эхом разнесся, казалось, отовсюду в комнате.

«Что! Кто?» — я вздрогнула, лихорадочно оглядываясь в поисках источника звука.

Папа на секунду замолчал, прежде чем снова заговорить:

«Я сказал, доктор Мэдисон сказала, что ты, вероятно, можешь уйти завтра».

Я на секунду задумалась. Ладно, это звучит как фамилия, и у Мэдисон точно не одинаковые имя и фамилия. Так что они не могут быть родственницами. Затем у меня в голове раздался голос!

Боже, твои нервы на пределе. Я настолько поразителен? — произнес голос с тихим смешком.

Я замерла, когда голос вернулся. Папа посмотрел на меня, на его лице читалась обеспокоенность.

«Тейлор, ты в порядке?»

«Да, я… ​​просто нужно еще воды».

Он кивнул, прежде чем встать и выйти из комнаты за водой, оставив меня одну. Медсестра уже ушла, как только я перестала показывать признаки боли.

«Кто… кто ты?» — спросила я вслух, надеясь пообщаться с голосом. Он ответил быстро.

Меня называли по-разному на протяжении многих долгих веков и на разных рубежах мироздания. Но тебе позволено называть меня Ацерераком, ибо это моё собственное имя.

«П-почему ты в моей голове?» — слабо спросила я.

Голос на мгновение замолчал, прежде чем ответить:

«У меня нет никаких предположений относительно причины моего нынешнего положения. Это загадка. Всё, что я знаю, это то, что я путешествовал по Глубокому Эфиру, когда на меня напало нечто. Мне удалось убить это, но в предсмертной агонии его щупальца протянулись сквозь эфир и связали меня с твоим разумом посредством связи. У меня есть ужасное подозрение, что за этим стоят иллитиды».⁽¹⁾

Когда голос закончил свою речь, словно погруженный в размышления, я собиралась с мыслями. Во-первых: я была без сознания почти полнедели. Во-вторых: в моей голове говорил голос. И наконец: я чувствовал себя по-другому. Не только из-за недельной комы или голоса в моей голове, а действительно по-другому. Я чувствовала, как что-то проносится мимо моего разума, что-то великое и могущественное. Это был не голос, Ацерерак, а нечто другое, странное и необъятное.

Я медленно протянул руку и, особо не задумываясь, попытался схватить его. Оно оторвалось от моей руки, словно его и не было, как дым. В этот момент голос прервал своё задумчивое размышление.

Ты что, пытался схватить Плеть голой рукой? Ха! Вот это смешно. Нет-нет, для того , чтобы овладеть силой Искусства, потребуется нечто большее.

Я почти почувствовал, как он покачал головой, когда это сказал. Хотя? Он снова, казалось, погрузился в размышления.

Да, это может избавить меня от этого затруднительного положения.

Я уже собиралась попросить его объяснить подробнее, когда в комнату вернулся мой отец.

«Не могу поверить, что единственный работающий кран был в двух коридорах отсюда». — Он покачал головой и вздохнул, прежде чем подать мне воду. — «Ну, тебе лучше?»

Я залпом выпила воду.

«Да, стало немного лучше».

Я уже собиралась продолжить, когда медсестра вернулась в комнату и сообщила, что время посещения почти закончилось.

Папа печально кивнул, затем снова повернулся ко мне и спросил:

«Хочешь что-нибудь из дома? Может, книгу? Уверена, мне разрешат что-нибудь тебе оставить».

Я задумалась.

«Может быть, «Властелин колец». Слышала, по нему сняли фильм на Земле Алеф, и, возможно, захочу посмотреть его когда-нибудь».

Папа поднял бровь.

«И ты хочешь пожаловаться на то, что они сделали неправильно?»

Я немного улыбнулась.

«Да».

«Я люблю тебя, малышка».

Он наклонился и снова обнял меня, прежде чем встать.

«Увидимся утром», — сказал он, выходя из комнаты и бросив на прощание взгляд.

Хороший человек. Очень скучный.

Голос вернулся.

«Это мой папа».

Я почувствовала ярость по отношению к этому голосу за оскорбление единственного человека, который хоть как-то поддерживал меня последние несколько месяцев.

Хватит разговоров о родителях! Скажи мне, чего ты хочешь?

«Чего?»

Твои стремления, надежды и мечты; твои идеалы, привязанности и то, что тобой движет. Чего ты хочешь достичь? Как ты хочешь выразить свою волю?

Ошеломлённая его вопросами, я действительно не знала, что делать, кроме как ответить.

«Я… я думаю, я всегда хотела быть героем».

Люди на самом деле не спрашивали меня, чего я хочу, не говоря уже о бесплотном голосе, который, как мне казалось, я слышал в галлюцинациях.

Ай-ай, типично. Но я могу помочь с этим.

Теперь, совершенно сбитая с толку, я просто продолжила.

«Как?»

Я могущественный архимаг. Самый могущественный, если быть точным. За исключением, пожалуй, моего бывшего учителя, хотя этот придурок с бородкой со мной бы не согласился. Но я отвлёкся. У меня за плечами тысячелетия опыта и силы. И учитывая, что я сейчас в ловушке и связан с тобой… Взять тебя в ученики было бы хорошим способом скоротать время и, что более важно, освободить меня от этого рабства.

«Я… что? Архимаг… как волшебник?»

Здесь столько всего нужно было объяснить.

Это титул. А у меня их много. «Владыка Алой Мантии» — один из моих любимых. Он такой витиеватый, что становится смешным. И люди до сих пор воспринимают его всерьез!

Решив вернуть разговор к тому, что, как мне казалось, было самым важным, я спросил.

«Подождите, вы говорили что-то об ученике?»

Ах да. С моей точки зрения, извините, вы единственный, с кем я могу сейчас взаимодействовать. И, поскольку я теперь не могу влиять на мир, вы — способ навязать мою волю реальности и разорвать с эту связь.

«Значит, ты просто собираешься использовать меня?»

Это почему-то ничуть не удивило. Кто просто так предлагает обучить кого-то магии без всякой причины? Если это вообще магия.

Абсолютно. Но лично мне всё равно, для чего ты используешь мои знания вне моих целей. Можешь идти спасать мир, быть героем, образцом добродетели. Мне действительно всё равно, лишь бы моя воля исполнялась.

Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, и я так и сказал.

«Это похоже на сделку с Дьяволом».

На самом деле, с Демоном, наполовину по отцовской линии. И нет. Хотя баатезу могут хитрить и очаровывать, чтобы завладеть душами, у меня есть гораздо более надёжные источники, которые не требуют твоего участия. Мне просто нужна помощница. Хм. Ты права, это действительно похоже на контракты колдунов. Но я не могу дать никакой силы, кроме той, которую ты заработаешь, обучаясь и изучая мир самостоятельно, поэтому в нём не будет никаких контрактов или пунктов. Так что ты скажешь? Станешь моей ученицей чтобы исполнить свои мечты?

«И освободить тебя».

Естественно.

Я обдумала это. Таинственный голос в моей голове, который, возможно, является бредом, предлагает мне власть в обмен на выполнение для него работы и становление его ученицей. Это кажется ужасной идеей. Но что мне терять? Он сам сказал, что теперь у него нет власти, и открыто признался, что использует меня в своих целях. По крайней мере, он откровенен.

Я вздохнула.

«Хорошо, я согласна».

Замечательно. А теперь отдохни. Мне это может и не понадобиться, но тебе нужно будет отдохнуть для запланированного мной обучения. Спокойной ночи, моя новая ученица, Тейлор. Хм, извините. Я не расслышал твою фамилию.

«Эберт, меня зовут Тейлор Эберт».

Хорошо. Поговорю с тобой утром, ученица Тейлор Эберт.

Голос затих и оставил меня одну в пустой больничной палате. На улице еще было светло, но я быстро заснула. Меня настигла усталость от недолгого бодрствования.

Примечание автора: Я исправил историческую грамматику. Спасибо, Chooser!

Второе редактирование: Я переписал эту главу, так как она мне совсем не нравилась в первоначальном виде. В целом всё осталось прежним, я просто исправил грамматику и формулировки. Я буду делать это и с несколькими следующими главами.

Третье редактирование: Теперь есть список действующих лиц для этой истории, но я настоятельно рекомендую не читать его, пока вы не дойдёте хотя бы до «Шквала/Вихря» (там могут быть спойлеры).

Примечание переводчика: это так странно, ну, в смысле что тут оформление для перевода более не удобное. Да и слог как будто, ну он не хуже, но другой. Теперь я понимаю тех людей которые переводят одних и тех же авторов. Вообще был выбор между этим и Outcry (Worm/Dark souls 2). Но последний какой-то моментами больно депрессивный моментами, по крайней мере по моей памяти. Так что, да. Сегодня в обычное время выйдет ещё одна глава.

1) нет, в принципе, что-то общее между ними есть

Вернуться к тексту

«Привет, Тейлор».

Я проснулась от того, что увидела отца, стоящего у изножья кровати с подносом больничной еды. Я улыбнулась ему, села и протерла глаза.

«Ешь, малыш, тебя сегодня выписывают».

Я медленно взяла вилку и начала есть. Еда уходила немного неловко, но на вкус оказалась намного лучше, чем я ожидала. Возможно, это связано с тем, что я неделю ничего не ела.

Странное чувство.

О, значит, этот голос не был галлюцинацией от усталости. Отлично.

Пока отец выходил, чтобы закончить заполнять документы, я спросила Ацерерака.

«Что за странное чувство?»

Еда. Я не ел больше двух Марчей. С тех пор, как вселялся в того короля, имя которого я давно забыл. О, это было весело.

Он нежно промычал последнюю фразу.

«Марчи?»

Если у меня в голове есть сумасшедший голос, я могу хотя бы узнать от него все, что смогу.

Это способ определения времени во внешних планах, основанный на ежегодном марше модронов из Механуса. Один марш — это ровно двести восемьдесят девять лет Торила. Перевод в мой родной оэйтийский год неудобен, но он всего на несколько лет короче. Я не знаю перевода в местное время.

Я напевала себе под нос, прежде чем кое-что поняла.

«Ты чувствуешь то же, что и я?»

Как будто зависаешь в воде. Бывало ли у тебя такое, что конечность онемела до такой степени, что ты чувствуешь её прикосновение к предметам по сопротивлению, которое она оказывает остальной части тела, но не можешь получить никакой информации от самой конечности?

Я кивнула.

Моё восприятие эквивалентно этому.

Дальнейший разговор прервал мой отец, вернувшийся в комнату с инвалидным креслом. Я посмотрел на него и поднял бровь.

«Это процедура», — пожал он плечами.

Медленно я поднялась с кровати, опираясь на руку отца. Ноги болели, но было приятно встать на них. После того как я опустился в кресло, отец протянул мне «Братство кольца».

«Они сказали, что ты спала, когда её принесли».

После этого он выкатил меня на парковку и к своему грузовику. Залезать было неудобно, ноги, которые я не использовала целую неделю, неожиданно сильно болели. Дорога домой прошла в тишине, и вскоре мы подъехали к моему дому. Выйдя из машины, я посмотрела на свой дом. Было странно думать, что прошла уже неделя с тех пор, как я в последний раз была здесь, хотя мне казалось, что это было вчера.

Как… мило, — заметил Асерерак. — Фундамент нуждается в ремонте. — Без моей подсказки он пояснил: — У меня есть некое понимание архитектуры.

Мы поднялись по ступенькам в мой маленький дом.

«Хочешь что-нибудь?» — спросил папа, вешая пальто рядом со мной. — «Говорили, что ты проголодаешься после прогулки».

Я ответила что-то неопределенное, что папа воспринял как просьбу о бутерброде. Поднявшись по лестнице и войдя в свою комнату, я рухнула на кровать. Даже после недели сна я все еще чувствовала усталость. Может, это как-то связано с тем, что я ничего не делала все это время?

Атрофия — бич всех навыков.

Потянувшись на матрасе, я ответила.

«Ты прав».

Нам следует начать тренировку.

«Сейчас? Здесь?»

Я оглядела свою комнату, все было покрыто тонким слоем пыли.

«Я подумала, что нам следует быть где-нибудь, не знаю, в каком-то более волшебном месте».

Есть старая поговорка: «Если ты можешь демонстрировать Искусство в зале для праздников, ты можешь демонстрировать его где угодно». Это одна из моих любимых, главным образом потому, что я старше человека, который ее придумал. Итак, мы начинаем твою тренировку здесь.

«Хорошо. Мне, типа, произнести какие-нибудь волшебные слова или…»

Это зависит от заклинания. Давайте начнём с одного из самых простых и полезных заклинаний. Заклинания, используемого волшебниками всех уровней мастерства и силы. Фокус! Теперь представьте себе какой-нибудь образ, любой подойдёт, протяните руку к стене и произнесите «СахлоЛахДвийрок».

«Эм, хорошо».

Я протянула руку и подумала о логотипе PRT.

«ШалоЛахТвийрок».

Ничего не произошло.

Ты произносишь это неправильно. Сахло, а не Шало, и Двийрок, а не Твийрок. Повтори ещё раз.

Я снова протянула руку.

«Сах…»

Дверь открылась, и вошёл мой отец, неся тарелку с бутербродом. Я запаниковала и поспешно переключилась на что-то менее подозрительное.

«Ша, Шалом⁽¹⁾», — я неловко отдернула руку и помахала ему. После этого я почувствовала себя ужасно глупой. Он понятия не имел, что я пытаюсь сделать, и, по сути, когда он вошел, выглядело так, будто я просто разминаюсь.

Он помолчал секунду, на его лице читалось недоумение, прежде чем сказать.

«Шалом и тебе. Вот твой бутерброд».

Он поставил его на маленький столик возле моей кровати.

«Тебе лучше, малышка?» — спросил он, отступая на шаг назад.

«Да», — ответила я, неловко протягивая руку вслед за предыдущим взмахом.

«Хорошо, потому что через день-два тебе нужно будет вернуться в школу. Теперь я знаю, что ты собираешься сказать. Но ты уже многое пропустила, и я не хочу, чтобы ты отстала».

Эта мысль поразила меня, как стена.

«О… да».

С этими словами он вышел из моей комнаты. Уходя, он колебался, словно собирался что-то сказать, но вместо этого шагнул за дверь и закрыл её за собой. Я вздохнула, взяла сэндвич и откусила кусочек. Это был действительно вкусный бутерброд с арахисовым маслом и джемом.⁽²⁾

Быстро сообразила, но плохо исполнила. Умение быстро принимать решения — ценный навык для любого волшебника, когда что-то идёт не по плану. Но теперь, когда отвлекающий фактор устранен, мы можем продолжить. Произнеси заклинание.

Я отложил бутерброд и протянул руку. После ещё нескольких попыток и серьёзных замечаний от учителя я произнёс фразу правильно:

«СахлоЛахДвийрок».

Это чувство, находящееся на краю моего сознания, прокатилось передо мной, распространяясь по моей руке. Когда волны разбились о стену, они превратились в идеальное изображение логотипа PRT.

«Ух ты».

Я не могла сдержать изумления.

«Я только что сотворила магию!»

Но быстро притихла, чтобы отец не услышал.

«Я только что сотворила магию!»

Да, да, я могу взорвать луну⁽³⁾. Можем ли мы продолжить? Или ты собираешься продолжать удивляться самому слабому заклинанию, которое только может сотворить волшебник?

«Нет, нет, я справлюсь».

Я откинулся на кровати, с нетерпением ожидая, какую магию я изучу дальше.

Хорошо, теперь начнём с чего-нибудь практического. Не то чтобы фокусы бесполезны, просто они слабые. Следующее заклинание будет довольно мощным. Вытяните руку, пальцы плотно прижаты друг к другу, и произнесите вслух слова ЙолРонааз.

Я пожала плечами, по крайней мере, так проще произнести. Я вытянул руку так, как он мне сказал, и произнесла: «ЙолРонааз!».

Я вздрогнул, когда вокруг моей руки образовался жар, а затем она устремилась вперёд в огненном разряде. Красный свет ударил в стену и взорвался на логотипе PRT, затемнив изображение и обуглив штукатурку за ним. Я вскрикнула, когда огонь начал распространяться по стене.

«Черт, черт! Что мне делать!»

Я в панике огляделся в поисках чего-нибудь, чем можно было бы потушить огонь.

Помаши рукой в ​​сторону огня и скажи СахлоЛахЙол, — почти небрежно сказал Асерерак.

«СахлоЛахЙол!» — всего несколько слов и взмах руки, и огонь погас. Убедившись, что все угли потушены, я тяжело задышала. Затем подождала, не придёт ли отец, услышав это. После недолгого ожидания ответа не последовало. Я была наполовину рада, наполовину обеспокоена тем, что отец не заметил, как загорелась моя комната, и как я кричала об этом.

«Теперь, когда это закончилось, что за чертовщина! Что это было?!» — кричала я сверху. Я понятия не имела, где Асерерак, я просто хотела как-то убедиться, что он знает, что я кричу на него.

Ценный урок.

«Поджога моей комнаты?!»

Ты предпочла бы, чтобы я просто рассказал тебе всё, и ты запомнила бы половину? Или ты сама это сделаешь и запомнишь всё? Так ты лучше усвоишь урок. К тому же, ты только начала изучать Искусство, а "Огненная стрела". Полезное заклинание для кого-то твоей ничтожной силы.

Снова вздох.

«В следующий раз, когда будем это делать, найдем место, которое мне не жалко будет сжечь. И как мы это замаскируем?»

Я махнула рукой в ​​сторону следов от огня на стене.

В таком случае, вернемся к фокусам. Вытяни руку, как и раньше, и произнеси «СахлоЛахМуз», чтобы очистить сажу.

«СахлоЛахМуз».

Взмах руки — и сажа исчезла. Обои все еще горели, но, по крайней мере, следов огня не было.

Если хочешь что-то запачкать, используй соответствующий «СахлоЛахДенек». Кроме того, изменение суффикса на «Фаад» или «Крах» будет соответственно нагревать и охлаждать что-либо. Суффикс «Йол» также будет создавать или уничтожать огонь в зависимости от того, есть ли огонь в целевой области или нет. А суффикс «Двиирок», как и раньше, создаст временное изображение на поверхности.

Теперь, чувствуя сильную усталость, я задал еще один вопрос.

«На каком языке эти заклинания?»

Драконий язык, язык Истинных Змеев и Искусства. Это один из самых магически заряженных языков на всех планах, с которым могут сравниться только Небесный, Сильванский или любой из демонических диалектов. Лично я предпочитаю смесь демонического и драконьего языков при произнесении заклинаний.

«Ладно. Думаю, на сегодня хватит разговоров о магии», — сказала я, начиная потирать лоб, пытаясь остановить надвигающуюся головную боль.

Изучение новой магии — это умственно изнурительный процесс для любого волшебника. Я оставлю тебя отдохнуть.

После этого он оставил меня одну в моей комнате. Взглянув на едва заметный след от ожога на стене, я решила, что мне следует купить плакат, чтобы его закрасить. Может быть, Александрии или, учитывая моего нового наставника, Мирддина.

Примечание автора: Да, драконий язык — это Довахзулл из Скайрима.

Редактирование: Грамматика, см. выше.

Второе редактирование: Я частично переписал эту главу, как и предыдущую. Понятия не имею, почему в первой версии действие внезапно переключилось на настоящее, на середине текста. Это было странно, даже для моих ранних работ.

Примечание переводчика: ну, и да главы здесь заметно короче чем в Янки.

1) правоверные

Вернуться к тексту

2) фу

Вернуться к тексту

3) это не то чтобы достижение, сквены тоже луну взрывали, и без всякой магии

Вернуться к тексту

Снова!

«ЙолРонааз!»

Огненная стрела вылетела из моей руки и врезалась в стену канализации.

Снова!

«ЙолРонааз!»

За ним последовал еще один взрыв.

Щит!

«Спаан!»

На секунду перед моей рукой появилось полупрозрачное зеленое поле, а затем исчезло.

Снова!

«ЙолРонааз!»

Мои руки теперь горели от жара, а горло болело от криков.

Снова! Быстрее!

«ЙолРонааз! ЙолРонааз!»

Два взрыва последовали один за другим, с интервалом в секунду-две.

Хорошо. Можешь остановиться.

Я перевела дыхание, подходя к своему рюкзаку. Достав воду, сделала глубокий глоток, а затем снова наклеила марлевую ленту на руки.

В конце концов, ты станешь достаточно сильной, чтобы выпускать два взрыва одновременно, но пока тебе нужно тренироваться, чтобы произносить свои заклинания на уровне рефлексов. Они должны быть такими же легкими в произнесении, как для монаха удар кулаком.

В течение последних нескольких недель я проходила тренировочный режим, разработанный для меня Асерераком, исходя из идеи: «Твое смертное тело слабое и немощное, но давай сделаем его немного лучше». Затем он разразился гневной тирадой о том, как многие волшебники забывают о физической подготовке, сосредотачиваясь исключительно на исследованиях. Но поскольку мне определенно предстояло участвовать в боях, мне нужно было стать достаточно физически подготовленной и ловкой, чтобы не отставать там, где меня подводила магия. Он также работал над моей выносливостью, заставляя меня произносить десятки заклинаний как можно быстрее без перерывов. Это была самая сложная часть всего этого. Даже пара заклинаний сбивала дыхание, а он заставлял произносить их так много.

Закончив менять повязку — необходимую, чтобы не обжечь руки во время тренировки, — я перебралась на другую сторону канализации и принялась за очистку следов сажи. После нескольких возгласов «СахлоЛахМуз» стена стала такой же чистой, как и до моего прихода. На самом деле, даже чище. Я использовала старые канализационные туннели по всему городу в качестве площадки для тренировок. Учитель настоял на том, чтобы мы чередовали локации, чтобы я никогда не чувствовала себя слишком комфортно на одном месте и чтобы свести к минимуму риск быть замеченными.

Как только следы моей тренировки были устранены, я выбралась из канализации, ввзяла сумку и побежала домой. Этот новый распорядок заставлял меня вставать даже раньше, чем обычно, перед отправкой в школу, но почему-то я не так сильно уставала. Канализационный туннель, где я тренировалась сегодня, находился ближе к моему дому, чем большинство других, поэтому обратный путь был намного короче обычного. Через несколько минут я поднималась по ступенькам в свой дом и направилась на кухню позавтракать. Ацерерак настоял на тренировке перед едой, полагая, что я могу оказаться в ловушке без постоянного источника пищи на некоторое время, поэтому нужно быть готовым. На всякий случай я все же взяла с собой немного гранолы⁽¹⁾

Быстро перекусив и еще быстрее приняв душ, я была готов ехать в Уинслоу. Во время ожиданмя автобуса, мой учитель снова заговорил.

Зачем ты все еще учишься здесь? Я могу дать тебе гораздо лучшее образование в действительно важных вещах.

Это был наш частый разговор.

«Ты хочешь, чтобы у меня была гражданская личность или нет?»

Я до сих пор не понимаю одержимости твоего мира сокрытием личностей. Там, откуда я родом, самый могущественный маг века ходит, не скрывая себя под вымышленным именем, одетый в богато украшенные одежды, и у него самое узнаваемое лицо во всем плане. В основном это из-за его бородки. Хотя она не вызывает такого гнева, как бородка одного из его бывших товарищей.

Это был еще один наш частый разговор.

«И все же тебе не нравится Новая волна».

О, пожалуйста, я видел слишком много королевских семей, и они являются их эквивалентом, ты больше не возражаешь мне из-за этого. Они могут казаться красивыми и благополучными внешне, но, как говорится, «как рыжий старик извергает огонь, раскаленный до звезд», это не так. Даже я вижу их дисфункцию, она всегда существует в таких семьях. Я знаю это, хотя у меня никогда не было детей, если, конечно, не считать детьми алхимические творения. Хотя однажды я был женат, это довольно забавная история. Видите ли…

Его прервал автобус, подъехавший к остановке. Когда двери открылись, я приготовилась к худшему и поднялся по ступенькам в автобус. Внутри царил настоящий хаос из подростков, которые шумели так, как только могли в это унылое утро среды. Я пробралась в заднюю часть автобуса и села на свободную место. С рывком автобус отправился в Уинслоу.

Глупые беспризорники, из них никогда ничего значительного не выйдет.

Распространенное утверждение об учениках Уинслоу, и я, по крайней мере частично, был склонен с ним соглашаться. Хотя его формулировка оставляла желать лучшего.

«Ты знаешь, это слово теперь означает что-то другое? » — прошептала я, глядя в окно.

Мне всё равно, моя мысль остаётся прежней. Половина этих людей — кретины, возможно, в медицинском смысле, а остальные — некомпетентные мелочные светские львицы, которые заставляют первую половину следовать за ними пустыми похвалами и показным позёрством.

«Ух ты. Когда ты что-то разносишь в пух и прах, ты действительно выкладываешься на полную. Я, честно говоря, впечатлена».

Иногда он напоминал мне комика на юмористическом шоу. Только гораздо более многословного.

Как и следует. В конце концов, я считаю это место пустой тратой времени и для тебя, и для меня.

Я решила не провоцировать его дальнейшее раздражение. Раздражение потому, что он никогда не удостаивает своим гневом ничего, кроме настоящего соперника или чего-то действительно глупого. Как он мне уже объяснял. Я просто откинулась на спинку кресла и позволила его болтовне затихнуть в шуме автобуса. Глядя в окно, я видела, как мимо проносятся дома. Большинство из них были в каком-то полуразрушенном состоянии или на них были грубо нарисованы бандитские знаки. Броктон-Бэй действительно катился в пропасть.

В конце концов автобус резко остановился перед школой Уинслоу, и я вышла вместе с остальными учениками на территорию кампуса. Передвигаясь по коридорам, я применила свой обычный метод избегания групп: избегать толпы, не стоять у стен, так как меня легче заметить, и, наконец, остерегаться «их».

Мне легко удалось добраться до первого урока. Компьютерный класс с миссис Нотт всегда мой любимый урок дня. Я могу быстро сделать все, что мне нужно, а затем у меня остается время на все остальное, чем я захочу заняться в свободное время. Сейчас Ацерерак заставил меня искать компоненты для заклинаний в магазинах альтернативной медицины и других подобных местах.

«Ещё раз зачем нам экскременты летучих мышей?» — шепчу я ему.

Это неожиданно.

Он притворно шепчет в ответ, его голос по-прежнему громкий, но с лёгким оттенком, в отличие от его обычного баритона с неопределённым акцентом. Я закатываю глаза и продолжаю поиски. К концу урока у меня есть список магазинов и адресов, которые мы проверим позже.

Мой следующий урок — «Мировые проблемы» с мистером Глэдли, который, как описал его Ацерерак, «самый эффективный из инструментов». Он пытался быть крутым учителем, но в итоге поставил веселье и стремление казаться хорошим выше выполнения своей работы. Ацерерак стал считать, сколько раз он игнорировал школьные правила на каждом уроке, и на данный момент рекорд — 37. И с каждым днём это число растёт.

К сожалению, Мэдисон тоже была в этом классе со мной.

Подожги ей волосы.

И вот он снова даёт убийственные советы. С тех пор как я объяснила свою ситуацию, он решил, что ни одного его ученика нельзя запугивать, так как это бросит тень на него. Достойная идея, если бы не его советы.

Всего одна огненная стрела — и эта чёрная сука вспыхнет

«Во-первых, не используй это для описание для людей. Я понимаю, что ты имеешь в виду, просто это звучит очень расистски. Во-вторых, что это даст? Меня просто разоблачат… »

«Эй, Тейлор».

«Черт», — опять разговариваешь сама с собой?»

У Мэдисон была удивительная способность замечать, когда я говорю себе под нос.

Имитируй Кали и выжми ее, как фрукт.

А Ацерерак продолжил предлагать способы убийства, что делало эти моменты особенно болезненными.

«Так, Тейлор, как дела?»

Она притворилась, что сочувствует.

«Хорошо», — пробормоталв я.

«Ах, тебе грустно? Пойдешь плакать в туалет?»

Это было на удивление конкретно.

«Знаешь, я думаю, было бы лучше, если бы ты просто осталась дома после того, что случилось. Тогда кто-нибудь получше мог бы занять твое место».

Я вздохнула и попыталась успокоиться, практикуя одну из дыхательных техник, которым Ацерерак научил меня для концентрации на заклинании.

Ты не думала о распятии?

И мое спокойствие исчезло.

К счастью, прозвенел звонок, и мистер Глэдли начал лекцию. В начале урока он был немного лучше, хотя бы потому, что ученики еще не так скучали. Пока я продиралась сквозь его лекцию — что-то об экономике — на мой стол упал листок бумаги. Я с опаской развернула его и увидела грубый рисунок меня в рамке, окруженной закорючками. Он был слишком расплывчатым, чтобы разглядеть что-то конкретное, но я знала, что это. ⁽²⁾

Ты знаешь, что пока чернила сохнут, они считаются грязью?

Задумавшись, я огляделась. Все либо смотрели на мистера Глэдли, либо разговаривали между собой. Я слегка вытянула руку над столом и прошептала: «СахлоЛахМуз». Оглянувшись от разговора со своей «подругой», Мэдисон посмотрела на свою работу и замерла в недоумении, увидев, что последнее написанное ею предложение исчезло. Это была небольшая, но всё же победа.

Она больше не беспокоила меня на протяжении всего урока, и я думаю, это потому, что она боялась, что ещё больше её работы исчезнет, ​​когда она отведёт взгляд. В конце концов, это было вполне реальное опасение. Во время обеда столовая превращалась в поле боя, поэтому я решила пообедать в туалете. И ещё, чтобы поговорить со своим новым учителем так, чтобы никто не заметил.

«Так ты собираешься научить меня новым заклинаниям или это ситуация «заслужи, когда научишься»?»

И да, и нет. Ты уже знаешь четыре, а ещё больше может напрячь твой ум.

Из известных ей заклинаний были «вызвать страх», «магическая броня», «магическая стрела» и «щит», если кому интересно. Не считая заклинаний нулевого уровня, среди которых были «Огненная стрела», «Фокус» и «Формирование земли». Потому что Ацерерак настаивал на том, что контроль над местностью имеет большое значение.

«Э-э, что?»

Запоминание слишком большого количества заклинаний одновременно вызывает у волшебников такое напряжение, которое лучше всего сравнить с перенапряжением мышцы. Именно поэтому мы носим с собой книги заклинаний, чтобы хранить заклинания и вспоминать их заново, когда у нас есть время. И поэтому тебе нужна книга заклинаний.

Я откусил кусочек от своего сэндвича.

«А где мы можем взять такую?»

Существует много видов книг заклинаний. Я предпочитаю стандартный том, но я встречал тех, кто записывает свои знания на карманных рунических камнях, хранящихся в мешочке, одного боевого мага, который выгравировал замысловатые цилиндрические узоры на своем щите, а некоторые волшебники в Эберроне используют магические кристаллы, которые проецируют закодированные на них знания. Существует поистине широкий спектр...

Его прервала открытая дверь. Задержавшись на мгновение, я прислушалась к только что зашедшим людям. Сквозь выступ у основания кабинки я увидела, что они остановились перед моей дверью. О нет.

Я услышала их хихиканье, но прежде чем успела что-либо сделать, на меня вылили ведро. Щит. Моя небольшая подготовка сработала, и с криком «Спан!» и протянутой рукой надо мной появилось полупрозрачное белое световое поле. К счастью, его свечение было заглушено светом в туалете. Что бы ни было в ведре, оно разлилось по полу вокруг меня, разливаясь по всему туалету.

Я услышал звуки того, кто пытался прыгнуть, и понюхала воздух. Это был виноградный сок? Неважно. Тот, кто пытался меня разыграть, выбежал из туалета, смеясь. По туалету раздался грохот, когда ведро поспешно бросили на пол. Через мгновение я вышла из кабинки. То немногое, что попало на меня, быстро испарилось, и я стояла, глядя в зеркало.

Ты понимаешь, что это значит?

«Что я мщу, нравится мне это или нет?»

Именно.

Я вздохнула и поправила волосы, упавшие в панике. Это было одно из моих любимых качеств, и я хотела сохранить их в хорошем состоянии. Подождав немного, чтобы убедиться, что тот, кто это сделал, ушел, я вышла из ванной.

Твои реакции улучшились.

Я усмехнулась.

«Думаю, это потому, что ты создал у меня павловский рефлекс на слово «щит», учитывая, сколько раз ты случайно выкрикиваешь его во время тренировок».

И это сработало, можешь хвалить меня сколько угодно. Со всей серьезностью, это была первая успешная проверка твоих навыков. Я очень надеюсь, что в будущем их можно будет чаще проверять их на этих юных шлюхах.

«Ты только что назвал их шлюхами?»

Да, назвал.

Продолжая идти по коридорам в поисках другого места, где можно пообедать, я услышала, как кто-то разговаривает на непонятном мне языке из заброшенного бокового коридора. Взглянув вниз, я увидел нескольких азиатских подростков, чей внешний вод практически кричал: «АПП!».

Какая удача, еще одна возможность проверить свое мастерство в этом искусстве. Возьми немного соли из своего недоеденного пакета с жареными картофельными ломтиками и песок из ботинка.

Я собрала материалы, как он объяснил.

Теперь потри их вместе и произнеси «МиндораанТинваак», затем втирай смесь в мочку уха.

Давно привыкшая к этим странным требованиям для заклинаний, я выполнила их.

«МиндораанТинваак».

Мой слух на мгновение приглушился, прежде чем я отчетливо услышала их разговор.

«Я слышал, что они немедленно атакуют», — сказал один тощий.

«Правда? Тот парень, с которым мы должны поучаствовать в этом», — сказал другой, покрупнее.

«Да. Мы уходим позже, когда наступит время становления». — продолжил первый.

Смущенная, я откинулась назад в коридоре.

«Эм, почему они так говорят?»

Понимание языков переводит только буквальное значение слов. Вся точность теряется. /b>

«Звучит как-то не очень».

В этом есть своя польза, но в целом: да.