Чудеса случаются! (джен)

Не бечено

Гарри лежал у себя в чистенькой и светлой комнатке, в которую даже дядя Вернон никогда не войдёт, хотя и мог в ней поместиться, не такая уж она маленькая и ранее была, а теперь стала гораздо больше. Мэри ещё при уборке заметила, что внутри чулан чуть больше и выше, чем должен быть, исходя из размеров лестницы, если смотреть снаружи.

— Скорее всего, ты когда-то очень сильно пожелал, чтобы он был больше, — предположила Мэри. — Например, когда головой треснулся о ступеньки, которые тебе потолок заменяют.

Предположение подтвердилось при вытаскивании на улицу матраса, чтобы выбить из него пыль и прожарить на солнце. Гарри так сильно приложился коленом о стену, пытаясь повернуть матрас и пропихнуть в дверь чулана, что одновременно с нехорошими словами из рта Гарри вырвалось нечто дымчатое.

— Как сигаретный дым выдохнул, — удивился Гарри, чувствуя жжение и горечь в горле, как два месяца назад, когда он поддался уговорам старшеклассников и один раз затянулся сигаретой в парке.

— Курить вредно! Больше не пробуй! — тут же отреагировала Мэри, уловив его мысль. — А это у тебя магический выброс, странный для обычных волшебников, а для магов жизни и смерти — вполне нормальный. Зато комната стала значительно больше… Теперь я поняла, что мне с самого начала не давало покоя. Это не чулан, а домен! Очень тесно связанный с реальностью, но домен!

— Мэри, подожди! Я ничего не пойму, — остановил Гарри восторженные мысли Мэри.

— Потом поясню. Гарри, выходи, закрой дверь и ищи изначальный чулан, прежний. Маленький и чистенький!

— Что значит — прежний?

— А то и значит. Есть другой чулан. Я всё понять не могла, как чистюля Петунья допустила в своём доме место, полное пыли и пауков. А это ты, свинтус, запустил такую ценность, убираться самому надо было.

Шокированный Гарри вышел, закрыл дверь и открыл её снова, представляя, что за ней будет более чистое помещение. С первого раза ничего не вышло. А вот седьмое открытие двери принесло искомый результат.

Оказалось, что действительно есть другой чулан под лестницей. И стало понятно, почему, когда Гарри внутри, никто не пытался к нему зайти, а только стучались и кричали. Видимо, открыв несколько раз дверь и увидев, что за ней никого нет, испугались, как обычно, всего магического и подсознательно пытались такой опыт больше не повторять. А вот в отсутствии Гарри дома Петунья спокойно открывала дверь и не только убирала в чулане, но и хранила там некоторые вещи и хозяйственные принадлежности. Это Гарри подсмотрел, уверив тётю, что будет до вечера гулять в парке, но на самом деле сначала спрятался в гараже, а потом пробрался в дом и подглядывал.

Теперь Гарри комнатку чуланом даже мысленно не называл. Комнатка, секретная. Маленькая, но уютная. Раньше он здесь только спал, если не был наказан, конечно. Ел на кухне, там же и домашние задания делал. Сейчас же и книги здесь читал, либо просто лежал, мысленно беседуя с Мэри.

Вот и сейчас Гарри лежал, вспоминал прошлые приключения, одновременно, как учила Мэри, выискивая недочеты и грубые ошибки, которые могли привести к провалу операции, каждой операции. Они вместе старались всё учесть, но всё равно действовать приходилось с большим риском.

Особенно опасной была встреча и вербовка первого живого агента с оперативным псевдонимом Бризи. Очень был нужен помощник, за которым гарантированно не ведётся слежка. А возможных поручений такому помощнику у Мэри был «вагон и маленькая тележка», как она сама выразилась.

После мозгового штурма выбрана идея написать письмо Бризи. Причём так написать, чтобы никто не понял, от кого оно. Мэри настояла на личной встрече, так как может чувствовать эмоции человека: страх, любопытство, искренность… Говорит, правда, что ещё плохо чувствует через Гарри, но это дело времени и набора сил. Гарри тоже пробовал почувствовать, но пока ни разу не получилось.

Текст письма сочиняли вместе. Но уже после предварительной подготовки. Кроме поиска старых газет, чтобы вырезать нужные слова и наклеить их на лист чистой бумаги, требовалось создать образ любопытного и общительного мальчика. Для легенды и дальнейшей разведывательной работы требовалось, а не просто так.

Что же он делал для этого? Гарри начал вспоминать. Во-первых, ходил по улицам, дворам и паркам, пытаясь разговаривать с различной живности. Поскольку с удавом удалось поговорить чудесным образом, то почему нельзя пообщаться с птичками, жучками или кошками миссис Фигг? А вдруг получится? И это с точки возможных наблюдателей будет нормально — ребёнок увидел волшебство и хочет ещё!

Во-вторых, к людям на улицах подходил и интересовался, как попасть в Нарнию или, в крайнем случае, в Страну чудес или Зазеркалье, где Алиса побывала. Кто-то из взрослых сразу делал замечания, что хватит хулиганить и шутки шутить, а некоторые с улыбкой отвечали, что надо найти специальный шкаф, а вот где его взять — они не знают. Сами искали в детстве, но не нашли. И крайне не советовали лезть в люки и норы, даже за странными кроликами, и не рекомендовали баловаться с зеркалами. В камины и дымоходы, как Питер Пен, тоже советовали не лезть, тем более что любопытный мальчик для феи Динь-Динь уже точно староват. Но если уж какая фея им заинтересуется, то сама за ним прилетит. Гарри же благодарил, конечно, за советы, вздыхал и шел искать следующую «жертву»: животное какое-нибудь неопасное либо дяденьку или тётеньку, тоже неопасных.

И в-третьих, наиболее добродушным собеседникам Гарри предлагал купить у него карту сокровищ за 10 центов, но без гарантии, что клад ещё на месте. Один дедуля, посмеявшись, целый фунт дал, но карту не взял. А седенькая бабуля, гуляющая в парке с маленькими внуками, отметила, что у мальчика получились красивые рисунки карт и ему надо дальше учиться рисовать. И даже подпись попросила поставить, интересовалась его жизнью, интересами, успехами в школе, хотя уже начались летние каникулы. Она не одна такая интересовалась. Было даже приятно подобное внимание со стороны ранее незнакомых людей.

Искать же пути в Нарнию и продавать карты сокровищ посоветовала Мэри, сказала, что это часть её детских придумок и она сама так ходила, с людьми знакомилась, денежку добывала.

Помимо общения и обогащения, такие прогулки служили, как сказала Мэри, для отвлечения внимания наблюдателей и построения легенды, что у Гарри после столкновения с реальной сказкой в виде исчезнувшего стекла и говорящего удава пробудился интерес ко всему необычному и непознанному. А как удовлетворить любопытство, если не спрашивать у других и не искать в книгах? Вот мальчик, как может, так и узнаёт: спрашивает у всех подряд, книги со сказками читает.

В процессе подготовки к встрече с Бризи нашли даже укромные места в парке, где и карты можно было рисовать, и письмо сделать. Отправлял запечатанный конверт не сам, а попросил отправить одного дяденьку, который точно за ним не следил — добродушный японский турист вряд ли был вражеским шпионом.

Вспомнив о слежке, Гарри вдруг рассмеялся в голос.

— Чего смеёмся? Расскажи — и я хочу посмеяться, — отреагировала Мэри.

— Вспомнил про котов миссис Фигг. Как они на меня удивленно смотрели, а потом удирали сверкая лапами. Но одного я поймал и удержал! Аха-ха-ха!

— Их-хи-хи! — разделила веселье Мэри. — Ещё бы им не удирать! И я бы на их месте так же поступила. Их-хи-хи! Мальчик сначала спрашивает: «А не знаете ли, как ползком добраться до Бразилии?», а потом начинает мяукать и завывать на разные лады. Пойманному же совсем не повезло, ты так жалобно просил его стать твоим учителем по ловле мышек и птичек… Мол, так кушать хочется, а еду ловить не умею. Научи! Их-ха-ха… А потом ты принялся с гастрономическим интересом рассматривать самого кота, вертел его, крутил… Ха-ха-ха! А затем выдал: «Котов же вроде не едят… Или едят?». Бедный котик даже замотал головой в знак отрицания и на остатках самообладания вырвался, не поцарапав тебя, видно, им запретили тебя калечить. Представляю, что миссис Фигг там надумала, если, разумеется, поняла своих питомцев. Но что-то я кошек уже неделю не наблюдаю. Их-хи-хи…

— Злые они, ну их. А с призраком ворона у тебя здорово получилось.

— Повезло. Он одним из моих добровольно-принудительных информаторов был, когда я первый раз к вам проникла. Он тогда возле тебя крутился — ты был привлекательный для астральных сущностей, всякая мелочёвка возле тебя так и вилась. А пернатый паршивец на эту мелочь охотился.

— Почему я был привлекательный? — удивился Гарри.

— От тебя много силы в астрал уходило из-за паразитного духа, который не только тебе вредил, но и мусорил вокруг себя, а мелкота разная и малоразумная эти объедки подбирала… Теперь его нет, я вместо него. Но я хорошая! И очень аккуратная!

— Я же не спорю, но ворон точно не думает, что ты хорошая.

— Это его проблемы. Пусть радуется, что цел остался. Он же не только мелочь подбирал, но и у тебя умудрялся силы тянуть. Просила же не лезть к тебе, не послушался, вот теперь пусть расплачивается. А вообще ему не на что жаловаться — кормят и море развлечений. Без меня у него не получилось бы надолго задержаться в материальном мире. А Бризи, думаю, только рада такому компаньону, я себя знаю.

— Да, думаю, рада. Не ожидал, что взрослая тётя сразу поверит мне и согласится помогать.

— Ну, ты ей ничего про себя толком и не рассказывал. Главное, обеспечили мотивацию: загадки, приключения и деньги. Сегодня ворон от неё должен появится. Надо доделать список того, что нам в ближайшее время от них потребуется. Собирайся, пойдём в парк. И ещё надо додумать до конца, что будем делать, когда начнут письма из Хогвартса приходить.